Глава 18 · Загородный дом
Мы быстро ехали вперед по ночным улицам, купол невидимости скрывал экипаж и его тень, отбрасываемую в свете редких фонарей. А полог тишины глушил звуки, и создавалось впечатление, что мы летим над мостовой, уж больно непривычно оказалось передвигаться без цокота копыт и громыхания колес по брусчатке. Места проезжали глухие, бедные улочки, где предпочитают не появляться после заката. Я бы по таким не поехала, но на козлах сидел кучер из тайной стражи, еще двое стояли на запятках. Свекр серьезно отнесся к безопасности.
Церя не отлипал от окна, радовался всему, как щенок, даже иногда издавал звуки, похожие на тявканье. От возбуждения по нему нет-нет да пробегали искорки, которые не сумел погасить защитный ошейник. Приходилось гладить его и успокаивать, гася зарождающееся пламя. Так что спокойный сон мне в дороге был заказан.
Мы выехали из города на пустую дорогу, и стало немного спокойнее. Дорога все не кончалась, и я время от времени погружалась в дрему, просыпаясь от очередного Цериного тявканья или поскуливания. Огненный пес искренне жалел, что не может выйти и обнюхать здесь все, а еще пометить, конечно. Пару раз он рычал, чем заставлял меня напрячься, церберы отлично ощущают присутствие других крупных хищников или людей. Но мы благополучно проезжали мнимую опасность.
В какой-то момент начало светать, из низин выполз туман, обняв деревья и изредка встречающиеся домики. Поля, насколько я смогла рассмотреть сквозь белое марево, были убраны и перепаханны. Конец лета. Как быстро время пролетело…
На одном из перекрестков мы свернули с относительно нормальной и ровной на разбитую, ухабистую дорогу. И если я вцепилась двумя руками в ручку на дверце, то Церю мотало по всему салону, пару раз на крупных кочках он смачно слетал с сиденья, и оба раза на меня, так что я не выдержала и посадила его внизу. Снизу пейзажа видно не было, что сильно удручало песика. Он вздыхал, страдал, а потом оперся о мою ногу и умудрился под конец покемарить.
Приехали, когда окончательно рассвело.
Выйдя из экипажа, я застыла как вкопанная. Перед нами была ферма. Старая, заброшенная и полуразвалившаяся. Забор покосился в одну сторону, здание, по виду, коровник — в другую. Захудалый домишко накренился влево, на манер забора, а вот крыша у него почему-то съезжала вправо. Церя прыгал вокруг и радовался возможности размяться, лично я его радости не разделяла.
И здесь нам месяц работать и жить?!
— Это какая-то ошибка? — обратилась к своей «свите» я. — Вы уверены, что это то самое место?
— Абсолютно, — и бровью не повел один из стражей. Впрочем, с учетом того, что их лица виделись мне размытыми, то даже начни он гримасничать, я бы не поняла. — Дальше проезд закрыт, так что мы выгрузим вещи здесь. Ваши товарищи занесут их внутрь, нам проходить не велено.
Не думаю, что висящие на честном слове и ржавых петлях двери могли их остановить. Да хоть кого-то остановить! Собственно, и забор пни — повалится.
— Линда, я уже заждался! — свекор радостно выглянул из-за калитки. — Проходи, не стесняйся! Чего застыла?
Церю приглашать не пришлось, он, стоило калитке открыться, рванул вперед, едва не сбив мужчину с ног. Я с кислой миной пошла за ним, свекор же вышел на дорогу, подхватил часть коробок и понес внутрь.
«Все выскажу», - решила я. Стоило переезжать из дома, чтобы оказаться в таких условиях.
Но зайдя внутрь резко перехотела ругаться.
За забором все выглядело совсем иначе. Ветхий домишко превратился в крепкий каменный особняк. Полуразрушенные коровники оказались вполне новыми хозяйственными постройками. Я обернулась — и точно! Каменный забор с острыми железными пиками наверху и воротами, которые можно вынести если только тараном.
— Впечатлена? — подмигнул Морис, занося коробки.
Церя уже носился по двору, не забывая метить каждый угол.
