Глава 12

Сакумо почувствовал, как напряглась Кэрри, как она застыла в его руках, медленно склонила голову и чуть заметно, горько улыбнулась. Неужели решила, что это именно тот сюрприз, о котором он ей говорил?.. Притянув её к себе одной рукой, он окатил Линн ледяным взглядом и приподнял бровь.

— Вернуться? Тебя здесь больше никто не ждёт.

— Милый, — Линн надула розовые губки и подошла ближе, в упор не замечая Кэрри, — ты же не забыл, как нам было хорошо? Я хочу попробовать и начать всё заново. — Она подняла руку, собираясь коснуться его щеки, но он перехватил запястье, отвёл в сторону.

— Я давно перестал тебя ждать, Линн. И, честно говоря, мне совершенно наплевать на то, что ты хочешь.

— Понимаю, я сильно тебя обидела. Не думай, даже не жду, что ты тут же меня простишь, надо держать лицо, да и гордости у тебя всегда было достаточно… — Пожав плечами, она звонко рассмеялась. Кэрри невольно сжалась: от Сакумо исходили волны тщательно сдерживаемого гнева, пальцы, лежащие на её талии, едва заметно сжались, комкая шёлк кимоно.

— Я не хотел тебя видеть все эти годы, не хочу и сейчас. И время, когда у тебя была возможность вернуться, прошло.

— Говори себе это чаще. — Линн сверкнула глазами и посмотрела на Кэрри, будто увидела её только сейчас. — Старайся лучше, милая, мой муж должен быть доволен.

— Убирайся отсюда. — Верхняя губа Сакумо презрительно изогнулась. — Пока лично не выволок за волосы и не бросил у ворот.

— Надо же, ты так умеешь? Хотелось бы на это посмотреть, а ещё лучше — почувствовать. — Линн облизнулась и томно проговорила: — Грубость в мужчинах меня всегда возбуждала. Грубость от тебя… м-м… Жаль, что сейчас эту мечту осуществить не получится. — Мигом став серьёзной, Линн впилась взглядом в побледневшую Кэрри и жёстко отчеканила: — По закону я имею все права жить здесь, мы всё ещё женаты. И ты, Сакумо, — смягчилась она, вновь замурлыкав, — не сможешь сделать ничего, чтобы выгнать меня из своего дома.

— Ты права, — усмехнулся Сакумо, — придётся наконец развестись.

— Не сомневалась, что ты так скажешь. Знаешь, милая, — она вновь посмотрела на Кэрри, — законов у нас мало, но все они достаточно суровы. Не удивительно, ведь Сакумо помогал составлять большинство их них. И конечно же, со временем нас разведут, только… — приложив палец к губам, Линн сделала вид, что задумалась, — это произойдёт очень нескоро. Ведь мы достаточно могущественны, а поделить силу… Это занимает много времени. Сакумо, милый, тебе придётся меня потерпеть. А там, глядишь, и разводиться передумаешь.

Скрипнув зубами, Сакумо дёрнул плечом, и на миг Кэрри показалось, что он искал меч за спиной, но вдруг он опустил глаза и мягко ей улыбнулся. — Я всё ещё не рассказал тебе о сюрпризе. Пойдём, Юми уже накрыла чай.

— Отлично! Я тоже выпью чая! — широко улыбнулась Линн.

— Тебя никто не приглашает, — отрезал Сакумо, по-прежнему крепко держа Кэрри одной рукой и отворачиваясь. — Твои комнаты переделали в библиотеку. Прогнать я тебя не могу, поэтому, если хочешь, оставайся. Дальний павильон свободен. Правда, придётся подождать, пока его приведут в порядок.

— Разве мы не будем спать в одной постели? — Линн позволила голосу обиженно задрожать.

— Боюсь, втроём там будет слишком тесно.

Сакумо неспешно повёл Кэрри к озеру, оставив Линн посреди сада. Она и не думала, что всё выйдет быстро и просто. Каждая фраза предназначалась не Сакумо — девчонке, что так по-хозяйски его обнимала. Месяц, проведённый с Тони, пролетел незаметно. Он оказался отличным любовником и приятно разнообразил её дни и ночи. А ещё: рассказал об этой Кэрри всё, что знал и помнил. В подробностях. И теперь Линн точно знала — такой шлюшке не место рядом с Сакумо. Для неё он слишком хорош. Подумать только, какой фурор произведёт новость об их воссоединении! Пока все треплются о том, что Сакумо теперь не один, что ж. Вскоре начнут говорить о том, что он привёл девчонку в дом только ради того, чтобы вернуть её, Линн, благосклонность. А она, мило улыбаясь, будет рассказывать, как больно ей было увидеть мужа с другой. И плевать, что всем известно, как давно они разошлись и почему. Плевать, что Линн переспала с доброй половиной мужчин на Зельдаре — здесь этим не просто не удивишь, наоборот.

