Глава 34

Титов

Я примерно понимал, что меня могло бы ждать возле универа. Ася, очевидно, в ярости, но не в такой, чтобы схватить вещички и смотаться на все четыре стороны, потому что она у моей Васи все же осталась.

Домой не уехала. Так к чему показательные выступления?

С Полей я все решу, это не вопрос, проблема у меня заключается слегка в других вещах. А именно в том, что завтра будет очередной допрос у Агеева.

А я полдня катосил по городу и думал, что привезти Асе такого, чтобы ее величество прекратила на меня дуться. Вариантов немного.

То, что нет на земле, но падает с неба. Черт возьми, задачки мне подкидываешь одну краше другой.

Я гребанный буквалист, и в формалистских перепетиях посчитал бы логичным притарабанить ей кусок астероида какого-то в виде сердца. Уверен, она бы точно заценила.

А потом понимаю, что так бы сделал каждый на моем месте, потому что это логично, а ее надо удивлять. Чтобы Агееву удивить, надо с подвывертом к ситуации подойти.

И тут я понимаю, что вдохновение, счастье, удача тоже на земле как бы нет, оно приходит свыше. И закатываю в ювелирку, чтобы фигурально выражаясь, натянуть сову на глобус в своих уморительных заключениях.

А сейчас, как ненормальный пацаненок лет шестнадцати, стою с букетом цветов под универом и жду свою Джульетту, так сказать, и здесь вообще ничего характерного для меня нет.

Ведь в кармане у меня синяя бархатная коробочка с очевидным намеком на то, что точно нет на земле, но приходит свыше.

Я убил несколько часов на мозговой штурм и все же нашел выход их ситуации, потому что хочу ее удивить. Меня от этого ведет, в самом деле.

Как только вижу Асю, понимаю, что внутренности как на вертеле вращаются над открытым огнем. Сводит она меня с ума своим глазищами, что взирают на меня с явным пренебрежением.

Если бы не полыхающий в них огонь, я бы поверил, как именно она не рада меня видеть. Но натянутые словно струной губы дергаются, и улыбка пытается тронуть ее губы.

Я тоже лыбу растягиваю, ведь иначе с ней не получится. Она ко мне подходит летящей походкой, особо не спеша. Искушая и соблазняя, ставя на колени одним своим видом. Это прекрасно. Прекрасно, когда твоя женщина умеет наступать тебе на шею каблуком, а ты вместо злости испытываешь наслаждение. Это гребанный рай на земле.

— Привет, принцесса, — протягиваю букет и считываю ее реакции. Мурашки по коже скачут, моя ты радость. Так и должно быть. Она стоит от меня на расстоянии полуметра, и я жадно втягиваю ее запах, испытывая волнообразное наслаждение в теле.

Глазищами стреляет, губы дует. Злится, но показывает частично. Частично, потому что все же подошла ко мне, а не послала в пешее эротическое.

— Ну привет, Титов, — криво улыбается, на цветы смотрит, а я так и стою с протянутой рукой, как милостыню прошу. Ну ладно, мы с тобой поиграем.

— Это тебе цветы, — еще тяну руку, но у Королевы Аси другие планы, она снисходительно хмыкает и вопросительно изгибает бровь.

— Спасибо, — дует губы, цветы принимает, к пышной груди жмет. Черт, я только на грудь и могу смотреть. Сегодня у нее кофта с глубоким вырезом, и из-под пальто все видно.

Ложбинку тоже. Я смею надеяться, что она готовилась ко встрече со мной,а не просто от балды надела эту красоту. Иначе для кого еще она? Красота эта?

— Я соскучился сильно, — делаю шажок ней, а Асенька два назад. Ну правильно, да, характер же стальной, как и мои яйца.

— Да? А подарок привез? — склоняет голову набок и пытливо заглядывает в мое лицо. В ней столько эмоций, что я жадно их пожираю, отчетливо понимаю: мне с ней скучно не будет аж никогда.

Просто никогда.

Хочется схватить и прямо тут поцеловать так, чтобы продолжение было немедленным и в машине, на заднем сиденье, но я также понимаю, что вначале мне промоют мозг, и я получу примерно столько же наслаждения, сколько и от секса, ведь словесный баттл с ней — это чистейший оргазм.

— Я без водителя, поехали? Поговорим и покушаем. Подарок подарю.

— Если ты про оргазм, то так себе подарок, спасибо, не надо, — мгновенно бросает она первый «бам» мне в лоб, отчего я тут же включаюсь в игру.

Черт…

— А если три?

— Ммм а тебе возраст позволяет?

Млять, я тебе пять подарил в прошлый раз, а ты сомневаешься в трех⁈

Трубы, как говорится, и так горят, а она так умело подстегивает, мать его итить.

Шумно выдыхая, делаю пару шагов к ней и не спрашивая более ни о чем, грубо впиваюсь в эти манящие губы. Приподнимаю за подбородок личико и углубляюсь. Цветы между нами зажаты к чертовой матери, я их вниз опускаю и вгрызаюсь в Асю адской хваткой.

Черт, а я не думал, что от поцелуев, что сейчас лавой во рту разливаются чистейшим наслаждением, можно получать такой кайф. Аж слепну.

