Глава 6

Глава 6

После ужина, когда все разошлись по своим комнатам, мы с Рольфом незаметно выскользнули из дома и направились в восточную часть парка. Узкая, выложенная булыжником дорожка привела нас к небольшому домику, украшенному каменными розами.

— Какой красивый, — не удержалась я от восторженного вздоха.

Внутри бурлило волнение, но не заметить изящество небольшой постройки было невозможно.

— Прабабушка называла его Павильоном роз. Дом построил для нее мой прадед. Лорд Бенедикт был выдающимся архитектором своего времени. В Рендолле многое спроектировано им лично.

— Да, я помню, Хубер говорил об этом.

— Ну кто бы сомневался, ты даже молчуна-дворецкого сумела разговорить.

Рольф усмехнулся и неожиданно подхватил меня на руки.

— Что ты делаешь? Рольф, немедленно отпусти, тебе нельзя поднимать тяжести!

— Это ты-то тяжелая? Глупости, — хмыкнул муж и уже серьезно добавил: — Разве я не могу исполнить свою мечту и перенести жену через порог дома на руках, как положено?

И я затихла, почувствовав, что для Рольфа это действительно важно. Я крепче обняла его за шею и положила голову на обтянутое тонким сукном плечо. А сама с замиранием сердца прислушивалась к его прихрамывающим шагам. Один, второй, третий… Мать-Заступница, сколько же до этого порога?

Наконец, муж распахнул дверь и вошел в дом. И сразу же вспыхнули светильники под потолком небольшого холла.

— Но как?

Я удивленно осматривалась вокруг.

— Здесь ведь нет магии.

— Никакой магии, всего лишь техника, — улыбнулся Рольф. — Лампы срабатывают при движении.

Он пересек холл, и мы оказались в небольшой полукруглой комнате, украшенной цветущими кустами роз. Тут были и низкие, карликовые сорта с мелкими, словно игрушечными, бутонами, и высокие плетущиеся, усыпанные нежными гроздьями, и расставленные по углам вазоны с крупными, вызывающе яркими цветами.

— Они действительно настоящие?

Я не могла поверить, что можно вырастить подобное чудо без магии.

— Прабабка вывела особые сорта, они цветут большую часть года, с ранней весны до поздней осени.

— Невероятно, — я озиралась по сторонам, удивляясь, как гармонично вписались розы в интерьер небольшой комнаты. Они, словно рама, обрамляли обстановку: низкие оттоманки, утопающие в шелковых подушках, резные столики, мраморные статуи в нишах, узорный паркет на полу, парные портреты на стенах и бронзовые канделябры.

Лицо мужчины на одном из портретов показалось мне смутно знакомым, как будто я уже видела его раньше. А вот женщина — нежная блондинка в бледно-розовом платье — выглядела так, словно секунду назад отложила книгу и подняла глаза, затуманенные мечтами о прочитанном.

— Рольф, поставь меня на ноги, — опомнившись, попросила мужа. — Порог давно остался позади, так что свою мечту ты уже исполнил.

Супруг усмехнулся, осторожно спустил меня с рук, но не отпустил. Он так и продолжал держать в объятиях, глядя таким горячим взглядом, что внутри тут же загорелось ответное пламя.

Вот как Рольфу удается? Кажется, еще секунду назад я думала только о том, чтобы поскорее добраться до озера и разобраться с проклятым туманом, а сейчас у меня одно желание: шагнуть навстречу стоящему напротив мужчине и утонуть совсем в другом тумане, в невесомом тумане нашего общего удовольствия.

— Рольф, мы не должны…

— Тш-ш, — остановил меня муж. — У нас полно времени. Иди сюда.

Он протянул руку, и я без колебаний вложила в нее свою. А дальше все действительно утонуло в дымке — небольшая спальня, в которую мы пришли, серебристый лунный свет, пробивающийся сквозь решетчатый переплет окон, наши обнаженные тела, тяжелое дыхание, стоны и безумные, сводящие с ума поцелуи. И движения, в которых переплетались наши истории, наши чувства, наши ощущения. Те движения, что в очередной раз сплавляли нас с мужем воедино.

