Глава 25 · Звериное логово

До болот отряд добрался немного быстрее, чем прошлый раз. Всё же дорога уже знакомая. А вот чтобы найти место, где Лирка искупалась, пришлось покружить. Местные крылатые твари в этот раз навстречу не вылетели, и дракониха, которую они взяли вместо Булыгана, отреагировала на неприветливый болотный лес с высокомерным спокойствием и без какой-либо тревоги, какая порой мучает зверей, когда те оказывались в незнакомом месте.

— Вот оно, то дерево, на которое мы и упали, — юркий Ширан опасно свесился со спины дракона, указывая на запомнившееся ему дерево. — У него до сих пор крона примятая.

— Или её местные твари обломали, — недовольно проворчал Вархай, которого поставили во главе отряда.

Было решено спускаться. Внизу уже все опознали берег, на котором провели целую ночь, и начали спешно готовиться к погружению, а то не дай боги местные жители заявятся или твари те страшные опять всю округу переполошат. Кое-как нашли ручей с чистой водой, чтобы напоить дракониху и самим обмыться после вредных болотных вод. Вархай остался на берегу вместе с всадником как единственный маг и сразу же достал кучу восстанавливающих зелий.

Леший рвался в бой. Ради брата он залез бы в это болото, даже если бы после совершенно точно умер. Но первым в жёлто-зелёную воду пошёл всё же не он, а Ширан, знавший, где именно нужно нырять. Вархай наколдовал вокруг их голов полный круговой щит, чтобы защитить хотя бы их лица, и Леший на пару с охранителем в одних портках потопал в болото.

— Тёпленькая, — поморщился Ширан, входя в воду.

— Это ещё не очень, — отозвался Леший. — Служили мы с братом как-то на Ярисовой заставе, а там рядом тоже болото. Да какое! С огонём ходить нельзя, воздух горит. Наш виларий, учёный оборотень, говорил, что газы там какие-то из недр идут, вот они и горят.

— Этим ещё гореть не хватало, — Ширан не удержался и обернулся к берегу, где у костра ждали товарищи, готовые подменить их поисках. — И без того страх какой. Туман зеленью горит.

— Хоётор весь такой. Ну… — Леший припомнил окрестности Данжавара, — … почти весь такой.

Стоило мужчинам зайти в воду по колено, как дно стало совсем топким и норовило утянуть их в тягучую грязь чуть ли не по самый пояс. Пришлось лечь грудью на воду и поплыть. Ширан заплыл точно под крону дерева, посмотрел наверх и довольно улыбнулся.

— Вон, видишь обломанный сук? Вот оттуда и рухнула. И, говорит, статуя её прямо за ногу «схватила».

Оборотни сперва на несколько мгновений ушли под воду, проверяя, как работает щит, и приступили к поискам.

Леший некоторое время висел в воде и с удивлением осматривался. Прошлый раз ему было не до любования подводными красотами, брата вытаскивал, да и глаза заливало. А сейчас он не мог перестать разглядывать открывшиеся виды. Будто в другом мире оказался. Несмотря на ночь, здесь было довольно светло из-за сияния собственно болота и клубящегося над ним тумана. Вся слякотная топкость осела на дно, и вода была мутновато-зелёной, но всё же достаточно прозрачной, чтобы полюбоваться раскинувшимся внизу миром.

Из самого дна вверх тянулись купола, похожие на грибные шляпки, а между ними иглами взмывали шпили, когда-то острые, а сейчас поломанные и сильно заросшие зеленью. Они дрожали в толще воды подобно чёрным теням, уходили вдаль, туда, куда не могло дотянуться зрение оборотня, и походили то ли на живое существо, переродившееся во что-то опасное и страшное, то ли на скелет этого существа. Между шпилями искрами сновали мелкие костлявые рыбки, как-то выживавшие в болоте, да дрожали длинные листья водорослей.

Слушая рассказ странного Лиркиного сожителя, Леший как-то особо не проникся судьбой древнего заброшенного города. Но вот сейчас, когда увидел его воочию, почувствовал сожаление. Такое величие, труда наверняка стоило немалого, а теперь гниёт на болотном дне, и смертные о нём даже не вспоминают. А, казалось бы, такая красота и мощь должны были остаться в истории навечно и жить в песнях и сказаниях.

Ширан подёргал его за ногу и указал пальцем вниз. И Леший мигом забыл о городе, увидев вскинутую каменную руку. Ох, если бы его такое за ногу «схватило», он бы точно на месте осрамился!

