Глава 52 · Явление Барда

Рихан был уверен, что жрец затащит его на своего дракона, но тот поманил за собой Ярли и прихватил за шиворот бога-мальчика, который тут же завопил, задёргался, рассыпаясь в обещаниях ждать их в городе.

— Вода донесёт меня!

Но жрец был неумолим. Забросил трепыхающегося бога животом на седло, как какого-то пацанёнка, и скорее по привычке, чем из галантности подал Ярли руку. И, надо сказать, не просчитался. Ярли и не подумала противиться, а вот Рихан холодным потом покрылся. Фантазия у него всегда работала прекрасно, и он живо представил, как жрец сбрасывает Ярли вниз с дракона. Вот Вотоская порода! Знает, кого заложником брать.

Мысль, что жрец может считать Ярли слишком опасной, чтобы сажать её рядом со своей спутницей, не пришла ему в голову.

Они добрались до города уже к утру. Тьма ещё висела над Лесом, гуляли зелёные бесформенные всполохи, а небо на востоке только-только посерело. Настроение бога давным-давно переменилось, и он вполне удобно устроился прямо перед жрецом и порой что-то рассказывал ему на ухо, притягивая к своему рту за косу. Судя по напряжённому лицу Вотого, тот сообразил, что у бессмертного неладно с головой.

Рихан злился. Господин втравил их в такие неприятности, а сам сидел с таким видом, будто ничего и не боялся, хотя прижимался к груди отца, у которого похитили дочь по его приказу. И как учитель мог с ним связаться, с психом-то? И ему, Рихану, следовало сразу же убраться из Жаанидыя, когда учителя убили. Нет же, пошёл…

Но тогда бы он не узнал Ярли такой, какая она есть на самом деле.

Девчонка, с которой он был вынужден лететь, вздрагивала от каждого его шевеления и смотрела со страхом и смущением. На вид она была типичной хоёторкой, причём откуда-нибудь с юго-востока. Они там все на незнакомого мужчину и смотреть боятся. А вот зверёк на её плече, куница, явно из оборотней и обладал воистину дерзким характером. Впрочем, мелкие животные почему-то часто агрессивнее крупных. Видимо, инстинкта самосохранения им отсыпали по размерам тельца.

Они приземлились в Лесу примерно в двух верстах к северу от города. Тащиться в само поселение Рихан не хотел. Жрецу хватило бы и бога, чтобы добраться до цели, но попробуй убеди того, у кого ты ребёнка украл. Чуйка на опасность вопила, волк внутри щерил клыки и вздыбливал шерсть, но уйти не порывался. Куда там, когда бестолковый божок как малое дитё висло на подоле Ярли. Рихану самому хотелось повиснуть на её платье, чтобы она никуда не шла. В который раз он остро сожалел, что они не говорят на одном языке.

Пролетая над Рото-Ё в ночной темноте, рассмотреть его не получилось. Огни поселения терялись среди светящейся листвы, лишь иногда попадались просветы, в которых в природном сиянии Леса виднелись тёмные очертания строений. Но для ночи здесь было довольно оживлённо. Присмотревшись, Рихан уже мог отличить пляшущие огни живого пламени от лесного света и обратил внимание, что эти огни очень даже активно плывут на юг. Празднество какое-то в городе? В Хоёторе ночь принадлежала хищникам, двуногие же жители предпочитали коротать её за стенами, а не шляться по лесным тропкам на радость голодному зверью.

Нет, не праздник. Не могло им так повезти. Да и чуйка на опасность склонялась к тому, что неладное что-то произошло в городе.

К городу их повёл Господин. Рихан ни за что бы не пошёл за ним, но решал не он. Словно чувствуя его настрой, жрец держался поближе к Ярли и часто бросал на Рихана мрачные, упреждающие взгляды. Спутница жреца нервничала больше всех. Совсем ещё молоденькая и даже хорошенькая, если её немного откормить и помыть. И где он её нашёл? Где бы ни нашёл, именно спутнице жреца Господин и отдавал больше всего внимания.

