Глава 28

Ее губки сладкие, сочные, ее потемневший взгляд. Едва слышные звуки наслаждения, прерывистое дыхание, аккуратные пальчики, впивающиеся мне в плечи. Они дурманят, сносят крышу напрочь, возвращая меня во времена подросткового максимализма. Лунный свет из окна отливает ее светлую кожу блеском, рисует тени на ее теле, делая его идеальным для меня. Она будто создана для меня всевышним. Для тобою чтобы я любил ее. Здесь и сейчас за закрытыми дверьми, пока нас никто не видит. – Я хочу вас, профессор, – звучит прекрасная музыка из ее сладких уст. В голове совершенно не то, что должно быть. У меня целый день забит семинарами, много первокурсников записалось на вечерний факультатив. Но вместо знаний, отложенных в голове столько лет, в мыслях только одна девушка. Ее пшеничные волосы, пахнущие спелыми ягодами, ее сочные, чувственные губы на моих губах, ее сбитое, неровное дыхание, касающееся моей кожи от переполняющих нас эмоций. Перед глазами – она, в голове – она, в моих руках – она. Мой грех. Мой порок. Моя погибель. Я не знаю, почему до сих пор продолжаю наши отношения, почему не разорву их. Наша связь запретна, у нас нет будущего. Я думал, что никогда не брошу Карлу и Ханну, а Мики не допустит, чтобы ее исключили из-за нашей связи. Уилок Браун для нее – большой шаг в будущее из нищеты. Однако приоритеты изменились. Моя жизнь изменилась после нашей встречи. При одной мысли о расставании сердце сильно сжимается, принося боль в груди. Я не могу ее бросить. Мы не переживаем разлуку. Снова. Вчера она сказала Люблю. Люблю… А я ответил ей также. Люблю… На одной любви не построишь будущее, как и на чужом несчастье. Я понимал это с самого начала. Мика не глупая девочка, она прекрасно осознает, чем может закончится наша связь. Но, стоит нам остаться наедине, мы забываем о реальности, утопаем с головой в нашу любовь. Я отдаю всего себя, она – себя с избытком. Выпиваю ее любовь до самых краев, до последней капли наслаждаясь давно забытым чувством. Хотя порой у меня складывается ощущение, что ничего подобного не испытывал ни к кому. Я не испытывал любовь в полной мере, как сейчас. Как я умудрился за такой короткий срок сойти с ума по обычной студентке? Вы назовете меня ненормальным педофилом, но я хочу ее. Люблю и хочу. Не представляю себе следующий день без стройного тела, не могу представить, что не увижу блеск в прекрасных глазах. Моя девочка. Я эгоистичен. Испорчен. Она яркая. Добрая. Мы полярно разные. Наверное, противоположности и правда притягиваются. Я никогда не отпущу тебя… Следующий день жду с легкой нервозностью после сообщения Мики. Я попросил у службы безопасности колледжа записи с камер парковки и поля. Так, на всякий случай, чтобы никто ничего не заподозрил, не понял, что именно я ищу. Я ставил машину так, чтобы никто не увидел нас, знакомый угол, куда не достает обзор камер и любопытные глаза студентов. Видимо, чьи-то достали. Но стоило включить запись с парковки, я увидел знакомый силуэт… Она медленно шла через всю парковку прямо к тому углу, где я оставляю машину. Невольно засматриваюсь на ее фигурку, на опущенные плечи, на поникший взгляд. Смею только предполагать, что она ощутила, когда я написал ей. Да, я поступил жестоко, возможно, даже сейчас поступаю жестоко по отношению к ней. Променял будущее на момент. На мгновение во времени. Но это потом… На камерах не видно, куда именно залезла Мики. Не видно ни машину, ни то, что Мики вообще осталась на парковке. Со стороны кажется, что она прошла сквозь неё и направилась по неопределенному пути. Просматриваю остальные секунды кадров, пока моя