Глава 11

Утро экзамена началось привычно, но к завтраку все четверо девушек буквально не находили себе места от волнения. Больше не было предположений, догадок, только угнетающая тишина в спальне, тихие вздохи и нервный смех. На завтраке они изо всех сил старались держаться непринуждённо, но выходило плохо. А когда Кэрри поймала на себе тяжёлый, слишком задумчивый взгляд Смита, стало совсем плохо. По спине пополз липкий пот, а в животе свернулось склизкое, противное ощущение страха. Агда накануне выдала короткий список тем, которые будут на экзамене, поэтому после завтрака первым делом девушки пошли переодеваться. Разноцветное бельё, которое выбрали ещё вечером из комплектов, предоставленных Старри, сидело как влитое на упругих, подтянутых телах. Застегнув ремешки туфель на высоченных шпильках, Кэрии выпрямилась и посмотрела в зеркало. На её светлой коже тёмно-красное кружево смотрелось сногсшибательно. Умело накрашенные глаза, карминные губы, только в глазах, вместо блеска, настороженность и ожидание.

— Мне страшно, — призналась Бель, когда молчание стало слишком гнетущим. Агда сказала, что за ними будут приходить, поэтому никто понятия не имел, что делать дальше. В белом шёлковом комплекте, с распущенными медовыми волосами Бель ещё больше походила на фарфоровую куколку, которую только что достали из коробки и вот-вот начнут наряжать.

— Выдохни, — усмехнулась Зои. После вчерашнего разговора она снова стала самой собой: язвительной и самоуверенной. Либо просто загнала собственный страх глубоко внутрь и заперла на замок. Сейчас её смуглую кожу оттеняло резное кружево молочного цвета, подчёркивая каждый изгиб. Зои развалилась на кровати, закинув ногу на ногу, и изредка покачивала ею в воздухе. — Если бы мне сейчас налили, — мечтательно протянула она, — а потом дали покурить, я бы вообще не переживала.

— Налили, — невольно фыркнула Кэрри. — Мне кажется, даже бутылка бурбона сейчас меня не успокоит.

— Ладно тебе. — Зои посмотрела на неё. — Тебя ждёт твой любимый профессор Смит, я бы на твоём месте не боялась, а с ума сходила от нетерпения.

Кэрри метнула на подругу быстрый взгляд — не собиралась делиться своими симпатиями с остальными. Но девушки вовсе не обратили внимания, потому что в этот момент дверь распахнулась. Агда с длинным атласным плащом голубого цвета, вошла и осмотрела учениц.

— Мисс Адамс, прошу. — Она протянула плащ, и Марго, сглотнув, вскочила, нервно повела по бёдрам взмокшими ладонями и накинула ткань на плечи.

— Первый пошёл, — хмыкнула Зои.

Прошло не больше десяти минут, когда Агда вернулась за Бель. Зои и Кэрри переглянулись.

— Интересно, экзамен проходит так быстро, или просто разные кабинеты? — тихо спросила Кэрри, надеясь, что голос не выдаёт волнение.

— Думаю, разные, — скривилась Зои. — Ты видела? Мы должны сдать всё, что проходили. Не думаю, что Бель так быстро управилась.

Вскоре пришли за Зои, и Кэрри осталась одна. Прошлась по спальне, выглянула в окно, вновь вернулась к двери. Что её ждёт, почему Тони сегодня был таким недовольным и задумчивым? Внезапно в голове всплыл вчерашний разговор с Зои, и впервые в груди шевельнулось что-то похожее на настоящий ужас. Удушливый, туманящий рассудок. Что, если с её подругами сейчас происходит что-то дикое, невероятное? Что, если она больше их никогда не увидит? Паника заколотилась в горле, и, когда Агда пришла за ней, Кэрри почти ничего не почувствовала, двигаясь, как марионетка, запахивая атласный плащ.

В коридорах было тихо, но на этот раз тишина казалась гулкой, зловещей, и каждый шаг отдавался в ушах. Знакомый четвёртый этаж, и Кэрри почти выдохнула, увидев дверь, ведущую в комнаты Тони, но они прошли мимо, и сердце заколотилось быстрее. Поворот, и вот они оказались в другом крыле, ничем не отличающемся от предыдущего. Та же умеренная роскошь, та же тишина. Когда Агда остановилась у двери, Кэрри едва не налетела на неё.

— Удачи, — она как-то странно посмотрела на неё. — Хотя не думаю, что она тебе понадобится. Уверена, ты пройдёшь.

