Глава 19. Неприятная новость
Иван
Всплывшая тема с похищением детей выбила меня из колеи. На всякий случай я напомнил Сёму, Рёму, Юми и Теону: выходить из замка поодиночке строго запрещено. Из-за потребности Теона быть рядом с большой водой мы перестроили расписание и теперь все вместе делали утреннюю гимнастику на берегу.
Теон иногда пел. Оказывается, очень красиво. И да, когда он впервые начал петь, у меня пробежали мурашки по всему телу… Это определённо было мощно, хотя сам мальчик стеснялся и больше говорил о том, что лишь тренирует голосовые связки, но намеренно не вкладывает в слова магию.
На следующий день после прихода гневной толпы во главе с Сигэру я отправился в Живую Бухту – вторую на острове деревню – и выяснил неутешительный факт: за последний год там тоже пропало несколько мальчиков и девочек. Все до десяти лет. Тел не нашли, но и на сирен, в отличие от деревни Волнистый Берег, местные скидывать ответственность не торопились. Хотя, конечно, были и те, кто буквально ненавидел людей с магическими голосами, но всё же большинство понимало, что в Живой Бухте постоянно швартуются новые корабли, а подозрительные лица пребывают практически круглогодично.
Пока я занимался собственным расследованием, смог вытряхнуть из Теона всю правду о той странной встрече с долговязым синеволосым мужчиной в первые дни моего попаданства на остров. К счастью, моего подопечного никто не хотел похитить (как я тогда себе навоображал), а это был один из дальних родственников. То ли третий, то ли четвёртый муж троюродной тётушки, которая взяла Теона к себе после смерти его родителей. Сирена увидел приёмыша одного, очень удивился и попытался выяснить, не имеет ли мальчишка сам какое-то отношение к погибшим детям.
Сказать, что я матерился, – ничего не сказать. Правда, мысленно.
– Они не погибшие, а исчезнувшие! – хмуро поправил я.
Неужели их даже искать никто не собирался?! Почему люди не бьют тревогу?
– Что от тебя хотел этот… дальний родственник?
– Так он уточнял, знал ли я этих детей, и вообще, почему один разгуливаю в Живой Бухте.
– А последнее его интересовало, потому что-о-о?.. – подтолкнул я подростка к развёрнутому ответу.
– …Потому что сирены уже опасаются приплывать на крупные острова. Очень много агрессии в наш адрес.
– Понятно, – пробормотал я. – Но почему люди подозревают именно сирен? Как я понял, на Огненном Архипелаге проживает множество рас. Взять тех же оборотней…
Я не успел договорить, как Теон скривился и покачал головой:
– Во-первых, все пропавшие дети исчезали рядом с океаном.
О да, огромное доказательство!
– Во-вторых, сирены обладают магией голоса и могут уговорить ребёнка или взрослого что-то сделать. Не все, конечно, и всё зависит от собственной силы сирены, но в большинстве случаев это так.
А я знаю ещё одну магию: «нож под рёбра» называется. Тоже отлично работает. Но от комментария воздержался.
– Продолжай.
– Ну а в-третьих, оборотни, да и многие другие расы, живут на Большой Земле или на Огненном Архипелаге, но вперемешку с драконами. Например, как остров Морской Лотос принадлежит леди Киоре… Драконы на своей территории точно ужасов не допустят, они же управляют этими землями. А у сирен есть собственный остров, который накрыт ещё и магическим куполом невидимости и непроницаемости. Государство в государстве, получается, и людей туда не допускают.
По очевидным причинам… Хотя бы потому, что те, кто желает попасть туда в первую очередь, вряд ли ограничатся поджогом.
Сарказм сарказмом, но кое-что ценное я вынес из диалога с Теоном. Во-первых, чуть лучше узнал географию Огненного Архипелага и близлежащих земель. Во-вторых, из головы не шла оговорка про магический купол над Островом Сирен. Я даже напряг Юми изучить все источники и рассказать, насколько сложно такой организовать.
– Сложно, но возможно, – прокомментировала девочка. – Особенно если остров небольшой, меньше квадратного ри[1].
– И даже обычные люди это могут сделать? Надо быть магом? – уточнил на всякий случай.
– Да нет, конечно, не надо. Зачем? – изумилась Юми, сделав большие глазищи так, как умела только она. – Просто деньги нужны, и всё. Закупается нужное количество магических кристаллов, несколько редких артефактов, которые правильно направят энергию и сформируют кокон вокруг – и готово!
