Глава 7

Фейн заговорщицки шептался с каким-то рыжим парнем. Стоило мне появиться на тропе, как тот метнул на меня короткий взгляд. Я тут же узнала его. Да это же Андреас Ронтол! Он учился на факультете артефакторики и приторговывал из-под полы различными артефактами. Самыми популярными были те, что позволяли задерживаться в лабораториях по ночам – так называемый “ключ от всех дверей”.

Правда, не все его ключи хорошо работали… Интересно, какие у него дела с Адамом?

Но мне не удалось ничего не услышать. В тот момент, когда я приблизилась, парни уже закончили разговор. Андреас развернулся и прошел мимо меня, стрельнув любопытным взглядом. Я остановилась перед Фейном и проводила взглядом артефактора.

Когда тот скрылся в перелеске, я подозрительно спросила:

– Какие у тебя дела с этим ушлым типом?

– Он сын министра транспорта, – сухо напомнил Адам. – И он делает артефакты.

– Говорят, Молли Стафшер с нашего курса делает лучше, – сообщила я. – И она не такая противная. Ты разве не слышал про нее?

– Девчонка… – скривился он. – Идем, пока сюда еще кто-нибудь не заявился.

С этими словами он прошел через ворота. Метка на моем запястье вспыхнула, и я шагнула следом.

На учебном кладбище мне уже доводилось бывать с группой. Сразу было видно, что здесь хозяйничал некромант старой закалки. Порядок всюду царил идеальный. Ровные ряды низких квадратных сугробов, белеющие вдали склепы. Дорожки явно расчистили после снегопада, а не протоптали второкурсники на ночном практикуме.

За воротами нас ждал столб с указателями. В ночи таблички светились, но сейчас их можно было прочесть и так. На практикумах у меня еще не было возможности как следует разглядеть его. Приходилось торопиться, чтобы не отстать от своей группы и Фултона. К тому моментку, когда меня перевели на факультет некромантии, все уже выучили дорогу. Поэтому на занятиях я старалась держаться остальных, а не смотреть по сторонам.

Так что теперь я с интересом читала надписи. Мы пока ходили только по одной тропинке, обозначенной «Призраки 1 курс». Остальные пока выглядели пугающе: «Гули, 2 курс», «Склеп Мосвотов», «Неупокоенные, 3 курс», «Набор костей, 4 курс, НЕ ВЫНОСИТЬ», «Склеп Колуров», «Лич, 5 курс НЕ КОРМИТЬ!», «Банши, 5 курс НАУШНИКИ!».

В самом низу едва виднелась табличка «Склеп Лавизов, ЗАКРЫТО». Именно про него меня расспрашивала Руби Бонфаер, когда я ходила к ней за морковкой. Я еще раз оглядела табличку и задумчиво произнесла:

– И что такого в этом склепе Лавизов? Там живет всего лишь пара привидений, разве нет?

Адам озадаченно посмотрел на меня и поморщился:

– Ой, это давняя история. Там один из призраков – старушка, большая поборница чистоты. А декан бытового факультета из-за какого-то старого личного конфликта отказалась выделять Кросману студентов для уборки.

Теперь на него озадаченно смотрела уже я.

– И что? Он же декан! Мог бы каких-нибудь провинившихся некромантов припахать.

В конце концов, он даже первого выпускника курса припахал мне помогать!

– Некромантов с тряпками из склепа Лавизов выкидывает, – пояснил Адам и нахмурился. – Так что призрак бесчинствует, и склеп пришлось закрыть. Я уже на днях объяснял это одному парню из сборной академии.

Тут я заметила, что как-то незаметно мы двинулись по дорожке в сторону того самого склепа. Я остановилась и спросила:

– Разве нам не нужно было свернуть по указателю туда, где написано “Призраки, первый курс”?

Парень загадочно ответил:

– Нет, магистр Фултон будет ждать от вас нечто другое.

В это охотно верилось – некромантию с первого по третий курс вел довольно эксцентричный тип. Он и был основной причиной моих проблем. Девушка с водной магией на факультете категорически не устраивала магистра Бенджамина Фултона. Даже если она принадлежит к известному роду.

