Глава 22

Сидеть в кабинете втроём было непривычно. Марго печально вдыхала, глядя на пустующий стол Бель, Зои старалась вообще не смотреть в ту сторону. А вот у Кэрри внутри всё слишком кипело от злости, чтобы обращать внимание на подобные мелочи. Да, сейчас ситуация с Бель казалась мелочью по сравнению с тем, что творилось в её жизни. Дурдом какой-то, просто слов не находилось, чтобы оправдать поведение Тони. Увидимся на уроке, значит? И что теперь, будет изводить её только из-за того, что она больше не хочет продолжать неформальные отношения? Или станет игнорировать? Пальцы всё ещё мелко подрагивали, Кэрри никак не могла успокоиться, а ещё — отделаться от страха за Сакумо. Глупо, наверное, но личности этих богов всё ещё оставались скрыты, хотя Сакумо явно не лгал, когда говорил, что не помнит своё настоящее имя.

— Доброе утро, девушки, — в кабинет вошла Агда, поджала губы, глядя на пустой стол Бель. — Будем надеяться, что мисс Уоллиш вскоре к вам присоединится, хотя, как показывает практика, догонять ушедших вперёд гораздо тяжелее, чем проходить всё обучение вместе. Третий курс будет посвящён выносливости. Думаю, вы не раз слышали от профессоров о вашей физической подготовке. Этот курс будет вести профессор Коннор, он будет его куратором. Перед ним вам отчитываться. Сам профессор немного задерживается, так что начало урока проведёт профессор Смит. С которым, я надеюсь, у вас не возникнет никаких проблем. — Агда в упор посмотрела на Кэрри, та в ответ пожала плечами. Уж от неё он больше не дождётся ничего, что можно рассматривать нарушением правил. Хватит и того, что её ждёт наказание от Сакумо, если он ещё не забыл.

— Выносливость, — фыркнула Зои, когда Агда вышла. — На тренажёры нас опять отправят, что ли?

— Почти, мисс Грейс, — ответил Энтони, заходя в кабинет. — Тренажёры, с которыми некоторые из вас, — короткий взгляд на Кэрри, — уже знакомы. Дело в том, что секс не всегда ограничивается одним актом и вполне может растянуться на всю ночь. И если с любимым мужчиной, — тихий смешок и новый взгляд на Кэрри, — эта ночь пролетит в одно мгновение, никто не гарантирует, что у вас возникнет связь с человеком, с которым придётся провести год рядом. К тому же, нам надо будет провести некоторые тесты, которые определят ваше индивидуальное направление на последующие два курса. Для кого-то они пройдут по облегчённой, а для кого-то по усиленной программе.

— Профессор Смит, — Марго подняла руку и, дождавшись кивка, продолжила, — скажите, а мы можем видеться с Бель?

— Сейчас она на втором курсе, вы — на третьем, и правилами не возбраняется разговаривать с ней. Но ни слова о том, что вы проходите сейчас, иначе ваш перевод на третий курс останется под вопросом. Вы готовы рискнуть?

Марго испуганно захлопнула рот, моргнула.

— Что ж, раз мы прояснили все вопросы, перейдём к уроку. Сегодня начнём со знакомства с одной интересной машиной. Кстати, вот и профессор Коннор.

Мулат стремительно вошёл в кабинет, извинившись за опоздание, и тут же прошёл к дальней двери, из которой раньше вытаскивали козлы. Вскоре послышался шум и показалась уже знакомая Кэрри секс-машина. Правда, сейчас на ней не было никаких насадок и выглядела она скорее как гинекологическое кресло, только приведённое в горизонтальное положение. Две стальных трубки спокойно лежали на её сиденье, и в целом сооружение больше походило на машину для пыток, а не для удовольствия. Марго тихо охнула и побледнела, Зои с интересом склонила голову набок.

— Мы поочерёдно проверим каждую, а после начнём развивать вашу выносливость, — сказал Смит. — Мисс Дайвенпорт, начнём с вас, как с человека, знакомого с этой вещью.

«Кто бы сомневался, — кисло подумалось Кэрри. — Не смог трахнуть вчера, так трахнет сегодня, только другим способом».

Равнодушно кивнув, она начала раздеваться, пока Коннор, открыв шкаф, доставал коробки.

— Вы тоже будете заняты, — сказал он, обращаясь к Зои и Марго. — Только немного другим.

— Нам тоже раздеваться? — робко спросила Марго.

