Глава 13

В кабинет Фултона я заходила с опаской. Но класс встретил пустотой. Магистр отправился к потрепанному шкафу в дальнем углу и начал греметь ключами. Дверца отворилась с жутким скрипом, подходящим больше для старого склепа, чем для вместилища книг и прочих академических принадлежностей. Оттуда преподаватель извлек толстую кожаную папку и повернулся ко мне.

Затем он мрачно пояснил:

– Я не успел выслать свои научные разработки одному коллеге. Сегодня последний день, а ректор Норс назначил совещание. Мне никак не успеть. Поэтому я хочу поручить тебе важное задание. После занятий нужно будет отправиться в город и отвезти документы моему приятелю.

Я подозрительно оглядела папку и спросила:

– А… Почему с этим может справиться только непугливый и смекалистый?

Поколебавшись, магистр признался:

– Мой приятель… Довольно своеобразный тип, из некромантов старой закалки.

Я скользнула взглядом по взлохмаченным седым вихрам Фултона и неизменной книге под мышкой. Еще более странный тип?!

Тот, как ни в чем не бывало, продолжал:

– Дом у него тоже… Своеобразный. Я бы отправил Фейна или кого-то из старшекурсников. Но все толковые ребята с головой заняты в команде по магболу. У них всю неделю дополнительные тренировки. Ты же знаешь, что скоро им предстоит защищать честь нашей академии. Впереди матч со «Свирепыми гарпиями» из Академии права. Поэтому мне придется положиться на тебя. Надеюсь, ты отнесешься к этому заданию ответственно. И проявишь себя не хуже, чем вчера на практике.

Наверное, все мое отношение к происходящему было написано на лице. Потому что Фултон вдруг поскучнел и протянул:

– Но, конечно, я не имею права тебя заставлять…

Я тут же схватила папку из его рук и торопливо произнесла:

– Разумеется, я помогу вам, магистр Фултон. Куда нужно ехать?

Он просиял и схватил бумажку. Через несколько минут я вышла из класса вместе с драгоценной папкой и листочком, на котором был написан адрес. А еще – пояснения, как дойти от станции подземки до нужной улицы.

– Проследи, чтобы он положил документы в коричневый сейф, – напоследок сказал магистр. – Не уходи, пока они там не окажутся. А то мой друг забывчив и потеряет их.

Пришлось пообещать и это.

   Задание не вызывало у меня энтузиазма. Но это еще одна возможность хорошо проявить себя перед вредным магистром. Он будет пить нашу кровь до третьего курса. Так что быть на хорошем счету у Фултона очень полезно. Часть репутации мне сделал Адам. И теперь, пока парень готовится «защищать честь академии», придется поработать уже самой.

К счастью, задание простое – всего лишь передать бумажки. А то, что коллега немножко странный… Может, это он для Фултона странный, а для меня – нормальный человек?

Именно так я себя утешала, пока шли занятия.

Когда я вернулась в комнату, Аделин была еще в лабораториях. А, возможно, ушла искать Кукуху на кладбище и раскладывать для нее еду на улице. Поэтому я черкнула записку подруге. А затем оделась, подхватила сумку с документами и направилась к выходу.

Сегодня было холоднее, чем в выходные. И я невольно задумалась о том, как там Адам? Говорят, он великолепно играет в магбол, а я никогда не интересовалась этим видом спорта. Но, похоже, скоро начну. Вот и матч со «Свирепыми гарпиями» хочется посмотреть. Узнать, так ли хорош старшекурсник в игре. Интуиция подсказывала – Фейн из тех, кто делает хорошо все, за что берется.

Поезд пришлось ждать дольше обычного, и я вся извелась на платформе подземки. Ответственность заставляла прижимать к себе сумку и внимательно смотреть под ноги. Я забилась в уголок скамейки вместе со своей драгоценной ношей и прислонилась лбом к холодному стеклу. Когда темнота за окном прерывалась и поезд выпрыгивал из тоннеля, я любовалась видами заснеженного города.

Станция называлась «Солнечная Аллея», но выглядела на удивление мрачно. Темно-серый мрамор облицовки, тусклые лампы под потолком. Людей здесь тоже было немного. Несколько мужчин, затянутые в пальто темных оттенков, старушка с крючковатым носом в грязно-желтой шубке. За ней семенил мальчишка лет пяти в ветхой курточке.

Тем сильнее я удивилась, когда на улице меня и правда встретило ослепительное солнце. В нескольких шагах от круглого здания подземки начиналась прямая аллея, вдоль которой с двух сторон возвышались каштаны. Утоптанная тропка приглашала прогуляться, а лавочки – присесть. Но пришлось ограничиться первым.

