9

Пока шла в коридор, всё продолжала видеть перед глазами его полуголый торс. Преступление — так ходить по дому! Такое тело надо прятать от греха подальше. Это, конечно, его дом, но я же не позволяю себе ходить топлес… Хотя Ланскому это, скорее, понравилось бы!

Представила, как он бы увидел меня такой, без верха, и смутилась. Приложила прохладные пальцы к горящим щекам, чтобы немного остудить их жар. Ну и к чему я об этом подумала? Я с этим Ланским тут с ума сойду и превращусь в извращенку! Надо срочно тикать, просто очень срочно, так, чтобы пятки сверкали и пыль столбом.

Нашла свою сумку и понесла её в спальню. Остановилась у входа. Мирослав все ещё был там. В приоткрытую дверь я увидела, как он перебирает какие-то вещи. Теперь я видела его спину. Такую же мощную и крепкую, как и его грудь. Плечи широкие, руки натренированные и красивые. Да уж, на него очень приятно смотреть, что, собственно, я без зазрения совести и делала. Так хотелось распахнуть эту дверь, войти, подойти сзади и провести по этим мышцам пальцами… Снова ощутить его тепло, как напрягается его тело и становится ещё более сильным и крепким.

Прикрыла глаза и потрясла головой. Только мысли эти так просто не вытряхнуть… А главное, я не понимаю, как и когда я стала пялиться на Ланского, и мне стало… нравиться? Да, я считала его красивым, про себя, хоть и звала вслух бабуином, но сейчас это не голая констатация факта, здесь замешано что-то ещё. То, что заставляет сердце биться чаще, пульс учащаться, дыхание сбиваться и становиться рваным, а голову в это время населяют странные, непривычные, неконтролируемые никак мозгом и совершенно неприличные для меня желания…

Голая констатация… Даже отдельные слова в голову идут довольно странные. За сутки Ланской превратил меня в подобие себя, кажется… Только девственницу. Которая закусывает губы от желания снова прикоснуться к этому парню, который никогда ей не будет принадлежать по-настоящему. Это всё игра кота с мышкой, и это мне очевидно. Как только коту надоест играть с зажатой мышью в углу, он её обязательно сожрёт. Или убьёт забавы ради и просто выкинет как мусор. Значит, моя задача не попадаться коту в углах… Только как это сделать, если мы находимся на одних квадратных метрах в не особенно большой холостяцкой квартире, где Мир сам ищет мышку по углам? М-да, задача задач…

И тут Мирослав снова выбил меня из колеи и из невесёлых мыслей, наклонившись к нижней полке шкафа… Тонкое трико натянулось на его крепком заду, немного спустившись вниз и оголив спину и даже немного ягодицы. Я зажала рот ладонью. О боги, меня сейчас точно хватит инфаркт! Он в самом деле без трусов и… Чёрт, его задница просто прекрасна. Теперь мне ещё сильнее хочется потрогать её.

Заставила себя оторвать взгляд от частично выглянувших ягодиц из трико и привалилась к стене. Шумно выдохнула. Ну зачем я это всё увидела? И как мне теперь это развидеть?! Боюсь, что мне теперь и по ночам будет сниться крепкая задница Ланского! И это будет не кошмарный сон, а, скорее, эротический… Докатилась. Это полный пипец! Я думаю о заднице Ланского и считаю её прекрасной. Вызывайте бригаду, мне пора в дурку!

— Ты долго там тереться собралась? — услышала я голос Мира и вздрогнула от неожиданности.

Долго? То есть он знал, что я стою тут?

— Заходи уже.

Я навесила на лицо самое непринуждённое выражние, какое только могла изобразить. Надеюсь, получилось. Я актриса ведь, чёрт возьми! Открыла дверь полностью и, гордо подняв голову, вошла в спальню. Мир выпрямился в полный рост и повернулся ко мне. В одной руке он держал сменное бельё. Вид трусов в его руке меня немного смущал, но что поделать — дело житейское. Он поймал мой взгляд и убрал бельё в карман трико. Ланского, впрочем, ситуация совершенно не смущала.

— Опять подглядываешь, что ли? — спросил он.

— За кем? — спросила я с брезгливостью на лице.