В голове мелькнула мысль — как же я раньше жила без этого счастья? Без этих ласковых губ, умеющих вознести так высоко одним прикосновением, без крепких рук, которые могут и поддержать и подарить блаженство, без черной бездны, глядящей из любимых глаз? Она больше меня не пугала. Ведь я поняла главный секрет — нужно всего лишь шагнуть навстречу и упасть в нее. И тогда вместо страха придет эйфория полета и удивительное ощущение, что за спиной вырастают крылья. Рольф и был моими крыльями. Тем, кто заставил меня открыться и вылезти из той скорлупы благоразумия, за которую я до сих пор держалась.

— Рольф, я тебя люблю, — тихо прошептала на самом пике страсти.

И муж услышал. Он рыкнул, вбиваясь в мое тело, а его поцелуи стали просто сумасшедшими.

— И я тебя люблю, моя девочка, — услышала я, а дальше все погрузилось в темноту, в которой были только мы вдвоем и прекрасное чувство парения.

— Софи, ты просто невероятная, — выдохнул Рольф, когда мы немного пришли в себя. — Я до сих пор иногда хочу себя ущипнуть, чтобы проверить, что это правда, что ты не плод моего воображения.

— Мне кажется, только что я достаточно убедительно доказала свою реальность, — усмехнулась в ответ и зарылась пальцами в волосы мужа.

Мне нравилась их непокорная жесткость. Вот недаром же говорят, что волосы — отражение характера. Рольф напоминал крепкую скалу, которую не под силу уничтожить никаким жизненным невзгодам. И только со мной он мог быть нежным и чутким, позволяя заглянуть за каменный фасад и открывая душу.

— О да, очень убедительно.

Голос мужа прозвучал так провокационно, что меня обдало жаром.

— Обожаю, когда ты краснеешь, — шепнул Рольф, отводя от моего лица выбившиеся пряди и касаясь пальцами полыхающих щек.

— А я с детства ненавижу эту свою особенность и мечтаю от нее избавиться, — пробормотала в ответ.

— Даже не думай! В наше время это такая редкость!

Рольф поднялся и взял с кресла рубашку. Натянул ее, надел брюки и выглянул в окно.

Атмосфера в спальне изменилась. На смену расслабленной неге пришло едва уловимое напряжение и ожидание.

— Пора?

Я поднялась с постели и потянулась к платью.

— Да.

Рольф помог мне одеться, и вскоре мы уже спустились в подвал, а оттуда пошли по подземному ходу, ведущему к причалу.

Узкий коридор петлял, каменные стены освещались небольшими лампами, которые загорались при нашем приближении и тут же затухали, стоило отойти на несколько шагов.

— Подожди, я проверю, — предупредил Рольф, когда мы добрались до выхода.

Он бесшумно распахнул низкую дверцу и исчез в густых зарослях.

— И чего это вы удумали, а? — Неожиданно послышался знакомый сварливый голос, и на выщербленных плитах пола появился Олли. — Вот куда хозяин пошел? Опять, небось, собой рисковать будет? Ох и бедовый наш лорд Рольф… Совсем не в папеньку, тот лишний раз из замка не выходил. Разве что на охоту. Да и то, редко. А с молодым хозяином никакого покоя нет.

Духовик скрестил на груди руки и уставился на меня выпуклыми блестящими глазами.

— Оллилен, чем причитать, ты бы лучше помог.

Я не могла не улыбнуться, настолько комичной выглядела маленькая сердитая фигурка.

Длинный нос духовика дрогнул. Во взгляде мелькнул острый интерес, который Олли тут же попытался скрыть, но я успела его заметить, и духовик это понял.

— Чего делать-то нужно? — Нарочито неохотно спросил он и подошел ближе, оказавшись у моих ног.

— Можешь посмотреть, где сейчас охрана?

