31

Я могу дать лекарство Никите Романову?.. Ненавижу, когда специально говорят загадками! То есть все-таки он хочет, чтобы я открыла врата для его племянника? Что там за болезнь такая, что нужна огромная волна сырой магии?

— Ваш чай. — В кабинет без стука вплыла разрумянившаяся секретарша.

Чего это она? Глаза счастливо блестят, губы стиснуты подчеркнуто сурово, но при этом норовят растянуться в мечтательной улыбке. Такое впечатление, что она флиртовала с мужчиной, или получила комплимент, а то и приглашение поужинать...

И кто же ее осчастливил? Неужели Макс?!

В области сердца словно провели чем-то ледяным и колючим.

Я что... ревную?

— Саша, — позвал мэр, — вы в порядке?

Я прогнала несвоевременное, шокирующее открытие.

— Простите, вспомнила кое-что.

— Разрешите поухаживать? — Мэр указал на поднос, который принесла секретарша. — Или, быть может, хотите сами, учитывая свои вкусы? Я-то пью простой чай, без сахара и сливок.

— Разрешите мне, воспользуюсь предложением чувствовать себя как дома.

Я поспешно поднялась с кресла и подошла к журнальному столику.

Прислушиваясь к ощущениям, взяла чайник из белого фарфора. Браслет, определяющий яды и зловредные зелья, молчал. Коснулась одной из двух чашек — тоже ничего, чисто. Проверять сахар и десерты не стала — все равно я их есть не буду.

Мэр наблюдал за мной с понимающей ехидной улыбочкой.

— Саша, убедились, что я не собираюсь причинять вам зла? Наоборот, вы нужны мне живая и здоровая. Кстати, совет на будущее: проверяйте еще и ложечки с салфетками — в том году Адриан чуть не помер, когда вытер губы тканью, пропитанной быстродействующим ядом.

Я разлила пахнущий солнцем и летним лугом чай и вернулась в кресло.

— Благодарю за совет, учту в следующий раз. Итак, нас прервали, когда вы рассказывали о болезни племянника.

Мэр взял свою чашку и сделал большой глоток. Довольно прищурившись, сделал невероятное признание:

— Никита одержим вами, Саша, и эту влюбленность отягощает еще одна неприятность.

Что потрясенно пью чай, который не собиралась пить, осознала не сразу. Насыщенно-терпкий, с приятной кислинкой и нежным ароматом — вкусно, но из чужих рук опасно.

Ну, и ладно, все равно артефакт ничего вредного не обнаружил.

— Простите, а вы уверены, что ваш племянник в меня влюблен? — спросила я и едва не рассмеялась.

Бред! Это полный бред! Мы давно знакомы, Никита столько плохого мне наговорил, а уж уничижительные прозвища! Выскочка, тощая мышь, бродяжка… Да я же вижу, как он меня люто ненавидит!

Хотя… А если вспомнить, что он творил в последнее время? Убийство Королева, удачная попытка рассорить меня с парнем, заявление сегодня в лифте... Уже и не знаю, что думать!

— После гибели родных у Никиты сложности с выражением чувств, а еще он боится привязываться к людям, поэтому целенаправленно отталкивает тех, к кому его тянет. — Мэр сокрушенно покачал головой. — Когда он понял, что девочка из академии раздражает его не потому, что нравится, она уже встречалась с его единственным другом.

Ох… А ведь я помню, как Романов бесился, когда узнал, что Женя сделал мне предложение! Он тогда свой автомобиль разбил и устроил драку в ночном клубе.

Погрузиться в воспоминания не дала оговорка мэра, о которой я не забыла.

— А что вы подразумеваете под отягощением? — спросила и мне стало страшно.

Хотя куда уж сильнее бояться, зная, что со студенческих лет к тебе неровно дышит псих. И не стоило забывать, что этот псих — универсальный маг.

— Саша, я совсем недавно выяснил, что вы для Никиты не только любимая женщина, но и стабилизатор.

Что?..

Я зажмурилась и в два глотка допила чай.

Когда открыла глаза, комната поплыла.

Ну, здорово, еще и давление упало на нервах!

— Никита против принуждения, — тихо продолжил мэр, — он видит, что вы испытываете к нему антипатию и не простили гибель Евгения.

— Я… понимаете…

— Не надо, Саша, я осознаю, что сердцу не прикажешь. И всегда учил Никиту не навязываться женщине, даже если не можешь жить без нее.

Пауза. Напряженная, бьющая наотмашь по моим натянутым нервам.

Никита — бесценный для города универсал, а я девушка без дара. Никита — единственный племянник бездетного мэра, а у меня за спиной сейчас никого нет. Единственное, что придает статуса — унаследованный блокирующий пакет акций. И ключ от врат, он тоже может стать частью моей защиты. Осталось только взять его из сейфа и принять.

