9

(LOBODA — В зоне риска)

Было между нами что-то болезненное. Я не сразу это ощутила, поглощенная своими чувствами, эмоциями и тем бесподобным впечатлением, что вызвал во мне Саид своей загадочной персоной. Уже позже, когда мы пьяные от близости друг друга кое-как добрались к дому, который явно принадлежал Падишаху, что-то неприятно отозвалось в груди. Еще снег так красиво хрустел под ногами и мороз приятно пощипывал кожу, пока мы торопливо выходили из машины и направлялись в сторону входной двери. Тогда-то я и почувствовала что-то так странно сквозящее болью.

Саид быстро открывал дверь интересным сенсорным ключом, нетерпеливо припадая к моим губам. Способность здраво рассуждать не то что бы отключилась, скорей это я всё спустила с тормозов. Только вот ощущения не обманешь и женскую интуицию тоже. Если прежде во взгляде глаз цвета густого тумана я видела влечение, озорной блеск и харизму, от которой практически невозможно убежать, то сейчас… Сейчас в них скользнула тень чего-то болезненно-одержимого, пугающего, нездорового. Нет, Падишах не хотел меня обидеть ни физически, ни морально. Просто сложилось такое впечатление, что он хочет забыться. И это маленькое потенциальное открытие неожиданно больно кольнуло меня в грудь. Но ведь и я хотела забыться. Может, не так рьяно, не так открыто, но где-то под коркой тлело желание отключить голову и, хотя бы однажды позволить себе выпасть из временами тяжкой реальности.

— Проходи, — Саид подтолкнул меня вперед и сам перешагнул порог дома.

В коридоре было темно, но не настолько, чтобы ничего не видеть, во всяком случае, размытый силуэт Падишаха я способна рассмотреть. Как только входная дверь тихо закрылась, Саид помог мне избавиться от куртки и резко прижал к первой попавшейся стенке. У меня свитер немного задрался, и я голой поясницей коснулась холодной плитки. Это был такой странный контраст — горячего Падишаха спереди и холодной стены сзади.

Ноги слишком быстро отказались меня держать как следует. Коленки зашлись уже в привычной дрожи, подгибаясь всякий раз, когда требовательные губы Саида целовали мою шею. И поцелуи эти были такие, от которых кричать хотелось и плакать, настолько они нежные, чувственные и приятные. Когда Артур хотел секса, он целовал меня пару раз куда попадется и быстро принимался за дело. Но Саид… Он будто пробовал меня на вкус, как человек, который наслаждался каждым глотком какого-нибудь хорошего вина. Не думаю, что я могу сойти за роль изысканного напитка, но ласки Падишаха наталкивали именно на эту бессовестную мысль.

И всё же что-то между нами непреодолимо переменилось. Конечно, мы и так не настолько сильно были близки, чтобы вот так, без слов ощущать и принимать незримую перемену, но она определенно существовала. Саид внимателен и аккуратен, а еще смотрит так… будто сквозь меня, будто видит кого-то другого. Именно это и напугало меня.

— Всё хорошо? — тяжело дыша, спросила я, только сейчас осознав, что крепко сжимаю широкие плечи Саида. А ведь иначе никак, если отпущу, то упаду.

— Да, — выдохнул он мне в губы, осторожно убрав мои руки и пригвоздив их над головой. Чувство незащищенности немного сбило меня с толку, но губы Падишаха быстро вернули равновесие.

Мы целовались до какой-то животной потерянной страсти, до онемения в губах, до обжигающей лавы, что заструилась по венам, распаляя без того чувствительную кожу. Как-то по-дурацки всё это выглядело. Я, он, мы в коридоре, будто подростки.

Падишах стряхнул с себя пальто, не разрывая поцелуя и буквально вжал в стенку, опуская руки ко мне на талию. Голова закружилась, а внизу живота всё стянулось в горячий узел, от которого хотелось выть. Боже! Я уже и забыла, что такое обычный нормальный оргазм. Безумие какое-то!