— Это я мигом, — кивнул Олли и мгновенно испарился, чтобы уже через минуту вернуться. — Все чисто. Эти дурни у входа в павильон дежурят, — доложил он.

— Никого, — почти одновременно с ним сказал появившийся в дверном проеме Рольф. — Оллилен? А ты что здесь делаешь?

— Так это. Помогаю хозяйке, — пробормотал духовик и незаметно отступил к стене, словно собирался удрать. — Вот, за полицейскими приглядываю, чтобы они, значит, чего лишнего не увидели.

— Ну, молодец, — серьезно сказал Рольф, но в его глазах мелькнули смешинки. — Следи и дальше. Если они появятся поблизости — предупредишь.

— Хозяин, если хотите, я их отвлечь могу, — неожиданно послышался голос тетушки Амброуз, и духовица появилась рядом с Олли. — А то ведь у них слух чуткий, они и за несколько рье могут услышать, что кто-то у воды ходит.

— Хорошо. Тогда на вас — охрана, а мы с Софией попробуем разобраться с туманом.

Рольф посмотрел на духовиков, и те слаженно ответили:

— Да, хозяин!

— Идем, Софи.

Муж протянул руку и помог мне выбраться.

***

Туман висел над озером толстой белой тушей, и складки на его «животе» едва заметно колыхались.

Вокруг стояла тишина. Такая, что казалось, будто весь мир замер. Вдали темным вороном нахохлился Рендолл, и его башни острыми клювами впивались в небо. Деревья в парке застыли, словно боялись пошевелиться. Вода стояла неподвижным зеркалом, и когда я перешла на магическое зрение, то заметила, что в ней отражаются пересечения линий.

— Надень вот это, Софи.

Муж протянул мне старинный серебряный кругляш.

— Отражающий амулет. Пусть ненадолго, но он отвлечет от тебя внимание, пока ты будешь без кулона.

Так вот о чем говорил Рольф, когда предупреждал, что все продумал.

— Значит, охрана не уловит след эри?

— Нет. Этот амулет был сделан для лорда Эбинезера. Он опасался, что кто-то из проверяющих все же сможет почувствовать остатки магии эри в его крови, и велел изготовить защиту. Но, в отличие от твоего кулона, он не запечатывает силу. Правда, и действует совсем недолго. Где-то час. Ну-ка, — Рольф застегнул у меня на шее артефакт и быстро снял мой кулон. — Что-нибудь чувствуешь?

Я прислушалась к себе, ощущая, как магия проходится по венам, как наливается арка силы, и как в душе просыпается зов Ткачей.

— Да, ты прав, он не блокирует мою магию.

Я посмотрела на клочья тумана и невольно вздрогнула.

— Это невероятно…

— Что, Софи?

— Это не туман, — понизив голос, ответила мужу.

Я во все глаза разглядывала зависшее над озером существо и пыталась понять, что же это такое. Белая студенистая масса переливалась, в ней отчетливо виднелись нити вен, и я слышала биение огромного сердца, разносящееся над озером гулким набатом.

— Рольф, оно живое. Оно дышит, и у него есть пульс.

Я шагнула вперед, но запнулась, остановленная крепкой рукой.

— Нет, Софи. Как и договаривались, мы просто все осмотрим. А потом вернемся в замок и будем думать, что делать.

— Но, Рольф…

— Мы не можем рисковать. Сначала нужно понять, что это такое, и как его уничтожить.

Туман, словно услышав последние слова, заволновался, по его венам пробежали искры, дебелое тело колыхнулось и качнулось в сторону берега.

— Но я могла бы попробовать прикоснуться к нему, чтобы понять, что это.

Рольф только покачал головой.

— Просто смотри и описывай, что ты видишь, — велел он.

И это было сказано таким непреклонным тоном, что я поняла — спорить бессмысленно, муж не позволит мне рисковать.

— Ладно, — вздохнула в ответ и принялась в подробностях перечислять все, что смогла заметить.

— О, вижу, не один я люблю бродить по ночам у воды?

