Глава 27

Открываю глаза, вожу ладонью рядом и вскакиваю, мгновенно забыв про сон. А может, мне вообще всё это приснилось, а Янис растворился в утренней дымке? И не было его – уставшего, израненного и такого родного, лишь моя фантазия, казавшаяся реальной. Натягиваю одежду и открываю дверь, застыв на месте, потому что из кухни доносятся мужские голоса, один из которых однозначно принадлежит Янису.

Облокотившись на стену, выдыхаю и часто сглатываю, чтобы унять тревогу, которая за секунду охватила тело, а теперь не торопится отпускать.

– Ты понимаешь, что, заказав сына Мерханова, организовал себе проблемы? – вопрос Дамира.

– Иначе поступить не мог. Хорёк по приказу отца полгода ей заливал о любви и прочей херне. А сам готовил убийство Потоцкого и трахал его жену. Уверен, план они прорабатывали долго в надежде, что неопытная девчонка сразу клюнет. Расчёт был на то, что после смерти отца ей потребуется помощь. Хорёк получил вводные с подачи вдовы: наивная, доверчивая, неопытная в вопросах отношений с мужчинами. Пара комплиментов, немного заботы, обещание любви до гроба – и всё, Майя поплыла.

Слова Яниса больно бьют под дых. Внутри поднимается вихрь негодования, но я себя останавливаю, спрашивая – а в чём он не прав? Пора принять тот факт, что меня обыграли. Отговорка «папа не научил» уже неактуальна, да и странно валить всё на отца, который умирать не собирался, уверенный, что у него достаточно времени, чтобы устроить мою жизнь.

– Кто исполнитель?

– Глок.

Затянувшаяся пауза даёт понять, что Дамир не был готов к подобной информации. Вот только я такого прозвища не слышала.

– Тот самый? Насколько я знаю, на такую мелочёвку он не разменивается.

– Услуга за услугу, – спокойно отвечает Янис. – Я вытащил его женщину из гадюшника Пахомовой, он устранил хорька. Сам позвонил.

И теперь понимаю, что девушка, из-за которой мне пришлось прокатиться в багажнике несколько часов, и есть та самая «услуга».

– То есть ты с ним знаком? – слышу удивление в голосе Дамира.

– Да. Пару раз пересеклись лет десять назад при нейтральных обстоятельствах, а потом перевозил для него несколько вещей. Обращался нечасто, но если звонил, значит, прижимало.

– Мерханов в курсе, кто завалил его сына?

– Конечно. Вот только товарищ Глок неприкосновенен.

– Неприкосновенных не бывает!

– Бывает, если твоя женщина – дочь Островского Константина Сергеевича.

– Нихера себе… Удачно пристроился. – Дамир усмехается, а я теряюсь в новых именах. – Я знаком только с мужем старшей. Гриша Ярый.

– Откуда?

– Работал на него пару лет вначале своей трудовой карьеры. Островский свалил за границу, а его за старшего оставил. Не помню, где пересеклись, но он предложил стать водителем по особым поручениям. Деньгами не обижал, работа не пыльная. Потом я услышал про сеть Перевозчиков, загорелся, решил сменить место.

– И что, так просто отпустил?

– Аккурат перед моим уходом Ярый под пулю попал. Я его на себе по лесу три километра тащил к доктору. Он мне ещё должен остался.

– Долг отработал?

– Случай не представился. А потом он свалил под крылышко тестя и, насколько я понял, возвращаться не собирается.

– Думаю, Глок там же. С Парето Мерханов тягаться не станет. Не его уровень, да и собственная шкура дороже. Он нацелился на Майю, – напряжённость в голосе Яниса не оставляет сомнений – всё более чем серьёзно, – ему нужна отказная и наследство Банкира. Он столько сделал, чтобы добраться до его денег, что теперь не отступит.

– Майя говорила, что есть ещё мачеха, желающая урвать кусок.

– Она рассталась с жизнью следом за отпрыском Саида. Так что на одного игрока меньше. Но есть ещё мой папаша, который от пары сотен миллионов не откажется, и бог знает кто ещё… Всем нужны её деньги.

– А тебе? – Дамир озвучивает интересующий меня вопрос, и я, затаив дыхание, подкрадываюсь максимально близко к двери.