— Не то слово, — подтвердила я, не удержавшись и вернувшись за калитку — развалюха. Внутри — хороший дом. И магия при этом не ощущалась. — Как? — потребовала я объяснений, пусть и догадывалась, кто приложил руку к такому чуду.
— Мехи, — подтвердил свекор. — Над участком тончайшая магическая пленка, ее не учуешь, она полностью сливается с естественным фоном. А на ней, не поверишь, оптическая проекция, — Морис важно поднял палец вверх. Я проследила за ним взглядом, если приглядеться, то купол, похожий на мыльный пузырь, становился заметен. — На крыше здания стоит излучатель. Не спрашивай подробнее, как это работает. Сколько оно стоит, тоже лучше не знать. Но эффект потрясающий, согласись.
Трудно было не согласиться. Отличная маскировка с минимальными магическими затратами. Более того, если через любую иллюзию опытный маг сможет пробиться, то оптические фокусы мехов невозможно раскусить. Хьюго мне показывал пару раз.
Воспоминание о знакомом мастере подпортило настроение. Решив для себя, что при сборке как следует проверю оборудование, пошла помогать свекру.
— Ты что творишь? — набросился на меня Морис, стоило приподнять небольшую коробку.
— Помогаю, — не поняла претензии я.
— Ты меня за кого принимаешь? Думаешь, я старикан какой-то? — оскорбился лорд. — Я, между прочим, на десять лет моложе твоего отца!
— А что тогда в отставку ушли? — выглядел Морис Дагье достаточно крепким. Хочет в одиночку все таскать — пусть таскает. К тому же Майк, как показывает практика, неплохо лечит спины.
- Да накопилось что-то много всего, — лорд почесал макушку и потянулся. — Такая должность, в первую очередь, — огромная ответственность и никакой личной свободы. Я же, признаться, никогда не отличался особой любовью к правилам и установкам. Наверное, поэтому мы с твоим отцом и не ладили, он, наоборот, шага в сторону не сделает.
В этом я Дагье-старшего понимала, как и Церю, который носился взад-вперед, наслаждаясь обретенной свободой.
Свекор хмыкнул, нашел небольшое поленце, помахал им церберу и от души запустил подальше. Церя понесся следом.
— Вот где ему жить нужно, — потер руки лорд. — Кто ж такого в доме держит?
— Я бы с удовольствием, но в клинику за городом никто бы не поехал, — развела руками. — Приходилось выкручиваться.
— Так отдала бы его кому-то, — Церя вернул полено к ногам Мориса и заглянул снизу вверх мужчине в глаза.
— Да он оказался никому не нужен, — вспомнила свои попыптки пристроя. Не то чтобы сильно старалась, если подумать… — Я его Ксавьеру предлагала, но он не захотел связываться с цербером.
А ведь Церя всего лишь малый одноглавый…
— А я бы взял, — удивил меня Морис. — Люблю таких: и большой, и сильный, и умный. Не какая-то мелкая химера, которую одним плевком перешибить можно.
— А грифона не желаете? — закинула удочку я.
— Э, не, с этими я дела не имел, чего ожидать от пернатых и летающих — не знаю. А вот Дао я бы забрал.
— Дао? — нет, главного любимца я, разумеется, не отдам. Но сам факт… — А с василисками вы дела имели?
— Помнишь, я рассказывал, что лично видел трех реликтовых, — загадочно улыбнулся свекор. А у меня глаза на лоб полезли. — Живут сейчас здесь, у них свой домик, свободное передвижение по окрестностям. Так что не удивляйся, если встретишь незнакомого василиска.
— У вас живут василиски?! — не поверила я. — Откуда?
— Когда люди нашли непонятную кладку, то сразу доложили Тайной страже. Это так давно было, лет сорок назад, я ее даже в ту пору не возглавлял, был полевым агентом. Приехал без особой веры, что яйца василисков тех, прежних, могли уцелеть до наших дней, а вон оно как вышло. Сохранились. Из пяти были целы три, я забрал их себе, не сообщив о находке. Если бы сообщил — заставили бы уничтожить. Вывел их из стазиса, когда разобрался, как именно, и отправил родственнику на попечение. А потом забрал. Знаешь, какие они у меня матерые? В полтора раза крупнее твоего, — с гордостью похвастался свекор.
