Глава 16

Мама похищенной девочки жила в таком обшарпанном и перекошенном доме, что, ступив на его порог, я помолилась, чтобы эта конструкция не свалилась мне на голову.

Практически все жилые дома в этом районе выглядели таким образом: запущенные, окруженные высокой травой и буквально кричащие о бедности. Я не привыкла к подобному, но это не вызвало у меня отторжения. Только жалость – к людям и тому, что они оказались в таком тяжелом жизненном положении.

Постучав в деревянную дверь два раза, я отступила на шаг и принялась ждать.

Черт, стоило одеться попроще. Мы приехали сюда сразу после учебного дня, поэтому я нервно разглаживала ткань юбки и стучала друг о друга носками туфель. Прохожие уже бросали взгляды на дорогую сумку Леонор и припаркованную Lamborghini.

– Может, она ушла? – спросила я, когда никто не ответил.

– Она не выходит из дома уже несколько месяцев, – сказал Кирби.

Я тяжело сглотнула.

Ладно.

Спустя пару минут дверь неохотно приоткрылась, и мое сердце бросилось отбивать бешеный ритм.

На порог вышла миниатюрная женщина, завернутая в дырявую шаль. Ее светлые волосы были убраны в неряшливый пучок, а под глазами отчетливо проступали синяки.

Оглядев нас, она недоверчиво прищурилась.

– Кто вы?

– Добрый день, мисс Карлтон, – приветливо улыбнулась я. – Меня зовут Дарси Ван Дер Майерс. Я учусь в Академии Золотого Креста… Хотя, думаю, это вы уже поняли.

Женщина презрительно оглядела нашу с Лени форму.

И ничего не ответила.

– Извините за беспокойство, но мы хотели кое-что у вас спросить. Это… – Я перевела дыхание и не стала тянуть: – Это касается Эммы.

Мисс Карлтон резко захлопнула дверь.

– Чего и следовало ожидать, – пробормотала Морана.

Я чуть не завыла от досады.

С одной стороны, мне не хотелось бередить раны этой хрупкой женщины. Она лишилась единственной дочери, а худшее, что может произойти с человеком – это потеря или похороны ребенка. Никто не знал, жива ли Эмма, поэтому я даже не представляла, как больно ее матери.

С другой стороны, я тоже кое с чем столкнулась.

– Послушайте, мы знаем, что к вам неоднократно приходили из полиции и устраивали допросы, – произнесла я чуть громче и придвинулась вплотную к двери. – То, что произошло с вашей дочерью, на самом деле ужасно, и я приношу вам свои искренние соболезнования. Поверьте, я понимаю, что вы чувствуете. Я понимаю вашу потерю и хочу хоть как-то помочь, если есть такая возможность.

За дверями послышалось легкое шарканье.

Я посмотрела на Леонор, и она кивнула, призывая меня продолжать.

– Моя мама… Она тоже пропала. Или ушла от меня – не знаю. Изначально я думала, что причиной стало отношение моего отца, но потом узнала, что произошло с вашей дочерью и другими жителями Синнерса, которых не могут найти. Я до сих пор не знаю, где моя мама. Вдруг… Вдруг ее забрали так же, как вашу дочь?

Наступила гнетущая тишина: лишь капли дождя барабанили по дырявой черепице козырька, под которым мы стояли. Вдалеке раздавались звуки полицейских сирен, однако в этом районе было тихо. Даже как-то… пусто. Будто все умерли.

Прошла минута.

Две.

Три.

Развернувшись, я посмотрела на расстроенную Лени и пожала плечами.

– Значит, не судьба.

– Придется искать другие варианты, – выдохнула она.

Кирби обнял Морану за талию, и они начали спускаться по лестнице. Мы с Леонор последовали за ними…

Как вдруг дверь за спиной медленно приоткрылась.

– Заходите, – прохрипела мисс Карлтон.

