Глава 9

Глава 9

София Экман

Я открыла глаза и в первый момент не поняла, где нахожусь. Грохот падающих камней, дрожащая подо мной вулканическая гряда, треск и стон сдвигающихся пластов скальных пород — мир словно сошел с ума.

— Хозяйка! — Послышалось сквозь эту какофонию.

Я с трудом повернула голову и увидела Олли. Тот растопырил руки и удерживал нависающий над нами обломок скалы. Казалось, еще немного, и духовик просто расплющится под тяжестью камня, однако маленький упрямец не сдавался.

— Оллилен! — Прошептала онемевшими губами и попробовала шевельнуться, но тело не слушалось.

— Ничего, хозяйка, потерпи чуток! Тетушка Амброуз пытается хозяина дозваться. Трудно это, но она справится! Нам, главное, продержаться.

— А где…

Я не договорила и с трудом сделала вдох. Воздух казался раскаленным. Он царапал горло, застревал в легких, оседая внутри пыльной крошкой и заставляя задыхаться.

— Злодеюка? — Понял меня Олли. — Он со своим уродцем кристалл активировал. Тот горит черным пламенем, а Разлом это пламя впитывает и открывается понемногу.

— А мы…

Я могла говорить только такими вот короткими фразами. Все силы уходили на то, чтобы попробовать поднять руку. Но у меня ничего не получалось. И родовая магия молчала, будто ее и не было.

— Так это, — Олли запнулся, нахмурился, но все же договорил: — Жертва нужна, чтобы Разлом открыть. Вон и скалу приспособили, чтобы аккурат в грудь ударила, да только я не сдамся. Не дождутся они, чтобы я хозяйку свою в обиду дал.

Я скосила глаза и попыталась оглядеться. Расстояние до скалы было слишком маленьким. Если Олли ее не удержит, меня просто расплющит.

Перед глазами мелькнуло лицо мужа, и я рванулась изо всех сил, пытаясь скинуть путы чужого заклинания. Они ощущались на коже холодными щупальцами и словно впивались под кожу, пытаясь пробраться к самому сердцу и выпить из него жизнь.

— Потерпи, хозяйка, — с натугой произнес Олли.

Я видела, что ему все сложнее удерживать кусок скальной породы, но он не сдавался.

— Тетушка найдет хозяина. Обязательно, — пропыхтел духовик, и я вспомнила, как однажды сравнила его с закипающим чайником.

А следом пришла мысль об оставшихся в Бреголе малышах Калль, и внутри загорелся огонь. Не собираюсь я лежать тут бессловесной овцой и ждать смерти. Мне есть за что бороться – Рольф, дети, наше будущее. Я не позволю Форцу все разрушить!

— Эсцеро! — Прошептала вслух непослушными губами и обрадовалась, ощутив, как где-то глубоко внутри откликнулась родовая сила.

Медленно, преодолевая препятствие заклятия, подняла руку и прижала ее к груди. А потом так же медленно приподнялась и уперлась в нависающий над нами камень.

— Правильно, хозяйка, — выдохнул Олли. — Вдвоем мы точно справимся.

Он закряхтел, а потом дрогнул и просел под тяжестью скалы.

— Олли!

— Ничего, — пробормотал духовик. — Не бойся, хозяйка, я сильный, выдержу.

Оллилен напрягся, кончик его длинного носа покраснел, выпуклые глаза распахнулись еще шире, а я смотрела на своего защитника, и чувствовала, как по щекам бегут слезы. Кто ж знал, что маленький ворчливый духовик окажется таким преданным и верным, и будет стоять за меня насмерть?

— Редвик! — Послышался гневный окрик. — Я тебе что сказал? Справа заходи! Опять ты все перепутал. Столько лет на свете живешь, а правую руку от левой отличить не можешь! Отойди отсюда, мешаешь только. Иди лучше девчонку проверь, что-то она долго не умирает.

Я напряглась и прислушалась к собственной силе. Та просыпалась медленно, неохотно, но все же я ее чувствовала. И в тот момент, когда рядом со мной возникла гнусная рожа Редвика, смогла собраться и запустить в него коротким заклинанием обездвиживания. Горбун дернулся в попытке ускользнуть, но замер на месте с выпученными глазами и уродливо искривившимся ртом.

— Редвик, что там? — Послышался нетерпеливый вопрос Форца.

И в этот момент снаружи раздался резкий хлопок, а следом пещеру заполнили голоса, в одном из которых я с облегчением узнала голос мужа.

— Рольф! — Крикнула изо всех сил, и почти в ту же минуту обломок скалы отлетел в сторону, и я оказалась в родных объятиях.

— Софи!

Муж быстро оглядел меня. Его глаза помрачнели, когда он увидел мои расцарапанные в кровь руки.

— Ты ранена? Что этот негодяй с тобой сделал?

