Глава 8

– Говорят, Эда Амбер с факультета ботаники делает зелья на все случаи жизни, – сказала я. – Может быть, у нее и для кроликов что-то есть?

На лице Аделин появились сомнения. Но я не теряла времени и натянула форму раньше, чем она успела их высказать.

– Постараюсь принести лекарство! – бросила я и вылетела из комнаты.

Эда жила этажом выше, в одноместной комнате. Я нашла нужную дверь и решительно постучала. Открыли довольно быстро. За порогом стояла высокая, худощавая девушка с длинными волосами. Пряди были окрашены во все цвета радуги.

Старшекурсница оглядела мою форму и произнесла:

– Честное слово, некромант не нужен. Нам не настолько плохо.

Такое приветствие меня немного озадачило. Но, помня о своей миссии, я спросила:

– Ты Эда Амбер?

– Вообще, сейчас я даже в этом не уверена, – пробормотала она.

Затем девушка кивнула, приглашая войти. Я быстро огляделась. В комнате царил полный хаос. Похоже, ночью здесь произошло что-то грандиозное… Как будто тут тоже ловили беглого кролика, только в замкнутом пространстве. Здоровье Кукухи в тот момент волновало меня больше, поэтому я  не стала ничего спрашивать.

Но Эда пояснила:

– Сложное зелье вчера варила. Ты что хотела-то?

Выдавать тайну Аделин не хотелось. Но по дороге я так и не смогла придумать достойное оправдание своей просьбе. И решила признаваться честно, как целителю.  Внимательно посмотрела на девушку и выдала:

– У нас крольчиха заболела.

Эда уточнила:

– Крольчиха – это не кличка? Тогда тебе не к зельевару нужно, а к зоомагу.

– Это да, – кивнула я.

И, поколебавшись, продолжила:

– Но в общежитии запрещено держать животных. Если узнают, у нас с соседкой будут неприятности. Может, какое-нибудь исцеляющее зелье?

Теперь я смотрела на нее с затаенной надеждой. Но в этот момент дверь ванной скрипнула и отворилась. Меньше всего я ожидала, что оттуда выйдет парень. Высокий темноволосый и мускулистый незнакомец обескураженно замер. Последний факт я разглядела потому, что из одежды на нем было только обернутое вокруг бедер полотенце.

Он на секунду замешкался, а затем схватился за полотенце и очаровательно улыбнулся:

– Доброе утро, дамы.

Мы обе резко замолчали. Кажется, Эда была удивлена если не появлением парня, то его “нарядом” не меньше моего. Я перевела на нее ошарашенный взгляд и спросила:

– Может, мне зайти попозже?

– Не надо, – заверила меня девушка. – Киран уже уходит.

Парень выразительно покосился на полотенце и спросил:

– Куда?

Эда схватила со стула сумку с вещами и произнесла:

– В ванную! Киран уходит обратно в ванную.

– Дай сумку, – попросил парень.

Затем он подхватил сумку обеими руками и, придерживая полотенце, вернулся в ванную комнату и прикрыл за собой дверь. Эда обернулась ко мне, игнорируя грохот в ванной, и спросила:

– Так на чем мы остановились? Укрепляющее для зайцев?

– Для кроликов, – поправила я.

– А что, есть разница?

Девушка протянула мне бутылек. Я заколебалась:

– Ты же не принимаешь претензий?

– И деньги не возвращаю, – подтвердила она. – Поэтому отдам тебе его сущие гроши.

 Три сотни я отсчитала, не раздумывая. Наше спокойствие стоит дороже. Но прежде чем закрыть за мной дверь, Эда сказала:

– Пусть она станет сильной и очень быстрой!

Я едва на месте не подпрыгнула от этого пожелания, а затем обернулась и спросила:

– Она станет быстрой?! В смысле, еще быстрее?

– Испытывать зелья на животных антигуманно, поэтому побочки не выяснены, – сообщила она и пожелала мне удачи.

