Глава 25.

Я снова вернулась в постель — ледяной душ хоть и отрезвил, но ненадолго. Я искала в этой воде спасения, но огонь внутри не погас. Он только затаился, оставив кожу холодной, а мысли — горящими.

Я старалась дышать ровно, уговаривала себя закрыть глаза, просто лечь и отключиться, но тело не слушалось, будто уже не принадлежало полностью только мне.

Пыталась заставить себя думать о чём-то другом. О работе. О своем завтрашнем выступлении. Но как только закрывала глаза, снова слышала его голос, глухой и жаркий:

«Рита, открой. Я знаю, что ты не спишь…»

Что он сделал после того, как ушёл? Вернулся к себе? Глупо… Конечно же нет!

Я ловила каждый звук, каждый шорох, напрягала слух, но в соседнем номере царила тишина. Воронцова там не было. Я поняла это с мучительной ясностью, и в ту же секунду воображение нарисовало как он стучится в другую дверь. Как его впускают. Как он целует другую — может, ту самую нахальную блондинку. Она — красивая, беззаботная, молодая… Я будто чувствовала, как его сильные, теплые руки касаются чужой кожи. Как он целует кого-то, кто не боится открыть перед ним дверь.

Я резко села, сдернув с себя одеяло. Нет. Это не моё дело. Он взрослый, свободный мужчина, и может развлекаться с кем-то, если ему этого хочется. Почему меня съедает ревность, если я ему не жена, даже не любовница? Я ему никто. Просто подчинённая, может быть, женщина на один вечер — если позволила, пустила бы его сюда. Но я не пустила.

«Молодец, Рита. Горжусь тобой. Ты ведь не думала, что он всю ночь просидит под твоей дверью?»

Может быть, это и к лучшему — повторяла я снова и снова. Так нужно. Так правильно. Не впутываться. Не поддаваться. Держать себя в руках.

В комнате было душно, хотя кондиционер гудел в углу. Кожа будто горела изнутри. Я встала, подошла к окну, приоткрыла — но даже ночной воздух не давал облегчения. Тело просило движения. Разрядки.

Часы показывали начало третьего. Я взглянула на себя в зеркало: мокрые волосы, покрасневшие глаза, потускневший взгляд. Не хочу такой быть. Не хочу оставаться здесь, в этом душном коконе мыслей. Надо выдохнуть. Надо что-то делать. Уйти из этой комнаты. Выйти из своей головы.

Тут мой взгляд упал на прикроватную тумбочку. Там лежал приветственный набор для гостей: одноразовый купальник, шапочка, тапочки, даже миниатюрный лосьон для тела. Всё сложено аккуратно, в плотный полиэтилен, как аптечка. Отель все предусмотрел для тех, кому неожиданно приспичит пойти в спа. Я заметила его ещё при заезде и, не раздумывая, переложила из ванных принадлежностей сюда, чтобы не мешался. И вот теперь он был у меня в руке.

Что, если действительно пойти поплавать? Разморить себя в воде. Дать телу движение, чтобы унять то, чего невозможно унять мыслями. Я включила свет, достала из упаковки купальник. Ничего особенного — закрытый, черный, как раз то, что нужно для неидеальной фигуры. Я надела его быстро, не глядя в зеркало. Волосы собрала в пучок. Набросила халат, взяла полотенце, карту-ключ и вышла в коридор, зная, что внизу, на цокольном этаже здания, находится круглосуточный бассейн. И в три часа ночи в нём, скорее всего, никого не будет.

Там можно хоть на время забыться. Если я не могу уснуть, если мне нечем занять голову, кроме глупых фантазий — я должна двигаться.

Ни одного человека на пути мне, к счастью, не встретилось. Только я и моя бессонница.

В бассейне меня обдало свежим запахом хлорированной воды. Подсветка играла на воде, отражалась от потолка, двоилась на стекле. Так тихо, что слышно, как капает вода с поручня.

Я скинула халат, аккуратно повесила на спинку шезлонга и сделала пару шагов к краю. Вода — неподвижная, зеркальная. Я опустилась на корточки, дотронулась до неё пальцами. Теплая. Даже теплее, чем я ожидала. Я задержала дыхание и нырнула в нее с головой.

Под водой было тихо. Мир сжался до едва уловимого гудения — как в детстве, когда замираешь в ванне и слышишь, как звучит собственное сердце.

Вынырнув, я ощутила себя легче. Не свободной — нет. Но будто бы на шаг дальше от того, что пожирало изнутри.

Я сделала несколько неспешных гребков, позволяя телу двигаться само. Каждый взмах руки отодвигал всё дальше то, что грызло изнутри весь день. Тревоги, обиды, сомнения — всё распадалось, растворялось, уходило куда-то на дно. Моё тело больше не казалось мне опасной территорией, которую кто-то пытается подчинить. Вокруг царила безмятежность, и наконец-то — впервые за весь день — я почувствовала, как по-настоящему отпускает.

Наплававшись до полного изнеможения, я легла на спину, раскинула руки и закрыла глаза, позволяя телу покачиваться на едва уловимой ряби. Было ощущение, будто я парю в невесомости, одна во вселенной, отрезанная от всего земного — от мыслей, чувств, обязанностей, желаний… Я слышала, как стучит моё сердце — глухо, глубоко, будто изнутри самой воды.

Но в следующий миг всё исчезло.

Кто-то резко вошёл в воду — звук был резкий, хлёсткий. Брызги взлетели фонтаном, окатив меня с головой. Я резко вдохнула, сбилась с равновесия, захлебнулась, судорожно взмахнув руками. Горло обожгло хлоркой. В груди взметнулась паника.

Кто это?.. Откуда здесь?.. В три часа ночи? Я была уверена, что абсолютно одна.

Я обернулась — уже не в той безмятежной неге, а в мгновенном, инстинктивном напряжении. Глаза выхватили из подсвеченной дымки воды силуэт, стремительно плывущий под водой. Сильные движения рук, контур спины, короткий всполох брызг — и всё.

Что за чёрт?..

Кто-то плыл ко мне — быстро, уверенно. Мужчина. Я видела только широкие плечи, мощные руки… Всё остальное размывалось, и от этого становилось только страшнее.

Я сжалась у борта, вцепившись пальцами в край бассейна. Никто не должен был быть здесь. Это моё убежище. Моя тишина. Моя ночь.

И всё же — он был здесь. И стремительно приближался.