Глава 16 · О ревности
Тарис Тарг
Сказать, что волчонок из группы Хелли меня бесил, – это вообще ничего не сказать.
Хотя я ничего не имею ни против оборотней, ни против первокурсников.
С первыми имел дело на Ханторской заставе и уяснил, что от людей они отличаются лишь наличием второй, животной ипостаси. Очень годной в бою, особенно учитывая, что ни разум, ни магия оборотня не покидают, в каком бы виде он ни был. Крайне неудобно плести и направлять заклинания, когда у тебя вместо пальцев – когти или крылья, но именно поэтому оборотни, как никто, владеют невербальной магией и лантуанским языком. В плане скорости кому угодно фору дадут! Вот перед тобой медведь, способный заломать врага, пока он еще и рта раскрыть не успел или пальцы сложить, правильно направляя вектор, – а вот он уже человек, который и говорит быстрее, и жестикулирует так, что за рукой уследить не успеешь. А в плане интеллекта мы абсолютно на равных. Так что байки про тупость оборотней давно канули в вечность – эта раса уже несколько веков живет среди людей, а не прячется в лесах и замкнутых общинах.
Что же до первокурсников – ну, дети они еще. И психологически, и магически… Но это как раз вопрос времени, все мы были детьми.
Словом, при иных обстоятельствах первокурсника Эрика Берсана я бы просто не замечал. Но как не заметить того, кто постоянно крутится около объекта твоего пристального внимания?
После печального инцидента, заставившего Хелли меня игнорировать, волчонок от нее просто не отходил!
Ну как волчонок… Молодой волк, на самом-то деле. Насколько я могу судить со своей мужской точки зрения – приятной наружности. То есть все при нем: достаточно смазливая морда, сформировавшаяся фигура, причем помощнее моей, хотя до того же Натана парень не дотягивает. И понятно, что не дурак, – ибо дураки на бюджетное отделение Королевской Академии Стихий попросту не попадают.
И моя малышка (а это МОЯ малышка, невзирая на глупую ссору) ему улыбается! Не то чтобы раньше она этого не делала… Но поскольку теперь она улыбается только в разговорах, да и то не каждому…
Что, если мной она и вовсе не была увлечена? Или не настолько сильно, чтобы теперь, после ссоры, не обратить внимания на одногруппника?
Кроме того, волк есть волк: несомненно, он чуял наш с Хелли взаимный интерес и теперь, когда у него появился шанс, перехватывает любой мой взгляд на нее! А в деканате так просто омерзительно себя повел, даже угрожать пытался.
Разумеется, до дуэли с первокурсником (тем более не аристократом) я не опущусь. Если не будет сам настаивать… Да и в этом случае постараюсь избежать, избиение младенцев – ниже моего достоинства.
Надо просто помириться с Хелли, и проблема в лице (морде) Эрика Берсана исчезнет сама собой.
Однако выбрать момент, чтобы принести извинения в приватной обстановке, не получалось.
В столовой – никакого уединения. Как и в любом другом месте учебных корпусов.
В парке? Но она вообще не ходит одна: треклятый волчара сопровождает ее как пришитый!
В библиотеке? Хороший вариант. Вот там Берсан с ней не каждый раз торчит. Провожать – провожает, но не всегда там задерживается.
Только привел этот вариант к тому, что я был вынужден следить за передвижениями первокурсницы! Я! Герцог Таргский! Избалованный вниманием доброй половины студенток академии!
Ужасно…
Не менее ужасным было то, что в пятничный вечер, вместо того чтобы прекрасно провести время в городе, я, как банальный мелкий сыщик, прятался за кустами, мелкими перебежками двигаясь следом за двумя первокурсниками.
– Если хочешь, я подожду тебя, – лопотал волчара, склоняясь к моей девочке.
Как же бесит!..
– Нет, Эрик, спасибо, но это пустая трата времени. Мне надо всерьез позаниматься. Кстати, ты тоже можешь, – ответила Хелли, повернув к нему голову и улыбаясь. – Вроде бы у тебя с интегралами не очень-то хорошо? А я люблю в библиотеке заниматься…
– Да нет… – отказался оборотень, и я облегченно выдохнул. – Я пока погуляю. – И добавил, слегка смутившись: – Побегать хочется…
– Ой, Эрик! Ты волком будешь бегать, да?