— Пойдём за мной, милая, — нежным, ласковым голосом манил он, пугая и без того перепуганную девчонку.

Она иногда замирала, будто слушала кого-то, и начинала смотреть на Господина с ещё большим страхом и недоверием. Пугливо сторонилась его и чаще пряталась за спиной жреца или отступала к драконам, которые шествовали за ними через кусты. Её порой стекленеющий взгляд наводил Рихана на кое-какие мысли. Жрецов он чаще видел издали, связывать с ними и авантюрный учитель не хотел. Но на тех, кто слышал голоса в своей голове, насмотрелся. Сам из таких.

Интересно, девчонка просто из слышащих голоса или жрица? Жриц в восточном Хоёторе было мало, на юго-востоке вроде и вовсе не должно быть такой диковинки, с их-то традициями. Да и выглядела девчонка сущим ребёнком, а жрецами становились уже опытные шаманы. Чему эта могла успеть научиться?

Но она определённо несла с собой какую-то тайну. Слишком ласков был с ней Господин, больно уж предупредителен. Явно хотел что-то получить от неё. Рихан ещё ни разу не видел, чтобы сумасшедший бог делал хоть что-то по душевной доброте.

До города оставалось около половины версты, когда жрец велел драконам оставаться на месте, и дальше они двинулись уже без их сопровождения. Сперва они вышли к заброшенным глиняным жилищам, наполовину заросшим хищными ползучими растениями. В рассветной полутьме они сияли манящим тёплым, жёлтым светом, цветы их беззаботно раскачивались, источая одуряющий аромат, в который вплетался запах мертвечины — гниющих в живых силках птичек и мелких зверушек. Первый жилой дом встретил их мечущимися тенями в окнах: что-то всполошило жильцов.

Господин затрясся.

— Они меня почуют, — шептал он, — узнают, что я здесь, и бросятся на меня. Они уничтожат меня, уничтожат!

Но продолжал идти. Шёпот становился всё тише, движения более нервными, но бессмертный упрямо продолжал идти. Рассвет медленно гасил лесное сияние, и ночная светлая тьма уступала место дневному полумраку. Вроде бы они уже вошли в город, но домов попадалось мало. В какой-то момент их стало значительно больше, Рихан начал переживать, что их весьма солидный по размерам отряд заметят, но потом застройка опять поредела и вообще исчезла. Словно дома, как табун телят, согнали в одном место. И Рихан чувствовал, что это неспроста.

И, как всегда, оказался прав. Как же паршиво быть правым в делах, касавшихся безопасности.

Господин остановился, когда впереди выросла высоченная, уходившая ввысь чёрная стена. Рихан напрягся, заподозрив, что перед ними Дом Духов. Собственно, всё на это и указывало. И сгрудившиеся дома, словно сбежавшие подальше от грозного соседа, и воцарившаяся вокруг тишина.

— Тебе туда, — бессмертный обратился к спутнице жреца по-хоёторски.

Та испуганно посмотрела на строение и отрицательно замотала головой, отступая. Занервничала ещё сильнее.

— Твой Господин ведь рвётся туда, — губы мальчишки расползлись в пугающей улыбке, обнажая острые зубы. — Не противься, подчинись его зову. Он сильнейший из духов, тебе нечего бояться, дитя.

Девушка с ужасом уставилась на него.

— Что он говорит? — жрец требовательно посмотрел на Рихана.

— Чтобы она туда шла. Это, — он кивнул на стену, — Дом Духов. Местечко весьма опасное, непосвящённым входить туда нельзя. Что-то вроде храма, но не храм в нашем понимании.

— Зачем ей идти туда?