Насмешливый голос Каллемана заставил меня запнуться на полуслове.

— Не спится, Эрик? — Спокойно спросил Рольф, укрывая меня в объятиях и словно отгораживая этим от главы магполиции.

— Вам тоже?

— Думаю, ты еще помнишь, что такое быть молодоженами, — ответил Рольф, и я поразилась тому, как легко и уверенно прозвучали эти слова. — Особенно, когда ночь такая лунная.

— Да, романтика, — в голосе Каллемана прозвучала едва заметная нотка грусти, словно он о чем-то сожалел или тосковал по кому-то.

Правда, спустя секунду я поняла, что мне просто показалось.

— Лучше бы вам вернуться в замок, Рольф, — своим обычным тоном заявил глава магполиции, и его глаза в темноте блеснули красноватым отблеском. — Я ведь просил не создавать проблем охране.

— Прости, мы просто решили немного прогуляться.

Рольф усмехнулся, и вдруг я почувствовала, как его руки крепче сжались вокруг моей талии. И в тот же момент Каллеман хищно прищурился и сделал шаг вперед.

— Странно, — произнес глава магполиции. — Мне кажется, что … Да, Корф. Что там у вас? — Отвлекся он на вспыхнувший переговорный перстень. — Рес! Темной ночи, леди Стейн. Рольф, — он кивнул и быстро исчез в зарослях дрока.

А я почувствовала, что снова могу дышать.

— Давай, скорее, — шепнул Рольф, застегивая на моей шее кулон. — Проклятье! Кажется, Каллеман почуял твою магию. Рес! Он слишком силен.

Ответить я не успела. Со стороны павильона послышался шум, а следом — настоящий грохот, да такой громкий, как будто столкнулись два маговоза.

— Это еще что?

Рольф нахмурился, глядя на убегающую в сторону летнего домика дорожку.

— Похоже, наши духовики немного перестарались, — усмехнулась в ответ.

— Скорее, хозяин, мы их отвлекли! — Раздался рядом довольный голос Олли. — Уходите, пока тетушка Амброуз охрану задержала.

— Отлично сработано, Оллилен, — похвалил Рольф, увлекая меня в противоположную от павильона сторону. — Обойдем с юга и вернемся в замок, — пояснил он.

Рольф заметно прихрамывал, но шел так быстро, что я едва за ним поспевала.

— Сильно болит? — Спросила мужа, видя, как он морщится, припадая на левую ногу.

Та до сих пор доставляла ему проблемы. Слишком много времени после лечения оказалось упущено, и в этом была моя вина. Если бы я не уехала…

— Даже не думай, — рыкнул Рольф. — Ты сделала все, чтобы я снова мог ходить. А это… Разберемся.

Он крепко держал меня за руку, и шел вперед, к Рендоллу. А я торопилась за ним и думала о том, как много успел понять Каллеман, и что теперь делать.

***

Рендолл встретил нас тишиной. Гости давно разошлись по комнатам, слуги тоже отправились в свое крыло, и только тонкие блики света, словно живые, скользили по мраморному полу холла.

— Софи, я провожу тебя в спальню и проверю замок.

Муж отвел от моего лица упавшие локоны и тихо спросил:

— Побудешь немного одна?

— Рольф, иди. Я сама могу добраться до спальни. Только возвращайся скорее.

— Нет, хочу убедиться, что ты благополучно дошла до комнаты.

Муж помог мне подняться по лестнице, довел до наших покоев, и только когда я закрыла дверь, ушел, посоветовав перед этим никому не открывать.