– Конечно! Хочешь посмотреть?
– Очень хочу! – Хелли аж в ладошки захлопала. – А можно, да? Если честно, интересно жуть как! Я ни разу не видела оборот!
– Тебе можно! – выдал Берсан. Да с такой интонацией, будто государственную тайну решил открыть! Нет, я знаю, что оборотни не большие любители демонстрировать вторую ипостась. Но ведь и тайны никакой из этого не делают.
– Эрик, я вот все хотела спросить тебя: а оборот – это не больно? – с глубоким интересом спросила моя любознательная девочка. И дунула себе на лоб, убирая выбившуюся прядку волос. При этом пухлые губки сложились в трубочку, будто целоваться собралась.
Но тупой волк, оскалив в широкой улыбке крупные белые зубы, даже не шагнул к ней поближе.
– Ничуть не больно! И очень быстро!
Эх, будь я сейчас на его месте!..
Хотя глупость. И я бы не решился. Ясно же, что отскочит с негодованием… Провинциальное воспитание, что поделать…
А ведь будь это не Хелли, а любая другая девчонка, я бы на месте оборотня решил, что меня провоцируют на поцелуй. Ну ладно, не любая, конечно, но многие.
Вовсе не одна Хелли считает, что это неприлично. Вот только раньше меня недотроги-девственницы вообще не привлекали. Ухаживать, чинно прогуливаться по аллеям, месяцами добиваться позволения обнять… Увольте! К такому я не готов.
Мрачно слушая разговор объектов моей слежки, я вдруг осознал: уже готов. Демоны меня раздери! Готов ухаживать… прогуливаться… да ведь этим и занимался всю прошлую неделю! Как последний идиот… Или не идиот?.. Сам же предложил ей дружить, пусть и с другими намерениями…
Несколько запутавшись в собственной оценке, я пропустил момент, когда Хелли, забрав у оборотня свою сумку, поскакала по ступенькам к входу в библиотеку.
Эрик Берсан ушел не сразу: смотрел девочке в спину, пока за ней не захлопнулась дверь. Потом огляделся с таким видом, словно врагов высматривал, но меня не заметил и потопал прочь.
Ну а я, выждав немного, двинулся за Хелли.
Малышка сидела за столом в самом углу читального зала. Зажгла сразу две лампы – дневного света, освещающую весь стол, и небольшой светильник для рабочей поверхности. Обложилась учебниками (три штуки, и все раскрыты), подперла голову рукой и что-то уже писала.
А ведь я обещал ей помочь с интегралами и даже начал…
– Добрый вечер, Хеллиана, – сказал негромко, остановившись сбоку.
Она вздрогнула, едва не подпрыгнула от неожиданности. А может, оттого, что узнала мой голос…
Читальный зал был практически пуст, что для вечера пятницы совершенно естественно. Человек пять на огромное помещение – и если уж они сегодня и сейчас сидят здесь, то на нас не отвлекутся.
– Добрый, – нейтральным тоном ответила мне Хелли и наклонилась над тетрадкой.
– Интегралы… – протянул я, опираясь рукой на стол. В отдалении, конечно же. – Ты так и не сумела разобраться?
Молчание.
– Хелли, если есть вопросы, я могу помочь.
– Мистер Тарг, я думаю, ваше посещение библиотеки не подразумевало помощи первокурснице, – спокойно сообщили мне, не поднимая головы.
– Да, – согласился я. – Но раз уж мы оба здесь…
– Благодарю, не стоит тратить на меня время.
– У меня как раз оно свободное. И я все еще твой куратор.
Наверное, вот это зря сказал.
– Я так не считаю. – И опять не глядя на меня. Как будто в ее тетради что-то гораздо более интересное!
Хелли потянулась к учебнику, перелистнула страничку.
Ладно. Я ведь и впрямь не помогать ей пришел.
– Хеллиана… На самом деле я пришел, чтобы извиниться перед тобой.
– Вы уже извинились.
– Да, но там я не мог сказать то, что должен сказать.
– Угу…
Зашелестели страницы второго учебника.
– Хелли, прости меня, пожалуйста. Я должен объяснить… Дело в том, что я…
– Мне неинтересно.