— Саша, мой племянник на днях потерял контроль, к счастью, об этом известно немногим. Но на этом везение заканчивается: глава совета магов случайно узнал, что у Никиты есть стабилизатор, которому он не желает навязываться. Вы понимаете, что это означает?

Меня могут заставить находиться рядом с Романовым, привязав к нему магическими узами. Пожертвовать моей жизнью, желаниями ради стабильной работы универсала на благо общества. Если выбирать между простой девушкой и могущественным магом, без которого не остановить вторжение рептилоидов, выбор очевиден.

У меня перехватило горло. Я забыла, как дышать.

Мэр вскочил с кресла и, подбежав, положил мне ладонь на плечо.

— Тихо, дорогая, тихо. Все наладится, обещаю.

— И что мне делать?

Сочувствие мэра окончательно добило. Если он жалеет не племянника, а меня, то дело дрянь, да?

Волны паники накрывали одна за одной, и я захлебывалась в осознании, что могу потерять все: любимое дело, право выбора, свободу.

Периодически перед глазами плыло. Хотелось лечь, накрыться теплым одеялом и уснуть. Дурацкое давление…

— Успокойтесь, Саша, всегда есть выход. Я могу предложить вам сразу два...

Мэр говорил и говорил. Его монотонный голос убаюкивал, умиротворяя, обещая, что все наладится.

И мне стало лучше, перед глазами прояснилось. Голос Эммануила словно стал моим маяком, который помогал выбраться из внезапного недомогания.

Какой же он все-таки хороший! Я даже не ожидала. И почему я думала, что он упоротый властолюбец? Он не эгоист, с высоким уровнем эмпатии человек, а вот я привыкла думать о людях плохо. Стыдно...

— Саша? — Оклик Макса выдернул из невеселых мыслей. — Вы уже поговорили?

— Нет. Побудьте в приемной еще немного, — властно приказал мэр моим телохранителям, — нам с Александрой необходимо зайти в кабинет Михаила, это через стену.

Я кивнула, подтверждая, что не против.

Да и как я могу возражать, если Эммануил хочет помочь? И он единственный, кому это по силам.

Мы вошли в кабинет, некогда принадлежащий отчиму, а затем и сводному брату. Не родные мне по крови, они были близки по духу и всегда заботились обо мне.

Прямо как Эммануил сейчас.

— Возможно, сбежать из города, отказавшись от ключа не самый разумный выход, — вздохнув печально, он похлопал меня по плечу. — Ваш отчим-вампир и брат-маг испытывали дискомфорт каждый день. Ключ ослаблял их. Вы же знаете, Сашенька, что идеальный хранитель ключа — это человек без дара или очень слабый маг? Как вы, Саша, как я после выгорания. И все же это ноша, которая не всякому по силам.

Он сокрушенно покачал головой.

— Принятие ключа — невыносимая боль, Саша. Я не хотел бы, чтобы хрупкая девушка подверглась подобному испытанию. Но раз это ваша судьба... Пробуйте.

Он указал в сторону сейфа, замаскированного урбанистическим пейзажем: строгий скайлайн и цветовая феерия рассвета.

Убрав картину, я ввела магкод, переданный адвокатом.

— Главное, помните, что я готов избавить вас от ноши и помочь незаметно покинуть город, — торжественно сообщил мэр.

Осталось приложить руку к выемке на дверце, и она откроется.

Щелчок. Сияние. И нутро сейфа больше не скрыто толстой сталью и магией.

Так, что здесь? Две явно дорогущие древние книг по магии, ноутбук, стопка документов, две флешки, свернутые рулоном картины, несколько футляров, в которых обычно хранят драгоценности, толстенькие пачки налички, фотоальбом…

Я взяла последний и улыбнулась: он был заполнен фотографиями семейства Елецких. Отчим не признавал цифровые снимки с экрана эргофона и, наснимав маму, Михаила и меня, обязательно обрабатывал и распечатывал снимки. Это было одним из его увлечений.

Полистав немного, я открыла последние заполненные страницы. В одной ячейке был пустой лист. Я коснулась его указательным пальцем — на белом фоне проявилась витиеватая надпись, сделанная небрежной рукой Михаила: «Рептилоиды следят за нами. Не верь никому из управления корпорации. Ключ ближе, чем ты думаешь, найдешь в свое время. Захочешь скрыться — поможет Кам из «Выродков…»

— Серебристая с золотой искрой коробочка, — глухо произнес мэр.

— Что? — Я оторвала взгляд от магической записки, не дочитав фразу до конца.

Я забыла о своем спутнике, и он проявил нетерпение и недовольство.

— Ключ обычно хранится в футляре, покрытом электрумом, — объяснил мужчина.

Закрыв фотоальбом, я положила его обратно на полку и взяла указанную коробку.