— А зачем вы это сделали? — все еще не понимала я.
— У нас все привыкли бояться того, чего до конца не понимают, а еще слепо следовать правилам. После чумы мир и так потерял слишком много. Без василисков мы вообще утратили представления о стазисе, настоящий стазис наши маги воссоздать не способны. А яйца василисков просуществовали как минимум пару столетий — разве не чудо?
Еще какое чудо — встретить человека, рассуждающего подобным образом. Да он более редкий экземпляр, чем реликтовые василиски! Василисков, оказывается, четверо, а мой свекор такой один, единственный и неповторимый.
— Вы их изучаете? — продолжила расспросы я.
— По мере возможности. Я все-таки не зооцелитель. Но кое-что почерпнул. Им главное сразу показать, кто хозяин, а то они такие, волю дашь на шею сядут. Или лягут. Заползут, короче говоря.
Вот так, за разговорами о василисках, их повадках и особенностях, мы дождались остальных членов команды.
Майк шагал внутрь с таким лицом, что сразу видно — настроен убивать. Но стоило другу зайти, как он споткнулся, огляделся и несколько подрастерял свой пыл. Но ненадолго.
— Твой змей совсем обнаглел, — пожаловался приятель. — Все ноги мне отлежал. И главное — не сгонишь.
— Вот о чем я и говорил, — хмыкнул Морис.
— А ваши не будут обижать моего малыша? — заволновалась я. — Все-таки трое на одного, и территория уже поделена.
— Поверь, Линда, они очень разумны. Договорятся, — заверил лорд.
— Какие еще трое? Вы о чем? — встрепенулся Майк.
— Представляешь, у лорда Дагье живут аж три реликтовых василиска! — обрадовала я Майки.
— Будто нам одно мало, — буркнул эмпат. — А зачем мы его тогда тащили? Я, значит, всю дорогу страдал, а тут целых три василиска? — видимо, у Майка накопилось за ночь, плюс первое впечатление от нашего пристанища не отпускало.
— Потому что если кто-то узнает, что для завершения лекарства нужен именно реликтовый василиск и таковой живет у моей невестки… то в опасности окажется и василиск, и невестка.
— Так ведь никто не узнает, — попробовал возразить Майк.
— Мы считали, что драконья чума не вернется, и что? Я старый параноик и никому не доверяю. Жизнь научила осторожности. К тому же для восстановления популяции василисков мне нужна свежая кровь, мои же все между собой родственники, — поделился далеко идущими планами свекор.
И в последнюю причину я верила сильнее, чем в благие намерения защитить. Майк, судя по взгляду, тоже.
Мои ученики заходили спокойнее. Рей больше удивился феномену оптической иллюзии на магически созданной поверхности, а Кейву было, по большому счету, все равно. Лишь бы, как мы недавно выяснили, пахло хорошо и без клопов с тараканами.
— Морис, ты долго собираешься держать всех во дворе? — Кларисса Дагье тоже была здесь. Значит, и Ксавьер — мелькнула мысль, а сердце учащенно забилось. Вряд ли мать захотела разлучиться с сыном. И я смогу его снова увидеть.
— Сейчас живность пристроим — и идем, — пообещал свекор.
Цербера пристроили в кирпичном сарае. Гореть там нечему, разве что подстилке из старого матраса, и если Церя его спалит — будет дальше спать на каменном полу. Огненный пес, в кои то веки набегавшись вдоволь, сразу свернулся на лежанке и уснул.
Дао сам найдет, где жить, он у меня самостоятельный. Вилли мы повели в крытый загон, а в загоне нашелся Фарго. Черный пегас бил копытом и злобно посматривал на нового соседа через деревянные прутья ограды. Вилли в ответ щелкал клювом и скреб когтями по дощатому полу.
— Ничего, притрутся, — с этими словами Морис взял за плечи моих учеников, никак не решавшихся оставить пегаса и грифона один на один, и вывел из загона.