— Конечно, мисс Адамс, мы ведь не в карты здесь собрались играть, — усмехнулся Коннор. Забравшись в кресло, Кэрри попыталась унять ускорившееся сердцебиение. Обивка холодила спину, обтянутые кожей чашечки-подставки для ног чуть заметно вращались. В кабинете было прохладно, и соски против воли сжались. Про Кэрри, казалось, забыли на время. Два крупных резиновых члена Смит прикрепил прямо к полу. Достаточно длинные, они слабо шевелились: плотные, но не настолько, чтобы стоять колом.

— Выбирайте, как вам удобнее на них сесть, — сказал Коннор. — Я имею в виду, нет разницы между анальным или вагинальным проникновениями. В любом случае, потом придётся поменяться.

Обхватив плотный силикон, Марго осторожно опустилась сверху, становясь на колени. Зои, дерзко взглянув прямо в болотные глаза Коннора, присела на каблуках, опускаясь на член с широко разведёнными ногами, чтобы ему было видно. Кэрри была готова поклясться, что услышала его смешок. А потом стало резко не до смеха, потому что к ней подошёл Смит.

— Что ж, мисс Дайвенпорт, — его голос был откровенно скучающим, — вы готовы?

— Не думаю, что это имеет особое значение для вас, мистер Смит, — тихо, чтобы услышал только он, ответила она. Добавила громче: — Да.

И не смогла сдержать вздох: сердце стучало так быстро, что кислород в лёгких стремительно заканчивался — слишком резко они сжимались.

— Ваш любимый размер, — с лёгкой тенью сарказма сказал Тони, доставая знакомый крупный фаллоимитатор.

— Вы ошиблись, мне нравятся другие, — тут же откликнулась Кэрри. Девушки были слишком поглощены процессом и комментариями Коннора, чтобы прислушиваться к их разговору.

— Надо же, — Тони приподнял бровь. — И какие же, позвольте узнать?

— Боюсь, таких не найдётся в вашем наборе, профессор. — Кэрри невольно вздрогнула, когда он закрепил запястья ремнями и стянул колени, лежавшие в чашечках кресла, не давая пошевелить ногами.

— Вы правы, у меня представлен не весь арсенал, — хмыкнул Тони. — Но уверен, профессор Сакумо с удовольствием даст вам насладиться его достоинствами на следующем экзамене.

— Следующем экзамене? — пробормотала Кэрри.

— Узнаете к концу курса, но уверяю, он точно будет там. Вы рады?

— Мне не интересует, кто именно будет принимать следующий экзамен, — холодно ответила Кэрри, задержала дыхание, когда он выдавил смазку на её лобок и начал быстрыми, уверенными движениями размазывать её снаружи и внутри. Натренированное тело начало неспешно откликаться на грубые движения теплом внизу живота. Палец Тони внезапно проник в узкое кольцо мышц, несколько раз резко вошёл и вышел, после чего Тони удовлетворённо кивнул и выпрямился. Пробежался взглядом по распластанному перед ним телу, не пытаясь даже сдержать полыхающую в нём похоть. Кэрри насмешливо посмотрела на него и медленно облизнулась. И тут же сдавленно выдохнула, когда он ввёл фаллоимитатор во влагалище. Пока тот не двигался, но всё начало увлажняться в предвкушении. Ануса коснулся прохладный металл, Кэрри испугано дёрнулась, но Тони придавил за живот, не давая шевелиться.

— Не бойся, — прошептал прямо на ухо, — тебе ведь не привыкать.

Не привыкать заниматься сексом с двумя настоящими мужчинами, а не подчиняться ритму машины, которую даже нельзя остановить! Послышалось знакомое жужжание, машина пришла в движение, поочерёдно вгоняя обе игрушки внутрь, и Кэрри тихо, прерывисто задышала, всё ещё удерживая взгляд Тони.

— Когда почувствуете, что больше не можете, нажмите кнопку, — громко, отчётливо произнёс он, показав на небольшую кнопку у её правой руки. — И да, мисс Дайвенпорт, докажите, что вы не зря прошли на третий курс, попытайтесь держать себя в руках.

Кэрри проследила взглядом за тем, как он подходит к Марго, расстёгивает штаны и обхватывает волосы на её затылке, и откинула голову. Пока ничего особенного не происходило, но кто знает, каким долгим будет этот урок?.

