Завтрак

Согласившись помочь Амласу с укрощением его дракона, Одэлис даже не предполагала, что ритуал обмена магией пройдёт настолько гладко. Даже с Арцэем, с которым она дружила много лет прежде чем впервые провела эту процедуру, потребовалась целая неделя, чтобы синхронизироваться и заставить организм не отторгать чужеродную магию. Тело же Беренгарда встретило силу Одэлис точно родную, жадно впитывая магию, словно губка, но при этом охотно отдавая собственную взамен.

Это было странно. Это было восхитительно. И опасно. Потому что заставляло сердце трепетать в надежде, что вот это странное, что происходило между ней и Амласом, настоящее и может перерасти в нечто большее, чем просто флирт и сексуальное напряжение.

Только вот Одэлис уже давно не девочка-подросток и научилась не питать напрасных надежд. Они с Беренгардом выходцы из разных миров. И даже если что-то и произойдёт в эти новогодние каникулы, дальше мимолётной интрижки дело не зайдёт. А быть разовой любовницей пусть и сногсшибательного мужчины ректор Джавьер не собиралась. Хотя и с готовностью поддержала его флирт после пробуждения, точно зная, что дальше двусмысленных намёков дело не зайдёт — она не позволит этому произойти.

Перед завтраком Одэлис зашла к леди Блас и напомнила, что у неё закончилось подавляющее зелье, а усовершенствованный его вариант оказался не таким действенным, как старая версия.

— Зелье будет готово к ужину, — успокоила её Бетиса. — Так что день придётся потерпеть.

Этот ответ Одэлис не особо обрадовал, однако ничего изменить было нельзя, поэтому женщина усилила ментальную защиту и морально приготовилась к тому, что этот день будет самым тяжелым за последние десять лет.

Разумеется, подобный настрой не мог не отразиться на настроении, так что своё раздражение и неудовольствие ректор Джавьер решила выместить на своём заместителе.

— Ты сегодня завтракаешь с нами или продолжаешь строить глазки леди Габино? — перехватив Арцэя на пути в столовую, спросила Одэлис.

— И тебе доброе утро, — с широкой улыбкой поприветствовал её Вэгг, буквально светившийся от счастья. — Если тебе так сильно необходимо моё присутствие за столом, разумеется, я присоединюсь к вам. Но, честно говоря, я предпочёл бы, как ты верно отметила, строить глазки Дзете.

— Я так понимаю, ночь у тебя удалась, — Одэлис постаралась абстрагироваться от собственных проблем и порадоваться за друга.

— Более чем, — заверил её Арцэй. — Подробностей не будет, сама понимаешь.

— Что ж, могу только пожелать тебе удачи, — она мягко похлопала друга по плечу. — Однако если твоё сердце будет разбито, я с удовольствием скажу: «А я ведь говорила!»

За столом воспитанников Херенсьюга тем временем было чрезвычайно оживлённо. В целом, это было обычное явление, однако стоило Одэлис подойти, как все разговоры тут же стихли, а дети смущённо опустили глаза в тарелки, явно по какой-то причине стесняясь смотреть на своего ректора.

— Надеюсь, за ночь вы ничего не успели натворить? — Одэлис заняла своё место и обвела присутствующих пристальным взглядом.

Младшие девочки обменялись взволнованными взглядами, но прежде чем кто-то из них открыл рот, чтобы объяснить, в чём дело, к их столу подошёл Амлас.

— Доброе утро, дамы и господа, — поприветствовал он учеников, а затем обратился к Одэлис. — Ректор Джавьер, надеюсь, вы не откажетесь принять мою скромную благодарность за вашу помощь.

А затем жестом фокусника вытащил из воздуха небольшой букет из белых хризантем, напоминающий пушистое облачко.

— Ох! — Одэлис не смогла сдержать удивления при виде этого чуда и, даже не раздумывая, забрала букет. — Где вы сумели достать такую красоту посреди зимы?

— Ограбил оранжерею Её Светлости, — игриво подмигнув ей, заговорщическим шёпотом сообщил Амлас. — К сожалению, я пока не знаю, какие цветы вы предпочитаете, поэтому остановил свой выбор на нейтральном варианте.

— Наставница любит сиреневые и голубые гортензии, — тут же, не моргнув и глазом, сдала своего ректора Лаксими.

— Спасибо, — поблагодарил её Амлас. — Я учту.

Галантно поклонившись Одэлис, Беренгард продолжил путь к преподавательскому столу.

— Получается, это правда? — стоило только Амласу отойти, тут же набросилась на Одэлис с расспросами Лаксими. — Между вами и ректором Беренгардом что-то есть? Слуги всё утро судачат, что вы провели с ним вместе ночь.

«И почему меня это совершенно не удивляет?» — устало подумала Одэлис.

Она поднесла цветы к лицу и вдохнула их тонкий, нежный аромат — на губах сама собой расцвела мягкая улыбка.

— Да, это правда, эту ночь я провела в комнате ректора Беренгарда, — не стала лукавить женщина. — Но в этом не было ничего романтичного или тем более предосудительного, я всего лишь помогала ему в проведении одного энергоёмкого ритуала.

— А, вот оно что, — на лице Лаксими на мгновение промелькнуло огорчение. — А мы уже было решили, что вы поддались действию приворотного зелья.

— Даже если бы это и произошло, вам не стоит волноваться, — заметила Одэлис. — Мы с ректором Беренгардом взрослые люди и вполне в состоянии разобраться со своими отношениями.

«Во всяком случае, я на это очень надеюсь».