С тяжелым вздохом я спросила:

– И что же ему будет нужно? И почему мы готовимся к этому сегодня?

– Потому что в другие дни мне будет некогда, – пояснил Фейн. – Скоро товарищеский матч со “Свирепыми гарпиями”. Увеличили количество тренировок.

– Ты поэтому связался с Андреасом? Будем заниматься в лаборатории по ночам?

– И это тоже, – уклончиво произнес парень. – Призраки призраками, но в конце зачета вас ждет сюрприз. И мы сделаем так, что ты его сдашь. Но для этого придется немного порепетировать…

– Может, все-таки потренироваться?

Но он усмехнулся:

– Нет.

Тут мы дошли до каменного склепа, и Адам приказал:

– Жди здесь. Сейчас все приготовлю, потом объясню, что ты будешь делать.

Он отправился в ту сторону, где виднелось знакомое дерево. Учебная зона, где обитали призраки, начиналась от подсохшей осины.

Я нехотя кивнула и пожала плечами. Правда, старшекурсник на меня уже не смотрел, уверенный, что я выполню его указания. Это немного раздражало. Но деваться было некуда. Иначе зачет у Фултона мне не сдать. Я успела расспросить однокурсников и понять, что старик и правда любил устраивать какое-то судьбоносное испытание с сюрпризом.

Пока Фейн крутился под осиной и что-то там вымерял, я начала ходить вдоль дорожки, стараясь не разглядывать закрытый склеп. На дверях белого здания с бронзовой именной табличкой красовалась дощечка с надписью “Закрыто”.

Это занятие мне быстро надоело. Тогда я присела и сгребла снег с ближайшего холмика. Почему-то больше всего хотелось залепить снежком в затылок Фейна. Но я понимала, что не докину. Да и парень вел себя настолько нетипично для представителей этого рода, что я не стала ничего портить.

Только добавила чуток водной магии, чтобы снег лучше лепился, и начала катать его по каменной плите. Под это занятие хорошо думалось о собственных проблемах. Кроме зачета, на мне все еще висела испорченная книга. Пока я даже приблизительно не представляла, где взять замену. Ну хоть крольчиха поймана и водворена в клетку.

Снег на камне быстро кончился, и пришлось перейти поближе к склепу. А там я и сама не заметила, как, под мрачные размышления, маленький шарик превратился в большой снежный ком.

Я оставила его возле входа в склеп Лавизов и отошла в сторонку, чтобы полюбоваться своей работой. Точнее, ощутить ее бессмысленность. Лепить снеговика дальше не было никакого желания. Мрачные настроения иссякли, теперь хотелось в тепло.

Тут снег захрустел, и рядом со мной появился Адам. Когда парень водрузил на снежный ком два шара поменьше, один за другим, у меня глаза на лоб полезли. Высокомерный Фейн снизошел до лепки снеговика в компании бесталанной первокурсницы? Ущипните меня!

Наверное, это было написано у меня на лице, потому что Адам невозмутимо спросил:

– Что?

– Зачем ты это делаешь, Адам? – искренне спросила я.

– Делаю что? – поднял бровь он. – Ты первая начала, я только помог. И кое-чего не хватает, погоди.

Когда он притащил откуда-то ведро и надел его снеговику вместо шляпы, слова у меня закончились. Адам повернулся ко мне и теперь стоял совсем рядом. Пришлось вскинуть голову, чтобы заглянуть в черные глаза парня. По его лицу ничего было нельзя понять. Он подался вперед, а я отпрянула. Но сбежать мне не дали.

Парень сжал мой локоть и потянул меня прочь от склепа. Я пробормотала на ходу:

– К твоей помощи есть вопросы.

Но Адам и не думал на них отвечать. Возле осины парень выпустил меня и начал:

– Вот смотри. Здесь заканчивается территория, на которой вы обычно практикуетесь. И здесь Фултон будет стоять и наблюдать за вами.

Я кивнула. У магистра и правда была привычка стоять, привалившись к осине, и взирать на потуги студентов прогнать или упокоить призраков. Адам потянул меня дальше. По ровному проходу мы прошли почти  до конца сектора. Там парень указал на куцый ореховый куст:

– Вот сюда побегут призраки. И за этим несчастным кустом вас будет ждать какой-нибудь неприятный сюрприз от магистра.

