24

До кабинета Вербицкого мы не дошли какие-то три-четыре метра. Детектив сам вылетел нам навстречу, взъерошенный и злой.

— Иванович, совесть замучила?! — прорычал он явно трансформированным горлом.

Хотелось взглянуть на наручные часы, но я сдержалась и уверенно ответила:

— Нет, не мучает, потому что я не опоздала.

— К демонам опоздание! — рявкнул Вербицкий. — Пришла с повинной уже через час после убийства Королева!

— Чего?..

Я смелая, стрессоустойчивая, хладнокровная, но точно не сегодня.

— Королева убили?..

— Его автомобиль взорвался возле твоего подъезда! И даже не спецу видно, что задействована магия!

Мой преследователь узнал, где я живу, пришел убивать и внезапно погиб возле моего дома... Совпадение? Нет, не думаю.

В ушах зашумело, перед глазами поплыло.

— Саш... тихо…

Макс поддержал, не позволив сползти по стене.

Через четверть часа, все так же стоя в коридоре, мы узнали, что произошло, и заодно выяснили, что на момент взрыва у меня алиби. Спасибо, Марле, которая сразу же ответила на звонок и подтвердила время завтрака. Полиция извлечет записи уличных камер и в кафе, и обвинения отпадут сами собой.

— Пусть ты не убивала Королева, но убит он по твоему приказу, — процедил сквозь зубы детектив. Агрессивно потрясая указательным пальцем, добавил зло: — Я докажу, что ты причастна.

— Вербицкий, хватит! — громыхнуло позади. — Я отстраняю тебя от этого дела! И госпожу Иванович ты больше не опрашиваешь!

Ой... Увлекшись препирательствами с детективом, я пропустила появление его начальника.

Полковник Черемет — монументальный, выдающийся человек. Точнее, не совсем человек. Оборотень. Но человечнее многих знакомых двуипостасных и магов. Беспристрастный профессионал, неподкупный законник и при этом не сухарь, давным-давно растерявший сочувствие. Нет, Черемет все еще умел сопереживать и горел на работе, почти жил ею.

Одно время он безумно мне нравился, как личность. Я могла бы даже влюбиться. К счастью, вовремя узнала об особенности его вида: своих женщин у этих оборотней нет, дети рождаются только у истинных. И чтобы понять, подходит девушка или нет, с ней нужно переспать...

В этом плане вампирам легче — им достаточно укуса.

Как представила, сколько у Черемета было женщин, и девяносто девять процентов, что я не его истинная, так симпатия сразу и прошла.

Не хочу быть временной заменой.

— Приношу извинения за своего подчиненного, — сдержанно произнес Черемет. — Вы можете быть свободны.

— Так что все-таки случилось с Королевым?

— Взрыв автомобиля магического происхождения, большего я сказать не могу, идет следствие.

Что ж, спасибо и за это.

Когда покидали участок, позвонил взволнованный Сергей.

— Саш, на твой телефон новое сообщение пришло. Текст такой: «Если не откажешься от акций, получишь пулю в сердце, и, в отличии от Королева, стрелок не мазила».

— Ты узнал, кто отправитель?

— Рассылка шла с компьютерного клуба на окраине города, внутри у них нет камер.

— Пусть кто-то съездит, опросит сотрудников и постоянных игроков.

— Хорошо. Саша, будь осторожнее.

— Я постараюсь, Сережа.

За порогом полицейского участка на меня нахлынул страх темной удушливой волной.

— Что? — Макс схватил за руку.

— Звонок Сергея...

Я мотнула головой, не в силах объяснить, что испытываю.

Макс мгновенно подобрался, как хищник перед прыжком.

— Назад, в здание! — велел он, вглядываясь в сквер перед участком.

Беспрекословно подчинившись, я попятилась.

Но успела сделать лишь несколько шагов.

Сидящий на скамье серокожий огр вскочил на ноги. Иллюзия газеты, которую он читал, слетела, как шелуха, оголяя автомат в здоровенных лапах. С диким воплем он выпустил очередь по нам.

Было больно — Макс грубо сгреб в охапку и вмиг переместил за колонны. Пули крошили асфальт, кирпич и мрамор. И отлетали от полупрозрачного бирюзового щита вокруг нас с Максом.

Крики прохожих и хохот сумасшедшего убийцы. Звона стекла не было — окна участка бронированы.

А затем ад прекратился.

Звенящая тишина оглушила.

— Камикадзе, — выдохнул Макс мне в макушку.

Я высвободилась из плена его рук и смогла убедиться в правильности вывода.

Мертвый огр лежал на тротуаре, рядом валялся автомат.

Улицу заполнили крики и стоны раненых прохожих. Плач.

— Иванович! Целитель нужен?

Я не сразу поняла, чего хочет от меня Черемет.

— Я… я в порядке.

Чего не скажешь о пострадавших прохожих. Ох, из-за меня пострадавших! Камикадзе метил в меня, а пострадали невинные!

— Живо в участок! — велел полковник.

