Эпилог

Лето в этом году выдалось жаркое. В Карловграде с самого июня на брусчатке, раскалившейся от солнца, можно было готовить яичницу. Днём люди прятались по кафе и ресторанчикам, а вечерами, когда легкому ветерку удавалось отвоевать у полуденного зноя хоть немного прохлады, выходили прогуляться к реке. После экзаменов я решила вернуться на каникулы к бабушке. Кристоф пообещал тоже приехать, только попозже – хотел сначала навестить родителей. Сила постепенно восстанавливалась, благодаря практикам, которые по просьбе принцессы Хелены дал Савел Гунька − наставница ввела его в курс дела. Выяснилось, что большую часть нашей группы будущих координаторов пригласили по секретной программе кронпринца Анджея. Ребята владели природной силой, правда, коргоруша была только у меня. Пан Гунька вызвал меня к себе, в самый первый день, когда я вернулась в университет. Он объяснил − я осталась жива только благодаря Беате, при развоплощении которой произошел большой выброс магии, которую поглотил Иржи Скворень. Декан заверил, что со временем уровень силы восстановится, а может, и повысится. − История даже знает пару случаев, когда ведьмы смогли восстановить развоплощённую коргорушу, − говорил он, расхаживая передо мной по кабинету. − Но я бы не слишком радовался на твоём месте. Эти случаи описываются в одной из средневековых летописей, а тогда иной раз любили приукрасить действительность. Что ж, для меня было достаточно даже слабой надежды! *** Отца Кристофа всё-таки отстранили от работы за халатность. Иржи Сквореня осудили заочно – он находился в закрытой больнице при смерти. Эдвина Невима тоже осудили и исключили из университета за содействие в преступлениях отца. Он отбывал наказание в тюрьме для магов и колдунов, преступивших закон и нанёсших окружающим вред – об этом мне рассказала наставница. После суда, мать Эдвина уволилась и уехала в неизвестном направлении. Дядя Онджи нанял другую помощницу для мамы, потеряв надежду заполучить бесплатную работницу в моем лице. Маленький братец подрастал и уже во всю ползал по полу – мама прислала фотографии вместе с письмом. А ещё она несколько раз звонила в университет – спрашивала о здоровье. Наверно матери, не зависимо от того, ведьмы они или нет, обладают особой магией и чувствуют, когда их ребёнку плохо. У Кристофа изъяли перстень координатора, но не стали исключать из университета по просьбе принцессы Хелены. − В благодарность за то, что благодаря его козням нам удалось заполучить наследницу Цибеты Белоглазой, − с тонкой улыбкой поясняла она. Мы сидели в библиотеке – пришли с Кристофом сдать учебники, заодно попрощаться перед уездом на каникулы. − Побуду в шкуре обычного студента, а не практиканта-координатора! − отшучивался он, стараясь скрыть расстройство. – Зато после отставки родители снова вместе. У отца наконец-то появилось время для семьи. Очень надеюсь, он урезонит маму, и она перестанет правдами-неправдами сватать мне «приличных» девушек. Может, смирится наконец с мыслью, что мне только Ангешка нужна! *** − Агнешка! – неслось из торгового зала бабушкиной лавки. – Куда же запропастилась эта девчонка? − Да здесь! – гаркнула я. – Сама же отправила в подсобку, ревизию делать! Ручка зависла в воздухе над списком товаров в приходной книге, пока я рылась в ящиках с брелоками-талисманами. − Уж не знаю, что у нас осталось, а что заказывать пора! − у меня всегда хорошо получалось перекривлять бабушкины интонации. − Нос не дорос, меня учить! – привычно одёрнула она. – Оторвись уже. Потом доделаем вместе. − И хорошо, что не дорос, а то была бы похожа на твою подругу панну Кристину, у которой он такой длинный, что вечно встревает в чужие дела! А как жареным запахнет, так она его прячет в песок, будто страус! – огрызнулась я, одним взмахом руки отправляя ручку на стол и закрывая тетрадь со списком. − Иди сюда, «страус»! – судя по голосу бабушка улыбалась. – У меня к тебе дело. Отправляйся лучше на почту, получи новый товар. Там немного, одна коробочка лёгкая – саше для карт прислали. Развеешься заодно, Вита навестишь. Честно говоря, не очень хотелось с ним встречаться. Нет, я не избегала друга, давно простила глупое предательство – тем более, он старался всё исправить, спасти меня. Но мы оба понимали – былая близкая дружба закончилась. Он не слишком долго тосковал по Дороте – не успел приехать, как одна из прежних зазноб, русоволосая хохотушка соседка Любка, тут же взяла в оборот, не устояв против приобретенного столичного лоска. Но, как известно, с бабушкой не поспоришь. Тяжело вздохнув, я поплелась сквозь жаркое солнечное марево в сторону почты. По пути заглянула в бакалею и купила бутылку минеральной воды – от жары пересохло во рту. На раскаленной дороге плясали миражи. Вдалеке стояла высокая худощавая женщина с длинными светлыми волосами. Завидев меня, он поманила за собой в сторону леса, медленно поворачиваясь необычно выгнутой полой спиной. Нявка. В Карловграде я уже и позабыла о наших местных чудесах. Нельзя идти за нею! Пошарила в кармане в поисках соли – рука нашла лишь пустоту. В голове зашумело. Гадая, от жары, или от магии нявки, неожиданно обнаружила, что вхожу под тень деревьев. Стоило зайти за границу леса, морок спал, сознание прояснилось, оставляя только ощущение дежавю – такое уже случалось! Когда-то, очень давно, в этом же месте, к одной девятилетней девочке из чащи выскочил малюсенький белый котёнок… Вот и сейчас, издалека, меж кустами со всех четырёх лап ко мне неслась… белая молния! − Ты скучала? – промурлыкал знакомый голос. Кажется, мои несчастья наконец-то закончились! Конец. 05.03.2025.