Вишенкой на торте стала информация о том, что Огненный Архипелаг представляет собой более тысячи островов и, так как есть совсем маленькие (менее одного квадратного ри), для удобства их даже не наносят на карты. Формально они считаются необитаемыми.
День за днём я кропотливо собирал данные, опрашивал людей, говорил с семьями похищенных детей, пытаясь вычленить, что общего было у жертв, рассматривал накупленные в порту карты местности и думал. У меня созрела целая гипотеза о преступниках, которые, очевидно, занимаются детской работорговлей, и я хотел ею поделиться с драконицей.
Как назло, Киору буквально засыпали делами при дворе принца Аккрийского, и обстоятельно поговорить с ней никак не получалось. То она просила её не беспокоить, запираясь в своём кабинете, то улетала во дворец с ночёвкой, то возвращалась такая уставшая и измотанная, что язык не поворачивался нагружать ещё одной серьёзной проблемой. Иногда Киора общалась с близнецами, Юми и Теоном, и вновь было неподходящее время, а в другие моменты я занимался с детьми и не мог освободиться. На один из внезапных выходных драконицы выпал её день рождения, и, разумеется, омрачать праздник было бы как минимум некультурно.
Три недели пролетели стремительно, и ровно в тот день, когда я уже собрался переговорить с Киорой, случилось ещё одно событие, напрочь выбившее все мысли о расследовании.
Киора
Каким бы прекрасным ни был остаток летних дней, осень принесла с собой не только прохладный ветер с моря, но и такую нагрузку во дворце, что Киора едва успевала продохнуть. Посланники с соседних островов, разбирательства со взбесившимися оборотнями с прибрежной зоны Большой Земли (той самой, которую она орошала в месяц дождевых нитей… Право, не делай существам добра!), резкий сговор рыбаков и поднятие цен на морепродукты, в котором обвинили её, Киору, и множество других вопросов, которые требовали срочного внимания Хранительницы Морских Путей. И это всё – не говоря уже о бесконечной переписке, которая заполняла каждый её день. Или даже ночь.
Счастье, что Киора наняла Ивэня.
Он оказался на удивление профессиональным нянем: человек, словно созданный для порядка и систематизации, с его вниманием к деталям и умением находить истину в любой путанице, но не лишённый фантазии. Киора не раз удивлялась, как быстро он разруливал сложные ситуации с детьми, иногда даже раньше, чем она успевала сформулировать просьбу. Его манеры, умение слушать и видеть то, что ускользало от других, были достойны неподдельного восхищения.
А ещё – то, что он действительно решал проблемы.
Каким-то невероятным образом он отучил Сёма и Рёма вылезать на крышу. У Киоры всегда замирали оба сердца, когда она узнавала, что её дети, так и не получившие драконью форму, балуются такими занятиями. Но и как драконица запретить она такое не могла, потому что понимала, что у любого дракона жажда неба в крови.
Дети в принципе стали как-то меньше хулиганить и вести себя взрослее, больше интересоваться всем вокруг, а Юми, застрявшая в пятилетнем теле, принялась активно заниматься физкультурой с братьями, чему Киора отдельно очень радовалась.
Последнее сообщение от Аянэ, что в Кураяма-дзё приходила разгневанная толпа за Теоном, но Ивэнь каким-то образом смог всё уладить, и вовсе потрясло Киору. Последние десять лет она привыкла тащить груз ответственности на себе, и состояние, что кто-то, вместо того чтобы бежать, жаловаться и взваливать всё на её плечи, сам справился с возникшими трудностями, мягко говоря, шокировало.
Любой дракон – абсолютно любой! – на месте Ивэня поступил бы согласно логике: Киора усыновила Теона, а значит, все связанные с сиреной проблемы автоматически должна решать Киора. То, что Ивэнь вышел из замка (не дракон, на секундочку! Жизнью рисковал!) и вообще стал разговаривать с людьми из Волнистого Берега – изумило драконицу. То, что он каким-то образом сделал так, что они больше не приходили в Кураяма-дзё, – вовсе ставило в тупик.
Но что пугало больше всего, так это то, как часто она ловила себя на мыслях об этом человеческом мужчине . И это было далеко не только восхищение его профессионализмом. Каждый раз, когда драконица закрывала глаза, она видела взгляд ярко-синих круглых глаз – уверенный, слегка ироничный, но в то же время тёплый и родной. Как Горячее Море. Тот самый взгляд, который он бросил на неё в последний раз, когда они остались наедине…
«Означает ли это, что я стал твоим близким человеком?»
