Глава 11. Недопонимание

Иван

У вас бывало такое: собираешься проснуться пораньше, быть бодрым, свежим и продуктивным, а в итоге проспал так, что ни один будильник до тебя не дозвонился? Вот и у меня произошло нечто подобное.

То ли дети вымотали до состояния выжатого лимона, то ли я слишком долго ворочался, беспокоясь о Киоре и думая, насколько тактично по местным меркам будет прийти среди ночи в её спальню и убедиться, что с ней всё в порядке… Когда я наконец-то очнулся, это было похоже на пробуждение после бессонницы: голова гудит, время потеряно, а внутренний голос уже распинается: «Эй, капитан, солнце встало, а ты всё ещё в кровати!»

Пришлось наскоро сделать зарядку в стиле «три отжимания – два приседания – одно сожаление», принять быстрый ледяной душ (на этот раз действительно ледяной, чтобы проснуться) и пулей вылететь из комнаты.

Сначала я сунулся на кухню. Пусто. Тишина, как в музее после закрытия. Потом в детские комнаты – те же гулкие стены и ощущение, что все резко решили сбежать на другую планету.

Позже я выяснил, что когда хозяйка ест дома, Аянэ сервирует стол в центральном зале, который здесь гордо именуют « кхантоке » . Стол, кстати, любопытный. Две столешницы: одна неподвижная, вторая вращается внутри неё. Изобретение гениального инженера! Получается, что любой, кто сидит за этим чудом мебели, может дотянуться до нужного блюда, просто провернув внутреннюю часть. Никаких тебе неловких манёвров за соусом через пять человек и риска сбить локтем чей-то бокал.

Так вот, в центральный зал с « кхантоке » я и вошёл, оббежав ползамка и изрядно понервничав, куда делись мои подопечные.

Картина передо мной выглядела… законченной. И не в мою пользу.

Киора, судя по всему, как раз заканчивала завтрак. Она сидела с лёгкой грацией, которую я уже привык воспринимать как часть её природы, и аккуратно отодвигала пустую пиалу в сторону. Волосы, всё ещё влажные после утреннего омовения, мягкими волнами спадали на плечи, а кожа приобрела чуть более живой оттенок. Если бы я не видел своими глазами, как плохо ей было вчера, то точно бы обманулся. А так она сидела и улыбалась детям, которые наперебой что-то рассказывали. Служанки ставили блюда, Аянэ тоже крутилась неподалёку.

Внезапно Киора подняла взгляд на меня и… замолчала.

– Доброе утро, – выдавил я, чувствуя себя так, словно меня застали на месте преступления.

– Доброе, – ответила она, наклоняя голову чуть набок. – Ивэнь, кажется, вы проспали.

«Проспал и не успел поговорить с вами наедине…» – с тоской подумал про себя, глядя на внезапно притихших детей. Нам столько всего надо было обсудить.

– Киора, а когда вы будете свободны?

– Ивэнь, можно с вами поговорить?

Внезапно получилось у нас произнести хором.

*** Киора

Утро принесло драконице желанное облегчение. Организм за ночь накопил крупицы сил, и теперь, по крайней мере, она не чувствовала себя умертвием. И ноги… на удивление, не болели. Обычно, когда она пропускала магию через себя и тащила воду из глубин, ужасно тянуло икры и бедра как минимум несколько дней, а тут… Она прислушалась к телу: только разливающееся наслаждение и лёгкая усталость после длинного сна. Ивэнь действительно сделал вчера своими пальцами нечто волшебное, несмотря на то что магии у него нет. Мысли о няне заставили внезапно покраснеть, стоило вспомнить, что она вчера была перед ним абсолютно обнажённой.

«Строго говоря, он тоже был практически голым. А то, что у тебя перед глазами мерцали мушки и всё плыло, – так этого он не знает», – успокоил внутренний голос.

Драконица морально собралась, прикоснулась к камням Кураяма-дзё и велела Аянэ накрыть завтрак.

Дети были рады видеть маму настолько, что наперебой бросились делиться, как здорово провели целую неделю. Их глаза сияли от восторга, а голоса звенели, перебивая друг друга. Юми что-то тараторила про воздушных змеев, близнецы взахлёб рассказывали о новом домике, который построили вместе с Ивэнем (Киора удивилась – неужели замка им мало, – но предпочла молча кивать), и даже обычно молчаливый Теон несколько раз присоединялся к общему разговору. За него драконица волновалась отдельно, потому что сиренам важно тренировать дар. И Теон ох как этому сопротивлялся…

– …И мой облачный парусник взмыл выше крыши Кураяма-дзё! Прямо против ветра! – пищала от восторга Юми.

– …И я первым научился забираться по канату, – хвастался Рём.