Стараясь смотреть прямо перед собой, на негнущихся ногах Кэрри сделала несколько шагов и замерла. Прямо перед ней стоял совершенно незнакомый человек, красивый пугающей, почти совершенной красотой. Смуглая кожа и тонкие, изящные черты лица, длинный нос и пухлые губы, а глаза мутно-зелёные, насмешливые.

— Профессор Коннор Гримс, — представился незнакомец, окидывая Кэрри внимательным взглядом. Она едва не спросила, где Тони, но вовремя прикусила язык. Сердце всё ещё колотилось, как бешеное, живот сводило от страха. А ещё Кэрри чувствовала острое разочарование. Она ведь так надеялась увидеть Смита!

— Мисс Дайвенпорт, — мягко проговорил Коннор, будто пробовал её фамилию на вкус. Кэрри показалось даже, что ещё немного, и он облизнётся, настолько горячим и плотоядным стал его взгляд. — Снимайте плащ, хватит прятать свою красоту.

Непослушными пальцами Кэрри потянула шнуровку, и атлас с тихим шорохом стёк под ноги голубой лужицей. В комнате было тепло, но кожа моментально покрылась мурашками, когда Коннор подошёл ближе. От него будто исходили волны холода, колко царапающего почти обнажённое тело. Помня обо всех уроках, молясь, чтобы не сказать что-то лишнее, Кэрри покорно смотрела прямо перед собой, стараясь не коситься на обходящего её по кругу профессора. Тем временем он остановился у неё за спиной и вдруг провёл кончиками пальцев по позвоночнику. Тело Кэрри будто прошило током, мало напоминающим приятные ощущения. Прикосновения мужчины показались на удивление неприятными. Будто это не человек вовсе, а что-то холодное, сухое. Будто змея скользнула по коже.

— Боишься? — полунасмешливо спросил Коннор из-за её спины. — Не стоит.

— Не боюсь, — тихо, но уверенно ответила Кэрри. Чёрт-чёрт-чёрт! Она должна была ответить совершенно не так! Опять всё испортила?

— Лгунья, — почти промурлыкал Коннор, и вдруг одним щелчком пальцев расстегнул застёжку бюстгальтера. Кэрри не шелохнулась, хотя первым порывом было вцепиться в кружевные чашечки и прижать их к груди.

— Я бы сказал тебе расслабиться, — продолжал Коннор, проводя по спине ладонью и сминая кожу, — но знаю, что не поможет.

Он стоял на расстоянии вытянутой руки, но она ощущала исходящие от него волны холода, а ещё — запах морозного утра и, почему-то, клюквы. Талой клюквы, чей горький вкус моментально осел на губах.

— Тебе холодно? — в голосе Коннора прозвучало неподдельное удивление. Он наконец обошёл её и уставился прямо в глаза. В его болотном взгляде промелькнул настоящий интерес, а палец осторожно коснулся шеи, которая тут же покрылась мурашками. Кэрри втянула нижнюю губу, пытаясь сдержать панику — не может человек быть таким ледяным! Если от Тони пахло пачули и пряностями, а тело источало настоящий жар, то Коннор, несмотря на смуглую кожу, казался мраморным. Неживым.

— Ты очень интересный экземпляр, Кэрри, — прошептал он, склонив голову набок. И вдруг пробормотал, скорее, самому себе: — Мало кому удаётся узнать мою истинную сущность.

Кэрри подавилась вдохом. Только бы держать себя в руках! Все предостережения и страхи Зои тут же всплыли в голове, а кровь зашумела в висках.

— Впрочем, даже если в тебе скрыт такой потенциал, — протянул Коннор, одним пальцем подцепив кружево, которое держало чашечки бюстгальтера и заставляя тот упасть на пол, — сейчас мы не будем говорить о нём.

Он удовлетворённо кивнул, посмотрев на обнажившуюся грудь, на мигом затвердевшие на холоде соски, и приподнял бровь. Потом вздохнул, делая какой-то вывод, и улыбнулся.

— Думаю, придётся тебя согреть, иначе ты точно завалишь экзамен. Не думаю, что это понравится профессору Смиту.

Отвернувшись, он подошёл к столу и зазвенел стеклом, а когда вернулся, держал в руке стакан с ярко-жёлтой, солнечной жидкостью. Кэрри недоверчиво посмотрела на неё: конечно, пить приходилось всякое, и не всё из того, что она пробовала, согласилась бы выпить ещё раз. Но сейчас внутри всё буквально кричало: опасность! Однако отказаться она не могла. Поэтому, сглотнув, приняла стакан, стараясь не задеть ненароком пальцы Коннора, и, услышав его тихое «До дна», выпила всё до капли.

