8

Новый год, как я и планировала, мы решили встречать у Светы. Дом уже был полон гостей, так как сестра просто не представляет, как можно отмечать праздники по-другому, где нет людей и царит тихая уютная атмосфера. С другой стороны, в силу того, что в детстве мы не особо были балованы подарками и весельем, по причине недостатка денег в семье, Света может хотя бы сейчас наверстать упущенное.

Я быстро нарезала салат на кухне, пока сестра относила уже готовые закуски в зал, где собственно, и стоял праздничный стол. Аня сидела рядышком со мной, перебирая в маленьком блестящем мешочке сладости, которые ей подарили Светины друзья. Несмотря на это и то, что я подарила дочери куклу, о которой она уже грезила последние несколько недель, Анечка всё равно была грустная, даже конфеты не ела, просто шуршала ими. Конечно, я прекрасно понимала, почему она такая и это сильно давило на меня. Куда проще поговорить со взрослым человеком, чем найти нужные, а главное — правильные слова для ребенка.

— Котёнок, ты почему носик свой повесила? — осторожно спросила я, продолжая нарезать сладкий перец.

— Когда папочка придет? Его всё нет и нет, — дочка глянула на меня, и я ощутила себя самой ужасной матерью на свете. Как я могу объяснить трёхлетнему ребенку, что ее отец чудовище? Как сказать, что он просто сбежал от ответственности, от своих же ошибок?

За всё это время Артур так и не появился. Не то что бы я его ждала, но черт побери! Страх оказаться в тюрьме куда сильнее желания увидеть собственного ребенка. Ну да, свой зад ведь куда ближе. Наворотил дел и в кусты. Это так по-мужски и так в духе Артура.

— Солнышко, — я отложила нож в сторону и присела перед Аней на корточки, чтобы наши лица находились на одном уровне. — Папа был вынужден уехать на некоторое время. Он сейчас дома.

— Там, где бабушка и дедушка? — Аня так крепко сжала несчастный мешочек с конфетами и с таким глубоким доверием посмотрела на меня. Какой же Артур всё-таки козёл! Вот так бы поставить перед ним ребенка и посмотреть, как бы он выкручивался.

— Да, золотце. А мы пока что побудем здесь. С нами тут и тётя Света, и тётя Шура. Думаю, не заскучаем, правда же?

— Наверное, — Аня пожала плечиками.

— Скоро ведь праздник, а на праздниках грустить нельзя, а то желание не сбудется.

— А если веселиться? — оживилась Аня.

— Думаю, есть все шансы на его осуществление.

— Хорошо, — бодро проговорила дочка. — Мам, а ты конфету хочешь?

— Давай.

Аня выбрала лакомство на свое усмотрение, развернула обёртку и вложила шоколадный шарик мне в рот.

— Вкусно? — интересуется дочка.

— Очень, — я выпрямилась и продолжила заниматься салатом.

— Мамочка, а какое ты загадаешь желание?

Я немного растерялась, потому что уж слишком серьезно задумалась над этим вопросом. Было у меня одно тайное желание, но, боюсь, дочке лет до восемнадцати о таком знать не стоит.

— Чтобы у нас всё было хорошо, — я поцеловала Аню в макушку.

Когда все последние приготовления были окончены и куранты пробили заветные двенадцать раз, мой мобильник ожил практически сразу же. Я даже не успела глотнуть шампанского. На экране загорелся знакомо-незнакомый номер. Наверное, следовало бы какое-то имя дать контакту, но я не решилась. Конечно, нелепо звучит, но это уж слишком ответственно и серьезно — как-то обозначать человека, который одним своим взглядом отнимает возможность нормально дышать.

Пришлось выйти в коридор, чтобы громкая музыка и всеобщий смех не мешали. Руки немного подрагивали, будто Саид сейчас не звонил, а находился в опасной близости. Черт, мне даже почудилось призрачное прикосновение его губ.

— Да? — робко ответила я, привалившись спиной к стене, коленки отчего-то вдруг задрожали. Как школьница…

— С Новым годом, Аврора, — голос Падишаха творил со мной какие-то нечеловеческие вещи. От одного его звука уже всё внутри начинало бурлить, оживать.

— И тебя с наступившим, — я попыталась успокоиться, но, кажется, уже поздно. Мои ладони вспотели, рваное дыхание участилось. Никогда бы в жизни не подумала, что моё тело, мой разум могут настолько остро реагировать на мужчину. Видимо, никто прежде НАСТОЛЬКО не привлекал меня.

— Празднуешь у сестры? — на заднем фоне слабо слышался звук двигателя.

— Да. А ты?

— Едва унёс ноги с небольшой вечеринки, — смеется и смех этот такой до невозможности заразительный, красивый.

— Почему? Неужели скучно стало?

— Потому что я хочу увидеть тебя, Аврора. И никакой праздник или еще что-либо не станет для меня помехой, — тон голос вдруг посерьезнел, Падишах абсолютно не шутил, хотя мне казалось, что всё это про похищение в новогоднюю ночь — только красиво сложенные слова. — К тому же, — продолжил Саид. — Я подготовил для твоей дочери подарок. Надеюсь, ты не против?