Они спустились ниже и внимательно осмотрели высокий постамент. Тот, похоже, был на две трети скрыт в болотной хляби. Мужчины сунулись было в неё, но лезть слишком глубоко не рискнули. Поднявшись к голове статуи, Леший как смог очистил её и с некоторым недоумением осмотрел. Черты лица уже истёрлись, нос едва выступал, но вот губы хорошо сохранились, как и клыки, которые выпирали из верхней челюсти. Вместо волос голову и плечи покрывали то ли змеи, то ли верёвки какие-то. Как-то не очень похоже на Господина Ваирака. Хотя боги-то наверняка могут принимать любой угодный им облик.

Увы, но на постаменте не нашлось ничего кроме ярко блестевшей чешуйки в монету размером. Какой рыбине такая могла принадлежать?

Вдруг послышался странный гул. Вода задрожала, задвигалась, и мужчины обеспокоенно заозирались.

«Ах ты, тварь!» — беззвучно выругался обалдевший Леший, увидев в воде ту самую драконоподобную крылатую зверюгу, встречи с которой они опасались.

Но опасались встретить её на берегу. А она, судя по всему, замечательно чувствовала себя и в воде. Треугольная, вытянуто-острая голова повернулась в их сторону, круглый зрачок расплылся почти на всю радужку, и тварь раскрыла пасть, полную мелких острых зубов, и погребла крыльями к ним. А затем прижала их к бокам, и куда быстрее поплыла вперёд, извиваясь всем своим тощим телом подобно рыбе.

Мужчины бросились к ближайшему куполу и едва успели нырнуть под него в маленькое окошко. Ящерица яростно забулькала, попыталась засунуть внутрь свою маленькую голову, но Ширан и Леший каждый со своей стороны ткнули ей в глаза, и она мигом отпрянула, взбешённо мотая башкой. И закружила в водяной толще, как в воздухе, размахивая-загребая крыльями. Раздосадованная тем, что добыча спряталась, тварь заложила пару кругов вокруг статуи, затем схватила что-то лапами, протащила и швырнула на топкое дно.

Вдруг водную толщу осветил всполох. Ящерица испуганно отпрянула, заметалась и бросилась куда-то. Ещё один всполох заставил её сложить крылья и стремительно скользнуть в невидимую даль подобно гигантской рыбине.

Ширан и Леший выждали ещё пару минут и начали выбирать из тёмной норы под куполом, суеверно опасаясь, что в непроглядной черноте может кто-то скрываться. Так быстро никто из них ещё не плавал. Воздух под щитами заканчивался, и мужчины изо всех сил рвались к поверхности. Когда их головы пробили границу между верхним и подводным мирами, первое, что они услышали, — это истошный визг летающей где-то в небе твари.

— Слава богам! — закричали товарищи. — Мы уже думали, она вас сожрала!

На берегу, опустив башку почти к самой воде, сидела дракониха. От её ноздрей тянулся дымок, и самка молчаливо следила прищуренным взглядом за видимой только ей точкой в небе. Не рычала, не пыталась броситься вдогонку. Ждала. Но, видимо, среди местных ящеров уже расползлась слава о большом и горячем Булыгане, так что тварь яростно и тонко визжала, но спуститься больше не пыталась.

— Ещё и водоплавающая! — в сердцах сплюнул Леший.

Они с Шираном увязли у самого берега, но товарищи кинули верёвку и споро выдернули их из топи.

— Прошлый раз вроде не так топко было, — раздосадованно ворчал Ширан.

— Ну? — требовательно спросил Вархай. — Нашли чего?

Мужчины мрачно мотнули головами.

— Статую нашли, — отчитался Ширан. — Но на постаменте ничего нет. А дно такое вязкое, что мы там скорее сами похоронимся, чем что-то найдём.

— А оно скорее на дне и лежит! — Леший был ужасно расстроен. — Тварь эта, чтоб ей пусто было, лапами хватает всё, что попадётся. Сами видели! Наверняка успела тут похозяйничать!

Вархай крепко задумался.

— Хватает, говорите? — протянул маг. — А что если нам попытаться найти гнездо этих хозяйственных зверушек, а? Как думает, могли они что-то утащить к себе?

В воду они всё же зашли ещё пару раз, чтобы убедиться, что Леший и Ширан не обманулись, и дно действительно топкое и вязкое.

— Как иголку искать, — с досадой протянул Леший.

Энтузиазм поутих, и оборотень осознал, насколько всё же изначально невелики были их шансы найти древние артефакты. Прилетели, имея в загашнике только домыслы о местонахождении цацек. А те, если и были здесь, давно покоятся где-то на дне болота на глубине нескольких десятков саженей. Это даже не пресловутый стог сена с иголкой! Озеро и капля в его водах.