– Зато у меня это получилось сделать, опираясь только на камни! – тут же вставил Сём.

Слушая детей, драконица чувствовала, как в груди разливается тепло. Этот завтрак на мгновение напомнил, как они точно так же собирались за этим столом десять лет назад, когда всё было в порядке .

И это было подозрительно. Ни один оборотень – не то что человек – до сих пор не справлялся с её детьми. Ни один не дарил столько радости. А Ивэнь умудрился наладить отношения со всеми четырьмя, да и с замком помирился, несмотря на то что тот с утра жаловался на какую-то перестройку… Кресло Ивэня пустовало, и Киора нахмурилась. Жизнь научила, что за всё надо платить. И если Ивэнь попросит оплату в риенах – это будет хорошо. Потому что в любом ином случае оплата выйдет слишком большой.

Вновь в памяти всплыли вчерашний вечер и руки Ивэня. Вспомнилось и то, как этот обычный человек слишком уж свободно чувствовал себя здесь с самой первой минуты. Тогда Киора подумала, что он гейша… И вчерашний вечер лишь подтверждал догадку, ведь мало какой мужчина умеет доставить удовольствие одними лишь пальцами. Однако всё равно не покидало ощущение, что как-то уж слишком складно всё получается у Ивэня. Да и нашли его дети на берегу уж больно удачно. Именно тогда, когда Киора готова была нанять любую няню. Но если Ивэнь не гейша, то всё усложняется. А вдруг он подосланный каким-то другим домом? Теми же Замёрзшими Звездами?

«Не-е-ет, Таирен точно бы не стал подсылать человека, тут если и подослан, то, скорее, Вулканическим родом или Серебряным Ветром…»

Неизвестно, к каким заключениям пришла бы драконица, если бы в этот момент в зале не образовался виновник её тревожных мыслей.

Он выглядел… неожиданно хорошо. Очень по-простому, как рыбак из деревни, но Киора уже второй раз поймала себя на мысли, что ему идёт.

– Доброе утро.

– Доброе. Ивэнь, кажется, вы проспали, – ответила Киора, в который раз поражаясь тому, как человек с достоинством держится перед ней. Не лебезит и не пытается заискивать. Это вызвало толику восхищения.

И прежде чем она произнесла «Можно с вами поговорить?», он спросил:

– Киора, а когда вы будете свободны?

«Ну вот и ответ, Киора, – драконица мысленно вздохнула. – Сейчас начнутся те самые подводные игры, и ты узнаешь, зачем этот человек нанялся в твой замок на самом деле. Хорошо, если это будут всего лишь деньги».

*** Иван

Я помахал детям, и мы прошли в одну из многочисленных комнат замка. Судя по обстановке, это был кабинет моей работодательницы, хотя, на мой вкус, мебели здесь не хватало. Как и во всём Курятнике.

– Благодарю за вчерашнюю помощь, – сказала она, опускаясь на тонкий коврик посреди комнаты.

Делать нечего – пришлось опуститься рядом, со внутренним вздохом отмечая, что поза «по-восточному» точно не для моего многострадального позвоночника. Вообще, я уже прикидывал, из чего бы тут можно было сколотить нормальный стул и, возможно, собрать что-то вроде приличного рабочего стола.

Пока я собирался с мыслями, пытаясь вырулить на деловой тон, Киора подняла взгляд и задала вопрос первой:

– Как прошла неделя с моими детьми?

– Хорошо, – не задумываясь, ответил я.

И лишь секундой позднее сообразил, что ответил машинально. Вот сейчас надо было бы упомянуть и про дикую попытку отрубания рук одному из близнецов на Волнистом Берегу, и про агрессию мужчин в адрес Теона, и про его чёртовы синие волосы, которые доставляют больше проблем, чем пользы, и про кормление голубей на крыше Курятника…

Но взгляд Киоры приковал меня к месту. Она выглядела… хрупкой. Почти ломкой. Как будто её можно было раздавить одним неосторожным словом. Вчерашняя сцена в душе всё ещё стояла перед глазами – её дрожащие плечи, судорожно сведённые мышцы, это бледное уставшее лицо, огромные тени под глазами. К слову, последних не было видно, но я не сомневался, что под слоем нюдового макияжа они всё ещё есть. Не раз обращал внимание, что женщины каким-то магическим образом умеют выглядеть в разы лучше, чем чувствуют себя на самом деле. Они это действительно умеют, и нам у них этому ещё учиться и учиться.

После того как Киора вчера почти потеряла сознание от переутомления на моих глазах, все проблемы с детьми стали не то чтобы неважными… просто померкли на фоне тех проблем, которые, очевидно, имелись у их матери. Да разве я со всем не справился? Справился. Более-менее.