Стоило уйти, как изнутри послышалось ржание и клекотанье, парни рванули было назад, но лорд не позволил.
— Сами разберутся, нечего встревать.
Я бы не была так уверена, но захоти животные подраться, они бы сразу накинулись друг на друга, а тут, скорее, условное выяснение, кто сильнее. Я, разумеется, болела за Вилли, пусть покажет всяким черным копытным.
— А почему здесь Фарго? — поинтересовалась у Мориса.
— Он чуть с ума не сошел, когда вы погрузили Ксавьера в анабиоз, конюх не знал, что с ним делать. Пришлось и его взять. Давненько я на пегасах не летал…
Ненормальный человек, честное слово. Но ненормальный именно в хорошем смысле. Кто бы еще стал переживать за пегаса, когда смертельно болен сын? А свекор позаботился. Наверное, случись что с Фарго, Ксавьер бы очень расстроился, он за него вон как переживал, когда пегас крыло повредил. Теперь все будет хорошо, главное — сделать лекарство.
А в доме умопомрачительно пахло выпечкой. У меня голова закружилась от запаха, в глазах потемнело, а желудок в который раз напомнил, что он все-таки главный орган, кто бы и что там ни говорил. И пора бы и о нем позаботиться.
Завтрак прошел в дружественной и непринужденной обстановке. Мы делились впечатлениями от поездки, от нашей новой загородной резиденции и параллельно сметали все, до чего удавалось дотянуться. В итоге мы съели все наготовленное, и теперь уже о себе начала давать знать бессонная ночь, поспать в дороге толком никому не удалось.
Комнаты для нас заботливо подготовили, но перед тем, как отправиться спать, я подошла к Клариссе.
— А где… он? — почему-то язык не повернулся сказать Ксавьер…
— Пойдем, — кивнула леди, и от приветливой улыбки радушной хозяйки не осталась и следа. Леди прекрасно справлялась с эмоциями, но болезнь сына — слишком больная тема, чтобы продолжать притворяться.
Мы поднялись на второй этаж, прошли в другой конец дома и остановились возле узкой лестницы на мансарду. Кларисса осторожно поднялась по скрипучим ступеням и замерла у двери. Через несколько секунд дверь сама распахнулась, и мы прошли дальше.
— Там магическая защита, — пояснила женщина. — Войти можем только я и Морис, надо попросить включить и тебя. Мы ведь одна семья, — снова улыбнулась леди, но улыбка вышла какая-то грустная. — Ты не думай, я очень рада, просто все так…
— Я понимаю, — не стала мучить свекровь. — Я тоже рада, — и не уверена, что моя улыбка получилась намного счастливее.
Ксавьер лежал на кровати, окруженный магическим сиянием защиты, я через нее опять же пройти не могла, а Кларисса приблизилась и поправила одеяло, которым он был накрыт. Будто оно могло сбиться. В свете солнца, проходящего через косые мансардные окна, его лицо выглядело не таким бледным, Ксавьер выглядел почти живым…
Я сжала кулаки, он жив, мой муж жив, просто в анабиозе. И мы создадим лекарство и вернем его к жизни. Нам нужен месяц и кровь реликтового василиска, коих в округе ползает предостаточно.
— Идем, — леди отошла от постели сына и вышла из защитного круга. — Тебе нужно отдохнуть с дороги.
Она хорошо держалась, а блеснувшие в глазах слезы пропали раньше, чем я успела что-то сказать.
Моя комната оказалась просторной и светлой, на полу лежал мягкий ковер, кровать застелена лоскутным одеялом, на окнах висели простые занавески с незамысловатой вышивкой и стояли горшки с цветами. Пахло лаком и свежим деревом. Могу поспорить, комнату специально приготовили к моему приезду, и все здесь было новое, специально для меня.
— Спасибо, — я оценила, что даже в таких мелочах обо мне позаботились.
— Я не была уверена, что тебе понравится, выбор был небольшой, вокруг не так много деревень, что нашла, то и купила, — наверное, Кларисса хотела бы устроить невестке прием, достойный Высокой леди, но эта не блещущая роскошью, зато уютная комната была мне куда ближе и милее.