— Тут больше никого нет, Синеглазка, — Ланской снова улыбался своей фирменной улыбкой плута. — За мной, естественно. Ты за этой дверью стоишь уже как минимум минут пять.

— Ты слишком высокого мнения о себе, Ланской, — сложила я руки под грудью. — И у тебя, кажется, развилась паранойя, что за тобой кто-то подглядывает.

— Так я тебе и поверил. Я прекрасно тебя слышал. Ты дышала, как взволнованный и возбуждённый дракон. Очень громко. А ещё я ощущал твой взгляд на своей спине. И ниже.

— Тебе показалось. Я просто стеснялась войти и увидеть тебя с трусами в руках. И я была права — зрелище не лучшее. А я не твоя очередная тупоголовая фанатка, бегающая за тобой с открытым ртом и тазиком, ясно?

— Тазиком? — спросил он, нахмурившись.

— Угу, с тазиком. Большим-пребольшим.

— Тазик зачем?

— Чтобы свои слюни было куда собирать, текущие бурным потоком по великому и неповторимому Мирославу Ланскому!

— А, вот оно что, — улыбнулся он, и я вдруг осознала, что у этого обаятельного гада мягкая улыбка и милые ямочки на щеках. — Нужная вещь. Вот, освободил тебе несколько полок в шкафу. Мои вещи также остаются тут, потому что больше шкафов у меня не имеется в квартире, и я буду иногда заходить и брать их.

— Понятно, — ответила я. — Ты мог бы одеться?

— Я разве голый?

— Футболки очень не хватает.

— А что такое? — изогнул он бровь и стал наблюдать за мной. — Мне жарко.

— На улице не такая уж жара. Открой окно. А мне с тобой так говорить не очень удобно.

Он хмыкнул и вытащил несколько футболок. Одну надел на себя, вторую забрал с собой.

— Так лучше? — спросил он.

— Намного, — кивнула я.

— Ты всё равно уже всё хорошенько рассмотрела, да?

— Иди ты в жо… — Осеклась. Что-то во мне уже совсем неприличная леди проснулась.

— Куда-куда? — заржал Мир. — Диана и такие словечки — это то ещё зрелище.

— А я и не строила никогда из себя Леди Диану.

— Ты вообще ничего из себя не строишь, — заявил он совершенно серьёзно. — Ты такая, какая есть. И это круто. Знаешь, как мне все эти одинаковые размалёванные куклы надоели? Красивые, но глупые и бездушные.

— Какие глубокие философские рассуждения, — засмеялась я. — А тебе важна душа?

— Важна, Диан.

— Да ладно?

— Шоколадно! Ты меня совсем не знаешь. Так куда мне идти, Диан?

— Спать, Ланской!

Он усмехнулся.

— И тебе спокойной ночи.

Ланской ушёл в гостиную, а я закрыла дверь плотнее. А потом вспомнила кое-что и стала рассматривать её более внимательно. Никакого шпингалета здесь нет, только одна ручка и всё. Этот жук меня надул, выходит. Сказал это, чтобы я среди ночи не удрала в никуда. А теперь я уже и сама понимаю, что идти мне некуда, и ничего реально плохого он мне не сделает.

Ладно, Ланской. Попробуем с тобой ужиться. Я себе это представляю слабо, но пока выбор невелик.

Время уже позднее, но вопрос слишком серьёзный, чтобы откладывать звонок родителям. Набрала номер мамы. Та взяла трубку довольно быстро и с тревогой спросила:

— Диана, ты чего так поздно звонишь? Что-то случилось?

— Мам, ничего страшного, — попыталась я её успокоить, хоть и знаю, что всё равно она взволнуется, когда узнает, что я лишилась дома. — Вы спите уже, наверное?

— Конечно, спим, Диан, — ответила мама. — Ты время видела? Половина одиннадцатого.

— Извини, — сказала я. — Просто вопрос очень важный. Может, я тогда всё же завтра перезвоню?

— Нет уж, теперь рассказывай! — Отрезала мама. — Иначе я не усну.

— Боюсь, что от того, что я расскажу тебе, ты тем более не уснёшь, — вздохнула я.

— Дочь, прекрати меня пугать! Немедленно рассказывай матери, что произошло.