Не сводя с неё внимательного взгляда, Коннор отошёл к столу, облокотился на него и скрестил руки на груди. Кэрри настороженно смотрела на него, прислушиваясь к себе. Поначалу ничего не происходило, что даже не удивляло — несмотря на странный цвет, жидкость практически не имела вкуса, лишь слабо отдавала чем-то терпковато-сладким, похожим на переспелую грушу. Сердце всё так же неистово колотилось, а страх продолжал колоть острыми иглами. Но вот под кожей прошла волна, тёплая, почти нежная, она коснулась каждой клеточки, отогрела и заставила вспыхнуть. Медленно, огонь разгорался, вызывая зуд, желание провести по телу ладонями, разгоняя его. Кэрри продолжала стоять прямо, хотя ноги начали ощутимо подрагивать, а мышцы непроизвольно сокращаться. Стало жарко, так жарко, что захотелось не просто раздеться — снять с себя кожу. Кэрри переступила с ноги на ногу, тяжело задышала. Каждый вдох был похож на пустыню, сухую и пламенную.

— Иди сюда, — ровно произнёс Коннор, наблюдая за тем, как порозовела её кожа и расширились зрачки. Кэрри послушно подошла и в этот раз его холод показался необходимостью, а желание прижаться к его телу превратилось в болезненную потребность. — На колени, — так же ровно бросил Коннор, по-прежнему не шевелясь. Послушно опустившись на колени, Кэрри слегка пошатнулась, так велико было желание вжаться в него и получить хоть толику долгожданной прохлады.

— Начнём с уроков профессора Смита, — скучающим тоном протянул Коннор, глядя на опущенную голову девушки. Она полыхала, он чувствовал плавящийся жар её тела и это неожиданно подействовало возбуждающе. Обычно он легко контролировал себя, а вызывать эрекцию в нужный момент не составляло труда, но сейчас в паху сладко заныло. Коннор мысленно застонал, когда она послушно потянулась к его брюкам и медленно расстегнула их, спуская вниз вместе с бельём. Горячий вздох обжёг ледяную плоть, член наливался буквально на глазах. Поймав во взгляде Кэрри мольбу, он слегка приподнял бровь, ожидая дальнейших действий.

Кэрри сглотнула. Нет, она по-прежнему не испытывала к этому мужчине ни капли притяжения или малейшей симпатии. Мозг оставался кристально чистым, никакого наркотического тумана или алкогольной дымки. Но тело явно жило своей жизнью, посылая импульсы в низ живота, заставляя наполняться слюной рот. Так в жаркий полдень мечтаешь о ледяной воде — Кэрри было просто необходимо коснуться его.

Его член был крупным, в меру длинным, с тугими венами, пульсирующими прямо перед её глазами. Кэрри обхватила его за основание и едва не застонала от облегчения: так приятно было прикосновение ледяной кожи к её, полыхающей. Она медленно облизнула головку и втянула его в себя, стараясь протолкнуть как можно глубже. Он заполнил её, растянул, упираясь в горло, и Кэрри могла поклясться, что услышала тихий, но отчётливый вздох. Вобрать его в себя, от головки до основания, провести языком, обводя каждую вену, втянуть щёки, с наслаждением ощущая, как перестаёт печь горло. Он был её льдом, дарящим долгожданную прохладу и облегчение, и Кэрри вбирала его в себя снова и снова, не думая, что делает и как. Влажная от слюны ладонь безостановочно двигалась вверх и вниз, член выходил из её рта с громкими, влажными звуками.

Коннор давно перестал делать вид, что ему всё равно. Его руки вцепились в стол, дыхание сбилось, а глаза то и дело прикрывались. Хотелось запустить ладонь в её волосы, сжать и начать направлять, задавая ритм. Вбиваться на всю длину, заставляя давиться воздухом. Рычать, отпустив себя. Обжигающее влажное тепло её рта, горячий язык дарили давно забытое наслаждение, которого он уже много лет не получал здесь. Каждый день — рутина, каждая девушка — обычный материал, не более. Товар, который можно продать, который нужно сделать пригодным к продаже. Но сейчас, когда Кэрри крепко засасывала его и звонко отпускала, пока её обжигающая ладонь массировала яички, Коннор чувствовал, что теряет контроль. Поэтому Смит так не хотел отдавать её ему? Что-то знал, догадался? Или же?..

Додумать он не успел — чувствуя, что вот-вот кончит, резко оторвался он неё и, вцепившись в волосы на затылке, заставил подняться. Ни одна ученица не должна понимать, как именно влияет на преподавателя. Это было неукоснительное правило, Коннор сам ввёл его, когда они открывали пансионат, и ни разу его не нарушал. Кэрри смотрела затуманенным, горящим взглядом, а её кожа сейчас пламенела, почти обжигая его привычную мерзлоту.