– А мне нужна она.

– Даже если у неё ничего нет?

В этот момент понимаю, что Янис не в курсе открытого каракури и найденных счетов. Каждое его слово вчера было пронизано искренностью.

– Заработаю.

– Не забывай, что ты сейчас основная цель для Охотников. Сам ты ещё можешь побегать по стране, а вот с ней уже нет. Есть варианты, как скинуть Мерханова?

– Сейф Потоцкого достался моему отцу. Из него я вытащил папку Саида. Очень интересная информация, скажу тебе. Плюс собрал всё, что у меня есть. Три миллиона не то, на что он рассчитывал, но в сумме с папкой имеет значительный вес. Попробую сыграть с теми картами, что есть. Иных вариантов не вижу.

Если учесть, какую сумму я обнаружила на счетах, предложенное Янисом – мизер, который вряд ли удовлетворит отца Тимура.

– Он спросит про Майю.

– Скажу: не видел, не знаю, не контактировал. Просьба есть… – осекается, а я тону в образовавшейся тишине. – Цветочек, хватит мяться. Сюда иди.

Меня раскрыли, поэтому приходится подчиниться и войти, чтобы сразу же оказаться на коленях у Яниса.

– Подслушивать нехорошо, – прикусывает кожу на плече.

– Я немножко, – мнусь, не решаясь смотреть ему в глаза. – Ты ведь ничего не расскажешь, решишь всё сам.

– А что, интересно, ты решать собралась? – смеётся в унисон с Дамиром. – Ты от звуков выстрела в ступор впадаешь, а от вида крови почти теряешь сознание. Поэтому я разруливаю вопросы, а ты смиренно ждёшь. Договорились?

– Да, – понуро опустив голову понимаю, что приказ не обсуждается, и я вновь в роли той, кого надо спасать.

– Кстати, выполнил твою просьбу.

Дамир подхватывает пакет, чтобы вытащить из него коробку. Телефон и сим-карта. Хвалю себя за предусмотрительность, потому что теперь имею возможность быть на связи с Янисом.

– Кому собралась звонить? – Недовольные нотки в его голосе не сулят ничего хорошего.

Бросаю взгляд на Дамира, пока не желая озвучивать истинную причину приобретения. Он в курсе, что я нашла наследство отца, но Янису не сказал, вероятно, уверенный, что я поделюсь сама.

– У всех есть телефоны. Я ведь не знала, сколько времени здесь проведу. Мне нужно было связываться с Дамиром, а теперь с тобой.

– В принципе, вовремя, – крутит в руках коробку и многозначительно смотрит на хозяина дома.

Больше я ничего не услышу, изъедаемая самыми отвратительными предположениями. Янису кажется, что так он меня убережёт, но на самом деле, неведение – отвратительное чувство, с которым с момента смерти папы я сталкивалась неоднократно. Пусть то, что я услышу, шокирует и напугает, но я знать, чего ожидать. Предупреждён – значит вооружён. Но вооружать меня никто не собирается, оставив томиться в неизвестности и ждать итогов. А вот какими они будут, зависит исключительно от Яниса.

– Теперь берёшь это, – вручает коробку, – и это, – отдаёт свой телефон, – и идёшь в комнату. Забиваешь мой номер и свой в мой мобильник. А нам пошептаться нужно.

Меня откровенно выдворяют, показывая, что разговор состоится без меня. Приходится подчиниться, чтобы устроиться на кровати. Вставляю сим-карту, включаю телефон и ненадолго пропадаю в новой игрушке. Мне кажется, я так давно не держала в руках привычную для всех вещь, что разучилась пользоваться. Я никогда не была привязана к смартфону: не выкладывала фото еды и мест, в которых бывала. А после того как с Тимуром завязались отношения, старалась лишний раз в соцсетях не светиться, чтобы папа ненароком не наткнулся на мои фото. Наша связь была тайной, и по большей части на этом настаивал сам Тимур. Тогда мне это казалось интригующим и романтичным, а сейчас я понимаю, что и этот момент входил в его планы.