Оставалось надеяться, что местные ящеры действительно как сороки тащили всё, что ни попадя, и что они строят гнёзда или что-то похожее, где хранят свои сокровища.

На поиски гнездовья ящеров отправились уже ближе к полудню. Утром больно густой туман стоял, с высоты только тёмные макушки деревьев и видно. К середине дня поднимающаяся от воды зеленоватая пелена рассеялась, хоть и неполностью, но уже что-то можно было рассмотреть. И их самих за такой завесой не очень-то видно. Решили обследовать болото с севера на запад: перепуганная тварь ночью вроде бы туда улетела. По крайней мере, крики шли с той стороны.

Вид сверху навевал тоску. Болота сильно отличались от Леса, деревья росли куда реже, были зеленее — в отличие от многоцветного лесного простора, — и большую часть занимало стальное в солнечном свете зеркало вод. Ровных, безжизненно спокойных, напоминавших ртуть. То тут, то там чернели остовы сгнивших деревьев, чьи ветви растопыренными пальцами пронзали жидкий туман. Чем дальше на запад они забирались, тем больше внизу было чёрных стволов. Казалось, что болото умирало ближе к закату. Ещё через некоторое время оборотни сообразили, что часть деревьев точно не росла в этих водах. Кто-то притащил сюда коряги и зачем-то оставил плавать в воде.

Ещё через полчаса нашлась разгадка этого явления.

Вдалеке послышался гомон птичьего базара и на фоне пасмурного неба замельтешили чёрные крылатые точки. Много-много точек. Решили забрать на север и подлететь к гнездовищу под прикрытием Леса. Дракониха, к счастью, сохраняла спокойствие и не выказывала ни страха, ни желания бросаться в бой.

Менее, чем через четверть часа, дракониха осторожно опустилась на широченную крону мощного краснолипника и замерла, как птица на гнезде.

— Булыган бы уже всё тут промял, — хохотнул кто-то.

— Булыган бы уже был в самом центре гнездовища и грел чужие яйца, — не столь весело ответил Вархай. — И мы с ним.

Увиденное не понравилось никому.

Обширную часть болота покрывало что-то вроде неряшливой плотины из множества древесных стволов. Лежали те так плотно, не знающий мог бы решить, что никакого болота тут нет. Ящеры с противными визгами скакали по устроенной свалке, переругивались между собой, то ли дрались, то ли игрались и то и дело взмывали в воздух. Часть, держа в зубах что-то, может, добычу, ныряла в дыры-норы и скрывалась где-то под плотиной.

— Может, у них как у бобров? — предположил Ширан.

Образ жизни ящеров сейчас мало кого волновал.

— Как их… — начал было Леший, но не смог подобрать слово.

— Их тут как комаров, — нашёлся Вархай.

Действительно, именно на комариную тучу и походило сборище мелких ящеров. Соваться туда на крупном и очень заметном драконе было смерти подобно. Заедят. Лезть же тайком… Тоже неважная идея. Да и куда лезть, что искать и где искать?

— Смотри! — Ширан вцепился в руку мага и вытянул вперёд палец.

Тот сперва ничего, кроме холма из валежника, не увидел. А потом над вершиной мелькнуло крыло, и оборотни встревоженно переглянулись. Судя по размерам, невидимый пока ящер лишь немного уступал в размерах их ездовому зверю.

— Как бы ещё огнедышащим не был, — высказал опасения почти всех Ширан.

— Мы туда полезть не можем, — решил Вархай.

— Я один пойду! — запальчиво сказал Леший.

— Куда? — маг сурово посмотрел на него. — Ты даже не знаешь куда соваться. Хочешь, чтобы брат ещё быстрее помер, когда мы ему твой труп привезём?

— Какой труп? — отозвался Ширан. — Они его целиком сожрут. Хотя я вот тут подумал… Смотрите, самые большие у них на вид как бы постарше, не такие поворотливые как мелкие и выглядят не так блестяще. Вдруг тот, — он кивнул холм из валежника, — тут самый старый.

— И? — Вархай нахмурился, не понимая, куда он клонит.

— У старого дракона хлама в пещере больше, чем у молодого. Кроме того, он тут давно, может, что-то успел стащить из подводного города до молодняка. Ну или унаследовал чьё-то старое гнездо. Оно у него вон какой большое, хоромы!

Маг задумался. Когда появлялась конкретная цель, даже самое недоступное место начинало казаться немного более достижимым.

— Главное, чтоб они не заметили. Но тут нужно только чтобы не вычуяли, а мы без запаха. И чтобы не признали в нас опасность, — продолжил Ширан.

