Глава 62 · Отрава Хоетора

Невозмутимое лицо духа дрогнуло. Он быстро подошёл к сжавшемуся Истаридану и присел так резко, что чёрные волосы взметнулись над землёй.

— Покажите мне! — нетерпеливо потребовал Атраш.

Бог захныкал, но почему-то послушался и слегка развернул ладони, показывая блестящий шар. Иррес, словно заворожённый, тоже подошёл ближе.

— Почему она такая маленькая? — шёпотом спросил он.

— Он ослаб, — вместо Истаридана ответил Атраш. Сухо, не глядя на подселенца. — И его сила тоже уменьшилась. Но это неважно. Главное, что она есть. Главное, что его дар найден. Теперь, — дух пристально посмотрел на Ирреса, — его нужно освободить.

Иррес только хотел наброситься на него с расспросами, чтобы наконец понять, что здесь происходит и почему давний знакомый, ещё из беспечного прошлого до безумия, так подозрительно себя ведёт и что вообще здесь делает. Но последние слова Атраша заставили его смешаться.

— Что такое? — Лирка выбралась из рук Риша и подошла ближе.

— Не знаю, — раздражённо ответил друг.

— Знаешь, — холодно сказал Атраш. — Это ведь из-за тебя он стал таким.

— Он стал таким, потому что сам решил! — тут же вскинулся Иррес. — Не нужно меня винить в том, что он сам с собой сотворил. Не я его об этом просил!

— Но ты мог сделать так, чтобы этого не произошло! — лицо духа исказила ярость.

— Я⁈ Что я мог сделать⁈

— Ты мог простить!

На миг повисла тишина. А затем Иррес страшно зашипел:

— Простить? Что ты знаешь о прощении? Что ты вообще знаешь, чтобы говорить мне о прощении?

— Успокойся, — рядом встал Риш и положил руку на шею подселенца. — Давай разберёмся. Лично я не понимаю, что происходит и о чём говорит этот господин. Кто вы вообще такой?

— Он Господин Вано-Ё, — повторил До-рани-хи.

— Это я уже слышал, — хайнес позволил себе насмешливую улыбку. — Но даже моих познаний о Хоёторе достаточно, чтобы сообразить, что это не всё. Господина Истаридана не любят здесь, даже презирают. А Господин… Атраш ведёт себя довольно подозрительно и странно для Господина Хоётора.

— Ий-узээри-ш, вы чужаки на нашей земле, — До-рани-хи проникновенно посмотрел на него. — Не стоит лезть в наши дела из любопытства.

— Но я-то здесь уже не чужой, да?

Взгляды устремились к нагло прищурившемуся Мхяну.

— Мне-то вы можете сказать, уважаемый… отец?

Лицо До-рани-хи скривилось так, словно ему защемило нерв.

— Наверное, могу сказать я.

Улыбающийся господин Исхедиар подошёл ближе. Атраш вздрогнул, рассмотрев его, и сделал шаг в сторону, закрывая собой мальчика-бога.

— Я хорошо помню, что ты был рядом с Истариданом, когда я пришёл в Хоётор первый раз. Тогда ты скрывал своё лицо, но я тебя узнал.

— Я не помню, чтобы он был в Хоёторе раньше! — Иррес раздражённо посмотрел на Исхедиара.

— Много ли ты помнишь в своём безумии? — повторил чужие слова Командир Испепеляющего полчища. — У Истаридана ведь были союзники, когда ты с ним сражался, верно?

Иррес нахмурился. События безумного прошлого часто были подёрнуты туманом, не всё он помнил чётко. Главным образом только то, что подогревало его безумие. То, что было для него навязчивой идеей. Окружение Истаридана он действительно почти не помнил. Но рядом с ним определённо кто-то был.

— Значит, Господин Атраш один из давних союзников Хозяина, — Риш соотнёс данные.

— Но Истаридан потерял свой дар и силу, — Исхедиар тоже присел рядом с мальчиком-богом. — И больше воевать уже не мог. А вот куда исчезли его союзники?

Командир Испепеляющего полчища взглянул в испуганные глаза Истаридана с таким пониманием, будто уже знал ответ.

Но вот сам Истаридан его не знал. Скривившись, он захныкал.

— Меня все бросили. Я стал слаб и не нужен. Никому не нужен. Даже Шау.

Иррес дёрнулся, сжал челюсти и яростно взмахнул хвостом.

— Похоже, кому-то ты всё-таки был нужен, — Исхедиар перевёл безмятежный взгляд на напряжённого Атраша. — И этот кто-то даже подобрался к Идоаре, чтобы найти кое-что принадлежавшее тебе.

— Дела Хоётора тебя не касаются, — холодно отозвался Атраш. — Почему ты нарушил обещание и опять пришёл сюда?

— Мой потомок умер здесь.

— Так забирай его и уходи! — Господин Вано-Ё гостеприимством точно не отличался.