Рольф спрашивал, а сам осторожно ощупывал меня, проверяя, все ли цело.

— Как ты меня нашел?

Я смотрела на мужа и не могла сдержать слез. Последние путы заклинания спали, и дышать стало намного легче, хотя в воздухе все еще стояла каменная пыль.

— Тетушка Амброуз помогла. И второй кулон. Я потом тебе все расскажу, — пообещал Рольф. — А сейчас нужно выбираться отсюда.

— А кристалл? Вам удалось его забрать?

Ответить муж не успел.

— Идиоты! — Послышался визгливый возглас. — Отпустите меня! Вы не имеете права! Я почетный гражданин Эгерта, кавалер двух орденов славы! Я буду жаловаться его величеству!

Я оглянулась и увидела брызжущего слюной Форца. Майор пытался скинуть оковы блокиратора и напоминал жирную визжащую свинью.

— Ваше право, — невозмутимо ответил ему Каллеман. — Думаю, его величеству будет интересно послушать, зачем вы пытались открыть Разлом.

— Вы что-то путаете, лорд Каллеман, — совсем другим тоном заявил Форц. — Я наоборот пытался его закрыть! Знаете, я сразу заподозрил неладное, когда увидел, как леди Стейн нырнула в один из тайных ходов, и отправился за ней. Вот как чувствовал, что она попадет в неприятности. Ну а уж когда леди София вытащила из Разлома какой-то кристалл и все вокруг стало рушиться, тут я сразу понял, что нужно брать ситуацию под свой контроль. Поэтому я спрятал леди Стейн в укрытие, чтобы она не пострадала, а сам попытался вернуть кристалл на место.

Майор говорил так горячо и убедительно, что, не знай я, как все происходило на самом деле, наверное, поверила бы.

— Неужели? — Хмыкнул глава магполиции. — В таком случае, предлагаю подняться наверх, и там вы нам подробно все расскажете.

— Никогда не сомневался в нашей магической полиции, — с готовностью сказал Форц. — Я с радостью все расскажу и объясню, — пообещал он, а мне стало невыносимо неприятно наблюдать за этим фарсом.

Я кинула взгляд на мужа. На щеках Рольфа ходили желваки, он тяжело дышал, но оставался на месте, позволив Каллеману увести разглагольствующего майора.

— Хозяюшка! — Раздался громкий всхлип, и мои колени обняли маленькие теплые руки.

Тетушка Амброуз запрокинула ко мне залитое слезами лицо и улыбнулась так, что в пещере стало светлее.

— Жива! Успели… — Прошептала духовица. — Как же хорошо!

Я только и смогла, что кивнуть в ответ. В горле стоял комок, и мне казалось, что стоит заговорить, и я расплачусь.

— А с этим что делать? — Когда глава магполиции и Форц исчезли в глубине коридора, спросил Олли и кивком указал на неподвижно застывшего Редвика.

— Тащите его наверх, — велел духовикам Рольф. — Там разберемся.

— Слушаюсь, хозяин, — хищно улыбнувшись, ответил Оллилен и ухватил горбуна за руку.

— Чего глазюками вращаешь? — Грозно спросил тетушка Амброуз, подступая к уродцу с другой стороны. — Даже не надейся, никуда ты от нас не денешься.

Она схватила горбуна за другую руку, и духовики поволокли его к выходу.

— Рольф, где кристалл? — Дождавшись, пока они уйдут, тихо спросила мужа. — Его нужно уничтожить.

— Это ты правильно говоришь, красавица.

Незнакомый голос раздался так неожиданно, что я вздрогнула. А потом увидела седого гоблина со смешно оттопыренными ушами и длинным, загнутым книзу носом, и сразу поняла, что передо мной тот самый архимаг, про которого рассказывал Рольф.

— Хороша, — беззастенчиво разглядывая меня, выдал гоблин и представился: — Архимаг Коул. Рад познакомиться с молодой леди Стейн.

Маленькие темные глазки хитро блеснули, и гоблин расплылся в улыбке.

— Ну что, — не дав мне ответить, продолжил он. — Уже знаешь, как кристалл уничтожить?

— Мы с духовиками решили, что нужно отнести его в пещеру предков. Он ведь остался в нашем мире из-за недосказанного заклинания? Возможно, среди погибших Стейнов есть и тот маг?

— Что скажешь?

Рольф посмотрел на гоблина, и тот задумчиво пожевал губами.

— Разумно. Можно попробовать. Только ты не лезь, — тут же осадил он моего мужа. — Она должна сама. Раз начала это дело, ей его и завершать.

Я видела, что Рольфу не по душе слова архимага, но спорить он не стал. Только прищурился по-особому и на его щеках упрямо заходили желваки, из чего я сделала вывод, что муж все равно будет контролировать каждый мой шаг, и не позволит остаться один на один с предками.

