Глава 10

Каким-то удивительным образом, Вознесенский прежде избегал дуэлей. Умудрялся выкрутиться так, что до вызова не доходило.

Но не в случае с княжичем Оболенским.

— Принимаю, — лаконично ответил я.

Чем немало удивил Константина. Но мне на его реакцию было плевать, я пытался достать из памяти подробности дуэльного кодекса.

— Условия? — спросил я.

Оболенский неприкрыто обрадовался. По правилам, как вызываемый, я сам мог выбрать место и оружие. Мне же было без разницы, в нюансах дуэлей я не разбирался, так что пусть этим княжич и озадачивается.

Дар Оболенский выбрать не мог, стихийнику выступать магией против артефактора — позор.

— Шпаги! На рассвете в Александровском парке! — победоносно усмехнулся княжич.

— Ну хорошо, — я пожал плечами и собрался уйти.

— Вы куда, граф? — обиженно бросил Константин. — А формальности?

Точно! Мои мысли уже переключились на более насущные проблемы, и про бюрократические заморочки я забыл.

Цивилизованное общество всё же. Нужно оформить дуэль, зарегистрировать её в канцелярии, подписать условия и отказ от претензий в случае смерти, как бы смешно это ни звучало.

Оболенский щелкнул пальцами и из автомобиля вышел чуть раздраженный мужчина в форме.

— Штабс-ротмистр специального дуэльного корпуса жандармерии, Веселкин Марьян Павлович, — отчеканил он и кивнул головой. — Господа, не угодно ли вам решить дело миром?

В его голосе прозвучала надежда. Не то чтобы ротмистр действительно переживал, просто так меньше бумаг потом заполнять.

— Не угодно, — ответил княжич, а я снова пожал плечами.

Хорошо, что Оболенский притащил с собой официальное лицо. Не надо тратить время и ехать в жандармерию.

— Что же, — немного расстроился Веселкин, достал из папки, которую держал в руках, бумаги и протянул их мне: — Ознакомьтесь и подпишите, ваше сиятельство. Это типовая форма, вот тут отказ и соглашение сторон о возмещении возможных убытков.

Бумаги были составлены грамотно и при этом просто, никаких витиеватых формулировок или мелкого текста. Княжич притоптывал от нетерпения, пока я внимательно изучал.

Константин эмоции переполняли, но жажды убийства в них не было. Поэтому и в условиях было «до крови». Без пометки «первой», что означало решение Оболенского хорошенько меня покалечить, но не убивать.

Но выбор оружия…

Какие-то смутные воспоминания возникли насчет фехтовальных способностей Константина. Вроде как он гордостью семьи был.

Я с некоторой долей жалости посмотрел на молодого дворянина. Боевого опыта у того не было, время мирное и давно не было не то что войн, а в принципе серьезных столкновений. Тем более что таких высокородных призывали в последнюю очередь.

Значит, много времени дуэль не займет. Хорошо.

Листы чуть не разлетелись от порыва ветра, ротмистр прижал их к капоту и любезно предоставил ручку для подписи. Я расписался, Веселкин тут же взял свой мобильник и мне пришло уведомление о регистрации заявки на дуэль.

— У вас есть время до полуночи, чтобы предоставить данные о секунданте, — сообщил дуэльный жандарм. — Если вы не сможете найти подходящего, вам будет предоставлен дежурный секундант из нашего корпуса.

Затем он попросил подписаться княжича, убрал бумаги и быстро удалился.

Оболенский мне ничего не сказал, посмотрел с недоумением и, сев за руль, умчался. Следом поехали ещё две машины, припаркованные чуть дальше. На них герб княжеской семьи был скромнее, на номерах.

Я оглянулся — Брянцевы стояли наверху трапа и с любопытством наблюдали.

Удивительно, что не вмешались, с их-то буйным нравом.

— Граф, это потрясающе! — улыбнулся поручик и похлопал в ладоши. — Едва вы успели вернуться и сразу же дуэль! И не просто с кем-то, а с золотым мальчиком Оболенских. Браво!

— Моё уважение! — подпоручик кивнул, пошатнулся и радостно расхохотался: — Вот это будет новость!

— Господа, попрошу вас не распространять это известие. Мне бы не хотелось публичности…

— Ха, граф, неужели вы думаете, что княжич об этом будет молчать? Да он наверняка уже раструбил всей столице, что намерен проучить вас.

