Глава 7

— И что ты здесь делаешь? — чувствуя, что происходящее теряет связь с реальностью, Лиза спросила у изображения на экране.

Горский невесело улыбнулся:

— Пытаюсь подружиться с искусственным интеллектом станции, как я и собирался.

— Прекрати пугать меня, Лучезар, мне и без того страшно до ужаса, — Лиза сердито поджала губы. — Ты сказал, что я нужна тебе. Не хочешь говорить, где ты, не говори. Но что тебе от меня нужно? Я готова помочь, если тебе нужна помощь.

Лиза пыталась казаться сердитой и невозмутимой, между тем, как пальцы ее мелко подрагивали от волнения, а голос то и дело срывался. Разумеется, Лучезар видел все это, он всегда видел людей насквозь, словно рентгеновский аппарат.

Мужчина склонил голову набок, любуясь своей бывшей невестой:

— Какая же ты все-таки красивая, Лизонька, когда сердишься.

— Что? — девушка опешила и жалобно захлопала ресницами, пытаясь справиться с подступившими слезами.

— Прости, — изображение мужчины на экране прикрыло глаза. По экрану прошла рябь, и вот уже Лучезар смотрел на Лизу прямо и спокойно. Он продолжал, — Мне действительно нужна помощь. Я многое могу делать удаленно, но некоторые системы вашего корабля автономны и не имеют выхода в сеть.

— Зачем тебе наш корабль? Мысин сказал, что двигатели не работают, мы не можем даже улететь отсюда, — Лиза решительно вытерла выступившие на глазах слезы.

Изображение Горского чуть улыбнулось:

— Кир умный парень, но он не сможет запустить двигатели, пока я их контролирую.

— Ты? — по спине Лизы снова пробежал холодок. — Так это ты держишь нас здесь в заложниках, а вовсе не станция?

— Да и нет.

— Перестань говорить загадками! — еще мгновение, и, несмотря на все усилия, Лиза расплакалась бы от обиды и страха.

Пусть голос в ее голове оказался реальным, а не плодом приступа космического психоза, легче от этого не становилось. И даже на короткий миг Лизавете захотелось, чтобы рядом оказался Такер, простой и надежный. Он не пугал ее странными намеками в отличие от Лучезара, а наоборот пытался успокаивать и защищать.

— Прости, — Лучезар снова принялся извиняться. Он выглядел таким виноватым и расстроенным, что Лизе стало жаль его и совестно за свои тайные желания, — я немного путаюсь, для меня многие вещи понятны и очевидны по умолчанию, и я забываю, что у людей причинно-следственные связи работают иначе. Что вам нужно объяснять все по порядку.

— Да, — Лиза пыталась разозлиться, чтобы было не так страшно, — будь добр, объясни по порядку.

Изображение мужчины замерло на миг. По нему прошла рябь, и Лучезар заговорил:

— Когда Утренняя звезда потеряла орбиту, я стабилизировал ее траекторию, предотвратив падение. Сейчас я контролирую почти все системы станции. Я держу под контролем последний из реакторов. Пока что он стабилен, но из равновесия его может вывести любой неосторожный внешний импульс. Я не могу этого допустить, при нынешнем положении орбиты станция рухнет на Землю, пусть частями, но могут быть разрушения и жертвы. Интеллект станции пытается перехватить управление, и мне приходится отражать больше миллиона кибератак ежесекундно.

— Где ты, Лучезар? — Лиза нахмурилась. — Ты улетел со станции? Ты на Земле? — она непроизвольно бросила взгляд на его футболку, которая определенно осталась в их домике под Новосибирском.

— Нет, Лизонька, — Горский покачал головой. — Я здесь. Я интегрировал свое сознание в искусственный интеллект станции.

Поскольку девушка только оторопело открыла рот, Горский продолжал:

— Он все время делает попытки перехватить контроль, но компьютерной программе не хватает для этого воображения. Единственное, что она может, это перезапустить всю систему, чтобы избавиться от вредоносного объекта, то есть меня. Но тогда все поздние изменения в его структуре будут стерты, и программа вернется к заводским настройкам. К моим настройкам. А это не входит в планы саботажников.

— Все-таки саботаж?.. — Лиза пробормотала растерянно. — Профессор Келдыш говорил о саботаже.

Девушка спохватилась:

— Ты знаешь, где профессор Келдыш? Мы оставили его в грузовом отсеке, но там сейчас нет сигналов экипажа.