Глядя на удаляющуюся пару, Линн холодно улыбнулась — она очень быстро вышвырнет Кэрри из постели Сакумо и из его жизни. Если Тони захочет подобрать, его дело. С появлением сете-паи слишком много взглядов сейчас было направлено на Сакумо: все давно привыкли считать его затворником и одиночкой, но сейчас каждая уважающая себя богиня хотела его. Его, принадлежавшего только Линн! Этого она Кэрри простить не могла. Что ж, времени действительно предостаточно, а Сакумо никогда не мог перед ней устоять. Да, она пыталась вернуться когда-то, но в то время даже стараться и прилагать усилия не стала. Теперь же обрушит на него всю мощь своего желания, что там какая-то девчонка, даже сете-паи, перед богиней юности!

Некоторое время они шли в молчании. Тихо шелестел ветер в высоких зарослях тростника на другой стороне озера, над розовыми лотосами носились яркие голубые стрекозы. Сакумо так глубоко погрузился в себя, что даже не убрал руку с её талии, но словно бы забыл о том, что Кэрри рядом. Она почти не дышала, поглядывая в его застывшее, сосредоточенное лицо, и пытаясь отыскать хоть каплю утренней нежности, хоть тень мягкой улыбки. Глаза будто залило тьмой, даже зрачка не рассмотреть, а по крепко стиснутой челюсти играли желваки.

— Сакумо, — позвала Кэрри тихо, когда они подошли к мостику и остановились у воды.

— Надо было развестись с ней сразу.

Кэрри не ответила. Кто она такая, чтобы вообще лезть в эти отношения? И может, будет лучше, если они снова будут вместе, ведь она здесь временно… Крепкие руки резко обвили талию, Сакумо притянул Кэрри к себе, зарываясь носом в волосы. Шумно выдохнул в макушку, обнял сильнее, широкая ладонь легла на затылок. Будто он хотел спрятать её ото всех, спрятать внутри себя.

Уткнувшись носом в его грудь, Кэрри прикрыла глаза, сердце быстро-быстро заколотилось в груди, увеличиваясь в размерах. Хотелось так много у него спросить и так много сказать самой, но как узнать, нужно ли это ему? Нужно ли это ей: пытаться проникнуть в его душу и поделиться своей? Тепло, уютно, хорошо — Сакумо будто делился всем теплом, которое сейчас мог дать.

— Я так и не сказал тебе про сюрприз, — хрипло проговорил он, выпрямляясь. — Это не касалось Линн, как ты поняла, — улыбнулся криво.

— Не могу сказать, что этот сюрприз мне понравился, — вернула улыбку Кэрри. Сакумо переплёл их пальцы и повёл к мосту, медленно поглаживая запястье. Остановился только у входа в беседку, повернулся к дому, чьи островерхие крыши виднелись в густой зелени.

— Завтра я устрою тебе праздник, — тихо сказал он, глядя в безоблачное небо. — Только для тебя.

— Праздник? — Кэрри удивлённо повернулась к нему?

— Ты сказала, что хочешь лучше узнать меня. — Сакумо коснулся её губ, ласково обвёл контур. — А потом мы поедем в Пантеон, пришла пора представить тебя его жителям.

— Ты хочешь показать меня другим? Но зачем? — Она не думала, что он зайдёт так далеко. Отчего-то считала, что всё отмерянное им время будет сидеть здесь, а получается… — Почему ты хочешь это сделать?

— Я собирался сделать это с самого начала. Ты же не думала, что буду держать тебя в четырёх стенах? Правда, думал дать немного больше времени.

— Это из-за Линн, да? Из-за неё ты хочешь поскорее показать меня всем? Как свою сете-паи, да?

— Испугалась? — Сакумо улыбнулся. — Это будет не так скоро, не бойся. Через месяц в Пантеоне будет большой праздник, тогда и поедем.

— А Пантеон далеко? — при мысли, что на неё будут смотреть десятки, а может, сотни могущественных богов, смотреть и видеть свою возможную будущую игрушку, в груди вырос огромный ком.

— Не так далеко, как тебе кажется.

Он нахмурился, заметив яркое лимонное платье на берегу. Посмотрел на Кэрри, на то, как тонкая морщинка прочертила её лоб, и, бережно обхватив ладонями голову, потянулся к губам. Нежный до дрожи под коленями поцелуй заставил внутренности сделать сальто, вскружил голову. Сакумо целовал её снова и снова, не желая отрываться, не открывая глаз, скользя ладонями по спине, путаясь в волосах, пытаясь напиться её вкусом. Не чувствуя страсти, только желание не отпускать, не отдавать никому. Захлёбываясь в так внезапно накативших эмоциях, он позволил себе наслаждаться ими, чувствуя, как внезапно зашевелилось, начиная оттаивать, сердце.