— Мне все понравилось, честно, — заверила я свекровь.
— Если что-то понадобится — говори, мы попробуем достать.
— Ой, вы не представляете, насколько я неприхотлива!
От воспоминаний, в каких условиях мне доводилось жить, губы невольно растянулись в улыбке. После окончания Академии, работая на вольных хлебах, частенько ночевала прямо с животными, которых лечила. Да здесь, как по мне, настоящие хоромы.
Женщина улыбнулась и вышла, я же, в первую очередь, заглянула в душевую. Не весть что, конечно, лейка под потолком и слив внизу, зато горячая и холодная вода, а еще куча флакончиков — тоже, наверное, маленькие подарочки от свекрови. Знала бы она, что на моей полке обычно стоит один шампунь на травах и лежит лавандовое мыло с грубой мочалкой — вот и все мои обычные банные принадлежности.
После душа я завалилась спать и проснулась ближе к вечеру, когда солнце отбрасывало длинные тени. Одевшись, решила получше оглядеться, еще за завтраком нас предупредили, что лабораторию разместим не в доме, а в одной из хозяйственных построек. Там было все необходимое: вода, вентиляция — раньше там еще стояли печи для выпечки хлеба, но сейчас их разобрали за ненадобностью, и места внутри хоть отбавляй.
Здание пока было на замке, я обошла его по кругу, убедившись, что по размерам оно нам точно подходит, даже с запасом. А за стеной меня поджидал сюрприз. Василиск.
Сначала я подумала, что встретила Дао, уже обрадовалась, заметив в траве темный хвост. Но остановило меня не узнавание, что змей крупнее и мощнее моего, а эмоции. Вовремя проснувшаяся эмпатия не позволила сделать резкий шаг вперед. Чужой, незнакомый и не самый дружелюбный. Открытой агрессии я не почувствовала, но настороженность и понимание, что перед ним чужак, не добавляло василиску приветливости. Он не знал, чего ожидать, распознав во мне мага. Я же не знала, чего ожидать от незнакомого реликтового василиска, способного обратить меня в камень, а точнее — погрузить в анабиоз, и уложить рядом с Ксавьером. А что, кровать на мансарде вполне вместит двоих. И как романтично: муж и жена рядом…
Стоп. В этом направлении не думаем, думаем, как уйти, не вызвав гнев василиска. Но стоило мне начать стратегически отступать, как трава позади меня зашевелилась и раздалось знакомое такое шипение. Правда, и это был не Дао. В том, что и третий приползет, я почти не сомневалась. И точно! Минуты не прошло, как я жалась к стене, окруженная тремя здоровыми, метра четыре в длину, змеями. По толщине они были такие, что легко проглотят меня, и не заметят. Наверное, очень легко глотать жертву в стазисе или анабиозе — не сопротивляется, не кричит. Лежи себе потом спокойненько и переваривай…
Я сглотнула. Что там говорил Морис: главное, дать им сразу понять, кто здесь главный? Ну-ну. Посмотрела бы я на него, окруженного тремя смертельно опасными существами. Покажешь таким, конечно. Полностью открывшись эмпатически, убедилась, что нападать на меня не собираются. Пока. Явно решают, что делать с чужаком. Удивительно, но василиски будто бы обсуждали меня друг с другом. Один считал, что я опасна, прямо излучал недоверие. Маг равно враг.
Другой был менее категоричен, их хозяин тоже маг, но не опасный. Он готов был мне поверить и дать шанс. Они встречали неопасных магов, возможно, я отношусь к этой категории людей. Третий просто оказался недоволен нарушением личных границ. Я зашла на их территорию.
И как бы я не пыталась эмпатически продемонстрировать свое дружелюбие, у змей имелось собственная точка зрения. Конечно, реликтовые василиски, одни из самых древних созданий, им виднее, куда уж нам, простым людишкам.
Удивительно, но эта эмоция, в которой смешались мой страх и восхищение, им понравилась. Они явно были с ней солидарны, людям до них далеко. Да я сейчас со всем готова согласиться, лишь бы уйти. Но уползать и отпускать меня василиски не спешили. По-моему они всерьез мною заинтересовались, кажется, раньше эта троица эмпатов не встречала.