— Сразу, как только найду, — благостно улыбнулся Исхедиар. — Так что же здесь произошло после того, как я навестил Истаридана? Почему он в столь жалком состоянии и почему его считают едва ли не мёртвым? Когда я видел его последний раз, он был в разуме. И был достаточно силён, чтобы бой с ним доставил удовольствие. Что же произошло с самым сильным богом Хоётора?

После этих слов взгляды скрестились на хныкающем боге, нисколько не похожим ни на сильного, ни на разумного.

— Тебе всё равно придётся рассказать, — сказал Исхедиар Атрашу. — Ведь ты хочешь чего-то добиться от Ирреса, а он толком ничего не помнит.

— Про идиотскую идею отделить разум я уже знаю, — Иррес нервно взмахнул хвостом. — Но дар… Я считал, что Родители наказали его, а потом узнал, что нет и… Там что-то сложнее.

Атраш осмотрел собравшихся. Их было много: Шхаелые, До-рани-хи и Ша-ван-х, духи, Лирка с Ришем и Ёрдел в компании Мариша. Остальные обеспокоенно посматривали на их компанию, но не подходили. Правда, Майяри рвалась, но харен коротко посмотрел на хайнеса и опять утянул жену на колени.

— После потери разума он стал одержим примирением с тобой, — неохотно начал дух. — Идоара воспользовалась этим. Подгадала момент, когда никого из нас не было рядом. Пообещала, что сделает всё, чтобы ты хотя бы попытался его простить. Но так как она не может оказывать услуги, ничего не получив взамен, то ей нужна была плата. И она попросила его дар. Ненадолго. До того момента, пока ты не простишь его.

Иррес поморщился и задумался.

— Она как-то приходила ко мне. Говорила… — он нахмурился, выуживая воспоминания. — Говорила, что Истаридан раскаивается, что я мог бы простить его, но…

Тот разговор он помнил смутно. И безумие мешало ясности сознания, и сам разговор довёл его до бешенства, а бешенство ещё больше замутило воспоминания.

— Она же всегда так! — с яростью прошипел он. — Выполняет желаемое, но так, как пожелавший не хотел. Чего он вообще от неё ждал?

— Он был безумен!

— Мы все тут были безумны!

Некоторое время Атраш и Иррес просто смотрели друг на друга.

— Прости его сейчас, — вдруг потребовал дух. — Условие договора будет выполнено, и дар должен будет вернуться к нему.

— Простить? — шерсть на загривке поднялась дыбом. — Даже если я сейчас скажу, что простил его, это будет неправдой! И я не смогу сделать так, чтобы это стало истиной! Думаешь, так просто забыть всё то, что было между нами? Тебе никогда не причиняли столь сильную боль, чтобы ты захотел отомстить, ты никогда не ненавидел.

Повисло напряжённое молчание. Истаридан, баюкавший сферу, вдруг всхлипнул и что-то неразборчиво принялся напевать под нос. Иррес метнулся взад-вперёд, яростно обмахнулся хвостом и вдруг поник.

— Я не знаю, можно ли называть это прощением, но я больше не хочу ему мстить. И… Я тоже теперь ним виноват. Не могу больше злиться на него так, как злился раньше. Наверное… может быть, я… простил?

Прозвучало столь неуверенно, что никто не обманулся и не поверил этим словам. Но всё же и Атраш, и Иррес выжидающе уставились на Истаридана.

Со сферой в его руках ничего не случилось. Только сияние внутри стало ярче, оно словно оживало.

— Ну я же говорил, — фыркнул Иррес, но Лирка поняла, что он расстроен.

Даже врага видеть в столь жалком состоянии неприятно.

— А-а-а-а, да замолкни ты уже!

Повисшую тишину разорвал разъярённый крик.

— Нудишь и нудишь, нудишь и нудишь… А я ещё думал, что я это сам… Коварная дрянь!

Из ворот Дома Духов вывалился Бард.

— Где она⁈ У неё даже мысли ядовитые! В другом мире достала…

— Где ты шлялся⁈

Ярость на лице Барда мигом сменилась обескураженностью, и он уставился на светловолосую женщину, торопливо идущую в его сторону. Взгляд духа поплыл. Он выглядел так, будто уходил внутрь себя, сосредотачивался на собственных мыслях и в то же время пытался вырваться в реальность.

— Где А-ара⁈ — женщина подошла и ткнула духа пальцем в живот. — Ты бесполезный кусок дерьма! Обещал защищать нас, а сам куда-то исчез! Где А-ара⁈

— А-ара? — дух изумлённо посмотрел на женщину. — Я оставлял её с тобой!

— Её со мной нет! Так же, как и тебя с нами нет! Где она⁈ Найди её!

— Столько шума… — с досадой цыкнул Бард. — Поди, гуляет где-то. Дракона вашего ищет.

Тут уже То-нии растерялась. Эта мысль не приходила ей в голову. А ведь А-ара действительно могла озаботиться судьбой оставленных ящеров.

— Так, где она… — раздражённый Расххеридан попытался нащупать связь с жрицей, и его брови удивлённо приподнялись. — Вари-Ё? Почему она там?