— Не стоило, конечно, но думаю, Аня будет в восторге. Правда, она сильно скучает по Артуру, — я тяжело вздохнула.

— На твоем месте, я бы забыл о нем, — отрезал Саид.

— Что? О чем ты? — я встрепенулась. — Ты что-то сделал с ним? Ты ведь обещал…

— Аврора, — Падишах произнес моё имя с некой ноткой повеления. — Я держу свое слово. Просто недавно имел возможность разговаривать с ним.

— Зачем?

— Хотел понять, на какую еще низость он готов пойти. И знаешь, он бы готов обменять тебя и твою дочь на свою свободу. За что собственно и получил в рамках воспитательных мер, — Саид говорил настолько спокойно, будто всё это было в пределах обыденности. — Прости, не хотел портить тебе праздник.

— Ты его и не испортил, — быстро ответила я. То, что Артур в очередной раз доказал свое наплевательское отношение к нам, не стало полной неожиданностью. Только вот Аня не заслужила того, чтобы ее отец был таким ублюдком.

— Ты расстроена?

— За дочку обидно, — честно призналась я, невесело улыбнувшись.

— Зато всякая иллюзия в отношении него окончательно разрушена, — подытожил Падишах. Шум двигателя пропал. — Будем считать, я выкупил то, что твой муж предложил, только он вместо денег получил ценный урок. Надеюсь, он его усвоил. А теперь, — голос Саида повеселел. — Открывай дверь, я уже на месте.

Звонок завершился и раздался стук в дверь.

Я встрепенулась, быстро спрятала телефон в задний карман джинсов и открыла. Падишах припорошённый еще нерастаявшим снегом, ослепительно улыбнулся мне и внёс в коридор большущую коробку с приличным набором кукол и всяких нарядов для каждой из них. Я отошла немного в сторону и от ошеломляющего удивления даже слова сказать не смогла. Саид поставил коробку, а затем внёс ящик, доверху набитый мандаринами и конфетами. Трудно сказать, сколько этого добра было, но явно больше, чем пару килограммов. Падишах оставил ящик рядом с коробкой кукол и напоследок внёс букет белых роз.

— Еще раз с наступившем, — прошептал Саид и обняв меня за талию, поцеловал в щеку. Я моментально вспыхнула.

— Спасибо, — получилось едва слышно, потому что захлестнувшие эмоции не позволяли сказать громче. — Это абсолютно неожиданно. Не знаю, что еще нужно сказать, — я взяла букет, он был немного влажным от снега, но не менее красивым от этого.

— Ничего не нужно говорить, я просто хотел немного скрасить твой Новый год, — Саид отошел на шаг назад и в этот момент в коридор вбежала Аня.

Заметив незнакомца, дочка прижалась ко мне, но любопытство не позволило ей долго прятаться, особенно, когда коробка с куклами так красиво поблескивала.

— Здравствуй, принцесса, — Саид не растерялся и присел, очаровывая своей улыбкой и Аню.

— Привет, — дочка смущенно заулыбалась и на секунду спряталась за меня, затем снова выглянула.

— А я тебя уже знаю. Мама о тебе рассказывала. Я подумал и решил, что хочу с тобой подружиться. Как тебе такая идея?

— Мама не разрешает с чужими дружить, — проговорила Аня, поглядывая на заветную коробку.

— Тогда давай знакомиться. Меня зовут Саид, — он протянул руку.

— Смешное имя, — хихикнула дочка и посмотрела на меня, ожидая одобрения.

— Можешь не бояться, — заверила я.

— Меня Аня зовут, — дочка несмело пожала руку Падишаху. — У тебя глаза красивые.

— Правда? — Саид удивился.

— Да, — твердо ответила Аня.

— Ты тоже очень красивая, такая же красивая, как и твоя мать, — странно было это слышать, особенно, когда все вокруг всегда твердили, что дочка — копия Артура. — Это тебе, — Саид взял коробку и вручил ее Ане. Подарок оказался больше дочки. — Как тебе? Боялся прогадать.

— Круто! — взвизгнула дочка, прижимаясь к коробке щекой. — Их тут так много! Спасибо!

— Не за что, принцесса. Эти конфеты и мандарины тоже для тебя, — Саид выпрямился.

— Ого! — кажется, Аниному восторгу сегодня не было придела.

В коридор вышла Света и удивленно посмотрела на меня, затем на Падишаха. Глаза у сестры расширились, кажется, она на секунду лишилась дара речи.

— Саид? — такой обескураженной я Свету прежде не видела.

— Здравствуй. С Новым годом, пусть в твоем доме всегда процветает счастье и успех.

— Спасибо. Ты уж прости меня, но какими судьбами? Мы совсем не ждали.

— Знаю. Можешь не переживать. Я только заехал подарки вручить и украсть Аврору на эту ночь, — Падишах говорил спокойно и настолько уверено, что даже трудно представить ситуацию, которая могла бы выбить его из колеи.