– Но это в самом деле было не то, что ты думаешь! – горячо сказал я и поперхнулся последним словом. Боги, что я несу! Но ведь правда…
– Я ничего не думаю, – равнодушно ответила девочка, еще ниже склонив голову. Вот только голос у нее дрогнул, и это обрадовало. Ей не все равно! Хотя хочет показать мне именно это.
– Видишь ли, я в тот день был не в себе. Ну…
Да что же это со мной!
Все подготовленные и неоднократно проговоренные наедине с собой фразы вдруг вылетели у меня из головы. Я смотрел на ее затылок, на косички (опять косички!) цвета солнца, на изящную шейку… И судорожно искал сбежавшие слова.
– Я могу объяснить. Понимаешь, я выпил тогда одно зелье и из-за него не мог себя контролировать. Поэтому…
Хелли подняла голову. Сложила перед собой руки, словно примерная школьница, и четко произнесла:
– Я поняла, мистер Тарг. Обычно вы себя контролируете и не позволяете себе вести себя так, как вам бы хотелось. Но поскольку выпитое вами зелье лишило вас контроля, то мне повезло и я увидела вас настоящего. Я все правильно поняла?
– Э-э-э… Да. То есть нет! Хелли, это зелье…
– Детали меня не интересуют. Больше того: они мне противны. Как и вы сами.
Пока я стоял с открытым ртом, она добавила:
– Надеюсь, и вам все понятно. Ваша светлость.
– Хелли! Ты все не так поняла! И я прошу прощения, потому что…
– Конечно, мистер Тарг. – И меня одарили улыбкой. То есть улыбкой это назвать было нельзя: девочка просто растянула в линеечку губы. А лицо будто окаменело… – Не беспокойтесь об этом. Я ведь уже сказала вам, в деканате: я уже все забыла.
– Но, Хелли! То, что я тогда с Элифисой, – это…
– Отвали к шусам, Тарис, – предложила она, недобро сверкнув на меня глазами. – Надоел. Все, я тебя простила, понял?
Я даже отступил.
Куда только делась моя солнечная малышка… На меня смотрела очень злая, нахмуренная девица, даже глаза потемнели, стали совсем черными.
– Хелли…
– Не понял, – вздохнула она. – Я не обижена. Просто ты мне больше не интересен. Так доступно?
– Но…
Она встала.
В полном молчании я наблюдал, как эта незнакомая, суровая… чужая женщина аккуратно собирает в сумку учебники, тетради и всю свою канцелярию.
И судорожно соображал, что сказать. Никогда в жизни я не испытывал такой растерянности. Ни от кого и никогда я не слышал, что неинтересен… И не представлял, что слышать это настолько… Больно!
– Но ведь тебе понравилось! – нашелся я наконец. – Хелли, ведь нам было хорошо! Просто я…
Опять что-то не то говорю…
– Вас еще раз облить водой, мистер Тарг? – осведомилась она очень любезно. Будто чашечку кофе предложила. – Это действительно было довольно мило. Не думала, что и вы оценили. Но нет желания еще раз тратить на вас магию. Извините. И постарайтесь не слишком страдать по этому поводу, вам не идет. Ваша светлость.
Хелли пошла прочь.
А я словно и впрямь опять примерз к полу.
И слова нашел! Только говорить их уже не хотелось. Смысла нет! Распинаться перед девчонкой, которая имела наглость вот так меня отбрить?! Это унизительно, в конце концов! Да кто она такая, чтобы не принимать моих извинений?! Стою тут, распинаюсь, как идиот, перед деревенской малявкой!
Я смотрел ей вслед, испытывая возмущение, негодование… и что там еще положено испытывать в такой ситуации. И давил в себе желание догнать, обхватить за плечи, тряхнуть и заставить выслушать! Потому что это неправда, что в тот момент она видела меня настоящим! Вовсе нет!
Догнал бы, не будь я тем, кто я есть. Герцогом Таргским.
Мы говорили очень тихо. Нас никто не слышал. Это главное.
Все остальное я точно переживу.
И докажу ей, что герцог Таргский не способен страдать, еще чего не хватало! Просто хотел извиниться… Не вышло. Да и плевать!
Только почему тогда дышать настолько сложно, словно в грудь битого стекла насыпали?..