Со смешанными чувствами я спустилась к себе. О зельях Эды ходили разные слухи. Но впереди занятия. И если о крольчихе узнает кто-то еще, у нас могут быть проблемы.

А нескучная у нее жизнь…Все успевает – и учиться, и зельями приторговывать, и с симпатичным парнем встречаться. Интересно, как без рубашки будет выглядеть Адам? У него фигура не хуже…

Я мотнула головой, чтобы отогнать эту нелепую мысль, и ускорила шаг. По пути я на всякий случай сорвала с бутылька этикетку и спрятала ее в карман. Читать о побочных эффектах не было смысла – все описано для человека. Моя соседка и так волнуется за жизнь своей любимицы, лучше ей этого не видеть. Оставалось надеяться, что на кролика это зелье окажет нужный укрепляющий эффект.

Аделин ходила по комнате и держала на руках крольчиху. Я заперла дверь и торжественно вручила ей добытое снадобье. Девушка с сомнением посмотрела на бутылек и спросила:

– А оно точно поможет?

– Должно, – ответила я. – Давай пробовать, другого ничего нет. А нам нужно идти на занятия.

Пока я собиралась, Аделин по капле влила в приоткрытый рот Кукухи снадобье, а затем положила ее в клетку и заперла.

В этот день первым уроком была практическая некромантия. В класс я влетела последней – к счастью, магистр еще не стоял за кафедрой. Оглядевшись, я заняла свое место.

Магистр Фултон всегда рассаживал студентов по одному странному принципу. Претемный знает, чем он руководствовался при этом. Садиться в другом порядке категорически запрещалось. За это можно было огрести лишний вызов к доске и штурмовой опрос для всей группы. Поэтому первокурсники быстро учились соблюдать это правило.

Мне предстояло сидеть на первой партой, прямо перед магистром. В гордом одиночестве – чтобы мне никто не помогал и не у кого было списать. Ни за чем подобным я не была замечена. Но именно это сказал Фултон, когда я первый раз появилась в этом классе.

Как только я открыла учебник, преподаватель появился на пороге.

Бенджамин Фултон преподавал некромантию у первых трех курсов. Это был мужчина среднего роста, очень худой и бледный. Всклокоченные волосы прорезали частые нити седины. Под глазами залегли тени, а пиджак в узкую полоску висел на нем, как на вешалке. Многие шутили, что главное на практике – не перепутать магистра с зомби. Но исключительно, когда магистр не мог этого слышать. Карать студентов и ставить двойки у него получалось великолепно.

Именно Фултон и был моей основной проблемой. Мой перевод с целительского факультет возмущал его до глубины души. Двоек по его предмету я нахватала изрядно.

Магистр поправил под мышкой толстенный справочник по усмирению потусторонних сущностей, написанный его предком, и гаркнул:

– Открыли тетради! Записываем!

Дальше он начал бубнить:

– В ночь с четверга на пятницу будет зачет. В полночь всем собраться у входа на учебное кладбище. Проверю, как вы усвоили связывающие и отпугивающие заклинания. Можете ли применить на живых призраках. Условия будут максимально приближены к полевым. Тех, кто не сдаст, до экзамена не допущу! Ясно?

– Ясно, магистр Фултон, – нестройно ответила группа, пытаясь переварить эту новость.

После этого он впился в меня взглядом и возвестил:

– А вам, леди Ламбертс, придется потрудиться.

Я опустила глаза и выдавила:

– Буду готовиться и день и ночь, магистр.

Кажется, это его удовлетворило. Во всяком случае, он перестал ко мне цепляться и подошел к манекену, который изображал призрака, чтобы рассказать новую тему.

А я думала о том, что Фейн не соврал. Нас и правда ждет сложный зачет. И сдать я смогу только с его помощью. Внутри меня точил червячок сомнения. Адам Фейн помогает мне? Зачем? Чтобы пригласить на очередное нелепое свидание? Бред какой-то. Чем я могла его зацепить? Тем, что не упала к его ногам, стоило обратить на меня загадочные черные глаза?