Записываю номер Яниса и Дамира, а затем натыкаюсь на контакт Тафанова. Прикинув, что он мне без надобности, всё равно добавляю в список. Скачиваю приложение и проверяю счета, на которых по-прежнему миллионы, оставленные отцом. Когда он успел скопить такие суммы? И почему до них не добралась Влада? Воспоминания о мачехе врываются неожиданно, вызвав приступ тошноты. Так ей и надо! Она поплатилась за смерть моего отца, который не ждал подвоха от любимого человека.

Анализируя их жизнь и отношения, даю себе обещание ни при каких обстоятельствах не отказываться от Яниса. И пусть с неба падают огненные камни, я останусь рядом, чтобы поддержать и помочь. Ты сделал выбор и должен отвечать за него, а сложности, возникающие на пути, не повод отказываться от обязательств. Ведь для этого и нужны родные люди: спасти тогда, когда ты сломлен и разбит.

– Справилась? – поднимаю голову и вижу улыбающегося Яниса. Но его взгляд мне не нравится, словно сейчас он озвучит то, к чему я не готова. – Цветочек…

– Ты уезжаешь? – И ответ мне известен.

– Майя, – присаживается на край и подтаскивает к себе, – вопрос с Мерхановым остаётся открытым. Я устал бегать. Но и это второстепенно, главное – нужно исключить тебя из списка заказов. Я хочу спокойно работать и не думать о том, что в моё отсутствие ты столкнёшься с опасностью. У меня есть вариант решения. Неидеальный, конечно, но способный ублажить Саида.

И этот вариант я слышала, вот только мне всё же не верится, что отец Тимура согласится.

– Я могу написать отказную от наследства мужа, – предлагаю дополнение к папке и собранным деньгам, – и от наследства папы…

– Не уверен, что после получения Саид успокоится. – Прижимает, обхватывая руками и раскачиваясь, чем успокаивает. – И в этом случае Мерханов поймёт, что ты в стране и, более того, где-то поблизости. Предложение должно исходить исключительно от меня. И если не получится, он не должен до тебя добраться.

– Что не получится? – Я понимаю, о чём говорит Янис, но отказываюсь принимать самый паршивый вариант.

– Ты же всё понимаешь, Цветочек. Режим «глупая девочка, которую папа ничему не научил», срабатывает безотказно. Но не со мной.

– Просто я хочу, чтобы ты озвучил ситуацию словами. Когда события не совпадают с нашими ожиданиями, мы теряемся. Поэтому хочу понимать, к чему готовиться.

– К чему?.. – Янис замолкает и часто дышит, раздувая мои волосы. – К тому, что всё может закончиться не очень хорошо.

Жёстко. И такой вариант меня не устраивает. Я только его заполучила, распробовала, начала тонуть и потерять не согласна. Не планировала срываться в рыдания, но контролю это не поддаётся, поэтому тихонько скулю, не желая принимать слова Яниса. Просила – получи. Тот самый случай, когда не стоит требовать правды, если ты к ней не готов.

– Мне пора. Встреча назначена на шесть. Амат подкинет на место и вернётся.

– Он не может помочь? – с надеждой смотрю на того, кто стал целым миром, сосредоточив мой на себе.

– Это не его проблема, и просить об участии я не могу. Он и так сделал много, когда согласился вывезти тебя из Швеции, хотя имел все шансы стать объектом охоты наравне со мной.

– Позвони отцу, – уговариваю обратиться к человеку, который точно заинтересован в том, чтобы Янис остался в живых.

– Он скорее закопает меня, чем поможет выбраться из ямы. Отцовские чувства срабатывают только в отношении Эрнеста. Так что придётся выбираться самому. Я заказал Тимура осознанно, зная, что Глок исполнит требование в лучшем виде.

– Ну вот зачем? Пусть бы этот козёл жил.

– Если ты думаешь, что тебя оставили бы в покое, то нет. Тимур, Саид и Влада были в связке. Кроме денег было понимание, что ты в курсе содеянного. И, казалось бы, что может сделать беспомощная девчонка? По факту, ничего серьёзного. Сейчас – да, но где гарантия, что через десять лет ты не захочешь отомстить? Оставлять тебя в живых было опасно, так что, Цветочек, даже не сомневайся – из подвала выхода не было.