— Ну не так быстро, ладно? Совсем уже обнаглел. Ты со своими бывшими вопрос решил? — отрывается она от меня первой, и это все срабатывает как серпом по яйкам.

— Во-первых, у меня нет их во множественном числе, во-вторых, понятие «бывшая» в принципе неприменимо к ней. Но да, очевидно, ты имеешь право злиться. Садись, поговорим нормально.

— Титов, ты сюда приехать должен был уже с решенной проблемой, а не возить меня и чет там обещать. Мне лапшу на уши вешать не надо. Ты Полине своей вешай, ок?

Она так отчаянно пытается показать, что она сука, которая хер меня простит, что я почти верю. Только в голове картинки, как мы ровно через пять минут будем мириться в горизонтально-вертикальной позе. Если откинуть сидения, она сможет быть сверху.

А я смогу быть в ней и одновременно смотреть на прыгающую перед глазами грудь. Чертово наваждение. Это все, о чем я теперь думать могу!

— Я тебе не врал. Давай не будем посвящать всех вокруг в наши личные дела? А то зевак и так предостаточно, — бегло оглядываю окружающих и понимаю, что народ-таки вовлечен во все происходящее. Ну хоть не снимают и на том «спасибо».

Цветы удерживаю одной рукой, второй Асю за руку беру и пальцами мы теперь переплетаемся. Прекрасно. Ну хороший знак.

А с Полиной решу, хоть я и был уверен, что ничего эдакого она не выкинет. Мы расстались, договорились, и на том порешали. А оказалось, что нет.

Но сначала домой с Асей, все решить с ней.

— Как командировка?

— Без тебя сложно.

— Да что ты говоришь? — губы изгибаются в том самом выражении, которое четко дает понять: мне киздец, конечно. Она хлопает ресницами и отворачивается, отчего гордый профиль наглухо врезается в мое сознание.

Так мозги трахать надо еще уметь, скажу я вам. И скандал не закатила, и раскатала.

Открываю ей пассажирскую дверь, и Ася неспеша «вносит» себя в мою машину. Цветы отправляются на заднее — они будут нам мешать.

Сам бегом сажусь за руль и по газам, пока кое-кто не передумал.

— Мне кажется, нам надо поговорить.

— Да что ты? О чем же? Надеюсь, не о Полине? Я и так вижу ее каждый день, так что говорить о ней мне кажется избыточным, — хлопнув в ладони, Ася откидывается в кресле. А затем складывает руки на груди и кусает губы, всматриваясь в окно.

Так.

Ага, ну я понял.

— Что у тебя случилось? Что беспокоит? — сворачиваю на обочину и врубаю аварийку. Наглухо тонированная машине не пропустит ничего, что бы тут ни случилось, а так — мне вообще все можно.

Ася молчит, тяжело дышит и на меня смотрит. С точностью до девяносто девять и девять я могу сказать, что у нее проблемы явно не с Полиной, но это тоже своего масла в огонь подкинуло.

Плечики дергаются, и она, едва сдерживая рыдания, произносит:

— Я с батей поругалась очень сильно, в щи конкретные. И мы не разговариваем. А такого не было никогда. Он не принимает меня взрослую, а я устала подыгрывать ему во всем. Вот и все.

— А помириться не вариант?

— Он ворвался в дом к Васе, считая, что там ты. И хотел бить тебе морду. Ты считаешь, это нормальное поведение? Я вот нет. Даже если бы мы там вдвоем, я не представляю, что тогда было бы. ВООБЩЕ. Это просто ужасное поведение, и он не хочет принимать этот факт, упорно гнет свою линию, — Ася раскладывает все по полочкам, а у меня начинает противно ныть в области груди.

Твою мать, это будет сложнее, чем я думал.

— Иди сюда, — рывком отодвигаю сиденье, и тут же поднимаю малышку и усаживая к себе на колени. У меня, конечно, встал, на нее встанет даже у мертвого.

— Давай сегодня я встречусь с ним, поговорим. Уверен, моих способностей хватит для того, чтобы договориться с ним. Ты перестанешь себя грызть, начнешь улыбаться, мы будем заниматься сексом и радоваться жизни? Ешь, живи и занимайся сексом.

— Ешь, молись, люби, Титов. ты вообще в литературе плаваешь, как я погляжу? — натянуто улыбается, а глаза на мокром месте. Блять.

Нет, так не пойдет…

— Ответ?

Она поднимает влажный взгляд на меня и тяжело вздыхает.

— Давай чуть позже?

Это удар под дых. Чего мне теперь делать? Против воли идти знакомиться, пока он меня на суде не увидел?

Или подождать?

Ага, перед смертью явно не надышишься. Решаю свернуть с темой в другую сторону.

— Ася, я привез тебе то, чего нет на земле, но оно приходит свыше. Вдохновение, а в китайской культуре олицетворением вдохновения является это…

Достаю коробочку с кулоном и протягиваю ошарашенной Агеевой. Пока что Агеевой, потому что ей суждено стать Титовой, чего бы мне это ни стоило.

Она в явном удивлении рассматривает то, что так смотрится на предложение, дрожащими руками открывает и выдыхает:

— Хризантема. Умно, Титов. Ты в курсе, что наши дети будут гениями?

— Уверен в этом, — тянусь к губам, что как спелые вишни, и перевожу тему в другое русло, в самое правильное.