Ну да, надеяться на то, что о дуэли узнают немногие, было опрометчиво. Я вздохнул. Впрочем, это ничего не меняло. Пусть мне не хотелось, чтобы об этом заранее узнал дед.

Хотя, зная его нелюбовь к технологиям, дед узнает разве что постфактум, из газет.

— Почту за честь стать вашим секундантом, если это место ещё вакантно, — с горящими глазами предложил Сергей Брянцев.

— И я, граф! — присоединился второй гвардеец.

— Благодарю, господа, но у меня уже есть секундант, — я улыбнулся им.

С них станется напиться и вообще забыть о дуэли. Или самолично в ней поучаствовать. Мне нужен был кто-то более ответственный.

Пришлось отказываться и от обмывания предстоящего события. Судя по лицам Брянцевых, им моё отсутствие ничуть не помешает это отметить. Они заверили, что ни за что не пропустят зрелище и обязательно поставят на меня внушительную сумму.

Гвардейцы вернулись в ресторан, а я вызвал Головина. Старый друг был единственным претендентом на роль моего секунданта.

— Какие-то проблемы? — сразу же спросил Николай.

— Не у меня, — усмехнулся я. — Нужно встретиться, когда тебе будет удобно?

— Я подъеду сейчас же, скажи куда.

Я огляделся, Александровский парк находился по ту сторону реки. Как раз можно изучить место будущей дуэли. Договорившись встретиться там, я быстрым шагом отправился к мосту.

Досадная помеха, не более того. Но подготовиться стоило. Никогда нельзя недооценивать степень угрозы. Капитан лейб-гвардии наверняка знает про княжича больше моего и больше официальных данных.

День как-то очень стремительно близился к концу, ветер гонял по небу огромные кучевые облака. Солнце то выглядывало и слепило, то скрывалось и всё погружалось в сумрак.

Погода в столице менялась так же резко, как и события.

Головина я увидел издалека. Высокая фигура в строгом мундире была приметной. Капитан беспокойно расхаживал перед киоском с пирожками, чем крайне нервировал продавца.

Румяный и упитанный, под стать своему товару, торговец смотрел на гвардейца как кролик на удава. Николай эти мучения не замечал, полностью погруженный в свои мысли.

Я поздоровался и увлек друга вглубь парка.

— А где тут, кстати, проходят дуэли? — как бы ненароком спросил я.

— С кем? — сразу всё понял Головин и побледнел. — Да ну как ты успел-то?

— С Оболенским.

— С Оболенским? — переспросил друг. — Извини, но тебе конец.

Ничего другого я и не ожидал. Вознесенский отлично умел развлекаться, но вот навыков не то чтобы фехтования, банальной боевой подготовки, не имел. Так что Головин вовсе не хотел меня оскорбить, сообщал факт.

— Так, ещё есть время сделать замену? Я выступлю вместо тебя.

— Не надо, граф. С княжичем я справлюсь, мне нужен надежный секундант. За этим я тебя и позвал.

— Справишься? — Николай резко остановился, пристально посмотрел на меня и принюхался: — Ты пьян?

Усы его при этом воинственно поднялись и я едва сдержал улыбку.

— Нет, глоток игристого, не более. Иначе Брянцевы от меня не отвязались бы.

— Брянцевы? Я так и знал! Это они тебя втянули?

Я поморщился. Старый друг вполне справедливо думал, что я снова влип в неприятности. Но постоянно оправдываться за прошлое не было желания.

— Николай, тебе придется довериться мне. Я справлюсь, это не проблема. Единственное, что меня беспокоит, чтобы всё было законно и Оболенский более меня не трогал. Именно с этим я и прошу тебя помочь. Только с этим.

Головину явно было непросто. Он мне не верил, но воспитание не позволяло выразить это прямо. И друг точно уже похоронил меня, так печально смотрел. Капитан помотал головой, взял свой телефон и какое-то время уделил изучению.

Затем мне пришло сообщение, что капитан лейб-гвардии его императорского величества Николай Петрович Головин желает выступить секундантом на моей дуэли. Я с облегчением подтвердил.

