Глава 20

Тренировки и интервью прошли на ура. К чести Мильды Хайц, вела она себя более чем профессионально, и хотя у нас с ней вышло некоторое взаимонедопонимание поначалу, сегодня оно не повторилось. То есть никто не мешал пресс-секретарю смотреть на меня сверху вниз, но это же самое «смотреть сверху вниз» абсолютно не помешало ей сделать ее работу и выложиться на все сто.

Журналистка тоже оказалась приветливой и доброжелательной, с оператором мы вообще подружились. Он, кажется, остался без ума от Верража, хотя невзлюбил Гринни — когда мы все отвлеклись, она умудрилась грызануть ремень его сумки. После того, как интервью закончилось, я пошла отдыхать. Энергии мне сейчас и правда требовалось море: не считая того, сколько из меня вытряхивали на тренировках Эльда, Кория и я сама, интервью тоже вытянуло немало сил.

Да, все прошло замечательно, но поволноваться перед ним мне никто не мешал. Равно как никто не мешал подумать о том, что Торн уехал до завтрака, даже не попрощавшись со мной. Иными словами, когда я проснулась, рядом спали Гринни и Верраж (виари досталась половина кровати, драконенку — место в ногах), а за дверями стояла новая смена мергхандаров. Они же и сообщили о том, что ферн Ландерстерг уже в Аронгаре.

Об этом я думала и вечером, когда проснулась отдохнувшей и посвежевшей, и когда мне сообщили, что ужин почти готов. Вот как понять этого дракона?! А еще мне отчаянно хотелось заменить воспоминания Торна об этом месте. Заменить их, сделать более приятными, насколько это возможно.

Поэтому прежде чем пойти в столовую (ее уже оборудовали, и ужинать сегодня нам предстояло втроем), я завернула на кухню. Завернула — ключевое слово, потому что лабиринты этого огромного дома стоило снабдить навигатором. Спасибо мергхандару, который вызвался меня проводить до самых дверей.

А за дверями… я, наверное, видела такое только в кино, где показывали закулисье ресторанов. Четыре человека, которые летали по просторному помещению, оборудованному по последнему слову современных технологий. Учитывая, что готовить я умела исключительно на уровне «все мелко нарезать, бросить на сковородку и изредка проверять, потушилось или нет», или «запаковать в форму или в формочки, и через полчаса потыкать палочкой, чтобы проверить, сырое или уже готово» — представившееся мне действо показалось чуть ли не волшебством.

Мужчина, который командовал всеми: невысокий, изящного телосложения, то и дело отпускал совершенно нелестные комментарии в адрес нерасторопности своих подчиненных. Шеф-повара в нем выдавало все — и то, как он управлялся с посудой, и то, как ловко несколько капель соуса из тюбика под его руками превращались на тарелке в произведение искусства.

Правда, стоило ему заметить меня, он замер. И, словно по команде, замерли все, аккомпанементом прозвучал его высоковатый для мужчины голос:

— Ферна Хэдфенгер!

— Можно просто Лаура, — сказала я, приближаясь.

Судя по выражению его лица, он был крайне недоволен моим появлением.

— Я вас надолго не отвлеку, — произнесла я. — Можно с вами поговорить?

— Можно, — произнес шеф-повар. — Только не сегодня. Пожалуйста, ферна Хэдфенгер! Вам лучше пойти в столовую.

Все это было произнесено с таким надрывом и на такой высокой ноте, что я успела только моргнуть, а потом ко мне уже повернулись спиной.

— Ферн, — я негромко кашлянула, — это дело вряд ли стоит откладывать, поэтому очень прошу вас уделить мне время.

В эту минуту шеф-повар выругался. На рагранском. Еле слышно, себе под нос, но все-таки выругался, а я поняла, что же еще притягательного было в его внешности: фиолетовый цвет глаз! Это очень показательная черта для многих рагранцев, можно сказать, национальное достояние страны, где родилась моя мама.

— И все-таки, — когда он соизволил повернуться ко мне, я перешла на рагранский, — я настаиваю. Ферн…

На щеках шеф-повара появились красные пятна.

— Дораж Эмери, — тем не менее, представился он.

— Дораж. — Я назвала его по имени и улыбнулась. — Пять минут, и кухня снова будет полностью ваша.

Мгновение он колебался, потом кивнул остальным — продолжайте, и повел меня в сторону подсобного помещения. Здесь был склад кухонного инвентаря, и я никогда в жизни не видела столько самой разнообразной посуды.