Неоднократно задумывалась о том, что было бы, не приди Янис за мной. Ничего хорошего. Майя Потоцкая тихо исчезла бы, и никто бы о ней и не вспомнил, как и о наследстве Банкира.

– Не хочу тебя отпускать, – цепляюсь за Яниса, повиснув на шее и хлюпая носом. – А может, возьмёшь меня с собой?

– Мужчина, если он, конечно, мужчина, обязан решить все проблемы и обезопасить свою женщину. Но тебе, видимо, это пока в новинку, потому что хорёк был мальчиком, исполняющим указы отца. Поэтому ты сидишь здесь, ждёшь меня и не проявляешь инициативу. Хотя, – Янис чуть отстраняется, внимательно меня осматривая, – есть ещё один вариант: запустить тебя в дом Мерханова и разрешить погулять. Уверен, через несколько часов ты даже фундамент разнесёшь.

Смеётся, оглаживая моё лицо, но я вижу искорки сожаления в прозрачной голубизне. Мы оба понимаем, что сказанные сейчас слова могут оказаться последними. Гоню отвратительные мысли, всё же надеясь, что Янис всё просчитал.

– Я буду ждать, – бросаю ему в спину, когда он собирается выйти за пределы комнаты.

– Цветочек, если меня не станет, мир не рухнет, – произносит с сожалением.

– Если тебя не станет, не будет моего мира.

А затем дверь закрывается, а я так и сижу, застыв с телефоном в руке. Слышу голоса и щелчок двери. Бегу к окну, провожая взглядом отъезжающую машину, которая увозит Яниса. Корю себя за то, что не сказала о деньгах отца. Но Янис прав: Мерханов не остановился бы, даже при условии, что получил бы всё.

Жду Дамира в надежде, что получу хоть толику информации, которая позволит выдохнуть. Время почти не движется, и я наворачиваю километраж по дому, переходя из одной комнаты в другую. Когда стрелки переваливают за полночь, набираю номер Дамира. Абонент недоступен. Накрывает паникой и осознанием, что они оба пострадали.

Падаю на кровать и закрываю глаза, прикидывая, что могло произойти: либо Мерханова вариант, предложенный Янисом не устроил, либо… Чёртовы деньги! Отдать бы их все и забыть. Кажется, всё-таки проваливаюсь в сон, периодически открывая глаза и прислушиваясь к звукам, но ответом мне служит лишь тишина. Вновь проснувшись, понимаю, что уже рассвело, и плетусь на кухню, заглядывая в приоткрытую дверь ванной комнаты.

– Дамир! – приближаюсь к мужчине, по левой руке которого тонкой струйкой сбегает кровь. – Что случилось? Где Янис? Кто ранил?

Перехватываю ватный тампон, убирая кровь, от вида которой на удивление не испытываю неприязни.

– Мелочь, – отмахивается, – слегка задело. Можешь вытащить пулю? В зеркале не вижу, где она. Знаю, ты вида крови не переносишь, но…

– Вытащу, – отчего-то быстро соглашаюсь.

Замечаю разложенный набор инструментов, беру длинный пинцет с заострёнными краями и не раздумывая проникаю в раневой канал. И во мне столько уверенности, будто я каждый день занимаюсь подобными вещами. Нескольких минут оказывается достаточно, чтобы вытащить кусочек свинца. Дамир не издал ни звука, пока я по-хозяйски ковырялась в ране. Стираю остатки крови, закрывая повреждённый участок повязкой и пластырем.

– Где Янис? – осторожно спрашиваю, понимая, что мужчина оттягивает момент откровений.

– У Мерханова, – зло выплёвывает. – Глупо, очень глупо было полагать, что Саид согласится на предложение Овода. Папка ничто по сравнению с состоянием твоего отца. Ты сказала, что нашла его?

– Нет, – оседаю на унитаз, но Дамир меня подхватывает и подталкивает в кухню. – Я предлагала написать отказную на имущество Тимура, но Янис не позволил, заверив, что так Мерханов узнает, что я в стране.

– В принципе правильно, но теперь это не имеет значения.

– Почему?

– Потому что он знает. Причём в курсе, что ты находилась в Швеции.

– Откуда?