— Думаю, лучше поторопиться, — тихо сказала супругу и чуть сжала его руку, безмолвно убеждая в том, что все будет хорошо.

— Я останусь тут, — неожиданно заявил гоблин. — Посмотрю, что к чему, — неопределенно объяснил он. — А вы не задерживайтесь. Трясет уже, конечно, меньше, но лучше поторопиться.

— Идем, — сказал Рольф, и в этом коротком слове прозвучала сила.

Кристалл, в отличие от первого раза, легко лег мне в руку и даже не пытался сопротивляться. От него исходило небольшое свечение, но выглядел он совсем неопасным. И если бы я сама не видела, на что он способен, решила бы, что это обычный обломок скалы.

Когда мы добрались до Зала славы и спустились в пещеру, предки уже ждали. Они словно почувствовали наше приближение. А может, так и было? Кто их разберет, этих духов?

— Нашла… — тихо прошелестели вышедшие из стен полупрозрачные фигуры. — Принесла…

— Среди вас есть тот, кто не завершил свое заклинание? — Спросила я их.

— Есть… Финиас… — разнеслось по пещере.

— Пусть он выйдет вперед и закончит то, что должен.

Я наблюдала за тем, как от кучки призраков отделился один и подплыл ко мне.

— Положи его на камни, — тихо прошелестел дух.

Я сделала, как он сказал, и отступила в сторону.

Рольф крепко сжал меня в объятьях.

— Вардери веного саитас хрон, — зазвучали под сводами пещеры древние слова. — Увасам инаго, арито тон, — подняв бестелесные руки, напевно произнес призрак, и с каждым произнесенным словом его фигура и лицо менялись, наливаясь жизнью, приобретая свои истинные черты.

Я видела перед собой совсем юного воина с длинными светлыми волосами и едва пробивающимися над верхней губой усиками. В его темных глазах читались отблески давней битвы, а голос звучал высоко и победно.

— Сартарио гоби! Аставо лаим, — все громче говорил он, и кристалл начал вибрировать, подчиняясь силе заклятия. — Астато. Ронби. Аэтон! — Почти выкрикнул воин и добавил: — Саитанэ гаро дорби!

Похоже, это были те самые последние слова заклятия. Потому что, стоило прозвучать последнему, как кристалл ярко вспыхнул и разлетелся на мельчайшие осколки, мгновенно осевшие пылью.

— Свершилось…

Мне показалось, или в голосах предков действительно прозвучали человеческие эмоции? Радость, неверие, надежда, счастье, удовлетворение…

— Ты справилась, дочь нашего рода, — с гордостью сказал мне один из призраков, и я на миг увидела его истинное лицо — суровое лицо воина, изображенного на саркофаге.

— Лорд Саймон?

— Пусть будут долги дни твоей жизни, дитя, — сказал он и протянул руку в благословляющем жесте. — И пусть рожденные тобой сыновья с гордостью носят имя Стейнов.

Он перевел взгляд на моего мужа и кивнул, подзывая его к себе.

— А ты, Рольф Стейн, береги жену, данную тебе Единым. И служи верой и правдой своему отечеству. Помни, за что мы отдали свои жизни.

Лорд Саймон добавил что-то еще, но так тихо, что я не услышала. А потом едва заметно улыбнулся, отчего его суровое лицо преобразилось, и я с удивлением поняла, что он похож на моего мужа, каким тот мог бы быть лет через тридцать.

— Пообещай, что выполнишь мою просьбу, — добавил призрак.

— Обещаю, — ответил Рольф, и его голос прозвучал серьезно, как никогда.

— Прощайте, потомки, — прошелестело над нашими головами, и образ лорда Саймона стал таять, растворяясь в воздухе, а вместе с ним исчезали и остальные. — Теперь мы свободны…

Призраки растаяли, словно их и не было, и пещера опустела.

— Они наконец обрели посмертие, — тихо сказал Рольф, обнимая меня и касаясь губами моих волос. — Идем, Софи. Тебе нужно отдохнуть.

— Мне нужно кое-что другое.

Я привстала на цыпочки и потянулась к мужу. Наши губы встретились, и все вокруг заиграло яркими красками. А мое запястье загорелось огнем, и этот огонь вдруг перекинулся на стены пещеры, на высокий потолок, на неровный пол. И повсюду расцвели ярко-алые цветы. Они пульсировали, наполнялись жизнью, распрямляли листья и раскрывались, чтобы сплестись вокруг нас в настоящий шатер.

— Софи, магия! — Неверяще прошептал муж. — Она вернулась, я ее чувствую!

Он щелкнул пальцами, и вокруг засияли сотни маленьких огоньков.

— Невероятно. В Рендолл вернулась магия!

— Ну вот, теперь и нам можно возвращаться, — шепнула в любимые губы.