Я постаралась скрыть охватившую меня радость. Переглянувшись, мы с Лени улыбнулись друг другу и вошли в небольшую прихожую.

Изнутри дом ничем не отличался от того, что предстало нашим глазам снаружи. Нагромождение вещей, сломанные полы, протекающая крыша. Эта женщина полностью погрязла в депрессии, вызванной потерей дочери, но я была не вправе ее осуждать. То же самое произошло с моим отцом после ухода жены, однако если мисс Карлтон убивала изнутри только себя, то отец тянул на дно всех своих близких.

Ее потухшие голубые глаза забегали по нашим лицам.

– Чаю?

– Если можно, – нежно улыбнулась Лени.

Мы вчетвером заняли потертый диван в центре гостиной. Это была единственная мебель в комнате, за исключением кофейного столика, заваленного старыми фотоальбомами.

Мое сердце больно кольнуло.

Через пару минут мисс Карлтон вернулась, держа в руках чайник и сколотые кружки, из которых я бы в жизни не стала пить, но собиралась сделать это как минимум в знак уважения.

– Я учился с вашей дочерью в школе, – задумчиво произнес Кирби, открыв с разрешения женщины один из фотоальбомов. Я же пока что не решалась взглянуть на эту девушку: мое сердце и так обливалось кровью. – Мы с друзьями знали ее как спокойную и образованную ученицу.

Мисс Карлтон впервые за вечер улыбнулась.

– Так и есть. Эмма всегда отличалась от остальных ребят. Она единственная в классе умела играть на гитаре. Если бы не всё произошедшее, я бы… Я бы обеспечила ей учебу в музыкальном. – Плечи мисс Карлтон опустились. – Но, видимо, судьба решила иначе.

– Жаль, что плохие вещи случаются с хорошими людьми, – тихо прошептала я и сделала глоток горячего чая.

– Жаль, – только и ответила она.

Мой взгляд устремился в сторону окна, трещины на котором заклеили изолентой.

Я заметила дрожащего кота, что сидел на ветви дерева и тоскливо заглядывал внутрь. Хоть полы в доме были холодными, пространство отапливалось обогревателем.

Сколько же на этой стороне бездомных животных?

– Ох, забыла впустить… – пробормотала мисс Карлтон и заторопилась ко входной двери.

Рыжий кот тут же спрыгнул с дерева. Уже через мгновение он ворвался в дом, удивив нас всех такой скоростью. На моем лице появилась печальная улыбка, когда первым делом он побежал в комнату с розовой ручкой, но наткнулся на закрытую дверь.

– Эмма подобрала его два года назад. Она всегда любила животных и… Впрочем, неважно.

Закрыв входную дверь, женщина налила в миску молоко и вернулась на свое место.

Мы сидели как на иголках.

– Давайте не будем тянуть. Спрашивайте, что вас беспокоит.

– Вы знаете, кто это сделал? – произнес Кирби.

Мисс Карлтон долго смотрела на него, и с каждой секундой ее взгляд становился всё более отстраненным, будто она переносилась в другое время или пространство. Мне стало не по себе от того, насколько неживыми были ее глаза.

В воздухе повисло напряжение.

Затем она разлепила пересохшие губы и прошептала:

– Круг Данте.

Эти два слова пустили по моему телу мелкую дрожь. Я посмотрела на Кирби и увидела, как он побеждено склоняет голову, а Морана прижимает ко рту дрожащую ладонь. Выходит, предположения, о которых он говорил ранее, подтвердились?

– Кто они? – нахмурилась я.

Мисс Карлтон перевела взгляд на стучащий по окну дождь. Кот прыгнул к ней на колени, и она начала бездумно поглаживать его, полностью уйдя в свои мысли.

Мы с Леонор затаили дыхание.

– Когда-то давно, еще во времена основателей, по Таннери-Хиллс ходили разные слухи, – прошептала женщина. – Однако про Круг Данте в открытую не говорил никто. Это было слишком опасно.

