ГЛАВА 23

Несколько лет спустя…

Ветер развевает мои волосы и глаза, полные ненависти, впиваются в одиноко стоящую фигуру. Он повзрослел и превратился в мужчину. Широкие плечи, облаченные в черный пиджак, выпирают, и весь его облик кричит о том, что он слишком богат и успешен. Дьявол во плоти, который разрушил мою жизнь. Он даже не предполагает, что я наблюдаю за ним. Дамиан наклоняется над надгробьем и кладет цветы, затем, выпрямившись, что-то шепчет. Мне не слышно, о чем он говорит, я борюсь с собой. Мечтаю выйти из укрытия и выцарапать ему глаза, но, как всегда, ничего не могу сделать. Он недосягаем. По слухам светских газетёнок, он меняет свои пассий одну за другой и всегда в центре внимания. Моя фотография на надгробье напоминает мне обо всей боли, что пришлось пережить. На фото я улыбаюсь. Помню этот момент, как Дили сфотографировала меня на свой телефон, даже не предполагая, что это единственное мое фото. Чудовище думает, что я умерла. Я тогда поверила Дамиру, а он сделал все для того, чтобы меня не искали. Тело мертвой бомжихи было ловко подкинуто в огонь и похоронено под моим именем. Все, о чем я мечтала, сбылось. Тихая жизнь, учеба в университете, новые друзья, вот только успокоение не приходило. Умер мой дед, но я не мола так рисковать и приехать на его похороны. Наблюдала, также издалека, и глотала слезы. Это его вина. Дамиан мое проклятие. Я поклялась, что отомщу, но не знала как. Пока не знала…

Он все еще стоит, подносит свою ладонь к моему фото и проводит пальцами по лицу. Я не вижу его глаз, но до дрожи в пальцах хочется посмотреть. Что он делает здесь и зачем пришел? Я не понимаю. Неужели чувствует вину? Непробиваемая скала все-таки дала трещину. Несколько долгих секунд я наблюдала за ним, пока кто-то не положил ладонь на мое плечо, и я, от неожиданности, вздрогнула. Холодный пот вмиг выступил на груди, и я резко обернулась.

– Тсс, он может заметить. Не боишься?

Дамир. Черт возьми.

– Что ты тут делаешь? Ты следишь за мной? – шепчу я, беря его за руку и оттаскивая в сторону.

– Ты слишком рискуешь. Дамиан далеко не дурак.

– Почему ты здесь? Ты обещал мне спокойную жизнь, но каждый день появляешься. Разве ты не говорил мне, что я буду свободна? Ты одним своим присутствие душишь меня.

Я начинала злиться, но возгоравшиеся мысли резко превращались в пепел. Дамир мне помог, освободил меня, вырвал из рук Дамиана, но его присутствие напрягало.

– У меня к тебе разговор. Давай отойдем в машину, тут не безопасно.

Он разворачивается и идет вперед, давая понять, чтобы я следовала за ним, и я, как всегда, не могу ослушаться. Я у него в руках. Стоит мне попытаться перечить, как мигом полечу в пропасть. Если Дамиан узнает, что я жива, меня, скорее всего, похоронят вновь, и на этот раз заживо. Он не простит. Я стараюсь догнать Дамира, но у меня слабо получается. Когда чаща позади, я воровато оглядываюсь по сторонам прежде, чем выйти на дорогу. Подбегаю к автомобилю и забираюсь на кресло. Дамир смотрит вперед, заводит двигатель, и машина плавно срывается с места. Какое-то время мы молчим. Я наблюдаю за тем, как он ведёт машину, а Дамир просто смотрит вперёд.

– Как тебе новая квартира? – спрашивает он, – надеюсь, места хватает?

– Откуда ты знаешь, что я сняла квартиру?

– Я все о тебе знаю. Работу официанткой по ночам придётся бросить, мне не нравится твои синяки от недосыпания.

– Дамир, мы так не договаривались. Меня моя работа устраивает. Пожалуйста, дай мне жить спокойно.

На самом деле я слишком нервничала, но не могла понять почему? Может быть, глядя на него, я видела его брата. Они слишком похожи, мало того, еще и шрамы на лице с годами поубавились. Я не знаю, что он делал с лицом, но сейчас все не выглядело так зловеще.

– Тебе что-то не нравится? – спрашивает он, выгибая одну бровь, – ты свободна, можешь ходить куда хочешь и делать все, что угодно, но ты сама выбрала остаться в этом городе. Могла бы уехать далеко, но не сделала этого.