– Точно? Никаких эксцессов не произошло? – Киора вопросительно изогнула тёмные, идеально очерченные брови.

– Точно, – вздохнул я. – Вообще-то я хотел поговорить о другом.

– Я тоже.

Оу.

– Пропускаю леди вперёд. – Я ободряюще улыбнулся, видя, как Киора кусает губы и явно сомневается.

– Ивэнь, скажите честно, вы оказываете интимные услуги за деньги?

Что-о-о?

– Разумеется, нет, – ответил я, немного обалдев от вопроса. И лишь секундой позднее понял, что вообще-то передо мной вдова и вчера… А-а-а, Ванька, ты дурак! Тут такая девушка тебе буквально предложила, а ты…

– Ну, то есть если вы хотите, я окажу их совершенно бесплатно.

– Нет. Я лишь хотела знать, кто воспитывает моих детей. – Драконица коротко вздохнула и… поёжилась.

Я понял, что вообще ничего не понимаю в женщинах. Особенно в таких… неземных.

– Если вы хотели уточнить насчёт оплаты, то не волнуйтесь, вам её поднимут.

О, это было бы здорово.

– Хм-м-м… Я ценю это, спасибо. Но я хотел бы поговорить о вчерашнем инциденте.

– О том, что вы вломились в мои комнаты без стука и разрешения? – Тон её голоса внезапно стал холодным, как февральский ледяной дождь.

Маска невозмутимости треснула, и в глазах промелькнуло что-то острое. Не злость, но нечто, что заставило почувствовать себя виноватым.

– Приношу извинения, но я не это имел в виду.

– Тогда что же?! – Ноздри красавицы вздрогнули, подбородок вздёрнулся вверх. Было очевидно, что она надумала себе чего-то не того. – Хотите пустить слух, что леди Морской Лотос предаётся плотским утехам с человеком из низшего сословия?! Учтите, за клевету в нашем государстве могут и голову отрубить. По чьей бы указке вы ни пытались меня скомпрометировать и в чью бы пользу ни шпионили, лучше ходить с карманами, полными риенов, чем без головы, верно? Озвучьте сумму, которую хотите.

Что-о-о?!

Шантаж? Шпионаж? Меня сейчас перекупить попытались?

Несколько секунд я переваривал обрушившиеся на меня обвинения. Ну, знаете ли… В какую-то не ту степь зашёл наш диалог.

– Вообще-то я хотел поговорить о ваших колоссальных переработках, хроническом переутомлении и о том, как долго вы собираетесь вести себя так, словно бессмертная! – рявкнул я, не выдержав.

Лицо Киоры вытянулось. Она моргнула.

– Это та причина, по которой вы позвали меня поговорить наедине?

– Разумеется!

Я всплеснул руками. О чём тут можно говорить?

– И даже не о том, что вы хотите денег за молчание? – уточнила она, всё ещё смотря на меня влажными и гипнотически прекрасными тёмно-янтарными глазами.

– Я бы и так никому не сказал о том, что вчера произошло в ваших комнатах. В конце концов, если припомните, я даже постарался вести себя так, чтобы дети тоже ничего не узнали.

– Простите, я подумала… как мыслят все наши , – пробормотала девушка чуть заторможенно и, как мне показалось, устало. – Вы действительно издалека, раз не понимаете, в какое положение меня вчера поставили своей выходкой.

Она набрала воздуха в грудь, чтобы добавить что-то ещё, но в этот момент дрожь прошлась по полу и стенам замка. Землетрясение? Видимо, очень лёгкое и далёкое.

– Мы не заканчиваем наш разговор. Подождите меня здесь, пожалуйста. Ко мне прилетели гости, но это ненадолго. Я переговорю и вернусь.

И Киора поднялась с грацией балерины, оставляя меня в помещении одного. Несколько минут я действительно сидел в жутко неудобной позе на коврике, перемалывая в голове наш разговор. Да, она меня задела. Да, её обвинения были нелепы, но… Чёрт возьми, почему это так цепляет?

Как ни крути, когда красивая женщина говорит такое… это неприятно. С другой стороны, я мысленно запретил себе рассматривать Киору как женщину. Внутри в груди ворочалось что-то колкое. После вчерашней сцены в душе дважды хотелось, чтобы она обратила на меня внимание несколько большее, чем на няня.

«Босс, начальница, мать детей, за которыми я приглядываю. Точка. Строго рабочие отношения до тех пор, пока я не вернусь домой. Никаких интрижек», – одёрнул я себя и тут сообразил!

«Ко мне прилетели гости».

Прилетели!

Вертолётная площадка где-то недалеко, я просто её не заметил. Надо бы выйти познакомиться с пилотом, а потом можно и вернуться обратно, пока Киора занята гостями.