— Мам, я… — замялась я вдруг. Как же это всё объяснить ей? Думала, думала и в итоге так ничего и не придумала. Не скажу же я ей: "Мама, я случайно увела непарня своей неподруги. Она меня выгнала из дома, но это ничего, ведь теперь я живу дома у непарня и помираю от шикарного вида его крепких булочек. Иногда мне дико хочется их потрогать, и он мне даже разрешил бы это сделать, я уверена. В целом, общий язык мы с ним, конечно же, нашли! Не переживай, всё хорошо!". Вместо этого произнесла: — Мы с Таней вместе решили не жить.

— Так, приехали, — встрепенулась мама. — А сейчас ты где находишься?

— Не на съёмной квартире, — осторожно ответила я ей.

— А где?

"У бабуина накачанного. С крутой задницей!"

— У подруги, ма.

— У какой еще подруги? Нади, что ли?

— Да, Нади, — ляпнула я, а потом скуксила лицо. Ну, нашла кого приплести сюда. Она же может потребовать её к телефону…

— Ну-ка дай ей трубочку, — тут же потребовала мать.

Накаркала… Молодец, Ди! И где же мне взять Надю в половине одиннадцатого ночи?

— Мам, она спит, — попыталась отмазаться я. — Давай завтра.

— Нет, сейчас! Или я возьму машину отца и приеду. Посмотрю, что там у тебя за подруга такая.

Закусила нижнюю губу. Чёрт! Только мамы здесь сейчас нам не хватало. А она может! Она у меня дама активная и целеустремлённая. Придётся просить Мира подыграть.

— Мам, ну она правда спит, — предприняла я ещё одну попытку съехать с темы.

— Буди. Немедленно.

Да что же она такая недоверчивая у меня! Наверняка думает, что я с каким-то парнем в одной квартире. Что я в этой своей Москве по мужикам пошла.

Ой… Вовремя успела зажать рот ладонью. Так ведь так оно и есть — я живу у парня! Смех так и рвался наружу от глупости ситуации. Но это совсем не то, о чём могла подумать мама!

— Ладно, сейчас разбужу и перезвоню тебе.

Повесила трубку. Я должна хотя бы поговорить с Мирославом, прежде чем он начнёт изображать подругу. И опять стал разбирать смех. Не знаю даже, как он с его басом сможет ответить на вопросы моей матери под видом некой Нади, но вариантов мало.

Зажав телефон в руке, вышла в гостиную. Мир не спал, залипал в свой дорогущий смартфон и улыбался.

Нахмурилась немного. Опять своим поклонницам пишет? Наверняка. Таня теперь с ним больше не спит, а шишечку свою удовлетворять надо. Вот и ищет небось очередную "жертву". Чехол для его шишечки, так сказать.

Закатила глаза от собственных мыслей. И о чём я думаю? Плевать мне совершенно на его баб, шишку и шишку в его бабах. Отмахнулась от дурацких мыслей и подошла к нему.

— Мир…

— Че не спишь? — оторвался он от телефона, и серые глаза уставились на меня в ожидании. — Может, тебе страшно? Ложись ко мне под бочок.

Он похлопал своей огромной лапой по простыни возле себя. Я поджала губы и еле удержалась от ядовитого ответа. Спокойно, Диана, этот бабуин нам сегодня ещё нужен.

— Нет, спасибо, — мило улыбнулась я ему. — Я останусь в спальне.

— Чё пришла тогда? — его лицо мигом стало скучающим.

— Помощь твоя нужна.

— В плане? — заинтересованный взгляд снова вернулся к моему лицу.

— Ты временно моя подруга Надя.

— Чего? — поднял он вверх брови. — Это ролевые игры какие-то? Ты по девочкам, что ли?

— Соберись, Ланской, — оборвала я его шутки. — Я серьёзно сейчас говорю. Я сказала маме, что съехала от Тани и пока живу у подруги Нади.

— И?

— Она требует к телефону Надю, — пожала я плечами. — Не верит мне.

— Ты хочешь, чтобы с твоей мамой поговорил я? — засмеялся он. — Я не похож ни на Надю, ни на Катю, ни даже на Анжелу.

— Ну попытайся изобразить, ты ведь актёр.

— Да, но голос у меня мужской.

— Вот тебе стимул, — встала я в упрямую позу. — Если не поговоришь с мамой, то она не поверит, что я у подруги, и приедет сюда среди ночи.