— Хоёторское зверьё насторожиться, если мы будем двигаться, но не пахнуть, — покачал головой Леший.

— Ничего, мы там уже, когда доберёмся, обмажемся, — и оборотень игриво приподнял брови, предлагая уже самостоятельно додумать, чем они обмажутся. — А тут у берега вываляемся в грязи, по цвету самое то, может, за ползающий молодняк примут. Мозгов-то у них, судя по размерам башки, немного.

— Все не пойдём, — Леший с благодарностью посмотрел на Вархая, который всё же принял решение идти. — Пойдёт Леший, как самый заинтересованный. И я, как маг. Остальные остаются здесь. И ни в коем случае не вмешиваетесь, иначе это комарьё и вас пожрёт.

Тут со стороны гнездовища пахнул ветер, и весь отряд дружно скривился от запаха.

— Тьфу ты, срань какая! — сплюнул Вархай. — А если я задохну… сдохну, командование на себя возьмёт Ширан. Ох, ты ж Светлые боги! Что ж они так воняют⁈

От гвалта закладывало уши. Ящеры носились над головами, визжали, хлопали крыльями, а также носились по «плотине», клацая когтями по дереву. Вымазанные в грязи так, что только глаза виднелись, Вархай и Леший не сразу решили выбраться из жижи, в которую превращалась вода рядом с гнездовищем. Вонь стояла такая, что уже через минуту мужчины перестали хоть что-то чуять. Хотя в первое мгновение даже Лешиего чуть не стошнило, когда он увидел, во что им придётся лезть. В соглядатайской службе в чём только ни приходилось валяться, но в таком всё же не доводилось. Вархаю пришлось ещё тяжелее. В жизни его грязи было немало, всё же отдал военной службе без малого два века, но за последние годы чистенькой службы охранителем успел отвыкнуть.

Пока ящеры внимания на них не обращали. Вархай полез первым и выбрался на брёвна тёмно-серой обтекающей гусеницей. Рядом точно такой же гусеницей лёг Леший. Мимо проклацал когтями вопящий ящер, и мужчины, убедившись, что пока на них не смотрят, осторожно поползли вперёд, оставляя за собой грязный след.

Они уже одолели почти половину пути, когда перед Лешием плюхнулась потрёпанная и малость облезлая ящерица. Она с требовательным скрежетом сунула морду прямо в лицо помертвевшего мужчины, но, не успел Леший помолиться, отшатнулась и с воплем напрыгнула на кого-то скрытого в ворохе ветвей. И дальше запрыгала прочь на одной лапе, сжимая во второй тощего пищащего ящерёнка.

Перевели дух, поползли дальше. На склон холма из валежника забирались очень осторожно, после каждого движения припадая к вонючей древесине. Первым до края добрался Вархай. И округлил глаза на Лешиего. Тот понял, что там нечто невероятное, и поспешил заглянуть.

Внутри лежала огромная, самая большая из всех виденными ими здесь ящериц. Она каталась на спине, игриво взрыкивала, а по её чешуйчатому пузу ползала парочка ящерят. Как раз с Лешиего размером.

Мужчины переглянулись. Хлама в гнезде хватало. Тут лежали и кости разных размеров, и разлагающиеся шкуры, всякие деревяшки, и вещи, явно созданные руками. Лешиему показалось, что он увидел под башкой ящера тележное колесо. Но вот это гнездо — выемка среди умятых стволов — было лишь «парадной». В стенке зиял тёмный проход, и из него как раз высунулась голова третьего ящерёнка. Видимо, это была «детская», потому что сама мамаша туда бы не протиснулась.

Надо было как-то отвлечь внимание мамаши. Вархай долго рылся в одежде, а точнее, под наслоениями грязи, и на конец выудил чёрный шарик. Что-то шепнув, он швырнул его на другую сторону гнезда. Бухнуло. Самка мигом перевернулась, опрокинув ящерят, вскочила и взобралась на край гнезда. Леший тут же у неё под хвостом скатился вниз и нырнул в «детскую», потеснив недовольно зашипевшего ящерёнка. Кое-как запалил светляк и торопливо осмотрелся. Всё гнездо ходило ходуном, пока мамаша проверяла, что это там издало такой громкий звук. Внутри оказалось куда уютнее и чище, чем снаружи. Пахло всего лишь болотом и кишечными газами.