***

Наверху царила суматоха. Слуги бегали с саквояжами и чемоданами, Амалия и Сомс нетерпеливо расхаживали вдоль окон, леди Харлоу суетливо застегивала пелерину и выглядела слегка потерянной, а Эндрю стоял у двери, постукивая по ладони кожаными перчатками.

В груди затеплилась надежда. Неужели туман наконец-то исчез?

Я бросила взгляд за окно и счастливо улыбнулась — над озером сияло солнце, а белая пелена растворилась, словно ее и не было!

— Стейн, мы уезжаем, — заметив нас с Рольфом, заявил Харлоу.

Он выпрямился, недовольно нахмурился и натянул перчатки. Леди Харлоу взяла сына под руку, попыталась улыбнуться, но у нее задрожали губы, и она горестно вздохнула, так ничего и не сказав.

— Да, мы тоже уезжаем, — присоединилась к Харлоу Амалия.

В ее глазах сверкала обида, а лицо кривилось от близких слез.

Что ж, избалованная девочка не смогла получить игрушку, и от того злилась на всех вокруг, даже не пытаясь скрыть свои чувства.

— Рольф, спасибо тебе за гостеприимство, — попытался сгладить неловкость Эшвуд. — А вы, леди София, примите самую искреннюю благодарность за мое спасение.

— Ну что вы, лорд Эшвуд! Не стоит, я не сделала ничего особенного.

Я улыбнулась и тут же почувствовала, как напряглась рука мужа. Вот же ревнивец…

— Сомс, могу дать вам мобиль, — предложил Рольф.

Похоже, он готов был отдать что угодно, лишь бы Эшвуды как можно быстрее покинули Рендолл.

— Не нужно, — перебив брата, ответила Амалия. — Мы прекрасно обойдемся собственным экипажем.

Она вскинула голову и отвернулась, но я успела заметить закушенную губку и злой румянец, окрасивший нежные щечки.

— Всего хорошего, Рольф. Счастливо оставаться, леди София, — попрощался Сомерсет и подал руку сестре.

Та вцепилась в нее и, не говоря больше ни слова, направилась к выходу.

— Рольфи, мальчик мой, мы тоже поедем, — сказала леди Харлоу.

Она выглядела расстроенной и постаревшей, а ее взгляд переходил с Рольфа на меня и обратно, и в нем была растерянность. Казалось, леди Джейн не понимает, как себя вести.

— Тетушка, вы ведь знаете, я всегда рад вас видеть, — мягко сказал Рольф и обнял леди Джейн. — И все мои обязательства остаются в силе.

— Ох, Рольфи!

Леди Харлоу прослезилась и полезла в карман за платочком.

— Ты всегда был так добр ко мне и к Эндрю. Эндрю, ну что ты молчишь? — Обернувшись к сыну, спросила тетушка. — Скажи Рольфу, что ты сожалеешь о тех словах.

Вот теперь я снова видела перед собой привычную тетушку Джейн! У нее даже голос изменился.

— Эндрю?

Леди Харлоу наклонила голову набок, выжидательно глядя на сына, и тот, набычившись, кивнул.

— Прости, Рольф. Я… не хотел, — буркнул он, избегая смотреть на моего мужа.

— Эндрю, я тут подумал, — ответил Рольф. — Ты был прав, ни к чему сносить старую конюшню. Если сделать в ней ремонт, она простоит еще не один век.

— Спасибо, — неловко дернув плечом, поблагодарил Харлоу и повернулся к матери. — Вы готовы, матушка?

— А где майор Форц? — озираясь по сторонам, спросила леди Джейн. — Он обещал мне рецепт ягодной настойки. Милочка, сходи позови майора, — остановив одну из служанок, велела тетушка. — Скажи, мы его ждем.

— Боюсь, майор уже уехал, — ответил Рольф.

— Как? А почему он не попрощался? И лорд Каллеман тоже исчез, а ведь я собиралась с ним серьезно поговорить.

— О чем, тетушка?

— Ну как же? О дорогах Бреголя. И об этих ужасных шумных мобилях. Не понимаю, что вы все в них нашли? Грохот, грязь, дым — ужас какой-то!

С каждой минутой леди Джейн все более оживала и становилась похожей на себя прежнюю.

Рольф усмехнулся, и я едва удержалась от улыбки.

— Тетушка, обещаю, я все передам Каллеману, — сказал муж.

— Смотри, Рольфи. Я на тебя надеюсь, — кивнула тетушка. — Ну, все, целуй меня, — тут же перебила она саму себя и подставила щеку. — И ты, Софи. И подумай над моими словами, хорошо? Рендоллу нужны наследники, — чуть тише добавила она и снова прослезилась.

Мы расцеловали леди Харлоу, Эндрю взял мать под руку, и эти двое наконец покинули Рендолл.

— Софи, ты ведь не будешь против, если какое-то время мы поживем без гостей? Скажем, первые года три? — Усмехнулся Рольф, глядя на закрывшуюся дверь.

