Глава 20

– Еще шампанского мне! Гуляем!!!

Каролину мотало из стороны в сторону. Ступая по уже успевшему остыть после жаркого дня асфальту на высоких каблуках, Ильина несколько раз была на грани оказаться в лучшем случае на газоне и не в стоячем положении. Этому способствовало и короткое узкое платье, и расплывшийся макияж, слепивший вместе накладные ресницы и ухудшивший обзор. В некотором смысле, она чувствовала себя в данную секунду нетрезвым космонавтом, управлявшим во вселенной, где кроме далеких звезд нет других препятствий на пути. На темной улице, освещенной редкими фонарями, почти что не было людей, время далеко за полночь, хоть и выходной, но смельчаков, решивших погулять, практически не встречалось. Вырвавшись из клуба уже в нетрезвом состоянии, девушка приняла решение отправиться на свой старый район.

– Митя, я тебя люблю! – пьяненько повиснув на шее у своего трезвого спутника, выкрикнула невеста. – А, давай! Давай убьем этого Барсова, денежки его заберем, и… уедем на Маль… ик, ой, на Маль…

– Ты бухая, – с неприязнью на лице, которую, впрочем, никто не заметил, парень убрал руки спутницы со своей шеи. – Нажралась, как свинья.

– Митюша, почему ты обижаешься? – надув губки, девушка вернула свои руки туда, откуда их только что скинули. – Я же тебя так люблю! Тебя, ик, и нашего ребеночка!

Состроив губами уточку, Ильина потянулась к щеке парня, но тот отпрянул, в который раз оттолкнув любовницу от себя.

– Твою же мать! – ругнулся молодой человек после того, как Каролина со всего маху наступила в лужу и окатила грязью его чистые штаны, единственные, к слову, приличные штаны в его скудном гардеробе, которые обошлись ему совсем недешево. Бабка на базаре вытребовала у него за них на две сотни больше, чем они стоили. – Овца! Нажралась! Все, ты меня достала! – Дмитрий оттолкнул Каролину от себя, та споткнулась и, совершив виртуозный разворот, при этом запутавшись в собственных ногах, приземлилась на газон. – Вали одна до дома, проспишься, позвонишь!

Сплюнув в полуметре от девушки, непонимающе хлопающей большими голубыми глазами, заявил рассерженный парень. После чего, не слушая ее стонов и умоляющих слов, прибавив шаг, направился к собственному дому.

– Митя… Как же так?

Каролина, пьяненько икнув в очередной раз, посмотрела вслед своей любви. Нет, она не обиделась на него. Митя всегда был таким. Он не понимал романтики, не был розовым слюнтяем, как она это называла. Все эти сопли не про него. Да, он мог быть грубым, и уже не раз бросал ее вот так, где попало просто потому, что она ему надоела. Но именно это Каролину в нем и привлекало. В отличие от остальных, Митька был настоящим мужиком. Ее мужиком.

– Ик!

С трудом собрав мысли в кучку, невеста нащупала где-то в районе своих колен сумочку. Мобильный заливался трелью, требуя ее внимания. Взявшись рукой, испачканной в свежескошенной траве за эксклюзивную кожу, она раскрыла сумочку и вытащила оттуда дорогой аппарат, который не так давно стребовала со своего жениха. Барсов, черт бы его побрал! Вот и сейчас не без него. Какого хрена?!

– Ну?! – ответив на звонок и одновременно пытаясь подняться на ноги, выкрикнула она.

– Каролина Кирилловна, это Маша, из дома Александра Ренатовича.

– Че тебе надо? – кое как поднявшись на ноги и приняв устойчивую позицию, а также сдержав икание, рявкнула в трубку Ильина. – Ночью?!

– Вы, – замялась девчонка на том конце, – вы же сами сказали позвонить, если Александр Ренатович будет что-то такое делать, что вам не понравится. И… обещали за это вознаграждение.

– Ну, говори, что у тебя там? Никак, мой милый Саша любовницу приволок? Хотя нет, – Каролина улыбнулась куда-то в неизвестность, – скорее решил продолжить вечерок в компании стриптизерши!

Ильина, зацепившись носком модной туфли, споткнулась об дырку в асфальте и, чтобы не упасть, ухватилась за стоявший поблизости фонарный столб. Почувствовав прохладу от металла под своими ладонями, она инстинктивно прижалась лбом к столбу, на мгновение ощутив некоторое облегчение от отступившего головокружения.

– Я не знаю, стриптизерша ли она, – голос в трубке словно возник из ниоткуда и разбудил ее ото сна. Тряхнув головой и не открывая зажмуренных глаз, Каролина мысленно прокляла все вокруг. Неужели она слышит то, чего боялась? Барсов приволок домой любовницу?! Туда, к родителям, не стесняясь?! Это могло означать только одно – свадьба будет отменена. А если это случится, Митя… Митя ее бросит!!!

В миг протрезвев, невеста сжала пальцы на телефонной трубке и прошипела в микрофон:

– Он кого-то привез домой?!

– Привез, – подтвердила домработница. – Двух девушек. Одна в положении. К ней, кстати, доктор приехал. Нам сообщили, что она будет рожать в доме. Сегодня ночью или завтра. В крайнем случае, в ближайшие дни.

– В смысле? – Каролина оторвалась от столба и почти на ровных ногах ступила обратно на асфальт. – В смысле, рожать? Какая еще беременная?