Я вздрогнула, когда ветвь дерева ударила по стеклу.

– Началось всё с того, что в один момент преступники города резко стали пропадать. Представляете? – спросила она, но не ждала от нас ответа. – Раз – и нет человека. Убийцы, насильники, торговцы оружием. Они пропадали каждый день, будто появился тот, кто выкашивал их за людские грехи.

Мисс Карлтон на мгновение замолчала.

– Так и было.

Я удивленно приоткрыла рот, однако не решилась задать вопрос. В глазах Лени и Мораны читалось такое же удивление, и лишь один Кирби слушал эту историю так, будто уже о ней знал.

– Кругом Данте прозвали организацию, которая занималась… Скажем так, отмщением за человеческие грехи. Эти люди отлавливали преступников с улицы и вытаскивали из тюрем, после чего ссылали их в место, которое называли Адом. Девять кругов. Девять этапов очищения.

И снова «Божественная комедия».

У меня была странная привычка цитировать это произведение в любой неподходящей ситуации. Не сказать, что мне нравился заложенный в него смысл. Если честно, когда я читала Данте, меня одолевала тревога, будто каждое написанное им слово имело физическое воплощение в нашем мире.

Будто рядом протекала река Стикс, в которой тонули грешники. Будто по улицам ходил Харон – перевозчик душ в другой мир.

– Что означают эти круги? – тихо спросила Леонор.

– На каждый круг организация придумывала свой этап очищения. Знаю, что на втором провинившихся насиловали, поскольку вторым кругом по Данте была…

– Похоть, – прошептала я, вздрогнув от ужаса.

Мисс Карлтон кивнула.

– Верно. На пятом круге проходила битва, из которой выходил только один победитель. Второй участник был обязан умереть. Таким образом половина грешников погибала, даже не добравшись до шестого круга.

Потому что на пятом круге по Данте бились ленивые и гневающиеся.

– На третьем… – Мисс Карлтон задумчиво нахмурилась. – На третьем преступников встречали одичалые псы, которые могли до смерти их затерзать, прямо как церберы, а чревоугодников заставляли давиться едой до тех пор, пока они не лишались сознания. Были и другие этапы, но я уже их не вспомню, да и каждый рассказывал свою версию. И так девять кругов, в конце которых преступников встречал сам Люцифер. Что делали с ними дальше – не знаю. Может, отпускали. Может, убивали.

Таннери-Хиллс кишел мифами, но этот я слышала впервые. И он так сильно меня потряс, что я не могла произнести ни слова.

Какова вероятность, что эта легенда – правда? Что много веков назад в нашем городе появилась организация, считающая себя самим богом?

– Как это связано с похищениями? – спросила за меня Леонор.

Однако я уже всё поняла.

Потому что это – не миф.

– Со временем Круг Данте превратился из народных мстителей в тех, кто почувствовал власть. Как всегда и бывает… – вздохнула мисс Карлтон. – В наше время такую организацию называли тайным обществом. Они набирали в свои ряды только самых образованных, состоятельных и обеспеченных жителей города. Круг Данте менялся из года в год, но теперь стал местом, где промышляют…

– Работорговлей, – прошептал Кирби.

Мое сердце остановилось.

И пазл тут же сложился.

Пропавшие люди из Синнерса. Тот парень, на которого меня обменяли. Газеты, остановленные от тиражирования. Отсутствие данных о тех, кого похитили.

Они, блядь, занимались работорговлей.

– Круг отлавливает слабых и продает их своим на той стороне, – кивнула мисс Карлтон. – У них есть целая иерархия, но чаще всего рабство, конечно, сексуальное.

– Господи… – прошептала Лени дрожащим голосом.

По спине скатилась капля холодного пота, а горло сжалось от давления. Я увидела, как Морана пустым взглядом смотрит в пол. Кирби сжимал и разжимал кулаки, пока температура в комнате стремительно двигалась к нулю.