Я улыбнулась.

— Можно и все пять. Рольф, а где Каллеман?

— Полагаю, в кабинете. Идем.

— Как думаешь, разбирательство затянется надолго? Может, я пока поеду в Бреголь и заберу детей?

— Одна? Нет, Софи. Не торопись, мы сейчас узнаем, что решил Эрик, а потом сразу же порталом перейдем в столицу. Не волнуйся, мы все успеем.

Муж обнял меня и потянул за собой к кабинету. Правда, дойти до него мы не успели.

— Это произвол! Вы ошиблись, лорд Каллеман, и арестовали невиновного!

Голос Форца звучал с неприятными взвизгами. А сам майор, которого вели двое полицейских, выглядел крайне раздосадованным. Его круглое полное лицо побагровело, глаза налились кровью, маленькие губы кривились, и мне показалось, что еще немного, и майора хватит апоплексический удар.

Полицейские, сопровождающие арестованного, не реагировали на его крики, но Форца это не останавливало. Стоило ему увидеть нас с Рольфом, как он тут же попытался разжалобить моего мужа.

— Рольфи, ну хоть ты им скажи! Это же ошибка! Я ни в чем не виноват! Подумай, что сказал бы твой отец, если бы увидел этот произвол?

— Боюсь, майор, отец попросил бы лорда Каллемана ужесточить меры вашего пребывания в тюрьме и вынести самый строгий приговор, — ответил Рольф, и в его голосе прозвучала сталь.

— Рольфи, ты все не так понял! — Выкрикнул Форц. — Меня оклеветали! Извратили каждое слово! Да отстаньте вы от меня! — Напустился он на полицейских. — Куда вы меня тащите?

— Извольте следовать к мобилю, майор. Не усугубляйте свое положение сопротивлением, — посоветовал ему один из стражей порядка, подталкивая вперед.

Форц принялся спорить с ним, но мы с Рольфом не стали наблюдать за его истерикой и вошли в кабинет.

Каллеман расхаживал вдоль окон и напоминал орла, запертого в клетке.

— Вальц, что значит, ты не знаешь, где она? — Взволнованно спрашивал глава магполиции, используя переговорный перстень. — Рес, я для чего вас держу? Как можно было ее упустить? Запомни, если с леди Эвелин что-нибудь случится…

В этот момент Каллеман бросил взгляд в окно, замер, а потом побледнел и кинулся к выходу.

— Эрик! Что происходит? — Крикнул Рольф ему вслед, но Каллеман даже не ответил.

Он стремительно выскочил из кабинета, и дверь громко захлопнулась за его спиной.

— Кажется, снова что-то случилось.

Я посмотрела на мужа. А тот прищурился, бросив взгляд в распахнутое окно, и усмехнулся.

— И я даже знаю, что, — ответил он, подводя меня к проему.

Я выглянула и понимающе улыбнулась. По двору к дому шла белокурая девушка в изящном дорожном костюме, а ей навстречу бежал Каллеман. Точнее, он почти летел, как никогда напоминая хищную птицу.

— Эви!

Мать-Заступница, вот уж не думала, что в одном коротком имени может уместиться столько эмоций…

Глава магполиции схватил жену в охапку и прижал к себе.

— Эви, что ты творишь? — Донесся до нас его взволнованный голос. — Я чуть с ума не сошел! Почему ты не отвечала на вызовы? Рес! Я с тобой поседею. Маленькая, ну почему ты снова сбежала от охраны?

— Эрик, между прочим, это я с тобой поседею! — Послышалось в ответ. — Вот куда ты пропал? Разве так сложно активировать перстень и сказать хоть пару слов? Я же волнуюсь. Каждый раз, когда ты уезжаешь на очередное задание, я места себе не нахожу. А тут вообще исчез. И наши все молчат. И охрана.

— Эви, любимая, прости. Я не знал, что так выйдет, тут не было связи.

Каллеман оправдывается? Даже не предполагала, что он на такое способен.

Что ответила его жена, я не расслышала, а вскоре мы с супругом и вовсе отошли от окна, чтобы не подсматривать за страстно целующейся парой.

— Рольф, а ведь это настоящее чудо, — тихо сказала мужу. — Встретить свою любовь. Не пройти мимо. Не разминуться. Поверить.

— Знаешь, Софи, я иногда с ужасом думаю о том, что было бы, если бы в тот первый день ты испугалась и ушла.

В глазах мужа мелькнули алые искры, выдающие волнение.

— Ну, ты не проиграл бы пари, — усмехнулась в ответ. — Эх, знала бы, поставила бы на кон что-нибудь более существенное.

— И что же?

Ответить на этот вопрос я не успела.

— Рольф, леди София, вы не против, если к нам присоединится моя жена? — Спросил вошедший Каллеман и ввел в кабинет немного смущенную девушку.