— Та я-то что? Я держать не стану. Лучше у малой спросить, — Света кивнула в сторону Ани, которая кажется уже сроднилась с подарком.

— Принцесса, что скажешь? — мягко обратился Саид к моей дочке. — Отпустишь свою маму со мной?

— А ты ее не обидишь? — Аня со всей серьезностью, на которую только может быть способен ребенок, посмотрела на Падишаха. Даже я так в упор не могу на него смотреть.

— Обещаю, что не обижу. Мы ведь с тобой теперь друзья, правда? А друзья плохо не поступают.

— Хорошо, — Аня улыбнулся, видимо, даже ее покорил Саид. — Только обязательно верни маму.

— Даю слово. Прости, Аврора, — Падишах глянул на меня, — но у тебя нет выбора.

— Я это уже поняла.

Поставив цветы в вазу, я уложила Аню спать в соседней комнате, обязательно оставив приглушенный свет, но, похоже, сегодня дочка не собиралась ложиться спать и бояться ночных монстров. Знакомство с новыми куклами и целой горой красивых блестящих платьишек для них, полностью поглотили внимание Анечки.

— У тебя что-то с ним есть? — вдруг спросила Света, пока я судорожно пыталась подкрасить глаза.

— Не совсем. Просто общались немного до этого.

— Да-да, конечно, — в голосе сестры ощущался скепсис. — А ты совсем не промах, раз нацелилась на такого мужчину как Саид. Он и влиятельный, и красивый.

— Свет, ты завидуешь что ли? — я искренне удивилась.

— Да нет, — хмыкнула она. — Просто ты еще с Артуром толком не разобралась.

— А что с ним разбираться? Жить с Артуром я не буду и не хочу, а Саид…

— Он человек своеобразный, Аврора и вы мало знакомы. Не боишься?

— Нет, — честно ответила я.

— Вообще ходят слуги, что у Саида целый гарем женщин есть. Оно тебе надо?

— Гарем? — я засмеялась.

— Ну да. Не знаю, правда ли это. Просто слышала такие сплетни. Да и к тому же, в прошлом Падишах занимался незаконной деятельностью.

— Свет, что толку от Артура? Вроде бы и не бандит в прошлом, а изнасиловал будь здоров, губа всё еще болит, так он по лицу дал.

— Ладно-ладно, это твоё дело, тебе и решать.

Закончив со своими скромными сборами, я вернулась к Падишаху. Он помог мне надеть куртку, и мы вышли из квартиры. Я немного волновалась, но это волнение не могло заглушить то невероятное притяжение, что царило между мной и Саидом. Оно казалось настолько мощным, что я кожей его ощущала, всем своим нутром.

Как только мы очутились в машине, Саид, не говоря ни единого слова, набросился на меня в удушливо-сладком поцелуе. Вырвав из меня сдавленный стон, Падишах обхватил мое лицо обеими руками, углубляя поцелуй, лаская языком, ловя мой каждый вздох. То как Саид впивался в меня показывало, что он любит только так, когда под ним, когда он подчиняет, когда он главный инициатор. И что уж греха таить, мне это нравилось. Нравилось то, что рядом с Падишахом я чувствую себя слабой, защищенной женщиной, а не ломовой лошадью. Он давал мне ощущение той хрупкости, о которой я давно забыла.

— Ты такая сладкая, — прошептал Саид таким странным хриплым голосом, целуя меня в уголок рта, затем в щеку. — Я хочу тебя, — он отстранился и заглянул мне в глаза. — Но не посмею сделать это против твоей воли.

Я пьянела от запаха Падишаха, от его откровенного взгляда, его губ, поцелуев и одного только присутствия. Я хотела этого человека, но мне было стыдно признаться в вполне обычной потребности.

— Мне нравится твой румянец, — Саид провел большим пальцем по моей щеке, останавливаясь на подбородке. — Он у тебя вспыхивает всякий раз, когда ты стесняешься. Твой муж даже понятия не имеет, какое сокровище потерял. Я же это терять абсолютно не намерен, — Падишах снова прильнул к моим губам, и я поняла, что пропала. Вот так просто, бесповоротно и оглушающе.

Где-то на уровне инстинктов ощущала, что условная грань, отделяющая меня от собственных потаённых желаний, преодолена. Всё пространство машины пропиталось нашей энергией, страстью и потребностью немедленно оказаться настолько близко, насколько это предусмотрено природой. Стало головокружительно душно.

— Я хочу тебя, — прошептали мои истерзанные губы.

Саид заулыбался, поцеловал меня в лоб и завел двигатель.

— Знаешь, вряд ли я сумею тебя так быстро отпустить, — вдруг задумчиво проговорил Падишах, выезжая на дорогу.

Кажется, именно после этих слов следовало бежать без оглядки, но я не сделала этого. Потому что уже была опоена, отравлена дьявольским обаянием Саида и запутанная в его сладких речах, словно бабочка, случайно попавшая в сети паука, вовремя их не заметившая.