* * *
Хеллиана Вэртззла
Из библиотеки я вылетела, уже почти ничего не видя из-за слез, застилавших глаза. Не могла уже ни чинно шагать, ни сдерживаться больше, ничего не могла!
Только бежать, не разбирая дороги, и плакать. Бежать и плакать…
Слезы лились ручьями, и ничего поделать с этим я тоже не могла. Да и не хотела. А потому, залетев в первую попавшуюся беседку, плюхнулась на скамеечку и дала себе волю. Аж подвывала, уткнувшись в ладони.
А вы как думали? После такого разговорчика… На самом деле мне стоило гордиться собой: ведь ни словом, ни взглядом, ни интонацией я не дала Тарису понять, что его слова меня хоть как-то волнуют. Ну, мне так кажется… А вот он – да! И горячился, и пальцами нервно по столу барабанил, и явно растерялся!
В общем, уела я его! А знай наших!
Вот только чего мне это стоило…
Потому я и не пыталась сейчас сдержать истерику. Заслужила! Имею право! И я упоенно рыдала, даже не пытаясь взять себя в руки.
Больно было очень. И не столько потому, что теперь уж мы с герцогом точно никогда друзьями не будем. Это-то и так понятно. Но вот беда: мне безумно хотелось поверить в его слова… Ну а правда – мало ли что и для чего он выпил? Может, приворотное какое ему подлили, может, голова болела и с дозировкой переборщил – да что угодно может быть! Я в зельях погано разбираюсь… Так-то подумать – он действительно странно себя вел в тот проклятый вечер. Совсем не похоже на того Тариса, которого я знаю.
Только что это меняет? Хоть я тыщу оправданий ему придумай, а картинку, как он Фисе под юбку лез, из головы не выкинешь. И самое противное, что делал он это сразу после того, как меня целовал.
Нет! Не хочу я! Не хочу с таким парнем даже дружить. Да ведь теперь и знаю, что он вовсе не дружить со мной хотел, другое у него на уме было!
И словно услышала снова:
«Сводишь с ума… ты мое наваждение… с первой встречи… весь мир сгорит, если отпущу тебя…»
Понятно же, чего ему на самом деле надо! Фиска говорит: всем мужикам одно это и нужно. Правда, Каролина другое говорит… Кому верить-то?! Хочется – Каролине… Но про Тариса и она сказала: бабник!
– Ы-ы-ы-ы… – громко выдала я, замотав головой. – Ы-ы-ы…
И думать нечего! Он даже ведь не понял, чем меня обидел! Нашел, чем оправдаться: хорошо нам, видите ли, было… Понравилось мне! Козел шусов!!!
Но ведь мне и правда понравилось…
– Ы-ы-ы!..
Все, Хелли, все! Плюнуть, растереть да забыть! А еще раз подойдет ко мне – так приморожу, что тогдашний лед солнышком покажется! Не нужен мне герцог Таргский ни в каком этом… как его… аплуа! Амплуа, вот…
– Ам-плу-а-а… – пробормотала я вслух. – Ы-ы-ы…
И тут моего плеча кто-то коснулся. Осторожно так, едва заметно, будто птичка села.
Но рыдать я перестала мгновенно. Вот же демоны… Неужели Тарис меня догнал?! Дальше надо было бежать!
Подняла голову, не отрывая рук от лица, и чуть раздвинула пальцы.
Передо мной стоял Эрик Берсан.
Я даже выдохнула от облегчения, но тут же, сообразив, в каком виде тут сижу и чем вообще занимаюсь, принялась спешно вытирать лицо. В руку мне тут же ткнулось что-то мягкое. Я машинально перехватила, покосилась…
Ну конечно. Носовой платок. Прям как в книжках, не раз читала, как мужчины плачущим девушкам платочек суют… Я еще все удивлялась – чего ж те девицы с собой сами платок-то не носят? Теперь понятно… не до платка, хоть и есть он у меня.
Правда, в книжках платок всегда был белоснежный, да кружевной, да с вензелем… А мне сейчас подали самый обыкновенный, в сине-голубую клетку. Хорошо, что большой.
– Отвернись, пожа-алуйста… – попросила я, слегка заикаясь.