В любом случае на этот раз придется ему довериться. В конце концов, он тоже заинтересован в том, чтобы я сдала экзамен. Ведь Кросман поручил ему подтянуть меня.

Другие преподаватели словно решили не отставать от Фултона и завалили нас домашними заданиями. Ради доклада по истории после обеда пришлось идти в библиотеку.

Это место я старательно избегала. Точнее, избегала встречи с одним человеком. И на этот раз я нашла нужную книгу без посторонней помощи и направилась в читальный зал. Но за моей спиной раздался строгий голос госпожи Бутби:

– Добрый день, Иви. Давно тебя здесь не видела.

Я натянула улыбку и обернулась. Заведующая библиотекой смотрела на меня поверх очков в серебристой оправе. Светлые волосы женщины были стянуты в тугой узел на затылке. Из прически не выбивалось ни одного волоска. На вид ей можно было дать лет пятьдесят. Но иногда я думала, что она моложе, и возраст придает строгое серое платье.

– Добрый день, – пролепетала я. – Да, учеба отнимает все силы. Скоро экзамены, а на факультете некромантии так тяжело учиться с моим видом магии…

Она кивнула и начала:

– Я думала, ты уже прочла “Исцеление”.

– Ох, но вы же знаете, госпожа Бутби, – взмолилась я. – Эта книга такая полезная, в ней так хорошо описаны базовые принципы целительской магии. А без толковой базы в этом деле никуда. Возможно, отец разрешит мне вернуться к целительству позже. Я читаю медленно из-за того, что должна подтянуть некромантию. Но скоро обязательно закончу. И верну “Исцеление”!

К счастью, настаивать она не стала. Только сочувственно произнесла:

– Жаль, что родители не поддерживают твою тягу к целительству, Иви. Что ж, в виде исключения, разрешу тебе подержать этот учебник еще немного. Но до Зимнего бала он должен вернуться на полку.

Я заверила ее, что так и будет. А затем поспешила в читальный зал. Но сосредоточиться на докладе оказалось не так просто. Все мои мысли снова занимало испорченное “Исцеление”. Поэтому провозилась с ним я гораздо дольше обычного. Перед ужином я успевала только закинуть сумку с учебниками в комнату.

Несмотря на спешку, туда я возвращалась с опаской. Теперь меня грызла совесть. А вдруг зелье не помогло? Вдруг Кукухе стало хуже? За несколько месяцев учебы я успела привязаться и к своей соседке, и к ее ушастому чуду. С этой мыслью я открыла дверь.

Закрыть я ее не успела. Что-то серое мелькнуло под ногами. Я завертела головой и с ужасом поняла, что по коридору от меня с бешеной скоростью удаляется размытая серая тень. Только когда хвост пумпочкой скрылся у выхода на лестницу, я поняла, что это была крольчиха.

Аделин вылетела в коридор и гаркнула:

– Куку…

Я успела зажать ей рот ладонью и прошипела:

– Сейчас весь этаж сбежится!

 В этот момент из соседней комнаты как раз вышла Марта, полноватая второкурсница с бытового. Я тут же выпустила Аделин, и мы натянули улыбки. Как только она ушла, я прошептала:

– Что это было? Как удрала Кукуха?

– Я открыла клетку, чтобы посмотреть, как она, – попыталась оправдаться Аделин. – Сама не понимаю, что произошло!

– Зелье, которая дала Эда, – уверенно произнесла я, поразмыслив. – Хорошая новость – оно точно помогло. Плохая – Кукуха стала гораздо быстрее обычного кролика. И что теперь делать?

– Пойду, попытаюсь ее выманить, – пробормотала Аделин.

Мы вернулись в комнату. Подруга сунула в карман юбки морковь и ушла. А я обреченно села на кровать. Ну что за невезение? То побег крольчихи, то болезнь, то второй побег! А еще есть плохие отметки и погрызенная книга. Но с зачетом поможет Фейн.

Словно в ответ на мои мысли тускло засветился планшет для передачи сообщений. Я ожидала увидеть очередное послание от Адама. Но на этот раз писал не он.