Эти слова постоянно крутились в голове и терзали. Она кусала губы и перебирала в памяти каждый миг того вечера, когда пришла залечить его рану. Загустевший воздух между ними, невысказанный вслух вопрос, может ли он её поцеловать… Всё было понятно и без лишних расшаркиваний. Её действительно тянуло к этому мужчине.
Киора не помнила, как смогла удержаться и уйти достойно, как полагается драконице древнего рода. Она только знала, что оба её сердца стучали так невыносимо громко, что казалось, будто Ивэнь может это слышать.
Теперь же, чтобы заглушить все эти мысли, Киора с головой погружалась в работу. К счастью, её было более чем достаточно.
День клонился к вечеру, когда драконица отложила многочисленные отчёты для принца Олсандера Аккрийского и вышла подышать свежим воздухом на ту самую лавочку напротив несуразного, кривоватого, но собственноручно построенного её детьми домика. Драконица и сама не заметила, как это стало любимым местом во всём замке.
– Киора, вот вы где, а я вас везде ищу! – Из-под самодельной конструкции внезапно выполз улыбающийся Ивэнь. – Ещё немного, и подумаю, что вы от меня специально прячетесь.
Леди Морской Лотос вежливо улыбнулась, потому что в каждой шутке лишь тень смеха скрывает зерно истины…
– А что вы там делали? – Она кивнула в сторону детского домика.
– Да так… проверял доски, крепления, зацепы. Влажность здесь очень высокая, и не хотелось бы, чтобы что-то прогнило. В конце концов, это может быть опасно.
– О, а у вас на родине осенью дожди идут не так часто? – заинтересовалась драконица.
– Часто, но влажность всё равно существенно ниже. В наших домах мы даже используем увлажнители, но в Кураяма-дзё явно требуется осушитель воздуха. Впрочем, я сейчас как раз думаю над схемой устройства с учётом ваших магических кристаллов. Мне кажется, что к зиме получится собрать нечто похожее на мою задумку.
– Вы точно не маг на своей родине? – Киора склонила голову к плечу и прищурилась, наверное в сотый раз проверяя ауру Ивэня.
– Точно. Я всего лишь адаптирую известные мне механизмы с учётом местных реалий. По профессии я следователь.
Ивэнь привычным жестом взъерошил волосы, вот только теперь они были длинными – ниже лопаток, – и напомнил Киоре пушистого девятихвостого лиса. Ох, если бы он был хотя бы двухвостым оборотнем…
«…то всё равно не был бы драконом с нужной магией для твоих детей», – строго оборвал размышления внутренний голос драконицы.
Тем временем Ивэнь, не подозревая о мыслях леди Морской Лотос, подошёл ближе.
– Кстати, о расследованиях. Леди Киора, я хотел бы с вами поговорить на одну щекотливую тему…
Но он не договорил, так как их обоих накрыла тень. Киора привычно подняла голову вверх, Ивэнь – с секундной задержкой. Он всё ещё не привык, что большинство посетителей Кураяма-дзё добираются в гости по воздуху.
Тело огромного дракона закрыло солнце, отбрасывая длинную величественную тень на землю. Его чешуя переливалась в лучах, словно бесчисленные золотые монеты, покрытые росой. Все члены правящего рода, за исключением лишь одного из принцев, прозванного в драконьем народе лордом Чернильных Небес[2], имели такой окрас, но Киоре даже всматриваться не надо было, чтобы узнать, кто именно из принцев посетил её остров. По чересчур стремительным движениям, больше похожим на молниеносные удары катаной, сразу можно сказать – это один из славных воинов и друг детства Олсандер.
Не прошло и нескольких секунд, как золотой дракон увидел Киору и Ивэня, резко взмахнул хвостом, как гигантским плавником, а ещё через секунду перед ней уже стоял принц собственной персоной. Как всегда, безукоризненно одетый, но при этом явно злой.
– Киора! – крикнул он, практически подбегая, что не было на него похоже ни капли, и сказал, не обращая внимания на Ивэня: – Я прилетел сообщить, что ниотамори согласовано. Прости, откладывал сколько мог, но…
…Но даже статус любимой наложницы самого Олсандера не способен защитить от разгневанной драконицы древнего рода. А Таями-сан, очевидно, не смогла вынести того, что её план с найденным клинком Родерика сорвался.
Киора побледнела и невольно сжала пальцы, изо всех сил стараясь выглядеть достойно. Внутренности же пронзили сотни ледяных иголок. Она ожидала, что этот момент рано или поздно наступит, но реальность была куда болезненнее, чем её собственные предчувствия.
