Глава 23

АСЯ

Вообще я не считаю нормальным, что твой мужчина настолько привлекателен, что хочется без конца и края на него смотреть.

Чем я, собственно, и занимаюсь, растекаясь от поцелуев, что покрывают тело все ниже и ниже. Есть какой-то особый шарм, чтобы полночи не спать, а то и ночь, а затем уснуть ненадолго и проснуться снова от ласк, что мягкими поступательными движениями губ, языка, рук учтиво просят тебя проснуться.

— Титов, мы не спали всю ночь, дай хоть сейчас немного глаза прикрыть и полежать, — томно шепчу, пытаясь скинуть с себя его руки, но проворные пальцы уже пробираются к складочкам между бедер и заставляют меня охнуть, резко открыв глаза.

— День начат хорошо, если начать с секса, ты так не думаешь? — шепчет тихо-тихо, плавно переворачивая меня на бок и пристраиваясь сзади. Жук!

Всем телом со спины упирается в меня и покрывает поцелуями теперь шею. Ну вот не посплю я с утра хотя бы до девяти. Хрен с ней с той учебой, сейчас хочется лишь спать, а не вот эти все непотребства!

— Аппетит приходит во время еды, — он мягко входит в меня уже полностью готовый, отчего я вся скукоживаюсь от легкой саднящей боли. Все-таки отлюбил до потери сознания. Он сжимает мою грудь одной рукой, второй поигрывает с соском, мягко входя в меня в умеренном темпе, который сменяется мучительно-медленным. Мягко-легко, спокойно, продолжая измываться над шеей, рождая при этом рой мурашек на коже.

— Мне так нравится наше утро. Давай каждое утро так проводить? —входит в меня размеренными толчками, удерживая одной рукой.

Перед глазами темнеет. Охнув, ловлю его движения и податливо двигаюсь навстречу,

Меня вращает в центрифуге эмоций, и кожа покрывается бисеринками пота. Прикусываю губу, когда он меняет угол и входит в меня глубже, срываясь на бешеный ритм. Сильнее и сильнее, быстрее, на грани боли и наслаждения, которого не бывает. Меня пронзает первая волна оргазма, и я разлетаюсь на части, а Титов еще догоняется, после чего резко замирает во мне и со стоном упирается в меня всем телом, подминая меня под себя. Я вся потная и изможденная. Между ног ощутимо саднит, но отголоски оргазма — это лучшее, что со мной происходит.

Он знает, как доставить удовольствие и делает это мастерски. На губах расцветает улыбка, и я плавно переворачиваюсь, обнимая Титова за шею. Губы плотно прижимаются к его губам и танцуют свой безумный танец, от которого член реагирует мгновенно, дергается в ответ на каждую ласку, которую я оказываю Титову. Садист, но я тоже не пальцем деланная!

Упираюсь в плечи Титова двумя руками и заставляю его откинуться на спину. Сама же почти изящными движениям забираюсь на него, но так, чтобы член едва-едва касался моего живота…

Вид прекрасный, но и у него не хуже, а вообще-то самый лучший вид в его жизни. Я еложу бедрами, чтобы найти удачное положение и плавно опускаю руки ему на грудь. Взгляд Титова намертво приклеен к моей поцелованной груди и воспаленными от грубых ласк пикам.

Я плавно веду вниз, и сама ловлю волны возбуждения от процесса. Обвожу пальцами его грудь и осторожно спускаюсь к кубикам пресса, от которого у любой бы случился сердечный приступ. Если бы я такое в спортзале увидела, то точно бы изнасиловала мужика во всех позах.

Ладно, не мужика, а именно Титова.

Скольжу по кубикам подушечками пальцев и прикусываю губу, едва дыша. Очень. Красивый. Мужик. ОЧЕНЬ.

Стекаю в поглаживающих ласках ниже и торможу ровно у косых мышц, которые сейчас под моими пальцами играют от напряжения. Он специально это делает, специально. Рисуется и красуется своим выточенным телом. Имеет право, с другой-то стороны.

Сама двигаюсь кошечкой, стараясь при этом так, как никогда в жизни не старалась. Ни для кого и никогда в своей жизни.

Рука стекает южнее, и я осторожно обхватываю ствол, проводя вверх, вниз, и тут же руку отстраняю, двигаясь на Титове в самых незамысловатых движениях, осторожных, словно восточный танец.

Взгляд Руса темнеет, он обхватывает мои бедра и пытается подняться, но я рукой упираюсь ему в грудь и томно шепчу:

— Плохие мальчики могут только смотреть, но не трогать, — улыбаюсь игриво, с прищуром рассматриваю краснеющего Титова и продолжаю двигаться на нем, плавными движениями рук отвлекая его от своей груди. Но он так и смотрит на нее, тяжело дыша. Что я непременно принимаю во внимание и теперь касаюсь своей груди, плавно сминая бугорки и отпуская.

Титов облизывает губы и запрокидывает голову, рассматривая мое тело словно под гипнозом. Это мне и надо, учитывая, что он все еще возбужден.

— Скажи мне, ты виагры нажрался вчера? Сегодня? Сейчас? — пытаюсь шутить и якобы случайно задеваю головку рукой, и тут же отстраняю руку.