Сакумо рассеянно слушал доклад о занятиях, повернувшись спиной к Коннору и Смиту, пока Агда делала какие-то пометки в своём планшете, расположившись за столом. Третий курс отчего-то занимал всё больше мыслей в его голове, особенно, одна яркая брюнетка со слишком глубоким для легкомысленной девицы взглядом. Сакумо ждал, когда скажут о ней, но Смит, как нарочно, расписывал Адамс и Грейс, их выдержку и умение работать языком. От скуки хотелось зевать. За окном снова падал снег, укрывая статуи в парке пушистым покрывалом. Как же ему надоела эта погода! Эта промозглость, вездесущий ветер и такие не похожие на родину горы. В его прежнем мире гора была лишь одна. Величественный пик возносился в небо, украшал картины и звучал в стихах. Гора и розовые лепестки цветущих деревьев. Строгие линии традиционных домов, тишина и запах благовоний, острие катаны и склонённые спины — Сакумо не помнил имени, но помнил прошлое. Далёкое по человеческим меркам, недавнее для него. Память работала избирательно, так часто бывает после перерождения на Зельдаре. Там всё было не то, не так, не настоящее, но Сакумо не обольщался, знал — обратно, на Землю, он уже не вернётся. Чужие боги, чужие верования, ослабевшие традиции…

— А Дайвенпорт сегодня была особенно хороша, — донёсся голос Смита. Самодовольный голос, от которого Сакумо незаметно подобрался, крепче стиснул пальцы, сцепленные в замок за спиной. — Сакумо, признаю, ты отлично её обучил.

— Если это комплимент, то ты растратил его впустую, — сухо ответил он, отворачиваясь от окна. — Я никогда не перевожу учениц, если они не освоили мою программу.

— Признай, в этот раз экзамен был особенно приятным. — Показалось, или Смит как-то по-особенному улыбается?

— Экзамен должен быть приятен в первую очередь ученице, а не профессору, — холодно отчеканил Сакумо. — Мы не должны вызывать у них неприязнь к сексу. Или ты забыл?

Удар попал точно в цель, Энтони слегка поморщился, явно вспоминая последний разговор с Кэрри. Что ж, ещё одно правило пансионата он успешно нарушил, ведь Кэрри ясно дала понять, что принуждение в той форме, что была между ними, ей не нравилось.

— Она продержалась почти два часа. — Коннор многозначительно приподнял бровь, поймав взгляд Сакумо, словно говорил: друг, тебе явно повезло. — Для первого раза это очень долго.

— И кончила всего два раза, — как-то зло бросил Энтони.

— Разве это плохо? — вмешалась Агда. — У неё практически идеальный контроль, не удивлюсь, если третий курс она пройдёт экстерном.

— Выносливость — ещё не всё, — заметил Смит. — Посмотрим, как она пройдёт четвёртый и пятый курсы.

— Посмотрим, — равнодушно бросил Сакумо, вновь отворачиваясь к окну. Отчего-то слушать, как обсуждают Кэрри и её умения было неприятно. Быть может, потому что он уже считал её своей, а своё Сакумо не собирался делить ни с кем, хватило истории с Линн. Пройдёт год, а потом пусть забирают её кто захочет, но пока она будет с ним, ни один мужчина не посмеет её коснуться.

— Агда, добавь в расписание Дайвенпорт наказание от меня. — Сакумо холодно улыбнулся, почувствовав, как всколыхнулась, вспыхнула алым аура Энтони. Даже смотреть на него не пришлось. Молодой самоуверенный бог порой просто смешил своим неумением держать эмоции под контролем.

— Когда она успела его заработать? — не выдержал Энтони. Коннор насмешливо скосил глаза.

— На экзамене, — ответил Сакумо и, бросив последний взгляд на заснеженный парк, подошёл к столу. Взял из рук Агды планшет и пробежался глазами по записям, задержавшись на окошках видео-файлов сегодняшнего урока. Нет, смотреть не станет, это не его дело. — Перемести на завтра, сегодня не буду её трогать.

— Разве мы не выносливости её сейчас учим? — снова не сдержался Энтони, но в этот раз смог добиться того, что голос прозвучал ровно. Да и вопрос был более чем логичен. Сакумо и сам не знал, почему решил дать ей отдохнуть после изнуряющего урока, ведь раньше и задумываться бы не стал о том, сколько раз за сутки ученица занималась сексом — наказание есть наказание.

— Сегодня я не смогу, — сказал коротко, бросив тяжёлый взгляд на Энтони. — Ещё вопросы будут? Нет? Тогда приступим к четвёртому курсу, что там у нас?