Ее щеки нежно алели, а губы казались припухшими.

— Надеюсь, я не помешаю? — Спросила она и улыбнулась так, что ее зеленые глаза отразили и эту улыбку, и сияние ламп, и тепло весеннего дня. — Леди Стейн, рада с вами познакомиться. Эрик тепло о вас отзывался и говорил, что лорду Стейну очень повезло, — сказала гостья.

— Леди Каллеман, я тоже рада знакомству.

Я улыбнулась в ответ, потому что по-другому просто не получилось бы. Эвелин располагала к себе. И, несмотря на то, что она была очень молода, в ней чувствовались сила и мудрость, которые приобретаются только с годами. Или с опытом.

— Что ж, давайте присядем, — предложил Рольф и велел застывшему у двери дворецкому: — Хубер, чай.

А когда слуги принесли чашки и я разлила чай, Каллеман смог, наконец, рассказать нам подробности того, как вышел на Форца.

— Мне это дело сразу не понравилось, — сделав глоток, сказал глава магполиции. — Ни одной зацепки, все ниточки обрываются, и вроде как происшествия друг с другом не связаны. Поначалу я даже решил, что у нас два преступника, действующих независимо друг от друга. Самые подходящие кандидаты были, разумеется, Харлоу. Два года назад Эндрю связался с одной певичкой и промотал на нее почти все свое состояние, и теперь его мануфактура на грани разорения и вот-вот уйдет с молотка. Леди Джейн тоже успела наделать долгов. Мелких, но они накопились в приличную сумму, и требуют немедленного погашения. После того взрыва я тщательно проверил обоих, правда, ничего не нашел. Поэтому приставил наблюдение, в надежде, что эта парочка чем-то себя выдаст. И на приеме за ними следили. Так что каллига — точно не их рук дело. Но тогда возникает вопрос — чьих?

Каллеман достал портсигар и посмотрел на меня, молча спрашивая разрешения. Я кивнула, и он закурил.

— Рольф, будешь?

Глава магполиции протянул открытый портсигар моему мужу, и тот взял сигарету.

— Так вот, — продолжил Каллеман. — Когда всплыл след эри, версия с Харлоу отпала сама собой. Но возникла другая. Я вспомнил слухи о твоих предках, Рольф.

Каллеман посмотрел на моего мужа и прищурился.

— И все-таки удивительно, что вы нашли друг друга, — усмехнулся он, поочередно глядя на нас с мужем. — Не иначе, родственная сила помогла.

— Эрик, не уходи в сторону. Как ты вышел на Форца?

— След привел нас в Эгерт. А вот дальше — тупик. Мои люди проверили в графстве каждый куст и каждый камень, но, как мы ни искали, ничего не нашли. А потом я попал в Рендолл и понял, что убийца должен быть где-то поблизости.

Каллеман затянулся и посмотрел на Рольфа сквозь струйку дыма.

— И я стал присматриваться к разношерстной компании твоих гостей, — продолжил глава магполиции. — Каждый из них имел свой мотив и мог оказаться тем, кого мы ищем. Амалии нужен был ты, и она с легкостью пошла бы на убийство твоей жены, чтобы занять ее место. Сомерсет мог желать почти того же, только в отношении Софии. Кстати, они оба были на приеме. Мотивы Харлоу я уже объяснил. Даже у Софии были причины желать твоей смерти, Стейн. И лишь один человек не вписывался в эту картину. Майор Форц. Добродушный весельчак-сосед, попавший в Рендолл совершенно случайно. Вот только я не привык доверять случайностям.

— О да, Эрик, мы все знаем, какой ты недоверчивый, — усмехнулась Эви, с любовью глядя на супруга, а тот накрыл руку жены своей и замолчал.

И мне захотелось тихонько встать и увести мужа, чтобы не мешать этим двоим. Правда, Рольф был начисто лишен сентиментальности, поэтому беззастенчиво прервал затянувшуюся паузу.

— И что дальше? — Спросил он.

— Дальше?

Каллеман смял в пепельнице сигарету.

— Я стал общаться с майором. И выяснил, что его семья живет здесь почти столько же, сколько и Стейны. А еще я узнал, что майор очень любит карты. А где азартные игры, там всегда долги. Ну и прибавьте сюда то, что майор страстно мечтал найти легендарный Грот.

— Подождите, — вмешалась я. — Но ведь Форц говорил, что это было давно, когда они с лордом Стейном были детьми.

— Да нет, леди София. Не только. Знаете, чем занимался Форц на острове? Каждое утро он отправлялся на поиски этого самого грота. Как и Харлоу.

— Эндрю? — Удивленно переспросил Рольф и тут же понимающе хмыкнул. — Так вот почему он так рассердился, когда я сказал, что собираюсь снести конюшню.