Рихан опасливо пожал плечами, и жрец перевёл вопрошающий взгляд на бога. Тот занервничала и заволновался под его взглядом, спрятался за юбку Ярли и, выглянув из-за неё, ответил:

— Её Господин потерял ворота и жаждет обрести новые. Для этого ему нужно завоевать их. Ей нужно войти в храм, только там её Господин сможет воплотиться в истинной форме и вызвать хозяина ворот на бой. А хозяин сейчас готовится принести твоё дитя в жертву. Если он отвлечётся, ритуал не проведут. Ей нужно идти…

— Я могу пойти за неё? — перебил его жрец.

Повисла изумлённая тишина. Господин оторопело хлопал глазами и, кажется, не знал, что ответить.

— Нет! — наконец возмутился он. — Его должен принести его последователь и возложить на алтарь. Иначе миссия последователя не будет выполнена, и он должен будет умереть.

Почему-то Рихану показалось, что бессмертный то ли не до конца откровенен, то ли бесстыдно врёт или же вообще не знает, о чём говорит.

Девчонка задрожала ещё сильнее, словно понимала, о чём они говорят по-салейски. Зато оживилась куница. По одежде она сбежала на землю и юркнула в ближайшие кусты. Девчонка ахнула и бросилась за ней. Послышались треск, шуршание и шелест, а затем и сердитое шипение. Девушка принялась торопливо стягивать с себя верхнее платье, чем слегка смутила и удивила Рихана, не ожидавшего такой смелости от женщины с юга Хоётора. Спустя несколько минут из кустов вышла ещё одна женщина, босая, в наспех натянутом платье. Смотрела она куда решительнее. Высокомерно взглянув на Господина, она сквозь зубы процедила:

— Последователь я, а она всего лишь жрица.

— Ты не пойдёшь! — девчонка тут же перестала бояться и попыталась запихать свою подругу в кусты.

— Ещё как пойду! — та упрямо вскинула подбородок. — Мы пересекли половину Хоётора, чтобы просто в кустах посидеть? Если есть возможность изменить нашу жизнь, я пойду и…

— Я сама! — краска стыда вспыхнула на щеках девушки, и она вцепилась в поясной кошель. — Я жрица, я могу донести…

— Должен идти последователь, — судя по стеклянной взгляду и будто приклеенной улыбке, Господина опять переклинило. — Иначе умрёт.

— Ты врёшь! — с неожиданной яростью зашипела девчонка.

— Проверь, — предложил бессмертный.

Жрец раздражённо хмурился, разговор, идущий на хоёторском он не понимал, но, похоже, догадывался о сути.

— Я иду с ними, — заявил он по-салейски.

— Но, мой господин, — жалобно протянула по-хоёторски девчонка, видимо, поняв его.

Рихан тряхнул головой, собирая мысли в кучу. От этих скачков с языка на язык у него даже чувство опасности притупилось.

Жрец строго посмотрел на девчонку, и та потупилась под его взглядом и более возражать не пыталась.

— Как туда пройти и что нам делать? — спросил он Господина.

— Войдёте в двери, а дальше её Господин, — бессмертный кивнул на девчонку, — скажет, что ему нужно.

Жрец посмотрел на него с подозрением.

— Если ты обманул меня, то уже не сможешь спрятаться от меня, — предупредил он. — Я приведу Господина Ваирака в Хоётор и дам в его руки всю власть, которая ему будет нужна, попросив в награду лишь твою смерть. И ты, — острый взгляд пронзил Рихана, — жди здесь. С тобой я разберусь и без божественной помощи.

Рихан сглотнул. Ага, помощи семейства будет вполне достаточно.

Ещё раз мазнув на прощание по ним взглядом, жрец развернулся и зашагал к стене Дома Духов. Женщины осторожно потянулись за ним. Когда они почти добрались до храма, Господин вдруг потянулся к ним.

— Вы куда? — шёпотом окликнул его Рихан.

Господин растерянно посмотрел на него через плечо и словно не увидел. Помялся на месте и зашагал за жрецом и его спутницами, опять уплыв в очередное забытьё.