Раньше подобные обсуждения интересовали. Когда это превратилось в рутину? Когда он, пытаясь принять правила игры в пантеоне богов, начал подстраиваться под мир вечной похоти и разврата? Этим вопросом Сакумо задавался весь день и позже, ночью, оставшись один. Конечно, его наивные идеалы, желание сохранить чистоту не только помыслов, но и тела, в своё время сыграли дурную шутку. Но даже после разрыва с Линн он долгое время отказывался принимать чужие правила, погрузившись в войны, разрушения, принося смерть, отвечая на бесчисленные молитвы полководцев и военачальников, просивших о победе. Кровавый бог войны, один из многих, но один из сильнейших. Презирающий чужой страх и уважающий чужую волю. Сакумо тонко усмехнулся темноте — отпуск точно не повредит. Слишком сильно устал от низменных человеческих страстей, слишком часто стал думать о прошлом.

Кэрри так же лежала без сна, прислушиваясь к тихому сопению соседок. Между ног слегка саднило, всё-таки искусственный член никогда не сравнится с настоящим. Да и собственное упрямство сыграло против неё. Последние полчаса Кэрри помнила плохо, думала лишь о том, чтобы это поскорее закончилось, но, всякий раз, встречаясь с внимательным, насмешливым взглядом Тони упрямо стискивала зубы. Он не оставлял её. Постоянно подходил, гладил грудь, теребил соски, поглаживал клитор. Поначалу это было даже приятно — механические движения поршней, входивших в её тело в одном ритме, не возбуждали, в отличие от его прикосновений. Но постепенно чувствительность начала возрастать, каждый толчок вызывал желание насадиться глубже, и Кэрри невольно начала ёрзать, пытаясь ускорить монотонные движения.

— Хочешь быстрее? — Тони моментально возник рядом, глядя в раскрасневшееся лицо и изнывая от желания вырубить к чёрту машину и самому встать между её ног. Обнажённый, возбужденный член слабо подрагивал — он только что остановил Зои, не позволив довести себя до конца. Надо было успокоиться, охладить мозги, но вместо этого Тони стоял и смотрел на Кэрри, нажимая кнопки, ускоряя движения фаллоимитаторов, наблюдая, как они поочерёдно исчезают внутри неё. Хотелось положить руку на член, провести по нему, крепко сжать, но подобное поведение для профессора посреди урока было недопустимо, поэтому он просто хотел увидеть, как она кончит. Но Кэрри кусала губы, глуша тихие стоны, и, казалось, была полностью сосредоточена на том, чтобы не кончить. Пот выступил на её лбу, над губой, на висках, влажные пряди прилипли к шее. Грудь тяжело поднималась, и он всё же позволил себе коснуться сосков, прокатить из меж пальцев, облизнуться.

Тогда-то Кэрри и поняла окончательно, что он потерял контроль. Что это уже не самодовольный профессор Смит, которого она встретила в самом начала, в которого ненадолго влюбилась, а охваченный похотью мужчина, пусть и красивый, но в то же время отталкивающий. Своим алчным взглядом, блеском ярко-голубых глаз, приоткрытыми губами, меж которых постоянно мелькал язык. И ей впервые стало противно. Ни к одному из профессоров она не испытывала подобных чувств, но, глядя на Смита, понимала, что больше не сможет думать о нём по-другому. Поэтому держалась изо всех сил, стараясь не показать, как хорошо, будто это означало бы его победу. Его победу над Сакумо. Но вскоре сдерживаться стало невыносимо, она громко застонала, чувствуя, как сокращаются стенки внутри и подрагивают мышцы на внутренней стороне бёдер. Любое движение тут же стало слишком ярким, слишком болезненным, в уголках глаз выступили слёзы.

— Приглуши, — словно сквозь вату донёсся голос Коннора, который обращался к Смиту. Тони вздрогнул, тут же сбавил обороты машины до минимума, делая их мягкими, почти нежными. Кэрри расслабилась, откинула голову назад, вяло подумала, что стоит остановиться, но, вспомнив о словах Тони, о том, как он смотрел на неё, решила идти до конца.

В итоге сейчас лежала на кровати, ворочаясь в попытках принять удобное положение, и думала о собственном упрямстве. Тони явно не стоил таких неудобств. Никто не стоил. А тут ещё Агда с предупреждением о завтрашнем наказании у Сакумо… Кэрри не знала, чего ещё от него можно ожидать. Только сейчас чувствовала себя слишком усталой, чтобы вообще думать о завтрашнем дне. А на утро всех переполошила новость, распространившаяся с быстротой пожара: одна из учениц пыталась сбежать ночью.