Саид подхватил меня на руки, так легко и непринужденно. Есть ли хоть что-то, что ему не под силу? Я обвила руки вокруг его шеи, прижимаясь щекой к щеке. Такой теплый… Падишах отнёс меня в комнату, что находилась на втором этаже. Дом казался большим, во всяком случае для одного человека. И зачем столько площади? Одна только комната была размером с квартиру тёти Шуры, без учета кухни и ванной.

Саид поставил меня на ноги, провел руками по волосам, при этом не прерывая зрительного контакта.

— Ты очень красивая, Аврора, — шепчет с какой-то новой ноткой в голосе. Не могу разобрать что это. Искренний восторг? — Даже не знаешь, насколько ты красива. Я научу тебя это видеть, чувствовать в себе, — он поцеловал меня, перемещаясь к шее, касаясь руками моей обнажённой поясницы.

От прикосновений Саида становилось невыносимо жарко, даже горячо. Сама не заметила, как мои пальцы потянулись к ряду пуговиц на белой рубашке. Я справилась слишком быстро с каким-то нервным вожделением и через секунду Падишах отбросил рубашку в сторону. У него было красивое тело, идеальное, пропорциональное. Широкие плечи, узкие бедра. Кажется, это лучший образец мужской фигуры. Я не удержалась и коснулась губами ключицы, что так идеально ровно проступала под смуглой кожей. Саид обнял меня, зарылся носом в мои волосы.

Всё это было запредельно странно, потому что я совсем иначе представляла наше уединение. Мы будто сто лет уже знакомы, трепетно влюбленные, разлученные и вот снова нашедшие друг друга. Не бывает так, чтобы сходу с такой болезненной нежностью, в смысле не с человеком, которого почти не знаешь и когда страсть хлещет через край, будто Падишах видит во мне другую.

— Ты такой странный, — прошептала я, запрокинув голову, чтобы лучше видеть Саида. Он очень высокий и рядом с ним я чувствую себя меньше, чем есть на самом деле.

Падишах ничего не ответил, он увлек меня в поцелуй, затем резко снял мой несчастный свитер и швырнул его куда-то в сторону. В глазах блеснуло что-то нехорошее, необъяснимое. Саид, не сводя с меня взгляда, сел на край кровати и протянул мне руку. Я приняла ее, и он тут же усадил меня на колени и завел мои ладони за спину, открывая полный доступ к груди. Сжимая одной рукой мои запястья, другой Саид расстегнул застёжку на лифчике, что располагался спереди и припал губами к уже давно затвердевшим соскам. Я охнула и выгнулась, зажмурившись от острого чувства наслаждения. Падишах крепко меня зафиксировал и теперь игрался с моим сосками, облизывал их, посасывал, несильно прикусывал. А я не могла сдержать стона и бедра будто сами собой принялись раскачиваться. Было и хорошо и даже чуточку больно, словно играли на оголенных нервах.

Саид оставил влажную дорожку из поцелуев между моих грудей, а затем резко перевернул на спину и навис надо мной. Мое сердце, кажется уже грозилось окончательно сбиться с ритма, выпрыгнуть наружу и прикончить несчастную хозяйку. Потому что нормально дышать рядом с Падишахом я всё никак не научилась, вообще дышать не получалось. Он лишь улыбнулся и помог избавиться от джинсов, словно я сама не могла этого сделать. На мне остались лишь белые носки и обычные черные трусики. Саид чуть выпрямился, осмотрел меня, затем остановил свой взгляд на моем лице и медленно, чтобы я точно могла заметить, проник двумя пальцами под нижнее белье и плавно вошел.