Я видела ключ — несколько раз его демонстрировал отчим, но это было давно. Почти забыла давящее чувство, когда он не в руках хранителя.

Затаив дыхание, открыла футляр.

— Где он?! — воскликнул мэр.

Коробка была пустой.

— Неожиданно.

— Где ключ, Саша?! — Мэр схватил меня за руку.

Волнения, в отличия от него, я не испытывала. Подумаешь, нет в кабинете. Магический сейф был еще в доме Михаила и в апартаментах, которые подарил мне отчим. Как там в записке? «Ключ ближе, чем ты думаешь».

— Скорее всего, там. — Я ткнула пальцем вверх.

Синие глаза мэра сверкнули радостью.

— В апартаментах твоего отчима? Хотелось бы убедиться, что артефакт в безопасности.

— Это легко выполнимое желание…

— Саша, ты мне нужна! — В кабинет ворвался Макс.

— Ты не видишь, что Александра занята? — холодно спросил мэр.

— Это срочно, — настаивал Макс. — Я должен сказать ей кое-что наедине, это важно.

Зная, каким упрямым он бывает, я не видела причины, чтобы отказывать в разговоре.

— Хорошо, я быстро.

— Нет, — мэр схватил меня за запястье, — разве есть что-то важнее нашего дела?

Я попыталась мягко освободиться — старший Романов этого не заметил, продолжая удерживать.

Черты лица Макса заострились, на скулах заходили желваки. Ох, почему мне кажется, что он сейчас ударит мэра?

К счастью, сдержался.

— Что вам нужно от Саши, господин мэр?

— Тебя это не касается.

— Пытаетесь ее облапошить? — грубо спросил Макс и решительно вклинился между нами.

Мэру пришлось отступиться и отпустить меня.

Когда теплая рука защитника легла на мое обнаженное предплечье, я словно очнулась. Из головы потихоньку улетучивался дурман, мысли обрели четкость.

Посмотрела на Макса, перевела взгляд на мэра, а затем — на раскрытый сейф.

О-о-о... Я открыла сейф брата при постороннем! Искала ключ, всерьез собираясь его отдать!

Да что со мной происходит?!

— Проваливай. Твоя нанимательница позовет, когда понадобишься, — холодно и подчеркнуто спокойно произнес старший Романов. — Не уйдешь по-хорошему, тебя вышвырнут.

Ого! А вот это уже наглость!

— И кто посмеет? — спросила я и вышла из-за плеча Макса. — Это мой телохранитель!

— Саша, он всего лишь наемник и при этом возмутительно наглый. Поставьте его на место. — Голос мэра смягчился, обрел медовый привкус.

Но в этот раз не сработало — замутило от фальшивой приторности.

Меня словно ледяной водой окатило. Внушение?! Но как?.. Как?! Если даже гипноз вампиров на меня не действует!

Только если в чае что-то было... Но я ведь проверяла, напиток без магических добавок!

Ладно, сейчас это неважно, разберусь потом.

— Эммануил, прошу прощения, но не могли бы вы оставить нас?

Жаль, нельзя сфотографировать выражение лица мэра. Уверена, его никто никогда не выставлял за двери!

— До завтра, Саша. Я верю в ваше благоразумие.

Уходя, он намеренно хлопнул дверью, подчеркивая свое раздражение.

Мы с Максом остались вдвоем — и меня накрыло запоздалым страхом.

Нет, ужасом.

Я едва не отдала ключ! Своими руками едва не отдала! Был бы ключ в сейфе — мэр легко стал бы хранителем!

И какое счастье, что Макс пришел и не позволил мне отвести мэра в апартаменты ко второму сейфу! Артефакт точно там, как и было сказано в записке.

— Ты спас ключ! Макс, спасибо!

Чувства переполняли, и я обняла его. Обычно самоуверенный мужчина почему-то растерялся и вытянул руки по швам.

Мне стало неудобно за свой порыв. Вот же… слов нет!

Отстраниться я не успела.

— Рад помочь, — глухо произнес Макс и притянул к своей груди, крепко обнимая. Одна рука легла мне на спину, пальцы второй запутались в волосах на затылке.

Время застыло, словно мы никуда не торопились.

Под моей щекой билось чужое сердце. Сильно, ровно. Умиротворяющий звук, успокаивает лучше всякого зелья.

Не знаю, сколько мы так простояли бы, я первая нарушила молчание.

— Как ты понял, что я под внушением?

— Ты была не такая, как всегда, странная. — Макс пожал плечами.

Поразительно… Со мной рядом оказался человек, который пришел на помощь, когда не звала, когда я даже не осознавала, что мне нужна помощь.

И едва не впервые в жизни я ощутила, что не одинока перед лицом проблемы. Есть тот, кто поддержит, даже когда не просишь.