В этом районе я никогда не была, поэтому сверялась с бумажкой, на которой Фултон подробно описал путь к дому своего коллеги. Дошла до конца аллеи, обогнула палатку, в которой торговали газетами, и перешла дорогу. После второго дома из зеленоватого кирпича я свернула направо.

Позеленевшая медная табличка сообщила, что я попала на улицу Примирения. Не знаю, кому пришло в голову назвать ее так. Место разительно отличалось от Солнечной аллеи. Серые невзрачные дома. Вроде бы аккуратные, не бедные, но при этом на удивление мрачные. И пустота… Ни единого человека.

Улица вызывала желание красться вдоль стен. Но я себе пересилила и расправила плечи. Фраза про "непугливых и смекалистых" с каждым шагом напрягала все больше.

Нужный дом оказался самым уютным. Дверь покрыта светлым лаком, ручки позолочены, в окнах первого этажа яркие занавески. Стоило мне ударить в молоточек на двери, как изнутри донесся слитный детский крик. «Странный тип» и орущие младенцы совершенно не сочетались в моей голове, и я на всякий случай глянула на табличку с номером дома. Но цифра была правильной. Правда, она все равно вызывала какое-то смутное беспокойство.

Когда дверь распахнулась и на пороге появилась дородная женщина в цветастом платье и с младенцем на руках, сомнения обуяли меня с новой силой. Но я выпрямилась и четко произнесла:

– Добрый день. У меня послание для господина Федельберта Аркинсона.

Тетка сунула ребенку погремушку и любезно сказала:

– Не сюда тебе, милочка. Аркинсон в доме напротив живет.

– Это двадцатый дом? – спросила я.

– Нет, двадцать первый, – посветила меня хозяйка. – Должно быть, парни соседские, шалопаи, снова поменяли местами таблички. Надеюсь, молочник ничего не перепутает и привезет мне верный заказ…

Я поблагодарила и хотела уйти. Но тут тетка спросила:

– А ты точно к Аркинсону собралась? Может, это… Подумаешь еще?

– А что? – криво улыбнулась я, разглядывая дом напротив.

Тот куда больше походил на жилище странного некроманта. Серый, с темными окнами, подозрительными пятнами на ступеньках и сажей перед крыльцом.

– Да старик-то из ума выжил маленько, – доверительно сообщила она, перехватывая погремушку, которой карапуз попытался засветить ей в лоб. – Ну и это… Одежда на тебе хлипкая.

Из дома заорал второй младенец, и тетка со мной поспешно распрощалась. Приветливая дверь захлопнулась, и я осталась стоять на крыльце, хлопая глазами.

Одежда хлипкая? Я оглядела свое аккуратное пальто с меховым капюшоном, теплую юбку и ботинки. Интересно, в чем обычно являются к ее соседу? В рыцарских латах или защитном костюме?

Продолжая размышлять об этом, я пересекла улицу и поднялась на мрачное крыльцо. А затем решительно постучала.

Открывали очень долго. Я почти успела смириться с тем, что вернусь несолоно хлебавши. Наконец, за дверью раздался какой-то грохот, и она распахнулась.

Господин Аркинсон и правда был стар. Низенький, скрюченный и седой как лунь мужчина окинул меня сердитым взглядом. Я хотела представиться, но мне не дали сказать и слова.

– Статья еще не готова, – рявкнул он и захлопнул дверь.

Похоже, в ней была какая-то магия для отпугивания неугодных визитеров, потому что поток силы снес меня с ног. Я слетела с крыльца и приземлилась в снег, чудом не пересчитав ребрами ступеньки.

Ладони саднило, как и колено, которым я приложилась о землю. Сумка упала рядом. Я схватила ее и начала отряхивать от снега, невзирая на боль в руках.

И как теперь мне попасть в этот дом? Нужно сказать господину Аркинсону, что я и принесла тот самый материал, который нужен ему для статьи!

В этот момент за моей спиной раздался озадаченный голос:

– Иви? Это ты?

Я повернулась и обнаружила, что за моей спиной стоит госпожа Алисия Фейн. Сегодня прабабушку Адама сопровождал дворецкий. На старушке была та же одежда, что и в день нашей первой встречи. Она держалась за локоть мужчины и удивленно разглядывала меня.

Я пробормотала приветствие и поспешно встала. Дворецкий помог мне отряхнуть пальто. А госпожа Алисия спросила:

– Что ты здесь делаешь?

Она так приветливо улыбалась, что я и сама не заметила, как вывалила ей все причины, которые заставили меня оказаться здесь.

После того как я замолчала, старушка улыбнулась еще шире.

– Аркинсон, говоришь? Что ж, кажется, сегодня я могу помочь тебе, дорогая.

С этими словами она направилась к крыльцу.