— Да. Они с майором действовали каждый сам по себе, но цель у них была одна, — подтвердил Каллеман. — И во время моего небольшого эксперимента в столовой они себя выдали.

— Да, Эндрю тогда знатно вышел из себя, — хмыкнул Рольф. — Но ведь майор…

— А майор оказался очень предусмотрительным. Почувствовав непреодолимое желание высказаться, он быстро понял, что к чему, и запихнул в рот оливку.

— А мы решили, что он подавился и вот-вот задохнется! Но ведь он и правда едва не задохнулся.

Я посмотрела на Каллемана.

— Неужели не боялся умереть?

— О нет, майор все рассчитал, — ответил Каллеман. — И то, что полицейские умеют оказывать первую помощь даже без магии, и то, что рядом есть доктор. Он был уверен, что его спасут.

— И сумел не выдать себя, — задумчиво произнес мой муж.

— Да. Но кое-что он все же сказал, — кивнул Каллеман. — О гроте и подземном ходе к нему. Правда, никто этого не понял, но мне хватило и нескольких звуков. А потом я увидел в павильоне портрет твоего прадеда, Рольф, и все встало на свои места.

— А при чем тут лорд Бенедикт?

Мой муж нахмурился, с недоумением глядя на главу магполиции.

— А ты присмотрись на досуге, — ответил тот. — Одно лицо с Форцем, если бы тот весил на пятьдесят бьорнов меньше.

— Выходит, линия бастардов? — Задумчиво протянул Рольф. — Что ж, это многое объясняет. И родовую силу, и наличие духовика.

— И еще многие таланты, которыми обладает Форц. Например, врожденная защита. Или фамильяр, способный исчезать и появляться в любом месте абсолютно незамеченным ни одной магической системой. Именно он подсыпал яд в бокал на приеме.

— Так значит, я тогда не ошибся, — негромко произнес муж и потер лоб.

— О чем ты?

— Мне показалось, что я видел Форца на приеме, но ведь его там просто не могло быть. И я решил, что обознался.

Рольф замолчал, а потом посмотрел на Каллемана.

— Но я все равно не понимаю, зачем ему было убивать Софи? Вот если бы меня, тогда все ясно — Харлоу получили бы доступ в Рендолл, а их легко можно обвести вокруг пальца и продолжить поиски. Но Софи… Зачем, Эрик? Что-то тут не сходится.

— Я пока не знаю. Но когда наши Чтецы покопаются у Форца в мозгах, мы все выясним.

— Кажется, я знаю ответ.

Я посмотрела на мужчин.

— Софи?

Рольф взглянул на меня, и в его глазах мелькнуло напряжение.

— Редвик. Духовик Форца. Он просто перепутал бокалы.

— С чего ты решила?

— Когда мы были в той пещере, Форц ругал своего духовика и сказал любопытную фразу, что тот столько лет живет на свете, а до сих пор путает правую и левую руку.

— Вот так и бывает, что одна глупая мелочь может пустить под откос целый хитроумный план,— хмыкнул Каллеман. — А мы уперлись в то, что леди София левша, и убить собирались именно ее. А выходит, эта оплошность спасла тебе жизнь, Стейн. Ведь ты получил лишь откат того, что чувствовала София. Кстати, именно на том приеме ты себя и выдал.

— О чем ты?

— Я почувствовал твою силу во время впечатляющего танца твоей жены и Харлоу. А потом — позже, когда бокал вырвался из твоих рук и разбился. И я заинтересовался, откуда у инвалида с разрывом арки взялось столько магии?

— И что ты будешь делать с этим знанием?

Рольф говорил спокойно, но я чувствовала появившееся в комнате напряжение.

— Ну, думаю, чертеж летательного аппарата, который, как мне известно, уже закончен, мог бы обеспечить мое молчание, — невозмутимо произнес Каллеман.

— Эрик! Ну что ты такое говоришь? — Возмутилась Эви и посмотрела на нас с Рольфом. — Не слушайте вы его. Ничего вам не грозит. Эрик никогда в жизни не выдаст подобную тайну. И я тоже, — поспешно добавила она и, повернувшись к мужу, потребовала: — Эрик, поклянись!

— Ну что тут будешь делать? — Притворно вздохнул Каллеман. — В кои-то веки решил оправдать звание продажного полицейского, так и тут родная жена вмешалась. Ладно, клянусь.

Он начертал в воздухе знак магической клятвы и произнес ее вслух, а Эви торопливо повторила его слова.

— Но чертеж все равно отдашь, — непреклонно заявил Каллеман, посмотрев на Рольфа с усмешкой.

— Вымогатель, — хмыкнул мой муж. — Я и так собирался его тебе отдать.

— Я вот только одно не пойму, а как он понял, что леди София может найти грот? — Спросила Эвелин.