Когда шаги в коридоре стихли, я подошла к окну и отодвинула задернутые горничной шторы. Туман по-прежнему стелился над водой и окутывал все вокруг зыбкой дымкой. Лунный свет придавал ему сходство с пуховой периной, и мне на миг показалось, что зависшее над озером существо вовсе не страшное. Эх, если бы я могла к нему прикоснуться…

Мысли кружили в голове, не давая покоя, а к ним присоединялась тревога о детях. Как они там без меня? Хватит ли им оставленных денег? Что, если малыши заболеют? Или потеряются? Или…

Я стиснула руки, заставляя себя успокоиться. Когда Рольф был рядом, мне удавалось убеждать себя в том, что с детьми все будет хорошо, и совсем скоро мы их заберем. Но в одиночестве тревожные мысли набрасывались с удвоенной силой и мучили, рисуя картины одну страшнее другой.

— Хозяйка? — Раздался из-за спины бодрый голос.

Я повернулась и увидела сидящего на спинке кресла Олли. Духовик болтал ногами и выглядел таким довольным, словно съел сразу пять лимонных кексов.

— Хозяйка, ты видела, как мы этих ищеек сделали? — Раздуваясь от гордости, спросил он, а я подумала о том, что Олли появился очень вовремя, чтобы не дать мне впасть в уныние.

— И что вы придумали? — Отвлекаясь от своих мыслей, спросила духовика. — Что это был за грохот?

— Да там за павильоном старые бочки стояли. На пригорке. Ну, мы их и подтолкнули слегка. К озеру.

Оллилен изобразил, как одним пальчиком касается чего-то невидимого.

— Самую малость, — хихикнув, добавил он.

— И что полицейские?

— Полицейские? Да мы чуть животы не надорвали, пока они бочки останавливали. А потом еще осматривали все вокруг, следы искали, и долго удивлялись, что их нет.

Олли расплылся в хитрой улыбке, а я подумала, что впервые вижу духовика таким довольным.

— Олли, а ты не видел, что произошло с горничной Эванс?

Я посмотрела на духовика, только сейчас вспомнив, что хотела спросить тетушку Амброуз или Олли о недавнем происшествии. Да только Каллеман со своими подозрениями так задурил мне голову, что я обо всем забыла.

— Нет, хозяйка, — с сожалением ответил духовик. — Мы как раз на кухне были. Приспичило тетушке Амброуз именно той ночью большую уборку затеять. Вот все самое интересное и пропустили.

— А перед этим ничего странного не видели и не слышали? Может, кто-то из слуг или гостей упоминал Эванс? Или еще что?

— Нет, разговоров не слышал, — ответил Олли и замолчал, но в его глазах мелькнуло раздумье. — Хотя… Сейчас припоминаю, что на днях гномка с кем-то ссорилась. И обещала, что все расскажет хозяину.

— Ты знаешь, с кем она говорила?

Я даже дыхание затаила в ожидании ответа.

— Нет, — с сожалением вздохнул Олли. — Я ведь не всегда вижу то, что происходит в замке. Так, отголоски разговоров доносятся, как эхо. Это мы с хозяевами почти всегда на связи, а остальных слышим только обрывочно.

— Ладно. А больше ничего странного не заметил?

Оллилен задумался.

— Было кое-что, — после паузы произнес он. — Пару раз мне казалось, что в замке, кроме гостей, есть кто-то еще.

— Кто?

Я удивленно уставилась на духовика.

— Не знаю, — с сожалением ответил тот и развел руками. — Я не понял. А может, и правда показалось.

— А тетушка Амброуз тоже его чувствовала?

— Нет. И она сказала, чтобы я не выдумывал, — вздохнул Оллилен и ковырнул носком башмака лежащие на столике перчатки.

— Да, так я ему и сказала, — подтвердила появившаяся в спальне духовица. — А то этому бездельнику только бы от работы отлынивать, любой предлог придумает, лишь бы свои обязанности не исполнять. Ох и разленился он в столице! Так и знала, что нельзя его без надзора оставлять. Лентяй лентяем вернулся.

— Тетушка, ну что вы опять начинаете? — Обиженно спросил Олли. — Я, между прочим, ни днем, ни ночью не сплю, похудел вон даже.

— Ничего. Тебе полезно, — отрезала духовица, а я улыбнулась. — А то скоро в подпространстве замка не поместишься.