Лицо Горского на экране помрачнело:

— Боюсь, Станислав Вениаминович уже мертв, а его браслет деактивирован.

— Но… как же так? — нахмурившись, Лиза недоверчиво покачала головой. — Он был слаб, но стабилен.

— Спроси у своего нового друга, — показалось, или в голосе Горского скользнула досада?

— Что? — Лиза непонимающе посмотрела на собеседника, и Лучезар пояснил:

— Поинтересуйся у командира Такера, что он сделал с браслетом Келдыша.

Чувствуя, как ее начинает бить нервная дрожь, Лиза наклонилась ближе к экрану, провела рукой по наэлектризованной поверхности, будто лаская изображенное на ней лицо. От ее прикосновения по экрану пошли помехи, а Горский продолжал говорить, не обращая внимания на это проявление чувств:

— Послушай меня сейчас, это важно. Я не могу перезапустить программу изнутри, это можно сделать только снаружи. Мне нужен ключ на перезапуск системы. Он есть в бортовом компьютере вашего спасательного корабля, но получить его можно только через внешний носитель. Тебе придется вернуться на корабль, скачать код на инфокар и принести мне сюда, чтобы я мог его активировать.

— И тогда ты ко мне вернешься? — казалось, Лиза пропустила мимо ушей половину объяснений бывшего жениха. — И мы все-таки с тобой поженимся? Я тут подумала, полгода не такой уж большой срок. Могла бы ведь и подождать, — девушка продолжала гладить экран, по лицу ее катились слезинки, но она не замечала их. Умная автоматика скафандра попыталась подсушить неуместную влагу, но при открытом шлеме сделать это было не так-то просто.

— Лизонька… — одного этого слова было достаточно, чтобы у Лизы сдали нервы, и она горько расплакалась, склонив голову к коленям и обхватив ее руками.

Лучезар всегда называл ее именно так, ее имя в его устах звучало так нежно и так ласково. Именно поэтому Лиза бесилась на это чужое колючее «лиззи», которым звал ее Такер.

— Не плачь, девочка моя. Соберись. Мне нужна твоя помощь. Кроме тебя, мне больше некому помочь, — виртуальный Лучезар пытался увещевать расстроенную девушку, но слова не помогали. Помогли бы объятия, но сейчас он не мог обнять ее. И потому продолжал говорить, — Ты нужна мне, ты нужна тем людям на Земле, под нами, которые не знают, что над их головами летает смерть.

— Мне нет дела до всех этих людей! — Лиза взвыла.

— Ты сотрудник Космофлота, тебе есть до них дело, — голос Лучезара стал непривычно жестким.

Лиза обхватила себя руками за плечи. Она судорожно всхлипывала и никак не могла сделать нормальный вдох. Видя ее страдания, Лучезар скорбно нахмурился, голос его снова смягчился:

— Мы обязательно поженимся, Лизонька. Но сейчас ты должна помочь мне спасти станцию.

— Ты обещаешь? — девушка прошептала на полувыдохе.

— Я обещаю…

***

Лучезар спокойно, как на лекции, объяснял Лизе, что она должна была сделать:

— Возьми инфокар, — из прорези в приборной панели бесшумно выплыл полупрозрачный кубик кристаллического накопителя. — Тебе достаточно будет просто поместить его в разъем главного компьютера вашего корабля, программа сама найдет и перепишет нужную информацию. Ключ к системе защищен личным паролем Такера, но подполковник никогда не отличался богатым воображением, взломать его будет не трудно, — изображение Горского презрительно дернуло уголком губы.

— Что потом? — Лиза все еще шмыгала носом, но слезы отступили, и им на смену пришло отрешенное спокойствие.

— Потом тебе нужно будет вернуться сюда. Не волнуйся, я буду вести тебя по всему пути следования, самой безопасной дорогой. Правда, не самой быстрой, — по экрану пробежала серия помех. — Придется идти так, чтобы разминуться с Такером и Мысиным.

— А что не так с Такером и Мысиным? — Лиза исподлобья взглянула на бывшего жениха, досадуя на свою недавнюю вспышку эмоций. — Почему нельзя просто попросить у командира этот код? Он ведь, наверно, для того его и взял с собой, чтобы перезагрузить неисправный компьютер станции.