Оборотень послушно развернулся ко мне спиной, а я высморкалась в платок, стараясь делать это по возможности бесшумно. Свернула, запихнула в карман, достала из другого свой платок и кое-как вытерла лицо. Надо было и сморкаться в свой, вот же… Хотя стоп! Я бытовой маг или куда?!
Быстро приведя оба платка в идеальный вид, я всхлипнула последний раз и сипло позвала:
– Эрик…
Он немедленно обернулся, присел передо мной на корточки, а я протянула ему платок.
– Спасибо…
– Не за что. Хелли. Что случилось?
Стыдно-то как! Как же он не вовремя сюда заявился… Я бы и еще порыдала…
Но это говорить, понятно, нельзя.
– Да пустяки. Нервы сдали.
Оборотень явно проглотил то, что хотел сказать. Помолчал.
– Послушай, – сказал наконец. – Прости, это не мое дело… Но если ты хочешь, я ему… все оборву!
Сверкнули белые зубы, и я аж вздрогнула.
– Кому? – спросила, чуть подавшись назад.
– Таргу, – мрачно ответил Эрик. – Только скажи. Хотя не надо. Я и так оборву.
– Не надо! – попросила я. – С чего ты взял вообще? Я просто… Ну, у меня с интегралами так плохо, что вот аж нервы сдали.
– Хелли, я вовсе не хотел тебя допрашивать, – смущенно сказал оборотень. – Только… Я знаю, что он в библиотеке тоже был. Я туда зашел – тебя нет…
– А Тарис там? – невольно спросила я.
– И его нет. Только я запахи хорошо определяю. Понял, что вы оба там были. Я по запаху за тобой пошел, а ты вот… плачешь тут.
– Все в порядке, Эрик. Ну правда. Честно!
Вдобавок я совсем не уверена, что для оборотня все закончится хорошо, если он пойдет что либо отрывать Тарису Таргу.
– Хелли, ты… – Он помялся, но все же спросил: – Он тебе нравится?
То ли я еще не совсем пришла в себя, то ли искренняя тревога в серых глазах подкупила… Тревога и что-то еще. В общем, не смогла я соврать.
– Он мне нравился, – ответила честно. – Раньше. Но мы поссорились. И я не хочу с ним больше вообще даже разговаривать.
– Может быть… мне с ним поговорить?
– О чем?
– Ну… если он тебе нравится… и нашу дружбу не так поняли. Я могу прояснить ситуацию, чтобы вы помирились, – мрачно закончил он и добавил: – Чтобы ты больше не плакала.
– Нравился РАНЬШЕ, Эрик! Больше не нравится. Козел он! – сообщила я с чувством.
– Это точно! – И мне улыбнулись с явным облегчением. – Но я все равно поговорю. Чтобы и думать забыл о тебе.
– Вот давай мы с тобой оба про него забудем? – предложила я. – Давай?
– Давай, – в серых глазах плеснуло какими-то незнакомыми ранее эмоциями. – Хелли, раз Тарг тебе не нужен…
И опять замолчал. Только вот скулы чуть покраснели. Я с очень большим интересом уставилась на это диво дивное – смутившегося оборотня.
– Не нужен! – с еще большим чувством подтвердила я, возвращаясь к теме беседы.
– Тогда, раз так… Хелли, ты мне очень нравишься. Я… я уже месяц мечтаю с тобой встречаться.
Ну вот нате вам…
Не то чтобы я не подозревала. Но одно дело, когда вроде замечаешь, что к тебе неравнодушны, и Каролина не раз говорила… А другое – когда парень тебе это в лицо сказал.
Симпатичный, между прочим, парень. Вон глаза какие… Серые-серые, будто небо в дождик. И столько всего в тех глазах! И ожидание, и надежда, и тревога опять. Так смотрит, словно я сейчас судьбу его решить должна.
– Эрик, я…
– Я понимаю! – он вытянул руку, касаясь моих губ кончиками пальцев, вынуждая замолчать, и с кривой усмешкой спросил: – Неожиданно, да? И не ко времени, да и помню я, что ты говорила о том, что не до отношений сейчас! Но ты подумай, ладно? Я подожду, сколько хочешь. Ты для меня… – на красивом лице Эрика появилась решимость, словно он осмелился броситься в воду с головой: – Я бы с тобой вот всю жизнь так сидел! Такого ни к одной девушке никогда не чувствовал. Ты такая красивая, Хелли, будто цветок! Только мне даже дотронуться до тебя страшно, вдруг обижу. Упущу тебя.