Я взяла со стола один из фотоальбомов и открыла первую страницу. С нее на меня смотрела улыбчивая светловолосая девушка, от вида которой мое сердце остановилось.

– Этим занимается совет? – хрипло выдавила я.

– Совет лишь пешка в игре более сильных фигур, – печально улыбнулась мне мисс Карлтон. – Но да, они выполняют свою часть задач. Я знаю, чья ты дочь, Дарси. Поэтому, пожалуйста, будь осторожна. Каждый из вас.

Мы просидели в гнетущей тишине еще несколько минут.

Удивительно, но в голове была пустота. Ни шума, ни вопросов, ни страха за собственную жизнь. Осознание, что отец всё же имеет отношение к похищениям, разрушило оставшиеся к нему крупицы любви, но не удивило.

Я знала, что он что-то скрывает.

И не просто что-то.

Торговлю, блядь, людьми.

Мне нужно было понять, как действовать дальше. Я не могла возвращаться домой и спать под одной крышей с человеком, который имеет отношение к Кругу Данте. Я жила в общежитии и могла остаться ночевать у Леонор, Алекса или Джереми. Однако отец в любом случае начнет задавать вопросы.

Мое дыхание прервалось.

Черт, а Агнес? Она тоже знает?

Нет, такого просто не может быть.

– Берегите себя, мисс Карлтон, – прошептала я, как только мы вышли на крыльцо. Смысла оставаться на подольше не было: мы узнали всё, что могли.

– И если вам понадобится помощь, обязательно обращайтесь, – добавила Леонор.

Мисс Карлтон разрешила обнять ее на прощание. Заключив женщину в кольцо рук, я опустила взгляд и увидела, что ее свитер слегка задрался.

На худом предплечье виднелся выжженный символ треугольника, разделенный по горизонтали на девять частей.

Когда мы с ребятами отошли от ее дома, я тихо произнесла:

– Я знаю, где Эмма.

– Что? – резко развернувшись ко мне, спросила Леонор.

Мой взгляд устремился на юг – в сторону элитной черты города.

Я сказала одно:

– Семья Уильямс.

Та девушка, прислуживающая нам на ужине.

Это она.

Эмма Карлтон.

***

Парковка была забита до отказа, поэтому пришлось оставить машину за несколько кварталов от общежития и идти пешком.

Я двигалась в сторону Академии Золотого Креста по улице, населенной самыми обеспеченными жителями Таннери-Хиллс, и удивлялась тому, как он выглядит на контрасте с Синнерсом. Меня окружали особняки с затейливой лепниной, статуи горгулий перед входом, роскошные сады, огибающие подъездные дорожки.

По факту Синнерс и был частью Таннери-Хиллс, но уже давно люди провели четкую линию: первые – бедные, вторые – богатые.

Наш город не считался мегаполисом, но и маленьким его нельзя было назвать. Население составляло около трехсот тысяч человек, и, клянусь, двести девяносто девять из них знали друг друга в лицо.

Знал ли кто-то Эмму?

Я поняла, что она – пропавшая дочь мисс Карлтон, когда увидела ее фотографию. При взгляде на искрящиеся голубые глаза и светлые волосы, заплетенные в косы, из легких будто выбило весь воздух. Никогда бы не подумала, что Уильямсы способны на такое. Способны похитить, черт возьми, человека, взять его в рабство и…

Что еще с ней делали?

Насиловали? Избивали? Пытали?

Я мучительно застонала и потерла пульсирующие виски. После разговора с мисс Карлтон голова раскалывалась, а осознание того, что девушка из дома Уильямсов причастна к делу Круга Данте, чуть не отправило меня в обморок.

Господи, подумаем об этом завтра.

Из меня вырвался тяжелый вздох, и я достала из кармана пиджака телефон. На экране светилось одно непрочитанное сообщение.

Би:

Когда Вергилий начал так: «Всегда

Огонь благой любви зажжет другую,

Блеснув хоть в виде робкого следа.