— Не думаю, что все так просто, — лицо Горского исказила непонятная гримаса. — Ключом безопасности корабль снабдили те, кто действительно планировали настоящую спасательную операцию, Такер не мог отказаться от него или «забыть» взять его с собой. Он же солдат и обязан подчиняться приказам.

— На что ты намекаешь? — Лиза нахмурилась.

— Надеюсь, что я ошибаюсь, — Лучезар попытался улыбнуться, но лишь чуть дернул уголками губ. — Давай, Лиза, не мешкай, они уже близко. Надевай шлем и, пожалуйста, будь осторожна. Люблю тебя…

Сказав эти слова, Горский отключился. По экрану опять побежали столбцы символов, сменившиеся схемой главного реактора. Лиза стояла с приоткрытым ртом, не успев сказать ни слова.

— Ты опять бросил меня, — девушка прошептала в опустевший экран и застегнула на голове шлем.

— Даже не собирался, — в наушниках шлема прозвучал бодрый голос Лучезара. — Пока ты была здесь, я немного подправил частоты приемника твоего скафандра, и теперь ты будешь хорошо меня слышать. Я буду подсказывать тебе дорогу. Так, чтобы больше нас никто не услышал.

***

С помощью консоли Мысина перемещаться через закрытые шлюзы станции оказалось значительно проще и быстрее, чем вскрывать их вручную. Правда, программеру приходилось подсоединяться к каждой двери по очереди, чтобы открыть ее. Время шло, Такер нервничал, каждые две минуты уточняя у напарника местоположение Лизы.

— Она в центре управления, — поначалу Мысин старался не выказывать раздражения, но командир дергал его так часто, что вскрытие каждой следующей двери все больше замедлялось. — Не пойму, что она там делает. Какая-то странная активность, помехи забивают все частоты.

— Лиззи… — Такер в очередной раз позвал Лизу через комлинк, но она снова не ответила. — Черт! Что ты там копаешься, Мысин? Можно быстрее?

— Если бы вы не отвлекали меня, то можно было бы и быстрее, — Кир проворчал недовольно, но тут же с опаской покосился на командира. За грубость руководству можно было схлопотать выговор с записью в личное дело.

Но Такер даже не обратил внимания на его упрек.

— Лиззи, если ты меня слышишь, — он упрямо продолжал говорить по внутренней связи, — если ты на меня обиделась за ту мою выходку, прости, пожалуйста. Слышишь? Прости меня, я не хотел тебя задеть. Просто ты мне очень нравишься, Лиззи. Я не надеюсь на быструю взаимность, но дай мне шанс, прошу тебя. Я докажу тебе, что достоин твоего внимания, докажу, что я не хуже, чем…

Такер осекся на полуслове и покосился на Мысина. Программер был занят делом и не слушал душеизлияний командира.

И Лиза их, вероятно, тоже не слушала. Или, быть может, даже не слышала. Что поделать, помехи… Командир скрипнул зубами:

— Где Солнцева, Мысин?

— Все еще в центре управления, — программер с недовольным видом стучал пальцами по консоли. — И мы тоже уже были бы там, если бы вы меня не отвлекали.

— Извини, Мысин. Работай.

Такер поиграл желваками на скулах и замолк. А спустя десять минут оба спасателя стояли перед запертой дверью в командный центр.

— А вот это уже задачка посложнее, — Кир сделал движение, чтобы потереть затылок, но рука его скользнула по пластику шлема. — У вас есть персональный код доступа сюда?

— Обижаешь, мальчик, — Такер самодовольно поджал губы и принялся вводить в цифровой замок комбинацию на доступ высшего уровня.

— Я вам не мальчик, — Кир обиженно скривился, следя за действиями командира. — Я старший программер отдела внедрения…

— На Земле в лаборатории своей будешь внедрять, а сейчас слушайся меня… мальчик, — Такер парировал, не моргнув глазом.

Несмотря на уверенный вид и пафосные слова командира, комбинация Такера раз за разом не срабатывала.

— Чертовщина какая-то, — командир выругался вполголоса, в очередной раз пробежав пальцами по сенсорам. — Похоже, что он обнулил мои коды доступа.

Мысин только недоуменно повел бровью:

— Он? Может, все-таки мне попробовать?

— Пробуй, — Такер бросил резко, не желая признавать свое поражение.

Юный программер подсоединил консоль к цифровому запору и принялся ломать очередной замок.