— Раздевайся, — выдохнул Коннор и внутренне поморщился от того, как нетерпеливо прозвучал его голос. Успел подумать о том, как хорошо, что настоял на отсутствии камер в своих комнатах. Он обладает достаточным весом, чтобы к его словам прислушивались без доказательств. И снова назойливая мысль: может, это тоже было причиной, по которой Смит не хотел отдавать её?..

Кэрри едва могла держать себя в руках, вспоминая о наставлениях Старри о том, как чувственно надо стягивать с себя бельё, если до этого его никто не сорвал. Она прогнулась в спине, почти коснувшись его члена, и медленно стянула трусики. Выпрямилась, переступила через них и посмотрела в потемневшие глаза напротив. Сейчас они казались не болотом — яркой зеленью, на дне которой вспыхивали огоньки. Между ног было так горячо, что, пожелай он посадить её на ледяной кол, Кэрри стонала бы от наслаждения. Происходящее так сильно напоминало нереальный сон, что пугало ещё больше — ведь Кэрри всё прекрасно осознавала.

Его ледяная ладонь прошлась по груди, задевая соски, и Кэрри шумно выдохнула, облизнулась. Пальцы спустились ниже, вырисовывая круги на животе, и накрыли лобок. Нежная кожа моментально отозвалась на прикосновение яркой вспышкой облегчения и благодарности.

— Теперь тебе не холодно, — удовлетворённо проговорил Коннор, касаясь клитора и слегка надавливая на него. Кэрри прикусила губу, тихо замычала, когда пальцы двинулись дальше размазывая смазку. Контраст её жара и его холода заставил ноги подогнуться, а в голове тут же взорвались крошечные фейерверки. То, как тело отзывалось на малейшие прикосновения, сводило с ума. Кэрри облизнула пересохшие губы, пытаясь не сорваться на мольбу. Покорно склонила голову, пряча полыхающее лицо в прядях волос.

Потянув её на себя, он позволил на короткое мгновение обнять, так, чтобы это выглядело как мимолётная ласка, не более, и тут же развернул, укладывая на стол животом вниз. Кэрри тут же впилась пальцами в деревянный край, сипло задышала, выталкивая раскалённый воздух из лёгких. Ей казалось, что сейчас он будет играть с ней, изводить ожиданием, но почти сразу почувствовала ледяную головку, коснувшуюся влажных губ. Резкий толчок, протяжный стон, и Коннор задвигался сразу, не останавливаясь, заставляя скрипеть ножки стола по паркету. Его руки крепко стискивали её ягодицы, мощные движения внутрь заставляли стенки влагалища судорожно сокращаться, пытаясь удержать необходимую прохладу. Кэрри задрала голову, широко распахнув рот, из горла рвались животные стоны, короткие, обрывистые. Коннор двигался грубо, словно точно знал, что именно это доставит ей настоящее удовольствие. Холод смешивался с жаром, растекался по крови, создавая неповторимый коктейль, от которого голова шла кругом. Стоны превратились в умоляющие всхлипы, Кэрри зажмурилась, задрожала всем телом, а Коннор вдруг остановился, позволяя насладиться оргазмом. Но, не успела она перевести дух, как почувствовала его ледяные пальцы на своём анусе. Смоченные её смазкой, они беспрепятственно проникли внутрь, растягивая мышцы. Выйдя из неё, Коннор приставил член выше, надавил, заполняя, медленно входя до конца, и Кэрри, не сдерживаясь, закричала, кончая снова.

Краем глаза она увидела, как его ступня опускается на стол рядом с её талией. Угол проникновения изменился, Кэрри показалось, что она бабочка, пришпиленная к деревянной поверхности холодной иглой. Сквозь шум крови в ушах она слышала его хриплое дыхание, а полыхающее тело откликалось на ладони, шарящие по спине, рёбрам, груди. Его пальцы зарылись в её волосы, натянули, заставляя вновь задрать голову. Коннор размашисто вбивался в неё, растягивая до предела. Новый крик, оргазм скрутил, Кэрри почувствовала, как подгибаются пальцы на ногах, а в следующую секунду он вжался в неё с такой силой, что показалось — останется там навсегда.

Кэрри приходила в себя медленно, выплывая из волн обжигающе-холодного удовольствия. Коннор успел привести себя в порядок, а она всё ещё лежала на столе, цепляясь в него руками. Пожар внутри медленно гас, и теперь она могла почувствовать прохладную сперму, стекающую по ногам.

— Думаю, у вас не возникнет проблем с переходом на второй курс, мисс Дайвенпорт, — обычным ровным тоном произнёс Коннор. — Одевайтесь, вы свободны.