Только я совсем не уверена, что это повод для радости.
Но тут ситуация изменилась. Прямо за полминуты, за которые на сцене появился еще один участник. На небольшую полянку выполз Дао и увидел… увидел, что его мамочку окружили незнакомые василиски и держат в плену!
Сначала я вздохнула с облегчением, Дао в порядке, цел и невредим. А потом испугалась, на четвертого василиска остальные отреагировали совсем иначе. Поднялись, распушили воротники и приготовились атаковать. Дао не остался в долгу, повторив их боевую стойку.
Нет! Такого я допустить не могла! Пусть василиски сильны и опасны, но не зря они боятся магов, а я не просто маг — я местресс, да еще знающая слабые места животных.
«Надо погрузить их в сон», - приняла я решение. Но у василисков низкая восприимчивость к магии, мгновенно усыпить их я не смогу. Значит, следует создать щит перед собой и над Дао. Лишь бы он никуда не пополз! Создавать динамические щиты я не умею.
Стоило применить магию, как троица забыла про Дао и поняла, что основная опасность исходит от меня. Воздух сгустился от концентрированной магии. Надо спешить — вряд ли мой щит отразит тройную атаку.
Но не успела я закончить заклинание, как в дело вмешался Дао. Он просто бросился на ближайшего собрата и вцепился ему в хвост, началась драка и свалка. Хвосты мелькали, от шипения закладывало уши.
Перед глазами вспыхнула алая пелена: моего малыша обижают! Удар я нанесла эмпатией, сама не знаю как отделив Дао от остальных, чтобы его не зацепило. Волна страха и паники прокатилась по поляне. А еще удивительный феномен — чтобы причинить боль не нужно физическое воздействие, достаточно внушить существу, что у него огромная рана. Шипение стало каким-то отчаянным, надрывным. Дальше я, не иначе материнский инстинкт взыграл, сформировала четкий образ, как скручиваю толстые хвосты узлом, и отправила обидчикам сыночка. Вот знала, что заплачу за такие усилия и эмпатическое перенапряжение головной болью, но ничего не смогла с собой поделать. В данный момент я была готова не только накрутить, но и оторвать ползучим гадам хвосты!
— А ну уползли отсюда! — шикнула я. Василиски, как ни странно, подчинились, решив не связываться, и по-быстрому убрались.
Дао остался, подполз ко мне и потерся об ноги. Что-то не сложилось у нас знакомство с его сородичами.
— Ты как, малыш? — я наклонилась и осмотрела любимца. Несколько укусов довольно глубоких, но не смертельных кровоточили. Не мешало бы обработать и наложить заживляющую мазь.
— Впечатляет, — раздалось со стороны.
Я резко обернулась, голова сразу закружилась, виски закололо. Эмпатия такого уровня дорого мне обходится.
Свекр вышел из-за угла и подошел к нам. Наклонился к Дао, но, видимо, тоже пришел к выводам, что ничего серьезного с моим василиском не случилось.
Я же почувствовала, как злость снова поднимается изнутри, и в текущем состоянии мне сложно контролировать эмоции, тем паче — слова. Помнится, один тоже в начале нашего знакомства устроил мне проверку. Семейное это у них, что ли?
— Вы могли сразу вмешаться! — накинулась я на Мориса. — А если бы я или Дао пострадали?
— Прости, Линда, но мне нужно было убедиться, что ты можешь за себя постоять. И василиски не нападали первыми, вы с Дао их спровоцировали.
— Так мы еще и виноваты?!
— В чем-то да, но вышло в целом удачно, — поспешил уточнить лорд, видя мои наливающиеся кровью глаза. — Теперь они с тобой связываться не станут. И Дао не будут воспринимать как слабака. Кто сильнее и главнее, ты наглядно продемонстрировала, — свекор довольно усмехнулся. — Не боись, невестка, начни они нападать всерьез — я бы вмешался. А так ты и сама прекрасно справилась.