машина не светит задом на камерах. В таком ракурсе ее. Тоже не видно, а я просил Мики пригнуться, чтобы нас никто ненароком не увидел, пока мы не выедем из парковки Уилок Браун. И вокруг никого не было. Но почему малышка посчитала, что о нас кто-то узнал? – Профессор? – тонкий голосок наполняет мой кабинет. Мики заходит в кабинет и закрывает его на ключ. Тихо, чтобы кто не услышал и не застал нас с поличным. Но я не стану рисковать в стенах колледжа, пока не узнаю, что наша тайна в безопасности. – Привет, Мики. Принесла? – Да. Она достаёт из рюкзака планшет и протягивает мне уже открытый файл. Я читал предварительную версию на днях, но вижу, что она поправила некоторые моменты. – Прекрасно. Нужно поправить пятый раздел и готово. Она молча кивает головой, скрывая от меня поникший взгляд. Но я-то знаю, что дело не в докладе, который мы представим через пару недель. Дело в ситуации, которая беспокоит ее сильнее, чем нужно. Также молча подхожу к ней и беру за руку. Ладонь холодная, кожа покрыта мурашками. Ее кардиган мало спасает, несмотря на тёплую погоду за окном. – Все в порядке. Я проверил парковку. Нас никто не видел. – Тогда почему мне намекнули на тайну? – Мики поднимает обеспокоенный взгляд на меня. – Ты уверена, что тебе намекнули именно на наши отношения? – Не знаю… не уверена… я… – Иди сюда. Прижимаю свою девочку крепче, пока нас никто не видит. Пока мы закрыты от реальности в моем кабинете. Молчит. Снова. Опускает глаза, словно после признания я изменю мнение о ней. Странное предчувствие опасности и нервозности преследует меня, но я забываю о нем, когда она отходит от меня и произносит нежно… – Смотри! Она поднимает рукав форменного зелёного кардигана, под которым скрывала шрам. Сейчас над ним чёрным каллиграфическим почерком написано: «Моя жизнь в твоих руках». – Что это значит? – аккуратно поглаживаю возле татуировки – кожа все ещё красная. – Что я добровольно отдаю тебе себя. – Ты же понимаешь, насколько сложны наши отношения. – Понимаю. Но я хочу о них помнить. И о тебе… Я молча смотрю на эту маленькую, но в то же время сильную духом малышку. Ощущение, что вижу ее впервые. Так и есть. Я впервые вижу ее такой взрослой, осознанной. Мы столько времени проводим вместе, я так часто вижу ее точеную фигурку на территории кампуса и восхищаюсь ею, любуюсь. Она никогда не была для меня девчонкой, временным увлечением, которое пройдет вместе с разгорающейся страстью между нами. Она не такая, как все… – Я купила тебе это, – Мики неуверенно протягивает бархатный мешочек. – Он простой, но тебе понравится. Открываю мешочек и вытаскиваю оттуда небольшой кулон в виде пули на серебряной цепочке. Обычная, ничего не значащая вещь. Она была бы таковой, если бы ее подарил кто-то другой, а не Мики. – Прочитай вот здесь, – показывает она пальцем. «Твоя жизнь в моих руках». – Похоже на присвоение. – Разве это не так? – игриво улыбается она. – Я не хотел присваивать тебя. – Но ты присвоил. Я хочу, чтобы ты это знал. Мики аккуратно встает на цыпочки и едва касается губ своими. Быстро-быстро, пока в кабинет никто не постучался и не застал нас с поличным. А затем убегает, прихватив рюкзак. Гляжу на открывшуюся дверь улыбаюсь самому себе, держа в руках маленькую пулю. Какая же ты смешная, забавная. Ты всегда улыбаешься, даже если тебе очень грустно, освещаешь своими прекрасными глазами этот день. Ярче солнца. Ты – мое личное солнце, без которого день становится серым и обыденным. Возвращаюсь к видеозаписи на камере, закрываю – там ничего нет. Если бы я знал, что упустил важную деталь, засмотревшись на свою девочку.