Рихан дождался, когда они все скроются за углом, и потянул Ярли прочь. Исполнять приказание жреца он, конечно, не намерен. Да, у Вотых огромные возможности, но пусть сперва попробуют его найти.

За углом в кустах пришлось остановиться. А-ара с недоумением смотрела на расположившихся перед Домом Духов мужчин. У них не было принято охранять врата, да и от кого? Господа сами уничтожат всякого, кто посмеет перешагнуть порог святилища.

— Воины.

Женщины вздрогнули и уставились на Господина, почти прижавшегося к ним.

— Кого-то ждут, — бессмертный был на удивление спокоен. И тем пугал ещё больше. Вдруг через секунду на него накатит истерика, и их обнаружат?

Ворота были совсем недалеко и манили приоткрытой створкой.

— Они нас не увидят, — тонкие, детские пальцы обхватили похолодевшие ладони А-ары и То-нии, и Господин потянул их за собой, к дверям. — Жди, — бросил он качнувшемуся Руахашу, и тот не очень охотно подчинился.

Их действительно не заметили. Никто не посмотрел на побелевших от страха женщин и их провожатого. Даже качнувшаяся створка не привлекла внимания воинов. Тихая напряжённая беседа не прервалась, когда Господин покинул Дом Духов и вернулся за Руахашем. Взгляд вскинул только один оборотень, когда ворота брякнули, плотно закрываясь уже за спиной жреца.

«Мы здесь! Здесь! У цели! Наконец!!! Иди живее, несчастная! Живее!!!»

Голова разрывалась от торжествующего голоса Господина, его ликование переполняло А-ару, но на лице не отражалось. Страх и растерянность заглушали радость духа. Женщины слышали требования Господина, но не понимали, куда им идти, и растерянно осматривали единственный зал Дома, потолок которого скрывался где-то высоко в пыльной тьме.

— Что дальше? — Руахаш посмотрел на Господина.

«Живее! Не стой столбом, глупая. Иди вон туда. Ну же…»

А-ару потянуло к северной стене, и она неуверенно зашагала к ней, но потом опомнилась и протянула кошель То-нии. Та не глядя вытряхнула на ладонь цепочку и, подкинув её под истеричный вопль Господина, зашлёпала босыми ногами к стене. Остановилась и придирчиво осмотрела совершенно ровную поверхность. Дом словно был выточен из цельного куска камня, никаких следов кладки.

«Они должны быть где-то тут…»

— Кто «они»? — нахмурилась То-нии. — Выражайся яснее. Что нам искать? И давай тоже живее. А то сейчас хозяева явятся, а ты в столь забавном виде.

«Я тут никогда не бывал! — окрысился Господин. — Мне нужно время, чтобы понять».

— Будем надеться, что оно у тебя есть, — насмешливо протянула То-нии. — Мне что-то нужно делать?

«Подожди! — огрызнулся дух. — Сейчас я подумаю и…»

То-нии потеснил бог-мальчик. Он с лёгким недоумением осмотрел стену, словно увидел давнего знакомого и немного удивился уже оттого, что узнал его. Растерянно осмотревшись, он встал на носочки и положил ладонь на стену.

Дом Духов сотрясся от самого основания так сильно, что женщины попадали на пол. Руахаш устоял и даже успел подскочить к То-нии и оттащить её в сторону. И вовремя. Почти у её ног развезлась трещина, и из неё медленно вверх выдвинулась статуя из чёрного камня. Статуя мальчика, за головой которого висел круг, а за спиной высилось чёрное дерево, пышно покрытое чёрными же цветами. Бог как зачарованный уставился на спокойное, полное торжественной задумчивости лицо мальчика. И Руахаш отметил сходство между статуей и замершим перед ней бессмертным. Только в камне было запечатлёно одетое в роскошные одежды дитя, а напротив стоял прочти нищий оборванец.