Голова невесты наотрез отказывалась думать. Девушка силилась вспомнить всех, с кем когда-либо знакомил ее Барсов. Там нечего вспоминать! Он не знакомил ее почти ни с кем. И если кто-то и был, уж беременных она среди них не видела. Выходит, у Барсова есть беременная любовница, которая готова вот-вот родить???

– Темноволосая, молодая девушка. Очень молодая, я никогда ее не видела. Но это еще не все, Каролина Кирилловна.

– Что еще? – Ильина уже достигла собственного двора. Миновав знакомую старую березу, она отправилась прямо через детскую площадку. Так было короче, она любила срезать путь, лишь в этот раз не подумала, что идет на высоких каблуках, которые тут же, разумеется, застряли в песке. Чертыхнувшись несколько раз, девушка скинула обувь, неуклюже подобрала ее направилась дальше. – Что молчишь? Говори давай!

– С ней еще одна девушка. Она не беременна. Тоже темноволосая. С ней…

– Что с ней?! Ну!

– С ней Александр Ренатович только что уединился в своей спальне.

В этот миг Каролина словно услышала, как неизвестная рука огромным молотком вколачивает последний, длинный гвоздь в крышку ее собственного гроба.

– Ты знаешь ее? – чуть не умирая от страха и от невыносимой жажды, выдавила она.

– Нет, никогда не видела. Заметила одну только странность.

– Какую? Блин, Маша!

– Когда они поднимались по лестнице на второй этаж, хозяин вел гостью за руку. И… В общем, вы знаете, что у Александра Ренатовича есть ожог на руке.

– Есть. Ну?! Кто не знает о его уродстве? Что-то новое мне хотела открыть?

– Нет, я понимаю, что вы знаете о его ожоге. Я хотела сказать другое… На руке этой девушки тоже есть ожог. Такой же страшный, как у хозяина. Я не знаю, что это такое, вы велели сообщать вам все и вы сами потом решите, что важно, а что нет. И я…

– Е….б твою мать!!!

– Что?

– Ничего.

Каролина мысленно произнесла весь мат, который когда-либо знала. Черт! Ситуация хуже некуда! Барсов приволок любовницу к себе домой. Не стесняясь родителей. Что ей теперь делать? Прямо сейчас мчаться туда? Разоблачать его? А что, если он выберет не ее? Заставит прямо сейчас сдать анализы? Нет, этого однозначно делать нельзя. А что же тогда? И в голове пусто, только шум и полное отсутствие достойных идей. Может, отложить все до завтра? Выспаться и тогда все решить? А что если… если завтра будет поздно? Надо… надо с кем-то посоветоваться. А с кем? С Митей?

– Откуда я-то могла об этом знать?!

– Внимательнее надо быть, когда в твои руки такие деньжищи попадают! Можно подумать, ты по ним каждый день топчешься, чтобы так наплевать на все!

Мать была в ярости. Когда Каролина вернулась домой и все ей выложила, сразу же получила нагоняй и несколько привычных оплеух. Но это не страшно. Мать поорет и придумает что-то дельное. К Мите уж точно нельзя было. Все, что угодно, только не рассказывать ему, что Сашка предпочел кого-то ей. Это все равно, что в жирдяйки себя занести.

– Мам, так что делать? – сидя на диване и прикрываясь подушкой, повторила свой вопрос девушка. Кирилл спал в соседней комнате без задних ног. Он вернулся из рейса и уже успел отрубиться, по этой причине не слышал ни единого слова из всего их разговора.

– Что делать… – приложила руку к подбородку Анастасия Афанасьевна. Женщина и вправду уже успела выпустить первую злость, поэтому в ее достаточно трезвой голове план как раз созрел. Мать невесты подошла к секции, стоявшей у стены, открыла один из ящичков и какое-то время рылась в куче нужных и ненужных лекарств. Наконец, она выудила банку с таблетками и победоносно потрясла той в воздухе. – Есть!

– Что это?

– Снотворное. Выпьешь сейчас, а я скорую вызову, – уставившись на собственного ребенка, словно на самого отсталого в развитии человека, ответила женщина.

– И… и что?

– И ничего, пьянь ты такая! Тебя увезут в больничку, а я позвоню твоему женишку, сообщу, что что-то случилось, я не знаю, как и что, но ты решила покончить с собой. Прилетит как миленький! И забудет по пути про свою любовницу. А пока все выяснится, о любовнице думать забудет.

– А это не навредит ребенку? – недоверчиво нахмурилась младшая Ильина.

– Одна таблетка? Не прикидывайся идиоткой, ты бухая, а не больная. Ты выпьешь одну таблетку, остальное я переложу в другую коробку. Банку брошу на столик, врачам скажу, что нашла ее возле тебя. Все, блин, просто. Потом тебя промоют и выяснят, что это я зря панику подняла, а ты останешься белой и пушистой. Короче. Сейчас важно вытащить его из постели и вечерок испортить. И не дать шанса расстроить свадьбу. Не будет он тебе про это сообщать, если увидит тебя на больничной койке.

– Поняла.

– Аллилуйя! На, пей давай, только перед этим переоденься во что-нибудь приличное. Ты же все-таки не в шлюху играешь, а в беременную. И рожу умой, реально на спитую бомжиху похожа.

Послушав мать и полностью согласившись с ее планом, Каролина исполнила все. И умылась, переоделась, а затем выпила таблетку, передав руководство сценарием в руки родительницы.