Особой гордости за себя не чувствовала, пусть и одолела троих реликтовых василисков. Но в словах свекра действительно имелся смысл — я продемонстрировала свою силу, больше василиски не ко мне не полезут. Надеюсь, и к остальным членам нашей небольшой команды тоже. Но предупредить всех не мешает.
— Не дуйся, невестка, — примирительно улыбнулся свекор. — Пойдем я тебе лучше будущую лабораторию покажу.
Вот это успокоило меня сильнее, чем любые другие слова. Да и я уже достаточно разобралась в Морисе, вины он за собой не чувствует, ждать извинений глупо, и не за что, по большому счету. Я маг, местресс и взрослая женщина, попадавшая и не в такие передряги. А василиски, что бы там ни было, одомашненные, и в их эмоциях изначально читалось скорее любопытство, а не враждебность. Но Дао они обидели совершенно зря!
Ящики с оборудованием, уехавшие с Морисом, уже стояли внутри, дожидаясь своего часа. Здание состояло из трех основных помещений — просторных залов с огромными составными окнами, под потолком вентиляция — и вытяжная и приток воздуха. Самое интересное, что каждая комната была оснащена системой подавления огня, магии и просто усилена на случай взрыва. Стеллажи, столы, раковины с горячей и холодной водой, сливы, помывочные — да здесь жить можно!
— Отлично, — похвалила я мужчину. — Лучше не придумаешь.
— Хоть здесь угодил, — приосанился свекор. — И вот еще что, — мужчина подошел к столу, на котором стоял незнакомый мне ящик. — Это все необходимые ингредиенты, Ксавьер их заказал перед тем, как… В общем убери куда-нибудь, пусть будут на всякий случай.
Я бережно погладила ящик, заглянула внутрь, пересчитала — полный набор. Ксавьер всегда держал слово, и даже практически смерть не стала для него преградой выполнить обещанное…
Коробки мы вскрыли вместе, к оборудованию прилагался чертеж, как собирать, соединять и настраивать. Лорд Дагье долго крутил его, пытаясь вникнуть и разобраться, что, куда и к чему, но потом махнул рукой, и отдал бумагу. К этому моменту Майк с моими учениками, отдохнувшие и свежие, тоже подтянулись и были готовы к новым свершениям и подвигам.
Главный подвиг совершила я — почти ни на кого не кричала и не ругалась. Куда более эмоциональный Майк то и дело принимался жаловаться на нашу косорукость. Пока мы разобрались, как все устроено, чуть не переругались вдрызг. Это как ремонт в доме делать — то еще испытание отношений и чувств. «Куда ты так затягиваешь?», «Как ты держишь?!», «Да левее, левее!» — и так весь вечер.
Сборку оборудования мы завершили поздно ночью. Я, не став ничего объяснять, просто попросила всех при обнаружении любой странности говорить. Но ничего подозрительного мы так и не выявили. Уровень магии был минимален, ровно столько, чтобы придать стеклу необходимые свойства. Под оборудование отвели две комнаты, развели основные процессы, чтобы магия не наслаивалась и не конфликтовала. Проверили герметичность, проходимость веществ в узких местах соединений. Все работало как надо.
Мы с облегчением расселись кто куда — мебели, кроме столов и стеллажей внутри не было. Свекр перед уходом, устав наблюдать за нашей возней и руганью, сказал принести из дома все необходимое, начиная со стульев и заканчивая диванами и столами, если покажется мало имеющихся. Так что я гордо восседала на ящике, Майк уселся на подоконнике, Кейв запрыгнул на высокий стол и болтал ногами, Рей устроился прямо на полу.
— Кажется, мы это сделали и не поубивали друг друга, — резюмировала я. — Будем считать, начало положено успешно.
— Наверное, это был самый тяжелый этап, — разминая руки и спину, согласился Майк.
Мужчинам пришлось тяжелее — мало того, что увесистые коробки таскали, так еще и столы со стеллажами двигали, чтобы сразу расставить все максимально удобно и сподручно. С непривычки мышцы у всех ныли.
Перед уходом я еще раз проверила оборудование, убедившись, что мои страхи напрасны. Все было идеально. Итак, с завтрашнего дня мы приступаем к изготовлению лекарства.