– Понятия не имею. – Дамир потирает глаза, обхватывая голову руками. – Я сам напросился с Оводом в качестве гаранта. Результат налицо, – указывает на ранение.

– Что будет с Янисом? – спрашиваю шёпотом.

– Майя, я не знаю, – отмахивается, вскакивает и набирает чайник. Он не может озвучить то, что нам обоим известно.

Откинувшись затылком на стену, закрываю глаза и воссоздаю образ Яниса. Я не готова его потерять, как и смиренно ждать хоть какого-нибудь результата. А если итогом станет его смерть? Глупо просто сидеть и ничего не предпринимать, надеясь на счастливую случайность, удачу и чёрт знает что ещё.

«Мужчина, если он, конечно, мужчина, обязан решить все проблемы и обезопасить свою женщину». А если мужчина оказался в такой ситуации, что только вмешательство женщины способно изменить расклад сил? А что я могу? Если прикинуть, что может девятнадцатилетняя девчонка с огромным состоянием? Отдать это состояние за того, кто стоит всех чёртовых денег.

– Что можно сделать? – нарушаю вязкую тишину, заставив Дамира вздрогнуть. – Только не из серии «возможно, если бы, может быть». Реального. Что заставит Мерханова отпустить Яниса?

– Деньги твоего отца и маленькая армия.

– Деньги в наличии, а вот армия…

– Майя, не стоит лезть в адские жернова, которые тебя перемелют. У тебя нет возможностей тягаться с такими людьми. Ты слабая, ранимая девочка.

– Предлагаешь сидеть и ждать, пока его убьют? – вспыхиваю, не ожидая подобного от Дамира.

– Если уже не…

– Не смей! – подскакиваю. – Слышишь, не смей произносить! Я не хочу слышать, что единственного человека, который мне нужен, убили! Не хочу! Понял?

Меня трясёт от короткого осознания, что слова Дамира могут оказаться правдой. Гадкой, тошнотворной правдой, которая заберёт у меня Яниса. Не так и не сейчас. Закрываю лицо ладонями, замерев посреди кухни, потому что в голову приходит сумасшедшая идея. Мыслительный процесс захватывает, и картинка неожиданно складывается в нечто идеальное и вполне осуществимое. Это почти невозможно, но я могу попытаться. Уверена, что могу.

– У меня есть план, – стираю слёзы, немного остыв. – Я пойду к Мерханову.

– Майя…

– Стоп, – обрывая недовольство Дамира, – но заручусь поддержкой того, кому Янис небезразличен, как и мне. Если он, конечно, не пошлёт меня. И тогда у нас будут деньги и маленькая армия.

– Если ты говоришь об отце Овода, то идея несостоятельна. Насколько я понял, родителю на него плевать.

– Ты не так понял. Как, в принципе, и Янис, который уверен, что отец, скорее, утопит его, чем вытащит. Я считаю иначе.

И у меня есть все основания делать подобные выводы, потому что на протяжении нескольких недель в Швеции я слышала разговоры Эрнеста с отцом. Последний упоминал старшего сына настолько часто, что младший бился в агонии. Ещё тогда я поняла, что Эрнест выворачивается наизнанку ради одобрения отца, который постоянно сравнивает его с братом. Их отношения со старшим сыном непростые, пропитанные непониманием и взаимными претензиями, но Герман Янович его любит. Возможно, своей, только ему понятной любовью.

И, пока не передумала, набираю номер, который сегодня так предусмотрительно внесла в список контактов.

– Добрый день, Герман Янович. Вас беспокоит Майя Потоцкая.

Тишина в трубке, и я даже смотрю на экран, чтобы убедиться, что звонок продолжается.

– Не ожидал получить привет с того света.

– С того света? – теряюсь, не понимая, о чём речь. – Я туда пока не собираюсь, если, конечно, меня не поторопят.

– Эрнест сказал, что ты погибла при попытке побега.

– Он солгал. Побег был. Удачный, если учесть тот факт, что я сейчас с вами разговариваю. Он облажался. Предполагаю, как и всегда.

Молчание как подтверждение. Я не сразу поняла, что младший сын является проблемным, и только в присутствии Яниса Тафанов возносит второго ребёнка, чтобы хоть как-то доказать, что вполне доволен своей жизнью.