Ланской встал с дивана и сложил руки на груди.

— А где, она думает, ты находишься?

— Полагает, что я нашла себя парня. Он меня совратил, научил плохому, и теперь я живу у него.

— Вот как… Но ты ведь действительно находишься в квартире парня.

— Но я же не живу с тобой! Это другое.

— Конечно-конечно, — кивнул он.

— Блин, она сама звонит, — всполошилась я, когда телефон в руке завибрировал.

— Вот и тебе стимул, Ди — поцелуй.

Нет, это уже невозможно просто. Что он там о себе возомнил вообще?!

— Мир, ты опять? — тут же вскинулась я. — Тебя вообще о чём-то можно попросить, шантажист хренов?

— Поцелуй или решай проблему сама, — отрезал он.

— Чтоб тебя черти сожрали! — ругнулась я и приняла звонок. Ещё потяну секунду, и она реально примчится сюда. — Да, мам.

— Ты чего трубку не берёшь, а? — волновалась она на том конце провода. — Я уже одетая стою в коридоре. Щас приеду.

— Мам, всё нормально, Надя проснулась, — затараторила я. — Не надо приезжать!

— Ну, давай её сюда.

Протянула телефон Миру с умоляющими глазами. Тот хмыкнул, забрал телефон из моей руки и сказал одними губами, но очень чётко:

— По-це-луй.

Губы мои вытянулись в тонкую линию. Из меня лез бес, который горел адским желанием сыпать проклятиями на голову Мира до десятого колена. Нет, я когда-нибудь придушу его голыми руками!

Я раздражённо кивнула. Потом придумаю что-то, сейчас мне нужно не допустить приезда мамы сюда. Он победно улыбнулся и прижал смартфон к уху.

— Аллё, — пискнул он в трубку, и я хрюкнула от смеха, зажав рот ладонью.

Мир предостерегающе посмотрел на меня. Я отвернулась от него к стене и слушала.

— Добрый вечер. Да, я Надя, — говорил он. Точнее, своеобразно пищал. Совсем тонкий голос у него не вышел, но вполне можно было поверить, что подруга у меня просто хрипловатая или болеет. — У нас всё хорошо. Нет, мы не голодные. Нет, совершенно не стесняет. Просто её Таня из дома выгнала. А я приютил… Приютила. Нет, это связь барахлит, я сказала "приютила". Вам послышалось. Вы извините, но дико хочется спать. Всего доброго. Даю.

Он протянул телефон мне обратно и сказал тем же голосом:

— Возьми, мама хочет слышать Дианочку.

От смеха уже просто слёзы лились из глаз. В то же время он меня выбесил тем, что рассказал матери лишнего и чуть не рассекретил себя. Одновременно с этим я была благодарна ему за помощь. Столько разных эмоций — и все к одному и тому же человеку! Как такое возможно? Как он это делает?

И опять же, в то же время я опасалась, что будет после разговора с мамой… Получается, я была вынуждена согласиться на поцелуй с ним. И эта мысль покоя мне не давала совершенно. Но сейчас необходимо сосредоточиться на маме.

— Да, мам, — прижала я к уху телефон. Развернулась и пошла в спальню. Договорю уже там. И очень надеюсь, что Мир не придёт туда за поцелуем среди ночи… Плотно прикрыла за собой дверь. Вспомнила про обман со шпингалетом. Жаль, что это оказалось ложью, шпингалет сейчас был бы очень кстати. — Ну, ты же сама слышала. Да, мы поругались, и она меня выставила с вещами. Нет, не могу, потому что договор на неё был составлен. Ну что теперь о том говорить, мам? Я уже съехала. Деньги она мне отдала, но на комнату даже не хватит. Да, конечно, мне нужна помощь. Понимаю, что такую сумму вам надо собрать. Я буду ждать. Примерно через неделю или две? Да, конечно, Надя не против и потерпит меня. Спасибо, мамуль. Не переживайте, у нас действительно всё хорошо — мир, дружба, жвачка. Да, спасибо, буду ждать. Ложись спать и ни о чём не думай. Спокойной ночи!

Повесила трубку и нырнула под одеяло, погасив свет. Буду делать вид, что сплю. Надеюсь, ему хватит мозгов не припереться сюда среди ночи…