– Я не могла оставить деда, ты же знаешь…

– Сейчас твоего деда нет и …

– Сейчас уже поздно, – перебиваю я его, – у меня учёба, друзья. Я не могу заново все бросить.

Он проводит ладонью по своим волосам, шумно, выдыхая.

– А я не могу допустить, чтобы он тебя увидел, поэтому придётся меня потерпеть. Хотя я, кажется, нашёл выход.

– О чем ты говоришь? – спрашиваю я.

Дамир бросает на меня свой взгляд, и от него у меня дрогнули руки. Я сжала ладони и попыталась их спрятать в карманы своих джинсов. Почему его глаза всегда посылают нервную дрожь по моему телу? Я его боюсь, но с годами привыкла к его присутствию. Дамир тот тип людей, которых реально стоит опасаться.

– Ты вернёшься обратно в дом.

– Что?

От неожиданности, я забываю, с кем разговариваю и хватаю его за плечо.

– Ты в своём уме? – в шоке, спрашиваю я.

Дамир плавно затормаживает около большого раскидистого дерева, и я резко убираю свою руку. Пальцы жжёт. Что, черт возьми, это значит? Только через мой труп он заставит меня вернуться обратно.

– Я не вернусь, Дамир. Я лучше умру, но не вернусь.

Он разворачивается всем корпусом ко мне, и осматривает так, как будто видит впервые. Блеклые глаза становятся на толику темнее.

– Придётся, Маугли, иначе будет хуже нам с тобой вдвоём.

– Я не понимаю Дамир.

– Ты вернёшься под видом совершенно другой девушки.

Я не могу поверить в то, что он сейчас говорит. Он реально не в своём уме, раз думает, что Дамиан меня не узнаёт.

– Ты родилась и выросла в близлежащем посёлке, на Алом берегу. Жила какое-то время там, до своего совершеннолетия. Затем уехала учиться за границу и сейчас вернулась на родину. Я полностью подготовил все документы. Тебя зовут Варвара Трофимова, тебе двадцать три года, и ты являешься, двоюродной сестрой девчонки Таи, по прозвищу Маугли.

– У меня нет никакой сестры, и никогда не было, – мой голос дрожит.

– Раньше не было, а сейчас есть. Знаешь, сколько мне пришлось отвалить денег, чтобы она у тебя появилась?

– Дамир, ты меня пугаешь. Даже если она и есть, она не может быть точной моей копией.

– Не может, поэтому мы поменяем твою внешность.

Я открывала и закрывала рот, пытаясь произнести фразу, но все мысли разом вылетели из головы. Мне хотелось открыть дверь, выбраться из машины и пуститься на утёк. Убежать, как можно дальше, но я не могла.

– Что я скажу Далеру и Наде?

– Это твой полоумный друг и его недоделанная подружка? За них можешь не переживать.

– Только попробуй их тронь, – выкрикиваю я, – хоть пальцем прикоснешься и я, и я …

– Что ты сделаешь? – он ухмыляется, – дашь мне пощёчину?

– Я уничтожу всех вас. Я, правда, это сделаю.

– Остынь,– говорит Дамир, – меня не интересуют твои друзья. Ты придумаешь для них байку. Ну не знаю, скажешь там, скрывалась от заносчивого парня и переехала сюда, поменяв документы. Я не знаю, как ты это сделаешь, но врать придётся правдоподобно. Дамиан будет запрашивать всю информацию про тебя. Я уверен, что твоих друзей не обойдут стороной.

– Твой план не сработает, он вмиг вычислит, кто я, и что будет тогда? Что если он все узнает?

– Я же сказал, что не узнает. Я все подготовил, ему придётся смириться, что это не ты.

От его последних слов меня начало трясти. Может быть, мне все это снится, или у меня помутнение рассудка? В это просто невозможно поверить. Я только представлю, что придётся столкнуться с ним лицом к лицу, и липкий пот моментально выступает на лбу. Я не смогу. Наблюдать за Дамианом со стороны, это одно, а вот находиться совсем близко, это совершенно другое.

– Ты сказал, я вернусь в дом, что это значит?

– Да, ты вернёшься, и не как гостья, – хрипит он.

Сейчас мне кажется, что Дамир не в себе, и весь его план – это каракули, выведенные на бумаге пятилетним ребёнком. Ну как, вообще, до такого можно додуматься?

– В качестве кого я вернусь?

Дамир сжимает пальцами руль, отворачивает голову. Я вижу, как его плечи слегка напрягаются.

– В качестве моей девушки. Ты вернёшься, и будешь моей невестой, Маугли ….