– Когда? – перебила Киора, понимая, что вряд ли второй в наследной линии принц стал бы прилетать на Морской Лотос собственной персоной, если бы это не было так срочно.
– Сегодня.
– А кто свидетельницы?
– Моя помощница, Мио, Асуко, Ая, но в последний момент Мелисария напросилась… – Олс поморщился.
Во времена Великого Прорыва у королевы Ниотамори были служанки из драконьих семей. Согласно сложившейся традиции, той драконице, которая собиралась пройти через одноименный ритуал, тоже помогали собираться не самые простые девушки. Помощницы и они же свидетельницы таинства…
Таями-сан мстила изощрённо. Киора понимала, что рано или поздно ей придётся пройти через это унижение. Она ищет мужа уже почти десять лет, у неё три магически больных ребёнка – по драконьим меркам, инвалиды – и до сих пор одинока. Решение старейшин было предсказуемо, как восход солнца: Киора обязана обратиться к богам за помощью, чтобы «получить благословение» и найти наконец дракона для Слияния Жизни.
Какое же лицемерие…
Все драконы давно знают, что боги отвернулись от смертных! Но ведь уважаемая госпожа крылатая и старшая леди Морской Лотос искренне обеспокоена судьбой своих внуков. Если Киора не согласится на ниотамори, то завтра у неё совершенно точно отберут Юми, Сёма и Рёма как у женщины, «не заинтересованной в их выздоровлении». Бывшая свекровь ещё наверняка расстарается сделать так, чтобы Киора никогда больше не видела собственных детей.
Новость, принесённая Олсом, не стала шоком – Киора ожидала подобного. Но от осознания неизбежности её внутренний мир стал более хрупким. Грудь сдавило так, будто внутри расправлялись тяжёлые металлы.
Надежда на проведение ритуала с минимальными унижениями рушилась, словно тонкий лёд под первыми лучами весеннего солнца – беззвучно, но неизбежно, оставляя за собой только холодную пустоту. Киора рассчитывала, что сможет организовать ритуал со своими помощницами, которые закроют её тело полностью и оставят лишь формально обнаженные руки и шею, возможно, стопы. Увы, если в свидетельницы напросилась одна из девушек, подосланных Таями-сан, то этот трюк провернуть не получится.
Про приглашённых Киора и вовсе спрашивать не хотела, прекрасно представив себе, что явятся все те драконы из низких сословий, которые хотят поглумиться над ней. И те, кому она отказывала… и, скорее всего, лорд Таирен Замёрзшие Звёзды. Таями-сан непременно разослала приглашения всем.
Киора сжала губы, чувствуя, как волна отчаяния подступает к горлу.
Это надо пройти.
Просто пройти и забыть как страшный сон.
Иван
Вроде бы я понимал язык, на котором общались Киора и её гость, но одновременно не понимал совершенно ничего. «Ниотамори», «сегодня», «свидетельницы». И всё это – в исполнении причёсанного до блеска красавца в пафосном алом кимоно с золотыми узорами, идеально подчёркивающем его статную фигуру, и заколкой в виде короны, словно дракон прибыл не в замок, а на собственную коронацию.
Ладно, каюсь, тут говорил не только разум, но и банальная ревность. В очередной раз напрягся, увидев кого-то рядом с Киорой, а уж то, что она впервые кому-то обрадовалась , заставило внутри что-то неприятно ёкнуть.
Обеспокоенное лицо драконицы после загадочного «ниотамори» тоже не добавляло спокойствия.
«Ну конечно, золотой дракон и, очевидно, старый приятель – тут, как говорится, Ванька, без шансов, – мысленно саркастически прокомментировал я, но тут же одёрнул себя: – Что бы ни случилось, Киоре нужна помощь, а не ревность».
Я ещё раз посмотрел на обеспокоенного брюнета и резко побледневшую Киору, после чего кашлянул и (совершенно неприлично по местным меркам) вмешался:
– Приветствую на острове Морской Лотос. Меня зовут Ивэнь. Могу ли узнать, как к вам можно обращаться, крылатый господин, и в чём, собственно, дело?
Я почтительно поклонился.
Настолько, насколько позволяла гордость.
Мужчина впервые посмотрел на меня… Нет, не как на пустое место, но как на ведро для мусора, и чуть удивлённо выгнул брови.
– Че-ло-век?
Нет, блин, медведь! Я прекрасно знаю, что тут все драконы рентген-зрением оснащены.