– И какой же? – мрачно спросила я.

Парень развел руками:

– Понятия не имею. Он каждый раз придумывает что-то новенькое. Помню, в прошлом году первокурсники налетели на стаю гулей. Те были прикованы к земле заклинанием, но все успели перепугаться. Нам попался настоящий лич, и я получил высший бал за то, что попробовал атаковать его, а не обратился в бегство.

– И чем мне поможет это сакральное знание? – скептически произнесла я. – Я и тех существ, что проходят на нашем курсе, не всегда могу отогнать.

– А тебе и не нужно будет, – усмехнулся Адам, вкладывая в мою ладонь небольшой камушек на цепочке. – Твоя задача – оказаться в нужном месте и вовремя вызвать меня.

Я ощутила в предмете магию и подозрительно спросила:

– Это что?

– Артефакт. Второй у меня, – он вскинул руку, в которой был зажат такой же камень. – После этого ты изобразишь какое-нибудь масштабное водное заклинание. А под его прикрытием я прогоню тех, кого вам приготовит на зачете Фултон.

Какое-то время я переваривала эту мысль, а затем скептически произнесла:

– Думаешь обмануть его? Это рискованно. Если Фултон заметит твою магию…

– Не заметит, – перебил меня Адам. – Я все прикинул и посчитал. Здесь есть несколько точек, откуда ему тебя почти не видно. Тебе нужно их запомнить и позвать, когда окажешься на месте.

Он выглядел необычайно серьезным, и в черных глазах не было ни капли насмешки. Поэтому я неохотно произнесла:

– Ну… допустим, я попытаюсь. Но как ты сам пройдешь сюда мимо Фултона?

Адам махнул рукой в сторону ограды:

– Тут дыра в заборе неподалеку. Буду ждать там. Ты только артефактом вовремя воспользуйся, а я не подведу.

Я с сомнением посмотрела на него, но спорить не стала.

Еще час мы ходили по кладбищу. Я старательно запоминала, где и как надо встать, чтобы исполнить задуманное. Фейн дотошно пояснил, как стоять и куда смотреть. Потом пришлось репетировать заклинание повнушительнее, чтобы прикрыть магию Фейна. Ради этого мы скрылись в перелеске.

Там парень меня и оставил – репетировать дальше. Идея мне не нравилась, но другого способа сдать этот судьбоносный зачет у придирчивого преподавателя не было.

В комнату я приползла ближе к ночи. Первое, что я увидела, когда перешагнула порог – обтянутый сорочкой зад своей подруги. Аделин заглядывала под кровать и чем-то там шуршала. Я заперла дверь и спросила:

– Что такое?

Она выползла из-под кровати и сложила руки на коленях. А затем обреченно произнесла:

– Кажется, Кукуха заболела.

– Заболела? С чего бы? – удивилась я.

– Наверное, съела что-то не то, пока бегала на свободе, – вздохнула подруга. – Ума не приложу, что делать.

Я неуверенно предположила:

– Может, к утру ей полегчает?

Аделин с сомнением ответила:

– Будем надеяться. Я дала ей укропную настойку. Обычно это помогает. Подождем до утра.

Уснуть в тишине, без топота кроличьих лап, оказалось не так просто. Я долго ворочалась, но после полуночи усталость взяла свое.

Проснулась я от всхлипываний Аделин. Я тут же распахнула глаза. Девушка сидела на своей постели и баюкала на руках Кукуху. Крольчиха лежала у нее на коленях, серая шерсть потускнела, глаза были прикрыты, бока тяжело вздымались. Я вскочила с постели и бросилась к ней.

– Что случилось?

– Не помогло, – всхлипнула подруга.

– Нужно ехать к зоомагу в городе, – решительно сказала я. – Или обратиться к нашим.

– К нашим коновалам?! – возмутилась Аделин. – Нет уж. Если бы мы могли где-нибудь взять укрепляющее зелье… В прошлый раз после укропной настойки я дала укрепляющее снадобье для кроликов, и она выздоровела.

И тут у меня появилась идея.