— Не пойму, какая-то странная кодировка, — программер склонился над консолью, время от времени поднимая взгляд на запертую дверь. — Моя консоль ее даже идентифицировать не может…

Такер только досадливо покосился на юношу. И в этот момент на экране консоли мигнула надпись:

«Прости, Кир».

По экрану волной побежали помехи, консоль заискрила и выключилась.

— Что за?.. — только смог выдавить Мысин, пытаясь реанимировать перегоревшую технику. — Как так? — он удивленно посмотрел на командира.

— Этот поганец где-то здесь, — Такер с трудом оторвал взгляд от перегоревшей консоли и непроизвольно посмотрел по сторонам.

— Вы о ком это, командир? — Мысин тоже с опаской огляделся.

— Горский. Это он, больше некому. Кроме него и экипажа нашего корабля на станции никого не осталось, — командир вытащил из фиксатора на поясе фазерную пушку и снял ее с предохранителя. Раздался характерный взвывающий звук.

— А как же профессор Келдыш? — Кир непонимающе хлопал глазами.

Такер хмуро посмотрел на юношу, и тот потупился под его холодным взглядом.

— Нам необходимо найти диверсанта, пока он не предпринял еще чего-нибудь столь же разрушительного.

— Зачем вы так говорите? — Мысин помотал головой, отказываясь соглашаться со словами командира. — По-моему, Лучезар Эдуардович герой. Он спас столько людей…

— Еще неизвестно, кто и как их спас.

На это программер не нашелся, что возразить.

— В итоге, ты можешь попасть в центр управления?

— Консоль перегорела… — Кир беспомощно развел руками. — Могу попробовать подобрать код вручную…

— Вряд ли ты справишься, — Такер думал вслух. — Можешь запеленговать сигнал Солнцевой?

— Э-э-э… без консоли? — Кир ответил вопросом на вопрос.

Недовольно цыкнув на него, Такер принялся вызывать спасательный корабль:

— Мистер Конвей, как слышите меня?

Почти сразу же ему ответил хриплый от волнения голос наблюдателя:

— Слышу вас, мистер Такер.

— Можете нас с Мысиным сориентировать по местоположению Солнцевой? Мы с ней… разминулись.

— Да, сейчас, вижу ее сигнал. Движется через туристическую зону, в обход эпицентра недавнего взрыва.

— Спасибо, Конвей, конец связи. — Командир резко отключился и обратился к спутнику, — Идем за ней — осторожно. Возможно, она в сговоре с Горским, нужно понять, что он собирается предпринять.

— Вы и Лизавету Петровну теперь тоже в чем-то подозреваете? — Мысин хмурился.

— Я лишь хочу предусмотреть все возможные варианты проблем. Думаю, для тебя не секрет, что незадолго до того, как Горский улетел на Утреннюю звезду, они с Солнцевой собирались пожениться?

— Не секрет, — даже сквозь щиток скафандра было видно, как Кир покраснел.

— Что ты знаешь о цели нашей миссии, Мысин? — командир буравил юношу взглядом.

— Э-э-э… спасательная, — тот растерялся.

— Ну, разумеется, — Такер хмыкнул. — А тебе не объяснили, кого от кого мы тут собираемся спасать?

Ответом ему было молчание, потому командир продолжил:

— Думаю, сейчас самое время прояснить ситуацию, Кирилл, — он обратился к программеру полным именем, чего обычно не делал никто и никогда. Кир даже бейдж носил с сокращенной формой своего имени. — Утренняя звезда представляет угрозу. Не ясно, как поведет себя свихнувшийся искусственный интеллект этого железного корыта: обрушит ее на мегаполис внизу или заглушит всю орбитальную связь Земли. Потому руководство приняло решение при возникновении значительных осложнений и невозможности разрешения ситуации иным путем, уничтожить станцию, взорвав основной реактор.

— Что?.. — юноша испуганно хлопал глазами на командира.

— И такое осложнение в виде Горского возникло. Поэтому мне, так или иначе, придется взорвать этот реактор. И хотелось бы в этот момент оказаться возможно дальше от станции. Поэтому, помимо всего остального, необходимо восстановить работу наших двигателей.

Командир показательно перещелкнул затвором фазера так, что Мысин вздрогнул. Довольный эффектом, Такер самодовольно ухмыльнулся:

— Не робей, мальчик. Еще ни одной железке не удалось переиграть Майка Такера.