***

Мы покинули полицейский участок после изматывающей беседы на повышенных тонах с Череметом.

Дошло до того, что он предложил выкупить у меня пакет акций! Мол, так я перестану подвергать себя и окружающих опасности.

Угу, если бы все было так просто...

Расстались недовольные друг другом.

В авто, сидя за рулем, Макс с любопытством на меня поглядывал и молчал, как легендарный партизан. Я же делала вид, что не замечаю его пытливые взгляды, но почти у самого дома сдалась.

— Что? — не выдержала я.

— Значит, ты самый влиятельный человек Нового Вавилона.

— Нет, — я невольно улыбнулась, услышав насколько наивное заявление.

— Точно, пока еще нет, — кивнул мой телохранитель. — Получишь контрольный пакет акций, а с ними и ключ от межмировых врат...

— И? — поторопила я продолжить мысль.

— И сможешь диктовать свои требования магам.

В глазах непосвященных владение ключом — это воплощение мечты: маги исполняют все твои прихоти по первому щелчку пальцев. Увы, всегда есть нюансы.

— И чем же я, по-твоему, смогу их шантажировать? — спросила у Макса, с трудом сдерживая смех.

— Что не откроешь врата, когда им понадобится мощная подпитка или для срочного восстановления.

На меня нахлынуло бесшабашное настроение, захотелось удивить. Все равно Макс слышал и видел многое, можно доверить еще большую порцию знаний.

— А я в любом случае не открою. Да маги и не рискнут обратиться с такой просьбой.

— Как это? — Макс не поверил. — Иметь возможность воспользоваться вратами, чтобы зачерпнуть колоссальную порцию магии, и добровольно отказаться?

— Открою страшную тайну, Макс. Лет десять назад маги хотели исцелить десяток сложных больных и одновременно раскачать резервы выгоревших. Всех собрали, врата открыли и...

Я оборвала признание на самом интересном моменте специально. Он ведь интриговал, я тоже хочу подразнить!

— И? — нетерпеливо повторил мой же вопрос Макс.

Но мне резко стало не до него. Мы въехали во двор дома, и я поняла, что мне предстоит неприятная беседа.

На лавочке возле моего подъезда сидел симпатичный, стильно одетый и при этом безумно неприятный мужчина. Лукас.

Горло сдавило, стало трудно дышать.

Как посмел он явиться сюда? И зачем?

В душе заворочалась глухая боль. Более важные и яркие события стерли жгучие эмоции от предательства Лукаса, я уже могла нормально на него смотреть, но...

Так, мне не больно, что он променял меня на первую встречную из клуба, не больно! Ладно... почти не больно.

Любое предательство, как нож. Чем ближе к тебе обманувший доверие человек, тем острее клинок и глубже шрам на сердце.

Делать вид, что Лукас невидимка и гордо дефилировать мимо, я не захотела. Глупо это, детский поступок слабой личности.

Наоборот, я остановилась и улыбнулась, как вздорному клиенту, чьим вопросом не собираюсь заниматься. Дежурно, вежливо, безлико.

— Привет, Лукас. Ты меня ждешь или кого-то другого?

— Тебя.

В глубоких глазах зельевара столько печали! Достаточно, чтобы наполнить океан, но не тронуть мою душу. Если мужчина изменил, когда из отношений еще не выветрилась романтика, то что сделает через несколько лет, когда устанет от тягот семейных будней?

— Слушаю, Лукас.

Позади, всего в трех шагах, нарочито громко вздохнул Макс. Напомнил о себе.

Бросив на него быстрый взгляд, вмиг помрачневший Лукас протянул мне какой-то документ.

— Что это?

— Прочти.

«Результаты анализа крови. Лукас Аувар. В крови 0.46 промилле алкоголя...»

Я подняла глаза на серьезного Лукаса. Что он хочет сказать этой справкой? Что был пьян, не осознавал измену? Решил, что такая отмазка прокатит, и я прощу?

— Дальше читай, — попросил зельевар, и на его скулах заиграли желваки.

«Амроний 123,6 мкг/л».

Ого, еще чуть-чуть и отравился бы! Алкоголь сгладил влияние, тот, кто подлил Лукасу это зелье, не знал о его плохом сочетании, то есть горячительные напитки ослабили действие амрония и тем самым спасли Лукасу жизнь.

— В твоей крови обнаружили вытяжку из амрония остролистного. Хочешь сказать, что тебя опоили сильнодействующим стимулятором?

— Да, у меня появился недоброжелатель, решивший сломать жизнь.

У Лукаса гневно раздулись ноздри, но он быстро взял себя в руки и выжидающе уставился на меня.

На что-то еще надеется? Что расплачусь от облегчения и прощу измену? Ах, бедняжка, которого опоил зельем страсти какой-то злодей...

Возможно, это сработало бы с другой девушкой, которая простила бы, посчитав измену вынужденной. Но я изучала основы ботаники и зельеварения, а еще видела Лукаса с девицей, и он совсем не походил на жертву в беспамятстве.

Захотелось послать бывшего далеко-далеко.