— Ты моя виагра.

В воздухе ощутимо пахнет возбуждением и потными телами. Мои волосы липнут к коже, и я мастерки сворачиваю гульку из собственным влажных волос, которые тут же опадают.

— Нет, мне нравятся распущенные, — протестует Титов и поднимается рывком, тут же распуская ту быструю прическу, что я успела накрутить. Руки стекают по моим плечам и пытаюсь задеть грудь, но я не даю, откидываясь назад.

— На место! — приказываю и толкаю его за плечи назад.

— Хочу кое-что попросить…— шепчет он, лениво улыбаясь мне.

Я знаю, о чем он попросит, и черт возьми, кажется, я тоже хочу еще разок, а потом у нас будет перерыв, иначе у меня там мозоли случатся.

— И что же?

В голове вибрирует от перевозбуждения. Я рвано дышу, рассматривая изнемогающего Титова. Облизываю нижнюю губу и снова якобы случайно касаюсь члена грудью, когда наклоняюсь к Русу. Но тут же отстраняюсь.

Это особый вид пытки, на который я способна, и которую он заслужил.

— Ась. Давай ты будешь сверху? Хочу посмотреть, как ты смотришься в такой позе…

— Как и во всех, я буду смотреть сногсшибательно. Но…— провожу пальчиком вдоль ствола и перевожу внимательный взгляд на Руса.

Сердце шарахает в висках, пока я шепчу искусанными губами:

— Без защиты я не буду…

У Руса глаза из орбит вылетают.

— Блять! У меня больше нет! — резко встает, а я ржу на нем, просто ржу, упираясь руками в плечи.

— У меня тоже, Титов, у меня тоже. Так что…ну ничего, значит, в следующий раз, — пытаюсь изобразить серьезное лицо, даже с ноткой разочарования. Пусть думает, что у меня и правда нет защиты, хоть это и смешно…

— Ась,— пытается меня остановить Титов, когда я на полном серьезе встаю с него и на негнущихся ногах пытаюсь уйти в ванную комнату. Мне туда тоже очень надо.

— Мм? — поворачиваюсь и слежу за тем, как он резко с кровати слетает и за мной устремляется с той дубинкой, что у него между ног.

— Бывают в жизни огорчения, — дополняю свою умную мысль.

— Черт, я не верю тебе. Точно есть, идем поищем!— резко хватает меня за руку и тащит в ванную.

Читаешь мысли, да? Я так пытаюсь не смеяться, что почти мне это удается, почти, потому что смех все-таки разрывает мое тело.

— Ладно, а что мне будет, если я все-таки найду? — шепчу Русу, который упирает меня в стенку плашмя.

Глаза в глаза всматриваемся друг другу, дышим тоже в унисон тем огненным потоком, что выжигает все живое.

— Не играй со мной, Ася, а то накажу, — коротко цедит, а я только шире улыбаюсь.

— Прыгай на кровать, Амиго. Сейчас тетя Ася все порешает, взрослый ты мой дядя, — толкаю его от себя и шлю воздушный поцелуй. Быстро сбегаю в ванную комнату и безошибочно нахожу единственный фольгированный квадратик. Переворачиваю и с горестью понимаю, что сроки давно истекли…

Хм…

Ну и ладно, и че с ним случится?

Вбегаю в комнату и застаю Титова в позе морской звезды на кровати. Это ор выше гор!

— Ну ладно, давай по-бырику, Амиго. И мне пора по делам…— кидаю в его сторону презерватив.

— Я думал, я твои дела, — хмуро отзывается, ловит защиту и тут же разрывает пакетик. Я с особым наслаждением слежу за тем, как он быстрыми и отточенными движениями надевает презерватив, подзывает меня и с нетерпением и особым трепетом рассматривает мое голое тело.

— Шшш, я сама, — указываю Титову на спинку кровати, мол, давай поднимайся. Я хочу за что-то держаться, в конце концов. И не то чтобы я большой мастер!

Изящной кошечкой забираюсь на кровать и плавно усаживаюсь на Титова, но сильно ниже эрегированного члена. Рус уже не выдерживает, пытается меня притянуть выше, но я бью по рукам.

— Закрой глаза, Титов, иначе ничего не будет. И руки за голову, понял?

— Блять!

Он со стоном ударяется затылком о спинку кровати и делает ровно то, что я потребовала. А я уже не такими изящными движениями плавно опускаясь на член и, пискнув от секундной боли, принимаю его в себя без остатка. Меня мгновенно бросает в холодный пот, а Титов открывает глаза и резко выдыхает пару отборных матов мне в рот, когда я начинаю двигаться, плотно хватаясь за спинку кровати. Потому что в любой другой вариации у меня бы точно не вышло.

Теперь все совсем иначе, потому что главная я, и я веду, пусть не совсем уверенно…

Еще и ще, а следом Титов отрывает мои руки от кровати и рассматривает прыгающую перед глазами грудь от каждой фрикции.

И улетаем в этот раз мы одновременно.

— Дьявол! Доводишь меня! — обнимает Титов мое содрогающееся от оргазма тело, и мы заваливаем набок, плотно обнимая друг друга.