— Ну, не так всё плохо, как могло быть, — чуть остыл он. — До крови, а значит Оболенский не жаждет твоей смерти. Я займусь тем, чтобы на дуэли присутствовал хороший лекарь. По условиям это допустимо.

Спорить я не стал. Княжичу лекарь пригодится.

— А оружие? — спросил Головин. — У тебя есть оружие-то?

Хм, и верно. В особняке была оружейная, но осталось ли там хоть что-то — хороший вопрос. Дед не особо увлекался коллекционированием, и в основном там были сабли, с которыми он воевал.

— Найдется, — заверил я капитана.

— Я захвачу на всякий случай, — недоверчиво ответил друг и поспешил оправдаться: — В качестве запасного.

Ладно, своими глазами увидит, что я могу за себя постоять, и успокоится.

По-крайней мере теперь я был уверен, что под контролем Головина всё действительно пройдет нормально.

Мы дошли до места проведения дуэлей. Широкая и ровная поляна, укрытая с трех сторон от лишних глаз деревьями и кустарником. Четвертой она выходила на узкий канал, отделяющий парк от Петропавловской крепости.

По ту сторону, на берегу, уже устанавливали большой шатер для зрителей.

Оболенский и правда уже сообщил о событии…

* * *

Особняк уже не выглядел так зловеще. Наступающие сумерки разгонял свет фонарей в саду. Листва по-прежнему укрывала землю, но дорожки были частично расчищены.

У крыльца была приставлена лестница, на верху которой балансировал Прохор. В руке он держал метлу, которой смахивал мусор с барельефа над входом.

— Ваше сиятельство! — обрадовался мне слуга и чуть не свалился.

Я помог ему спуститься и, после приветствий и уверений что день прошел чудесно у нас всех, я задал интересующий меня вопрос:

— А что, Прохор, с нашей оружейной?

— А что с ней? — хитро прищурился старик. — Содержим в полном порядке, не сомневайтесь. Дед ваш ничегошеньки не распродал. Хотя ценного там конечно нет… Но оружие справное! Всё хорошо послужило вашей семье. Желаете взглянуть?

— Желаю, Прохор. Очень желаю и прямо сейчас.

Слуга долго гремел связкой ключей у запертой двери. Снова забыл где-то очки и теперь никак не мог найти нужный ключ. Я терпеливо ожидал, разглядывая в окно лабораторию.

Её осмотром стоило заняться как можно скорее. Но уже темнело, свет внутри может заметить дед, так что приходилось отложить до завтра.

— Вот, молодой господин, — слуга наконец-то отпер дверь. — Осторожнее, тут порожек высокий.

Оружейная комната была небольшой. Скорее хранилище, чем выставочное помещение. Артефакторы не увлекались холодным оружием, только если для создания какого-нибудь интересного образца.

Но граф Вознесенский-старший был не просто артефактором, но и офицером. Не формально, а на самом деле. О боевой молодости деда я знал немного, кроме нескольких историй, что не были секретными.

Поэтому тут хранилось настоящее боевое оружие, а не игрушки для показательных выступлений.

Я прошелся вдоль стены, где на простых креплениях висели сабли, кинжалы, короткие мечи, револьверы и пистолеты. Великолепные образцы, все зачарованные лично дедом и действительно в прекрасном состоянии.

В углу даже миниатюрная пушка стояла.

Никаких украшений, гравировки и подобного. Высококлассное оружие, созданное для одной цели — убивать.

Шпаг тут не было.

Я уже подумал, что всё таки придется воспользоваться предложением Головина и взять оружие у него, но всё же спросил:

— А шпаги случайно нет?

Прохор нахмурился, вспоминая. Затем покопался в шкафу, расчихался от пыли и протянул мне что-то, завернутое в тряпку не самого приличного вида.

— Вот, разве что такая. Лука Иванович как-то отобрал её у французика одного. Смешной такой мальчишка был, всё бормотал «сильвульпле, я вас убить». Ну дед ваш ему хлыстом по жопе, значит, и тыкалку эту забрал.

Я развернул тряпку и хмыкнул. Вот и дорого-богато, сильвупле. Потускневшая со временем, при таком-то хранении, но вполне годная.

Навершие в каменьях, изящная гарда, переплетенная рукоять — всё для красоты, а не пользы. Я прикинул баланс и цокнул. Навалять одному княжичу сгодится, но будет не очень удобно.