Я рвано застонала и прикусила губу. Глаза на секунду зажмурились, и я ждала, когда мое тело начнет спокойней относиться к чужим пальцам, но внезапно горячий влажный язык скользнул вдоль половых губ, а пальцы медленно развили их, открывая доступ к набухшему клитору. Меня буквально окатило какое-то ненормальное удовольствие, что заставило пальцы на ногах подогнуться, когда язык Саида лизнул клитор. Божеее… Я задыхалась, по-настоящему задыхалась, а еще этот шум в ушах и кровь, грохочущая в висках. Не сразу пришло осознание, что я кончила. Оказывается, я находилась на таком приделе, что хватило всего лишь языка, чтобы довести меня. Даже в затылке немного заломило, настолько сильным был этот оргазм. Но Саид не спешил оставлять меня в покое. А я… уже кажется поплыла, растворилась в ощущениях, не понимая, реальность это или нет.

— Ты великолепна, — прошептал он, укладываясь с боку.

Когда Саид успел избавиться от одежды — не знаю, да и имеет ли это какое-то значение, когда горячий твердый член резко ворвался внутрь меня, выбивая остатки чего-либо вразумительного. Падишах прижал меня к себе спиной. Я лопатками чувствовала удары его сердца. Голова сама собой откинулась назад. Рука Саида скользнула к моему горлу, сильные пальцы обхватили его, сжали с такой силой, что перед глазами цветные точки заблестели. Другая же рука шлёпнула по клитору, отчего я громко застонала, а пальцы принялась терзать его, пока член наращивал темп, вбиваясь в мое тело с особым остервенением. Всё, на что мне хватало сил — стискивать простынь и царапать руку Падишаха, что сжимала горло. Но хватка не слабла. Отчего-то вспомнился тот жуткий момент, когда Артур заперся вместе со мной в ванной. Липкий страх прошиб каждый позвонок. Тело само дернулось, я хотела отползти, но Саид не пустил, глубже натянув на член.

— Нет, — рычит. — Теперь ты исключительно моя, Аврора, — Падишах разжал пальцы на моей шее и поцеловал, доводя меня до новой волны оргазма, а еще через мгновения кончая куда-то в область моих бедер.

Еще какое-то время я пыталась прийти в себя, но получалось уж очень скверно. Тело налилось какой-то непривычной легкостью, каждая мышца окончательно расслабилась. Я медленно перевернулась на спину и уставилась в потолок, ощущая, что между ног всё еще влажно и будто горит огнем. Еще бы! Саид, несмотря на свою галантность и обходительность, выдрал меня так, что вряд ли я сейчас готова встать на ноги. На горле всё еще ощущались прикосновения его пальцев, правда, дышу я теперь беспрепятственно. То как Саид уцепился в меня, сильно напугало, но страх быстро схлынул.

Рассеянная тьма в комнате убаюкивала, но я всё равно продолжала думать. Никогда не позволяла себе случайных связей. Да и кроме Артура у меня никогда никого не было. Но с его предательством всё пошло наперекосяк. Не в том смысле, что я тоскую по нему. Нет уж. Этого во мне точно нет. Просто, как только муж ушел, прекратился и его вечный прессинг, а при отсутствии всего этого, я стала какой-то другой.

— Я напугал тебя? — раздался тихий вопрос, после которого большая горячая рука сгребла меня в охапку и прижала к не менее горячему телу.

— Немного, — честно призналась я, уткнувшись носом Саиду в грудь. Как же восхитительно от него пахло! Дело здесь даже не в одеколоне, природный запах Падишаха мне нравился, такой пряный.

— Прости, — Саид поцеловал меня в макушку и остатки какого-либо страха окончательно рассеялись. — Я иногда бываю таким, — Падишах выпустил меня и сел, прислонившись спиной к деревянному изголовью кровати.

— Все мы не без греха, — я тоже села и закуталась в простыню. Хотелось и прикрыться, и согреться. Хотя мы только минуту назад занимались сексом и чего такого Саид там не видел. Но я стеснялась.

— Хочешь есть? — он взглянул на меня, и я заметила, что его взгляд стал прежним, осознанным, чарующим. Может, я себе только вообразила, что, занимаясь со мной сексом, Саид думал о другой? Похоже, просто перенервничала и нафантазировала себе невесть чего.