С тех пор, как в адский Лимб, где я тоскую,

К нам некогда спустился Ювенал,

Открывший мне твою любовь живую,

К тебе я сердцем благосклонней стал,

Чем можно быть, кого-либо не зная,

И короток мне путь средь этих скал».

Я прикусила нижнюю губу и улыбнулась. Перед глазами до сих пор стояла сцена в лесу, а тело помнило блаженное удовольствие, которое подарил мне Бишоп своими пальцами и языком. Конечно, я понимала, что в сексе мне больше понравится грубость, нежели мягкость, но не ожидала, что приду в восторг от погони по кладбищу и собственничества, с которым он вырезал на мне свои инициалы.

Отлично, я снова возбудилась.

Убрав телефон в карман, я решила ответить Бишопу позже. Он злился, когда я игнорировала его, но это пойдет ему на пользу. Пора бы сбить с этого самовлюбленного придурка спесь.

Когда вдалеке уже мелькнули башни академии, я услышала звук шин за спиной.

Меня бы не напрягло это, если бы я увидела, как машина проносится мимо. Однако… почему-то она всё еще не проехала. Лишь медленно двигалась за моей спиной, хотя перед ней никого не было, да и позади – тоже.

Что за хрень?

Бросив взгляд через плечо, я увидела черный внедорожник.

Мое сердце безумно загрохотало в груди. Развернувшись, я ускорила шаг и сделала успокаивающий вдох. В мыслях сразу же всплыли все фильмы про маньяков и убийц, похищающих жертву прямо на улице – меня заставляла смотреть их Леонор. Горло пересохло, когда я представила, что за рулем сидит какой-нибудь преступник и…

Нет-нет-нет, такого просто не может быть. Кто бы стал преследовать меня в самой охраняемой части города? Только какой-нибудь самоубийца, наподобие…

Моего похитителя.

Когда звук шин приблизился, я сорвалась с места.

Впервые в жизни меня охватила такая паника. Адреналин бился в крови, пока я бежала к общежитию и спотыкалась на бордюрах, слыша, как ускоряется внедорожник. Бросив взгляд через плечо, я заметила тонированные стекла. Чьи-то глаза пристально смотрели на меня – ощущение, словно гадюка встала на дыбы и готовилась впиться клыками мне в горло.

Я снова достала телефон, но пальцы безостановочно дрожали.

Блядь, блядь, блядь.

Воздух вырывался из меня клочками пара, пока я бежала на отблеск огней в окнах каменного здания. Но вдруг я снова что-то себе напридумывала? Вдруг в машине позади сидел обычный человек, а я неслась сломя голову, как городская сумасшедшая?

Какова вероятность, что это он?

И что ему от меня нужно?

Резко завернув за угол, я во что-то врезалась и во весь голос закричала.

– Господи, чего ты так верещишь?

Я прижала руку к сердцу, когда увидела перед собой незнакомого парня. С плеч словно спал тяжкий груз. Капюшон его толстовки закрывал половину лица, но я увидела в нижней губе колечко.

– Я… За мной… Там…

– Да ты сейчас свалишься в обморок, – пробормотал незнакомец. – Что случилось?

Вдруг мимо нас пронесся внедорожник. Округлив глаза, я наблюдала за тем, как он всё стремительнее отдаляется и исчезает на горизонте.

Ох, слава богу…

Клянусь, секунду назад я пережила клиническую смерть.

– Ничего, всё в порядке, – выдохнула я и покачала головой. – Прости, что чуть не сбила тебя с ног. Иногда я могу быть немного не в себе. У меня… Ну, проблемы с головой. Вижу силуэты, все дела. Начальная форма шизофрении.

Парень усмехнулся.

– Оказывается, на вашей стороне даже веселее.

– Ты из Синнерса? – удивилась я.

Он не ответил.

Лишь сверкнул голубыми глазами и произнес:

– Будь осторожнее, Дарси.