— А зачем вам эта тыкалка, молодой господин? — спохватился Прохор. — Ею разве что голубей пугать. Да и тупая, как тот французик, прости господи…

— Да, надо бы её в порядок привести. Хоть почистить и края наточить.

— Зачем же это? — не отступал слуга, заволновавшись. — Нынче шпаги нужны только для…

Глаза старика расширились и он вдруг рванул оружие из моих рук.

— Вы что это удумали, ваше сиятельство? Неужто дуэль?

— Дуэль, Прохор, — сознался я. — Завтра на рассвете. Не переживай только, ерунда. И деду не вздумай сказать!

— Ох, ну как же? Вы же совсем негодный для сего мастерства-то! Покалечат ведь вас, молодой господин!

Оно и к лучшему, дуэль эта. Хоть закончат все причитать. А то, право, начинало утомлять. Я забрал шпагу и сделал несколько выпадов.

— Меня, Прохор, мастерству обучили, — я кивком указал на потолок. — Там, как сам понимаешь, без этого никак.

— Ааа, — протянул слуга и разулыбался. — Так вы теперича сами кому угодно навтычете, понятно… Давайте сюда, всё сделаю в лучшем виде!

— Только острие не точи, лишь лезвие. Пусть тыкалкой и останется, я же не хочу проткнуть княжича.

— Княжича? — старик опять перепугался. — Вы вызвали на дуэль княжича?

— Прохор, дорогой ты мой, — я взял его за плечи и тепло улыбнулся. — Ну какая разница? Быстро разберусь и успею к завтраку, вот увидишь. Ты уж приведи это оружие в порядок, будь любезен. И от ненужного избавься. А остальное — моя забота.

Слуга покачал головой, пробормотал «ну дела» и занялся шпагой, сообщив что на кухне меня поджидает горячий чай и свежие пирожки с мясом.

Но я дождался, пока он не закончит с оружием. Прежде чем набивать желудок, стоило немного размяться. Да и к балансу привыкнуть.

Я переоделся в более удобную одежду и вышел в сад.

На улице посвежело, трава покрылась изморозью, среди деревьев запутался туман, скрывая меня от ненужных взглядов.

Проходя мимо окна гостиной, заглянул туда. Дед сидел с книгой у горящего камина и увлеченно читал. Или уже дремал, отсюда было не различить.

Я сражался с невидимым врагом, что в моем воображении прятался в вечерней дымке. Кровь быстро закипела и меня охватил азарт. Даже с таким дрянным оружием мне это доставляло удовольствие.

И вызвало столько воспоминаний и множестве сражений, в которых мне довелось участвовать. Коротких и долгих. Смертельно опасных и шутливых.

Не все воспоминания были приятными, но все ценными.

Моё тело приходило в соответствие с разумом и знаниями. Когда я понял, что все движения полностью под контролем, а каждый удар попадает в цель, я закончил и пошел награждать себя пирожками.

После такой активной тренировки я съел их все.

Принял горячий душ, исторгающий страшные звуки, и завалился в кровать, приятно уставший.

* * *

Проснулся я раньше будильника. Прислушался к себе и удивился — да я же предвкушаю предстоящую дуэль! Ну прямо как мальчишка.

Потянулся, вскочил и подошел к окну. Небо светлело, над городом всё ещё стоял ночной туман, но небо обещало быть ясным. Надолго ли распогодилось, в Санкт-Петербурге это никогда неизвестно. Тем не менее, я посчитал это за хороший знак и начал собираться.

Прохор соорудил для шпаги что-то вроде широких ножен, чтобы я не расхаживал по городу с обнаженным оружием. Хотя я собирался вызвать такси.

С такси же меня поджидал сюрприз, в такой ранний час не было ни одной представительской машины. В итоге мне пришло уведомление, что за мной приедет некто Индраджит. На снимке был молодой индус с выпученными глазами. Видимо, он думал что так он будет выглядеть доброжелательно. Но получилось зловеще.

Но это было несущественно.

Начинался новый день и он тоже обещал быть насыщенным. Я вышел за ворота и вдохнул полной грудью прохладный воздух. В конце улицы появился автомобиль. Отлично, всё идет по плану.

Сначала дуэль, потом завтрак, затем лаборатория.