— Когда-то тут был мой храм, — голос Господина звучал немного удивлённо, как если бы к нему неожиданно пришли давно забытые воспоминания. — Я отдал его для ворот Рошшаада — единственного, потерявшего разум не от вины, а из-за несправедливости. Он… нравился мне. Такой спокойный… Если не обижать.

Он подошёл ближе и коснулся пальцами до углублений на пьедестале у самых ног статуи. Пять оплавленных по краям отпечатков. Восьмиугольные, шестиугольные, один четырёхугольный. Пять замочных скважин для пяти ключей вместо одного изначального. Рошшаад умел делиться тем, что не имело для него значения.

— Пошли прочь!

Женщины с криком отшатнулись, когда невесть откуда появилось длинное чёрно-серое полотнище. Бог-мальчик тоже сперва испугался, но потом расплылся в безумной улыбке и шагнул к задрожавшему полотну.

— Иссешаэ, как ты ослаб… — с радостным изумлением протянул бог.

— Кто бы говорил! — огрызнулся самый младший Господин Рото-Ё. — Мы думали, ты давно сдох. А ты просто стал ещё более жалким, чем раньше. Кто это? — полотно сжалось и словно бы развернулось в сторону Руахаша. — Он сильный, но не наш. Он отмечен служением бессмертному. Это твой жрец?

— У меня больше нет жрецов! — бог продолжал улыбаться, но его голос задрожал от негодования. — Тебе ли не знать? Это ведь ты…

— Я не трогал его! — невесть чего испугался Иссешаэ. — Он умер сам!

— От голода. Скованный цепями. В подземелье, — с каждым словом глаза мальчика расширялись всё больше и больше.

— Пошёл прочь отсюда! — заревел Иссешаэ и почти вплотную подступил к богу. — Твоё время ушло! Хоётор теперь наш, и ты здесь больше не Хозяин!

— Да, твой хозяин Итраид.

Полотно отпрянуло и серебристо замерцало.

— Он один из главных, мы должны подчиняться главным, — начал оправдываться Господин Рото-Ё.

— Он тебя терпеть не может, — проявил осведомлённость бог. — Только и ждёт возможности, чтобы избавиться.

— Не он давал мне право пользоваться воротами, не ему и забирать! — рявкнул Иссешаэ.

— А зачем забирать, если тебя, слабака, можно просто уничтожить, м-м-м? — брови мальчика поползли вверх. — Ты жив, пока его жрец считает, что Рото-Ё сильнее с пятью Господами. Но влияние жреца падает, Итраид всё сильнее сходит с ума. Как скоро жрец поддастся его безумию?

— Пошёл отсюда, змея! Я не слышу тебя! Думаешь, я не понимаю, чего ты хочешь? Ты хочешь добраться до ворот, но сил у тебя нет, вот ты и чешешь языком!

— А я неправду говорю? Пропусти Расххеридана к воротам, — в голосе бога появились повелительные нотки. — Даже если карлик тебя потом выбросит, Расххеридан впустит опять. И, в отличии от Итраида, он будет тебе обязан. Кого ты сейчас защищаешь? Тех, кто не защитит тебя, а при случае и избавится?

«Если бы ты хоть что-то умела, нам бы не пришлось никого упрашивать! — ярился Господин А-ары. — Отвлекла бы, а я в это время… Мне же не нужно много времени».

Иссешаэ умолк и вроде бы заколебался. Самый младший Господин Рото-Ё и самый слабый он вечно получал тычки со стороны Итраида. Их связывало далёкое прошлое, которое сам Иссешаэ помнил очень смутно, но помнил, что у Итраида есть причина для ненависти.

А у Расххеридана её не было.

— Думай быстрее, — почти ласково пропел бог. — Если проклятое дитя успеет стать жертвой, то Расххеридан тоже станет твоим врагом, и тогда тебе придётся надеяться только на милость Итраида.