— Да, — ответила я. С утра ничего почти не ела, только иногда чем-то перебивалась, пока праздничный стол готовила.

— Сейчас вернусь, — Саид провел ладонью по моим немного встрёпанным волосам и вышел из спальни, даже не удосужившись надеть нижнее белье. Хотя в неглиже он выглядел особенно сексуальным, только вот этого его поглаживание… Смутило оно меня как-то и даже не могу сказать, чем именно.

Закутавшись плотней в простыню, я вздохнула и по привычке покрутила обручальное кольцо на пальце. Сейчас оно как никогда прежде крайне абсурдно смотрелось на руке. Приложив немало усилий, я всё-таки сняла его и положила на небольшую прикроватную тумбочку. Размяла пальцы, глянула на них. Было непривычно видеть себя без кольца, будто непомерный груз ответственности, наконец-то спал. Хотя, с Артура он спал уже давно. Кажется, и месяца не прошло после нашей свадьбы, как он свою обручалку где-то потерял. Дурой я была. Очевидно же, что Артур специально снял кольцо, дабы с женщинами было легче интрижки заводить. Ну и чёрт с ним! Больше кольцо я не надену.

Через некоторое время в спальню вернулся Саид, уже одетый в темные пижамные штаны. В руках он держал поднос. Осторожно устроив его на кровати, Падишах включил приглушенный свет и устроился рядом со мной. На подносе в красивой круглой тарелке красовалась большая тёмно-красная клубника, щедро политая шоколадом. На другой плоской тарелке лежала нарезка какой-то колбасы, что невероятно аппетитно пахла и сыра с большими круглыми дырочками. Тут и невооруженным глазом было понятно, что и сыр, и колбаса, и клубника та же дорого стоят.

— Есть еще шампанское, — заявил Саид. — Хочешь? Больше в доме, к сожалению, ничего нет, я не думал, что…

— Неважно, — перебила я его. — И шампанского я не хочу. Спасибо.

— Открой рот, — Саид взял клубнику и протянул мне, я тут же ее приняла. Вкус был просто непередаваемый.

— Значит, это твой дом? — спросила я, чтобы как-то скрасить тишину.

— Мой, — кратко ответил Саид и нахмурился. Я поняла, что он не хочет говорить об этом, хотя более дежурной темы и не найти. — Сняла кольцо? — после некоторой паузы спросил Падишах, отправляя в рот ломтик сыра.

Трудно было не поражаться его внимательности.

— Да. Оно уже мне не нужно.

— Правильно решение, — отметил Саид, скрестив ноги по-турецки.

Мы снова погрузились в молчание, и я абсолютно не знала, как себя вести. Может, мне лучше уйти? Каждый из нас получил то, чего хотел, так зачем ломать комедию? Я немаленькая девочка, всё прекрасно понимаю. Может, у него жена есть, хотя на пальцах кольца не наблюдается.

— Было вкусно, — заявила я, проглотив еще одну клубничину. — Спасибо. Но, наверное, мне пора, — я пыталась говорить с утверждением, а всё равно сквозило вопросом.

— Нет, — ответ получился какой-то резкий, я невольно дёрнулась. — Ты теперь моя, помнишь? — Саид глянул на меня и этот его странный взгляд снова вернулся. Я сглотнула.

— Мне казалось, что это не должно так буквально звучать, — голос дрогнул.

— Не должно, а звучит, — Саид поддался вперед, приблизился ко мне, оперившись на руки. — Муж тебя продал и с этого момента ты и твоя дочь в полной моей ответственности, — четко проговорил Падишах. — Из дома без моего разрешения ты выйти не сможешь. Я позабочусь, чтобы завтра твоя сестра привезла ребенка. Нужды ни в чем не будет, так что, мой тебе совет — чем быстрей примешь такую действительность, тем проще будет, Аврора, — Саид кратко поцеловал меня и забрав полупустой поднос, вышел из комнаты.