— На приеме Форц выяснил, что леди София тоже обладает силой эри. А тут, в замке, за миледи следил Редвик, — ответил Каллеман. — Думаю, именно он натолкнул своего хозяина на мысль, что леди София способна привести его к гроту.

— Поэтому он все время со мной сталкивался в самых неподходящих местах, — согласилась я.

— А убитые девушки? — Спросил Рольф.

— Когда мои люди обыскали комнату Форца, они нашли вот это.

Каллеман достал из кармана свернутую вчетверо бумагу и протянул ее моему мужу.

— Найти Грот — всего лишь полдела, — развернув листок, прочитал тот. — Несметные сокровища хранятся в его недрах, но достанутся они только тому, кто сумеет открыть Разлом. Жертва истончает защиту, и чем их будет больше, тем скорее удастся открыть запечатанное. С каждой новой жертвой вероятность открытия подземного хода, ведущего к Разлому, увеличивается. Если верить старым записям, то оптимальное число — семь. Семь жертв, полный круг.

Рольф поднял глаза, и я невольно подалась вперед. Сердце тревожно сжалось.

— Это написано рукой Форца. Эрик, я убью мерзавца.

Рольф говорил ровно, даже бесстрастно, но в его глазах бушевало пламя, а еще в них плескалась боль.

— Рольф.

Я сжала ладонь мужа, пытаясь оттянуть часть этой боли на себя, и едва не захлебнулась от отчаяния, хлынувшего на меня бурным потоком. Правда, уже спустя секунду муж закрылся и отсек эмоции.

— Я не стал глубоко копаться в мозгах Форца, — негромко сказал Каллеман. — Но та старая история со взрывом и гибелью твоей семьи оказалась на поверхности, и я ее увидел. Форц тогда не смог найти вход в Грот и надолго затаился. И только недавно рискнул повторить попытку.

— Я думал, это отец виноват в произошедшем. Винил его в смерти мамы и сестры, — тихо произнес мой муж, и его голос прозвучал тускло и безжизненно. — А получается, какой-то ублюдок просто решил обогатиться. И эти девушки… Проклятье! Иветте было всего семнадцать. Форц знал ее с самого детства, он бывал в доме ее родителей, утешал их после смерти дочери.

На щеках Рольфа заиграли желваки.

— Эрик, надеюсь, закон об отмене смертной казни еще не приняли?

— Нет, он застрял в парламенте.

— Вот и отлично.

По губам мужа скользнула хищная улыбка.

— Уверяю тебя, Форца ждет гильотина. Он от нее не отвертится, — жестко произнес Каллеман.

— Надеюсь, Эрик, — кивнул Рольф. — Иначе я…

— Молодые люди, если позволите, я хотел бы внести свою лепту в расследование, — раздался от двери скрипучий голос, и в кабинет вошел архимаг Коул. — Вот недостающая деталь, лорд Каллеман.

Гоблин прошел к столу и положил на него небольшой медяк.

— Что это? — Уточнил глава магполиции.

— А это, молодой человек, тот артефакт, который позволял майору беспрепятственно проникать в любой уголок Рендолла и не оставлять следов. Старая лемма, или артефакт эри.

— Занятная вещица, — проведя рукой над медяком, сказал Каллеман. — Такие делали пятьсот лет назад. Да, тут и дата есть, и клеймо мастера. Что ж, отдам своим умельцам, пусть разбираются.

— Да, вещица интересная. Пусть обратят внимание на плетения защиты. Филигранная работа, — сказал Коул и добавил: — Ну, раз мы все выяснили, то я пойду. Рад был повидаться, Рольфи. Береги жену.

Морщинистое лицо скривилось в смешной улыбке.

— Обязательно, — ответил Рольф. — И спасибо за помощь, учитель.

— Это да, это да, — покивал гоблин и посмотрел на нас с Эвелин. — Леди.

Коул галантно поклонился нам с Эвелин, и, не дожидаясь ответных прощальных слов, бодро потрусил к выходу.

— Что ж, нам тоже пора.

Каллеман поднялся и подал руку жене.

— Вы в Бреголь?

— Нет, мы домой, — ответила Эви, и по взгляду Каллемана я поняла, что он и не думает возражать. — Приятно было познакомиться, леди Стейн.

Леди Каллеман тепло мне улыбнулась, а ее муж склонил голову.

— Стейн, я буду держать тебя в курсе расследования. И жду от тебя чертеж, — напомнил он, открывая портал.

— Принесу, — пообещал Рольф, а когда чета Каллеманов исчезла в мерцающем мареве, посмотрел на меня и спросил, без слов понимая мою просьбу: — В Бреголь?

Я только кивнула. Стоило только представить, что я снова увижу детей, как горло перехватило от волнения. Мать-Заступница, только бы с малышами Калль все было в порядке!

— Идем, — открывая портал из замка, в который вернулась магия, сказал муж, и мы с ним одновременно шагнули в сияющую дымку.