– Мне неинтересно, что сказал Эрнест, потому что сейчас меня больше волнует Янис.

– Что с ним?

– Он у Мерханова, – выдаю прямо, чтобы не терять времени, если Тафанов пошлёт меня. – Предложил папку из сейфа отца и немного денег, чтобы Саид успокоился и отозвал заказ на нас.

– На вас? Я видел на тебя. Несколько недель назад связался с Янисом, предупредил, что Саид может кинуть и на него объявление. Предложил несколько вариантов решения проблемы.

– А о том, что переправили меня в Швецию, не сказали?

– Нет. Пока Янис раздумывал с ответом, ты находилась в безопасности. В принципе, по этой причине и переправил тебя в другую страну. Охота велась на тебя.

– Нет, охота ведётся на Яниса. Да на нём живого места нет! – пищу в трубку, чтобы Тафанов понял, как заблуждался.

– Саид заверил, что не тронет моего сына, – растерянно произносит Герман Янович. – Только ты. Деньги Потоцкого помогут пережить ему смерть отпрыска.

Я никогда не видела Мерханова, но сейчас всей душой ненавижу человека, который помог избавиться от папы и нажиться на смерти родного ребёнка.

– Я хочу ему их отдать. В обмен на Яниса.

– Ты не вступила в наследство. Нужно узнать, в каком банке открыт счёт, сделать запрос от лица наследника…

– У меня есть доступ к деньгам. И завещание к этому не имеет никакого отношения. Я уверена, что счёт, указанный в официальном документе, пуст. Или же там чисто символическая сумма. Папа подстраховался, чтобы деньги достались тому, кому предназначались. И это не Влада.

– Узнаю Васю. – Едкий смешок в трубке. – Сколько там? Просто интересно.

– Больше, чем вы можете получить за содержимое сейфа. Раза в три.

Тафанов присвистывает, что-то бормочет, но затем замолкает.

– И ты готова отдать всё за моего сына? – настороженно интересуется, словно сомневается, что я добровольно расстанусь с деньгами отца. Всеми и сразу.

– Не задумываясь.

Не знаю, что производит на него большее впечатление: размер состояния или моя готовность пожертвовать этим состоянием ради Яниса, но Тафанов прокашливается, чтобы приступить к обсуждению главного.

– Что требуется от меня?

– Номер Саида и подстраховка. Он больше не станет говорить с посредниками, ему нужна я, обладатель того, что его интересует. Ваша задача: вмешаться в случае критической ситуации, если мы не договоримся.

– Месяц назад передо мной сидела растерянная девочка, уничтоженная парой фраз, а сейчас я словно с другим человеком говорю. Уверенность и приятная сталь в голосе, приправленная решимостью, даёт надежду, что твой план выгорит.

– Так вы поможете? Или вы готовы рвать жилы ради Эрнеста, но ничего не сделать для Яниса?

– Наши с ним отношения ровными не назовёшь, а каждая встреча сродни противостоянию, но я предпочту раз в год выслушивать претензии, чем носить цветы на могилу.

– Пришлите мне номер Мерханова. Как только мы договоримся о встрече, я вас оповещу. Ваша задача быть поблизости и не вмешиваться, пока я не получу Яниса. О времени сообщу.

Отключаюсь и, кажется, только в этот момент начинаю свободно дышать. Тело, скованное напряжением, расслабляется, и я растекаюсь на стуле. Первый этап пройден. Заручившись поддержкой Тафанова, можно переходить ко второму. Главное, чтобы Саид пошёл на контакт.

– Не такая уж ты беспомощная, какой часто кажешься. – Дамир подмигивает, озвучивая почти то же самое, что вчера я услышала от Яниса. – Где-то внутри тебя сидит другая Майя, которую ты никому не показываешь?

– Наверное, – пожимаю плечами, – просто до сегодняшнего дня у неё не было причин появляться. – А точнее, та, другая Майя, готова пожертвовать всем ради любимого человека.

Телефон уведомляет о сообщении, а открыв его, вижу номер Мерханова. Изучаю каждую цифру, не решаясь набрать того, в чьих руках сейчас находится Янис. Мысленно проговорив то, что собираюсь озвучить, делаю несколько глубоких вдохов и жму на вызов.