— Мне нужна ваша поддержка, — сказала я, когда мы остались наедине. — Я хочу устроить ужин-сюрприз для ферна Ландерстерга, и хочу, чтобы ему стало об этом известно исключительно в день ужина.

Дораж моргнул. Смешно насупил густые брови, которые придавали его лицу некоторую комичность.

— То есть вы меня сейчас просите…

— Я совершенно не знакома со вкусами ферна Ландерстерга. То есть, почти не знакома. Еще меньше я знакома с высокой кухней, но я хочу, чтобы это было нечто выдающееся. И, разумеется, целиком и полностью доверяю вам. Только это должно остаться нашим секретом. Это — обязательно. — Я улыбнулась ему. — Ну что, сможете помочь?

Кажется, он слегка опешил, но все еще продолжал хмуриться.

— Целиком доверяете мне? — переспросил он.

— Абсолютно.

— Что ж… тогда я попробую вам помочь. — Он сложил руки на груди. — До завтра составим меню. Но учтите, если вы решите убрать оттуда больше трех блюд…

— Я не хочу ничего убирать, — ответила я, с трудом сдерживая улыбку.

— Тогда по рукам! — Шеф-повар явно воодушевился, протягивая мне мягкую ладонь.

Я ее приняла.

— По рукам!

— Ферна Хэдфенгер? — поинтересовался он, когда я уже собралась уходить. — Вы интересуетесь Раграном?

Рагранский язык не особо распространенный, поэтому такой вопрос вполне можно было понять.

— Моя мама из Раграна, — ответила я.

— Ваша… а ферна Хэдфенгер…

Пухлые губы Доража поджались в тонкую линию. Интересно, чем ему успела насолить Ингрид?

— Она моя мачеха, — ответила я. — Вы с ней уже общались?

Шеф-повар пробормотал что-то себе под нос, потом сказал, что уже пора подавать ужин, и первой пропустил меня на кухню.

За дверями меня по-прежнему ждал мергхандар:

— Проводить вас в столовую, ферна Хэдфенгер?

— Да, пожалуйста.

Внешность у него была классическая фервернская: под два метра ростом, сверкающая сталь глаз.

— Мы можем заняться вашими подопечными, пока вы будете ужинать.

«Заняться подопечными» означало, что с драконенком и виари погуляют, пока я буду ужинать с Ингрид и Сильви.

— Спасибо, но лучше после ужина я выведу их сама.

Утром и в обед с ними и так гуляли мергхандары, потому что утром я убежала на тренировки, а после обеда меня гримировали для интервью. Сейчас же мне отчаянно захотелось самой с ними побегать и поиграть.

— Как скажете, ферна Хэдфенгер.

Ферна Хэдфенгер вздохнула и шагнула в столовую, где уже расположились сестра с мачехой. Оформленная в кремово-бежевых тонах, эта комната сочетала в себе камень (одна стена была полностью выложена им) и дерево: стол был деревянный, если не считать металлических опор и стеклянной вставки между ними. Мрамор на полу и согревающие панели у панорамного окна, раздвинутые шторы словно открывали пропуск в совершенно другой, заснеженный мир.

Здесь же было тепло: настолько тепло, насколько это возможно.

Этот дом создавали с любовью, и, хотя в нем до этого времени никто не жил, это ощущалось во всем.

— Лаура, — напомнила о себе Ингрид, — если будешь так долго спать вечерами, не будешь высыпаться ночью, и под глазами появятся темные круги.

— Они у меня появятся, если я не буду спать вечерами, — ответила я, устраиваясь напротив них в мягком кремовом аэрокресле.

— И все же.

— Скажи, чем ты умудрилась достать Доража Эмери?

— Кого?

— Шеф-повара.

Ингрид поджала губы.

— Я изучила его меню и пришла к выводу, что оно совершенно неприемлемо.

— Что?!

— Нам уже накрывали, но я сказала, что нужно кое-что переделать, поэтому придется немного подождать.

У меня брови на лоб полезли.

— Ингрид мы здесь в гостях!

— Временно. Скоро ты станешь здесь хозяйкой.

Я чуть не поперхнулась водой.

— Пока что я ей не стала. И ты тем более.

— Очень вежливо с твоей стороны, Лаура.

— Очень вежливо с твоей стороны диктовать шеф-повару, что ему подавать нам на ужин!

— Я, между прочим, забочусь о тебе. — Тон Ингрид стал сухим. — Очень скоро тебе придется конкурировать с иртханессами, у которых совершенно другой обмен веществ. Советую тебе всерьез об этом задуматься и пересмотреть свою диету: эти женщины никогда не поправляются. Чего не скажешь о нас.

