Глава 16

Открыв глаза, сначала даже растерялась от темноты вокруг. И только спустя время дошло, что я заснула на полу в комнате Лесника, опершись спиной о кровать. Под ногой что-то зашевелилось, и я уже готова была завизжать, но меня лизнули по руке: – Барс. Ты меня напугал, ― прошептала собаке. Барс заскулил, а я начала соображать быстрее: «Блин, это же он не выходи́л на улицу полдня, если не больше!» Я ведь так и не смогла выйти из комнаты Лесника. После его горячки просто приросла к полу рядом с кроватью. Мои мысли опять начали подкидывать мне самые страшные картины. И даже поведение этого огромного мужика стало более понятным. Вот только «Аля»! Так, получается, звали возлюбленную Лесника? Но что ещё повергло в шок, так это то, что меня в детстве тоже очень часто называли Алей. Правда, только папа и бабушка с дедушкой, но… это имя сейчас очень резало слух. А какое полное имя? Привыкнув к темноте, попыталась встать, но мышцы так онемели, что я чуть не завыла в голос, отрывая себя от пола. Максимально тихо, насколько позволяло моё состояние, подошла вплотную к Леснику и потрогала лоб: горячий и мокрый, значит, процесс пошёл как нужно. Выйдя из комнаты, поняла, что уже и в печи погас огонь, и буржуйка остыла. А за окном всё также бушевала непогода, нагоняя ещё больше страха. – Господи, пусть он выздоровеет быстрее. Я же не смогу здесь одна. Он должен меня отвести к людям. Да хотя бы для начала пускай перестанет гореть. Прошептав слова, потёрла лицо руками и поняла, что опять начала плакать, ведь не только болезнь Лесника меня пугает. Ещё больше пугает то, что я узнала. А боль, которую испытывает этот огромный мужчина, наполняет весь дом сейчас. Она просачивается в воздух и, вдыхая её, болеть начинает уже внутри. Так. Ладно. Нужно опять разжечь печь, чтобы в доме стало теплее. Ветер всё-таки выдувает тепло, как бы хорошо ни был сложен дом. Выпустив Барса на улицу, зажгла свечу и пошла сначала к буржуйке, а после к печи. И спустя час в доме уже было намного теплее, а горячий свежий чай наполнил своим запахом комнату. Желудок потребовал еды, и мне дошло, что я, как и Лесник, особо не ела эти сутки. Достав банку тушёнки и сварив несколько картошек, поужинала. А зайдя проверить Лесника и дать ему попить чаю с мёдом, поняла, что температура опять начала его жечь. В этот раз решила попробовать обойтись без обтираний, но спустя час после таблеток уже ставила ему укол. А когда ещё спустя час он был опять таким же горячим, мне пришлось снова готовить уксусную воду. Теперь процесс прошел быстрее, в комнате было почти темно, да и моё уставшее состояние тоже давало о себе знать. Это когда тебе двадцать – двадцать пять, ты герой, можешь не спать ночь, а после отработать день. Или когда ты молодая мама, твой организм подключает все резервы, чтобы создать лучшие условия для своих детей. А когда тебе почти сорок, то тебе уже становится по барабану, голый перед тобой мужик или нет. Тебе хочется просто принять горизонтальное положение и прикрыть глазки. И вот с такими мыслями о великом я и закончила растирать Лесника. Достав свежую простынь и принеся своё одеяло, так как одеяло Лесника было мокрым, укрыла его и пошла убирать воду. Выйти и дойти до туалета я так и не решилась, а воду вылила просто за порогом. Там такой дождь стоит, что вообще без разницы, к утру и следа от уксусной воды не останется за крыльцом. Потрогав ещё раз Лесника и убедившись, что температура падает, решила пойти на лежанку. Дверь в комнату не закрыла, чтобы слышать его. И только уже умывшись и приготовившись спать, я поняла, что осталась без одеяла. Ладно, надену тёплый костюм и так лягу. Надеюсь, не замёрзну. Подкинув ещё дров в печь, всё-таки улеглась. И только моя голова коснулась подушки, как я просто выключилась… Природа. Деревья – тёмные и высокие, с идеально ровными стволами. Тихое шуршание ветра в кронах. Дорожка, как в сказке, уходящая вглубь леса, и по ней я иду. Вот почему во сне тяжело руководить собой? Красиво. С боку что-то зашуршало. Попыталась посмотреть по сторонам, но вокруг появились разные дорожки, а я как будто в центре на распутье. Что за нафиг? Покрутившись вокруг себя, решила выбрать наугад. И только сделала шаг, как передо мной возникла Катерина и, ткнув в меня ножом, прошипела: ― ТЫ же сдохла! ― злой искажённый голос прогремел мне в лицо – А нет, так я добью… Я резко открыла глаза и поняла, что не могу подняться. Надо мной навис Барс. – Барс, ― отойдя от шока, зашептала на собаку. – У тебя совесть есть? Мне тут такая хрень снится, а ты прыгаешь сверху. Барс заскулил и лизнул меня в щеку. Я же, быстро сообразив, поднялась и выпустила на улицу его. Оказалось, что уже было светло. Только погода так и не стала лучше. «С такими темпами нас затопит», ― сказала сама себе немного нервно. Так, нужно взять себя в руки. Хотя моё состояние какое-то разбитое, усталость так и не ушла. А может, это, скорее всего, из-за переживаний. Заглянув к Леснику в комнату и потрогав его лоб, только и смогла, что тяжело вздохнуть. Здесь же нет никаких капельниц или витаминов, чтобы уколоть его, а он опять горит. Сделав снова смесь из таблеток, я напоила его остывшим сладким чаем и пошла разжигать огонь. Спустя пару часов мне пришлось опять растирать Лесника уксусом. А достав последнюю сухую простынь с полки, поняла, что мне сегодня ещё и стирка предстоит. Хорошо, что в доме была натянута верёвка прямо возле печи. Быстрее высохнет. За ночь одеяло Лесника высохло, и я его заменила. А в обед мне удалось напоить его бульоном из тушёнки и овощей. На вкус так себе, но сытное и горячее. Да и тушёнка у него хорошая. К темноте устала так, что делала всё на автопилоте. А ещё я пришла к выводу, что, когда болеют дети – это одно. А когда вот такие здоровые мужики – совсем другое. Да и очень мне не хватало благ цивилизации. Меня порадовало только то, что перед сном уже не нужно было растирать Лесника. Температура вроде не поднимается больше. Только теперь прислушиваюсь к его дыханию. Уж очень не хочется, чтобы это всё стало преддверием воспаления лёгких. Сегодняшнюю ночь спала без снов. Хотя, когда закрывала глаза, вспомнила свой короткий сон, и меня даже передёрнуло. Эх, Катя… не учили тебя в детстве, наверное: всё, что мы делаем в этой жизни, возвращается нам. Думала, опять ОНА приснится, но проснулась я сегодня не ото сна, а от того, что на меня смотрят. Резко открыла глаза и хотела сесть, но меня придавила одна здоровая лапища. Я же чуть не зарычала на него, но меня опередили: – Какого хуя я голый? – Ну для начала можно сказать простое «спасибо», а после уже рычать, ― тяжело выдохнув, сказала я, пытаясь при этом оттолкнуть от себя руку Лесника. – Ты издеваешься? ― опять рычит. ― Я тебе сейчас… – Я тебе температуру сбивала, ― ответила, перебивая его, и даже сама удивилась, что абсолютно спокойно. ― Так как тебя, лося здорового, не брали ни таблетки, ни уколы, я тебя растирала уксусной водой, ― ответила и уставилась на Лесника вопросительно, но, увидев замешательство в глазах, решила добавить: – Понятно объяснила, или ты ждал другой ответ? Но этот громила, не говоря ни слова, просто отошёл от меня и пошёл на выход. И только сейчас я поняла, что он и правда голый! Даже штаны не надел! А когда он взялся за ручку входной двери, то чуть с лежанки не упала: – Стоять, ― впервые заорала, но удивительно было то, что Лесник остановился, и все мышцы на его спине и заднице прямо напряглись. И это очень кинулось в глаза, но, отогнав от себя смущение, продолжила так же сердито: – ТЫ куда собрался? ― Лесник начал поворачиваться ко мне медленно, но я уже закипала: – Я его тут лечила два дня, отпаивала, растирала, температуру сбивала, а он на улицу. Да ещё и голым. Охренел совсем или только наполовину? Под конец моей речи он уже развернулся полностью, и то, что я увидела, хоть и старалась не смотреть ниже пояса, заставило меня занервничать. Но я осталась на месте, стараясь максимально грозно смотреть на Лесника. Вот только когда он сделал шаг в мою сторону, я сделала такой же от него. Всё-таки страшно, когда на тебя идёт голый мужик, да ещё и со стояком. А Лесник, ухмыльнувшись, молча развернулся, вошёл в свою комнату, откуда спустя пару минут вышел уже одетый и пошёл на улицу. Зная мужскую физиологию, я понимаю, что он просто хочет в туалет, учитывая, сколько я в него жидкости вливала за двое суток. Ну или элементарный утренний стояк у него приключился. Но это же просто лом какой-то. Постояв ещё несколько минут и приведя свои мысли в порядок, пошла разжигать огонь и готовить завтрак. Раз Лесник сегодня встал с кровати, значит, помирать не собирается. Да и покормить его не помешает. Может, добрее станет.