И Иссешаэ отодвинулся в сторону. То-нии нерешительно посмотрела на него, невольно коснулась собственного живота и шагнула к статуе.

«Положи меня, положи на замок».

Женщина растерянно посмотрела на пять отпечатков.

— Вот, — бог с милой улыбкой ткнул пальцем в третий слева «замок», — положи сюда.

И То-нии медленно, звено за звеном опустила в углубление цепочку.

Дом тряхнуло так, словно из-под пола пыталось прорваться какое-то чудовище. Посыпалась пыль. Упавшая То-нии сдавленно охнула, когда её вздёрнул на ноги, а затем взвалил на плечо Руахаш. На втором плече у него уже лежала А-ара, и вместе с ними он отступил ближе к дверям. Стены, статуя, мальчик-бог и Иссешаэ задвоились от тряски. Заплясали тени, где-то высоко наверху послышался нарастающий грохот. В воцарившейся какофонии только бог и замерший дух заметили, как от постамента вверх потянулась белёсая струйка дыма. Тонкая, исчезающая и теряющаяся среди сыплющейся с потолка пыли, она набирала силу и плотность, и вот уже статуя начинает исчезать за лёгкой завесой тумана. Грохочущий треск обрушился вниз, и стена раскололась и разошлась. Внутрь хлынул солнечный свет, и в его лучах из тумана появился новый Господин Рото-Ё.

Руахаш успел опустить женщин на пол и оттеснить их себе за спину ближе к дверям. И оттуда открывался как раз особенно хороший вид.

Туман стремительно рванул ввысь и стороны и быстро заволок собой треснувшую стену. Та будто бы исчезла, и вместо неё появились густые облака, пронизанные золотистыми солнечными лучами. И первой из этих облаков появилась огромная рука. Рождающийся из тумана Господин был велик ростом. Длинные, изящные пальцы, увенчанные белыми когтями, зашевелились, перебирая пыльный воздух. Кожа руки была столь бела, что солнце отражалось в ней бриллиантовыми искрами. Тончайший рукав, сотканный будто бы из паутины, собрался складками у локтя. Показалось плечо, крепкое, широкое и совершенно нагое. Одеяние сползло вниз, открыв и грудь — широкий, каменно-белый пласт мышцы, расцвеченный невинно-розовым пятном соска. Господин продолжал подниматься, показался сильный изгиб шеи, а затем наконец и голова.

Явившийся из тумана Господин был красив, как окутанная утренней дымкой излучина реки. Как обложенная снежными облаками горная вершина. Как пронизанное рассветным сиянием загадочное марево, висящее над равниной. Создатели явно не один день трудились над этим совершенным лицом, в котором не было ни одной неправильной черты. Острая линия челюсти, высокий лоб, не очень полные, но длинные губы, изогнутые капризно и немного лукаво. Прямой нос и длинный разрез глаз. Брови и ресницы пушисто-белые, а длинные волосы походили на чистейший горный лёд, в котором сейчас причудливыми цветами преломлялись солнечные лучи.

Белые ресницы приподнялись, обнажая белый хрусталь глаз, в которые словно вмёрзли тонкие иглы зрачков. Господин улыбнулся, и прекрасную картину дополнили острые зубы.

— Это он? — Руахаш обернулся к своим спутницам.

Губы А-ары были плотно сомкнуты, но вот глаза распахнуты во всю ширь, а лицо вытянулось вниз. То-нии и вовсе пялилась на явившегося Господина с открытым ртом. Когда Господин лениво поправил одежду, натягивая её на плечи, именно То-нии опомнилась первой. Размахнувшись, она отвесила себе звонкую пощёчину и, зажмурившись, потрясла головой. Затем открыла глаза и вновь посмотрела на Господина.

— Это что, наше бессмертное де… — недоверчиво начала она, но закончить не успела.

Господин отреагировал быстрее.

— Заткнись, нахалка! — громыхнул он, ткнув в неё пальцем.

— Точно он, — расстроилась То-нии.