— Спасибо за заботу, Ингрид, — я выделила слово «забота», — но я считаю, что каждый должен делать свое дело. Шеф-повар — готовить, а мы — заниматься своими делами. Своими.

На «своими» я тоже сделала акцент.

— А я считаю, что ты мне дерзишь, Лаура. — Мачеха окатила меня ледяным взглядом. — Если хочешь выглядеть достойно рядом с таким мужчиной, тебе придется соблюдать ряд достаточно сложных ограничений. Сложных для тебя, разумеется.

— Мам… — попыталась вставить свое слово Сильви, но не успела.

Потому что до меня вдруг дошло.

— То есть вчерашнее явление Сильви было совершенно не случайным? — уточнила я.

Ингрид хмыкнула.

— Мужчине — особенно такому — нельзя выдавать все и сразу, Лаура. Драконы по своей сути охотники, и когда он получит желаемое, ты ему станешь неинтересна.

— Поверить не могу!

— А придется. Придется очень тщательно следить за тем, что ты делаешь. Можешь с ним играть. Можешь его провоцировать. Но до того, как будет объявлено о помолвке…

Ингрид сделала многозначительную паузу.

— Ингрид это просто смешно! — Я подавила желание вскочить. — Я взрослая женщина!

— До взрослой тебе еще далеко. — Мачеха снисходительно посмотрела на меня.

— Это. Не твое. Дело.

Вот теперь я действительно поднялась.

— Сядь, — обрушился на меня жесткий приказ.

Сильви побледнела, а я, напротив, сложила руки на груди.

— Не думаю, что мне стоит ужинать с вами.

Теперь уже поднялась Ингрид. Губы ее дрожали от ярости.

— Глупая девчонка! Хочешь все испортить накануне свадьбы?

— Накануне чего? — уточнила я.

— Он должен жениться на тебе! Это важно для нашей семьи, неужели ты не понимаешь? Не понимаешь, насколько важен этот брак для твоего отца?

— Счастливо.

Я развернулась, чтобы уйти, но Ингрид подлетела ко мне.

— Не смей уходить! Ты что, не понимаешь, что тебе просто нечего ему дать, кроме того, что сейчас он в тебе заинтересован, как в женщине? В тебе нет ни капли пламени, а рядом с ним всегда будут иртханессы. Сильные, красивые, огненные. Думаешь, твои прелести смогут это перебить?!

— Отца ты тоже… как ты там выразилась, соблазняла и провоцировала? — поинтересовалась я, чувствуя, что зверею. — До тех пор, пока вы не объявили о помолвке?

Ингрид размахнулась, но я перехватила ее руку.

— Сунешься ко мне со своей заботой еще раз — пожалеешь! — сказала я жестко, глядя ей в глаза. — Ты меня поняла, Ингрид?

Не дожидаясь ответа, вышла из столовой, и чуть не столкнулась с горничными, которые спешили к нам с аэротележками.

— Ферна Хэдфенгер! Ужин готов.

— Благодарю, но я буду ужинать позже. У себя.

К своей комнате я буквально подлетела, бросила на ходу:

— Сейчас я их покормлю, и идем гулять.

Верраж с Гринни обнаружились у себя в комнате: очевидно, изначально это была спальня, а на месте моей спальни должна была быть гостиная, но ради нас все переделали. Начинались апартаменты со спальни, а продолжались игровой для зверей, которую очистили от всего лишнего, навешали щитов-когтеточек, набросали всяких игрушек. Впрочем, в игровой они возились исключительно когда я отлучалась, а стоило мне появиться, тут же вылетели встречать.

— Уже соскучились? — Я опустилась на корточки, почесала между ушей и того и другую одновременно. — Я же полчаса назад ушла. Все, пойдем есть, а потом будем бегать.

Для кормления был отведен огромный угол, где стояли миски и небольшой холодильник: последний пополнялся раз в день, оттуда я и достала лакомства.

— Спокойно! — сказала под танцевальные пируэты у мисок, насыпая еды сначала Гринни (иначе покормить Верража было невозможно), потом ему.

Малыши набросились на еду, а я отошла к окну и обхватила себя руками. Кто бы знал, как мне сейчас хотелось что-нибудь разбить! Но рядом с драконенком нельзя было позволять себе такие эмоции, поэтому я глубоко дышала. Стараясь не думать о том, о чем ненадолго забыла: что Ландерстерг просто уехал в Аронгару сегодня утром. И о том, что во мне действительно никогда не будет огня.