– Воспитатель моих детей, – со вздохом ответила Киора, словно бы извиняясь. Ну приплыли! Да что это за шишка-то такая важная? – Его зовут Ивэнь, он человек и попаданец из другого мира.
На этих словах гость буквально впился в меня напряжённым взглядом, но спустя секунду-другую расслабился.
– Душа живая.
– Да, я проверила. Иначе бы Кураяма-дзё не пустил, он чует такое за версту, – ответила Киора, полностью проигнорировав мои вопросы.
Это начинало злить. Как, спрашивается, её, дурную, спасать, если она отказывается объяснить, в чем проблема?!
Тем временем напряжение буквально сгущалось в воздухе. Я мог это почувствовать, не имея никаких магических способностей. Киора сжимала пальцы в кулаки, думая, что я не замечу этого в широких рукавах кимоно, а гость хмурился и нервничал всё сильнее. Я набрал воздуха, чтобы переспросить, что такое это загадочное «ниотамори», а леди Морской Лотос тихо уточнила у брюнета:
– Олс… скажи, ты будешь… присутствовать?
Даже такому барану, как я, было очевидно, что сейчас происходит что-то важное. Мужчина отвернулся и посмотрел куда-то в сторону на горизонт.
– Киора, ты мне дорога, сама знаешь…
Ну офигеть, братан! Если дорога́, тогда уж женись или Сливай Жизни, как тут принято говорить, а не расстраивай дурацкими новостями!
– …Я сделаю так, как ты хочешь.
– Я не хочу, чтобы ты присутствовал, – торопливо сообщила Киора, и её плечи чуть-чуть расслабились.
– Значит, я останусь во дворце. Удачи тебе, я полетел, а драконицы вот-вот будут.
– Удачи, – эхом отозвалась Киора, смотря стеклянным взглядом куда-то за спину гостя.
Мужчина резко крутанулся, пробежал три или четыре метра и взмыл ввысь огромным золотым драконом.
– Так, и что это было?
Я повернулся к Киоре и смерил её взглядом. Да, это верх неприличия согласно этикету и никак не соотносится с отношениями вида «работник-наниматель», но эмоции бурлили в крови и не находили выхода. Сложилось стойкое ощущение, что мою женщину хотят обидеть. И пускай Киора дала понять, что между нами ничего не может быть и она ищет другого, какая-то часть меня считала её своей.
– Можно мне пояснительную бригаду?
– Ивэнь, пожалуйста, сейчас не до шуток…
– А я и не шучу.
– Это тебя не касается. – Она посмотрела на меня огромными тёмно-янтарными глазами, и, кажется, на их дне я увидел испуг.
– В смысле – не касается? Это касается матери детей, которых я воспитываю, а значит, и меня. Любые потрясения в твоей жизни сказываются и на них.
– Ивэнь, последний раз повторяю, хватит! – Впервые за всё время я увидел, как Киора повысила голос. Её губы задрожали, я растерялся.
Чёрт, я же совсем не хотел её расстраивать… Чёрт-чёрт-чёрт!
Я схватился за волосы, поняв, что перегнул палку, и хотел было извиниться, но тут Киора взяла себя в руки и торопливо заговорила:
– Пожалуйста, возьми Сёма, Рёма, Юми и Теона и займи их на несколько ближайших часов. Возвращайтесь в замок через час после заката. У меня сегодня много гостей, так что раньше не надо. Обещаю, завтра всё будет по-прежнему.
«По какому прежнему?» – так и хотел спросить я, но в этот момент нас вновь накрыла тень. Я поднял голову и обнаружил, что к нам летит пять драконов! Пять! Но все они были чуть меньше, чем золотой дракон, и мордочки поизящнее, что ли. Ещё через неполную минуту они достигли Морского Лотоса и принялись оборачиваться. Киора со всеми кланялась и вежливо здоровалась по этикету, они щебетали о своём о женском, о каком-то предстоящем омывании с лепестками сакуры и натиранием маслами. Про меня вновь все забыли.
Я совсем растерялся…
Может, я действительно что-то не так понял? Ну что плохого девушки-драконицы могут сделать Киоре? Явно же намечается девичник.
Раскланявшись со всеми прилетевшими, леди Морской Лотос сделала приглашающий жест девушкам пройти в Кураяма-дзё, а мне бросила напоследок:
– Очень рассчитываю на вашу помощь, Ивэнь-сан. Займите, пожалуйста, детей.
[1] Ри – мера длины. 1 ри ≈ 3,93 км.
[2] О Рэйдене Аккрийском, принце Чернильных Небес и третьем сыне в роду, рассказано в книге «Солнечное сердце».