Потрясающие у него глаза. Только не те, которые мне в душу запали. А вдруг это потому, что Тариса я первого здесь увидела, да еще и поцеловалась с ним с первым?
Наверное, в другой ситуации, в нормальном состоянии, спокойная и не на этих чертовых эмоциональных качелях, я бы не сделала того, что сделала. Нехорошо так делать, неправильно, нельзя! Не должна девушка первая! Но ведь парень-то, считай, мне в любви признается… Хороший, милый парень…
Я потянулась вперед и осторожно, словно собиралась пить горячий чай, коснулась губами щеки Эрика.
Он замолк и словно окаменел, а в серых глазах вспыхнуло такое…
Ну раз так!
И я поцеловала его в губы. Тоже лишь прикоснулась, но все равно – в губы же! Сразу отстранилась, испуганно заморгала, да поздно было. Эрик обнял меня, очень нежно, неуверенно даже, будто боялся, что оттолкну. И поцеловал сам. Сперва легонько, потом его губы стали настойчивее…
И нет, я не стала его отталкивать.
И нет, мне не было противно. Просто… никак. Никуда не провалилась, ничего не закипело. Ничегошеньки вообще.
Прервала поцелуй, отклонилась, положила ладони Эрику на плечи.
– Что? – хрипло спросил он. – Обиделась? Хелли?
– Нет, что ты! – искренне ответила я. – Просто неожиданно очень. И… Ну, нехорошо так… Давай не будем торопиться, Эрик?
– Конечно… – выговорил он. – Как скажешь. Я понимаю. Извини…
Он улыбнулся и явно не сдержался: провел пальцами по моей щеке.
– Я подожду, сколько хочешь, – повторил свои недавние слова, тут же отдернув руку. – Только разреши быть рядом.
– Да мы ж и так рядом все время, – улыбнулась я в ответ. – Спасибо, что понимаешь.
Эрик, все это время так и просидевший на корточках, вдруг резко поднялся, словно вспомнил что-то важное.
– Я и забыл, Хелли! Давай-ка уйдем отсюда побыстрее. Только не через вход. – Он завертел головой, шагнул к противоположной стенке беседки, принялся ее ощупывать. – Тут, говорят, выход второй есть…
– А почему не через арку? – удивилась я, тоже поднявшись.
– Хелли, это же Лиловая беседка, – откликнулся оборотень, продолжая шарить по стене. – О, нашел! Иди сюда!
Он раздвинул ветки плюща, оплетающие беседку живым ковром, и я увидела широкую щель между разогнутыми в стороны коваными прутьями.
– Какая беседка? – переспросила я, подходя.
– Лиловая. Ты не знаешь, да? Здесь если вдвоем сидеть – значит объявить всей академии, что мы пара. Традиция такая.
– Ой…
«Сидят в лиловой беседке аки котик с кошечкой», – вспомнились мне слова коменданта.
– Я-то готов объявить, – вздохнул Эрик. – Но ты-то вряд ли, верно?
– Спасибо… – прошептала я в очередной раз, выскальзывал в щель.
Но на самом деле хотелось остаться. Точнее – хотелось выйти из беседки в открытую арку, чтобы увидела нас вдвоем вся академия. Чтобы все узнали, что я встречаюсь с Эриком Берсаном. Да – чтобы об этом узнал шусов герцог! Чтобы понял, что он мне не нужен!
Поймав себя на этой мысли, я едва не споткнулась и почти не обратила внимания, что Эрик поддержал меня за локоть.
Не до него было. Внезапно и совершенно четко я поняла, что… Влюблена.
Что всерьез, до сладкой боли, до ужаса, до искр перед глазами влюблена в треклятого Тариса Тарга…
Но ничего. Переживу и это, справлюсь.
От любовной недостаточности еще никто не умирал.
Выбью Тариса из головы. Учебой, возможно подработками, книжками. Главное, чтобы не другими парнями.
Еще тетка моя говорила, что в делах любовных поговорка “клин клином вышибают” вообще не работает.