Леший отмахнулся от любопытно принюхавшегося ящеренка и принялся рыться в хламе, выискивая хоть что-то ценное и похожее на то, что ему нужно. Было много трухи, часть вещей давно сгнила. Но вот пальцы нащупали что-то каменное, какой-то бортик, в границах которого лежала толстая скорлупа. Леший уцепился и дёрнул, но камень прочно врос в дно гнезда. Тогда оборотень отбросил скорлупу и принялся яростно рыться в трухе. Подозрения оправдались, это оказался какой-то каменный ящик. Видимо, мамаша вкатывала в него яйца, в верхних слоях было очень много скорлупы. Один раз попался крохотный череп ящерёнка.

А потом Леший нащупал проломленную каменную резную крышку.

Тут уж грудь одновременно стиснули надежда и разочарование. Узоры были откровенно хоёторскими, современными, как бы сказала Лирка. Но кто его знает, какими они были в древнюю пору, может…

Гнездо сотряслось от яростного рёва, и Леший отскочил к самой дальней стенке, сжимая в ладонях труху. Внутрь просунулся нос самки, и её ноздри быстро-быстро зашевелились. Ящерёнок тут же прижался к маминой морде и что-то ласково заурчал. Самка резко отстранилась и, судя по тряске, пошла на другую сторону гнезда. Леший вернулся к находке и принялся ещё быстрее выгребать землю и всякую дрянь. И разочарованно застонал, когда пальцы шкрябнули по дну. В последней горсти попался какой-то комок. Леший хотел уже отбросить его, но всё же размял пальцами.

Сердце ёкнуло, когда из серёдки выпал кусочек грязи и у него на ладони осталось что-то похожее на кольцо.

Бухнул второй взрыв. Это был и отвлекающий манёвр, и сигнал, что больше медлить нельзя. Леший осторожно подобрался к выходу и высунулся наружу. Самка стояла на краю гнезда хвостом к нему, а глупые ящерята ползли по стенке к ней. На противоположной стороне показалась серая от грязи голова Вархая. И Леший бросился наверх, быстрее, пока мамаша не обернулась и не поняла, что в её гнезде был вор.

Он уже перевалился через край, когда ящерица грузно плюхнулась в гнездо и, грозно зарычав, вновь начала взбираться по стенке. На какую сторону взбираться, они уже не посмотрели. Когда такая махина мечется совсем рядом, инстинкт самосохранения отключает рассудок, и они, вскочив на ноги, бросились бежать уже не таясь.

Не ожидавшие, что враг выскочит прямо под боком, ящеры бросились в рассыпную, дав мужчинам фору. Но опомнились быстро и с воплями кинулись вслед беглецам. Взбешённый рёв самки подстегнул всех, и стая взметнулась вверх с птичьим гвалтом. Вархай, не оборачиваясь, через плечо швырнул горсть взрывных шариков, и один из них вдруг взорвался с силой полноценного снаряда. Мужчин волной отбросило почти к самому краю «плотины», ящеры рассыпались в разные стороны, как мошка от удара кнутом.

— Болотный газ, — ошалело выдохнул Вархай, вздёргивая на ноги Лешиего. — Вот повезло-то… Давай, живее-живее!

Они рухнули в жижу и яростно забарахтались в ней в сторону более чистой и жидкой воды. Опомнившиеся ящеры высмотрели их головы и визгами спикировали вниз, но мужчины уже ушли под мутную воду.

Выплыли они почти в версте к западу от гнездовища и кое-как, цепляясь за плакучие ветви какого-то неизвестного дерева, выбрались на твёрдый берег. А потом сидели и молча смотрели, как в небе кружит растревоженное «комарьё», а среди них ночной бабочкой тяжело порхает ограбленная ими самка.

— Хотелось бы надеяться, что ты что-то нашёл, — впрочем, особой надежды в голосе Вархая не было. — Иначе зря мы что ли прошли через… — и он с отвращением отёр лицо.

Леший разжал судорожно стиснутые пальцы и показал свою находку. Маг взял её, осмотрел со всех сторон и, что-то шепнув, ткнул в неё указательным пальцем. Наросшая грязь мигом отлетела, и Леший увидел, что это действительно кольцо из потемневшего металла с каким-то красным камешком по центру.

— О, крупный, — Вархай прищурился на камень. — Вроде бы рубин… Ну-ка посмотри, — он сунул кольцо под нос Лешиему. — Тебе не кажется, что на камне гравировка есть?

Тот присмотрелся. Действительно что-то такое было, но камень нужно было почистить тщательнее. Пока же он осторожно ощупал его поверхность, и да, там на самом деле была какая-то неровность.

— Сейчас доберёмся до наших, а потом, когда уже будем подальше отсюда, почистим и посмотрим, что это. Пока же держи, расхититель драконьих гнёзд, — и Вархай с улыбкой вернул Лешиему кольцо.