— Ну ладно вам, тетушка Амброуз. Олли очень старается. Вы мне лучше скажите, охрана сейчас где?

— Так где ж им быть? У спальни вашей толкутся. Один, правда, у домика остался, все следы ищет, не верит, что бочки сами покатились. Ну да пускай ищет, — усмехнулась духовица. — Лишь бы каждый из них при деле был. Хозяйка, я тут спросить хотела, у нас на чердаке люлька есть. Крепкая, дубовая, красивая такая, вся в узорчиках резных и цветами расписана. Вот, думаю, может, вы бы велели в детскую ее перенести? Да и вообще, не мешало бы проверить, что там и как.

Тетушка Амброуз сложила натруженные руки на животе и уставилась на меня преданным взглядом.

— А то не хочется потом впопыхах все делать. Как время подойдет, значит.

— Тетушка Амброуз, о чем вы? Какое время?

— О детках я, хозяйка. Вот, думаю, надо бы подготовиться заранее, а то, мало ли что?

Духовица улыбнулась, и в ее прозрачных голубых глазах мелькнула хитринка, а до меня только сейчас дошло, о чем она толкует. И щеки сами собой покраснели.

— Тетушка Амброуз, думаю, пока рано говорить о детях. И колыбель переносить не стоит, зачем ей без дела стоять?

— Это да, это да, — вроде бы согласилась со мной духовица, но по ее тону было понятно, что она осталась при своем мнение.

— Но вот детские подготовить — это хорошая идея. Тем более что в Рендолле скоро появятся двое очаровательных малышей.

— Двое?

Тетушка Амброуз подалась вперед.

— Да. Мальчик и девочка, пяти и семи лет.

— Опять эти твои? — Вмешался в нашу беседу Олли. — Вот так и знал, что от мелких спиногрызов так легко не избавиться!

Он обиженно надулся и снова ковырнул носком башмака перчатки.

— Олли, у «этих» есть имена — Эльза и Карл, — отодвинув перчатки подальше, сказала духовику. — И они нуждаются в тепле и заботе. Так что советую тебе изменить свое поведение, потому что я не потерплю дурного отношения к детям.

— Хозяйка, вы даже не переживайте! — Всполошилась тетушка Амброуз. — Мы деточек не обидим! Ах ты ж ложки-поварешки, настоящие дети! Здесь, в Рендолле!

Она всплеснула руками и едва не расплакалась.

— Ох, наконец-то! Неужто дожили? Оллилен, ты слышишь? Настоящие живые дети!

— Да слышу я, слышу, — недовольно проворчал духовик, и кончик его длинного носа обиженно дернулся. — Опять хозяйка с ними носиться будет, как наседка с цыплятами, — еле слышно добавил он и бросил на меня ревнивый взгляд.

Я хотела успокоить Олли, но не успела. Дверь открылась, и в спальню вошел Рольф. И духовики мгновенно испарились.

— Все в порядке?

Я посмотрела на мужа, пытаясь прочитать ответ по его лицу прежде, чем он его озвучит.

— Никаких новых прорывов нет, — как-то слишком быстро ответил муж.

— Рольф? Ты ничего от меня не скрываешь?

— Разумеется, нет, дорогая, — уже более спокойно подтвердил муж и, не давая мне продолжить расспросы, добавил: — Идем спать, Софи. До утра осталось пару часов, надо хоть немного отдохнуть.

Рольф обнял меня и уткнулся в мои волосы.

— Обожаю твой запах. Ты пахнешь весной и лимонными кексами, — прошептал он.

— Значит, я угадала, и ты действительно любишь лимонные кексы?

— Да. Но до твоего прихода в мой дом я успел об этом забыть.

Муж потянул меня к постели.

— Темной ночи, Софи, — укрывая в своих руках, прошептал он. Вскоре его дыхание замедлилось, и он уснул.

А я лежала, перебирала в памяти события последних дней и пыталась понять, что же мы упускаем и где искать таинственного убийцу. А еще думала о том, что Рольф все же что-то скрывает.