Тут из ворот выскользнуло серое полотнище. Оно врезалось в спину карлика, обволокло его и что-то испуганно зашептало.

— Что? — карлик встрепенулся. — Идоара хочет выпустить силы Аххентара?

Сразу несколько ворот распахнули свои зевы в разрушенном Доме Шиикара, и внутрь ступили Расххеридан, Исхедиар, Атраш, карлик и До-рани-хи. Следом за жрецом тут же выплыл Страдающий Эр, за ним торопливо протиснулся припозднившийся Ша-ван-х и уже после осторожно высунул край своего полотнища Иссешаэ.

— Они были здесь, — испуганно прошептал младший Господин Рото-Ё. — Прямо тут.

Вверх взмыла целая стайка разноцветных светляков. Блики света заплясали по стенам и заиграли на глянцевых обломках.

— Ха! — карлик ткнул в них пальцем. — Это поделка Рошшаада. Надо было всё-таки забрать шар!

Светляки рассыпались в разные стороны, выхватывая из тьмы все уголки зала и взмывая к самому потолку. Здесь явно кто-то был после них и был довольно долго.

Над проломом в крыше пролетела какая-то птица. Её силуэт закрыл свет волчьего месяца, и по полу проскользнула крылатая тень.

— Смотрите! — проследивший за тенью карлик кое-что заметил на плитах.

До-рани-хи тоже присмотрелся, затем несколько раз щёлкнул пальцами, посылая в воздух ещё с десяток светляков, и в их окружении присел, чтобы поближе разглядеть чёрные линии.

— Они готовились проводить ритуал, но почему-то ушли.

— Ты спугнул? — карлик обернулся к Иссешаэ.

— Они меня не видели! Если бы видели, разве я смог бы вернуться? — дух негодующе задрожал.

— Я… не могу понять, — Расххеридан метался вдоль стены и словно бы принюхивался. — Она где-то… тут, но где именно? Ах, этот Шиикар! Любил же он путать…

Он остановился в углу и поднял с пола верёвки. Лёгкий ветер вырвался из его рукавов, ринулся в разные стороны, и один из его потоков почти сразу нырнул куда-то в кладку недалеко от угла, в котором замер Херидан. Он присел и по локоть запустил в стену руку.

— Ха, кажется, она от них сбежала, — злорадно протянул Бард. — Вот они струхнули и решили сменить место.

— Или испугались Рошшаада и решили найти другое укрытие, — сказал Атраш. — Не могу понять, где Идоара.

— Ваш жрец не с ней? — спросил До-рани-хи.

— Это Дом Шиикара, — вместо Атраша ответил Бард. — Здесь путаются все связи.

— И моя связь с жрецом не похожа на твою с Эрашем, — добавил Господин Вано-Ё.

Из пепельных врат за спиной Исхедиара высунулась морда Ирреса.

— Ну что, можно? — нетерпеливо спросил подселенец. — Да их тут нет!

И вылез полностью. Следом тут же вышел Узээриш, и уж только после него показалась встревоженная Лирка. А из розовых ворот карлика бесстрашно высунулся Леший.

— Ты в чьи залез⁈ — донеслось ему в спину рассерженное. — Это же не наш!

— Да какая разница? Я и через эти уже ходил.

— Вы-то куда лезете, бесполезные? — разъярился карлик.

— Ага, доверим мы вам спасение нашего господина Руахаша, — Леший в ответ пренебрежительно фыркнул.

— Как бы вас спасать не пришлось! О нет, вас никто и не будет спасать!

За Лешием осторожно выглянул Нарий, а его в плечо пихнул Викан.

— Меня пропустите. Я тут единственный, кто дорогу знает.

Решение принимали быстро. И согласились, что идти всем скопом бесполезно и рискованно. Пошли только маги, хаги и те, от кого мог быть хоть какой-то толк в незнакомом месте, — те, кто успел побывать в Вано-Ё. Недовольный Мхян вышел из ворот господина Исхедиара в компании своего Господина. Он изо всех сил пытался убедить духа земли остаться в Рото-Ё, но тот не хотел его даже слышать. По крайней мере, расфокусированные зрачки говорили о том, что дух не хочет видеть реальность и слышать её наверняка тоже.

— Силы Аххентара действительно можно использовать, чтобы открыть сферу Многоликой? — спросил До-рани-хи у Атраша.

— Вряд ли. То есть… — дух поморщился. — Может, и откроет, но слиться со своим даром Идоара так просто не сможет. Хозяин озаботился тем, чтобы безумцы не вернули себе силы раньше, чем он посчитает нужным сам их вернуть. Силы духа… Это часть нашего тела. Это как если бы у тебя оторвали руку и забрали. Но ты её вернул и хочешь прирастить обратно.

— Тогда почему она хочет её открыть? — не понял Мхян.

— Она безумна, — До-рани-хи с досадой посмотрел на парня. Мол, что за глупость ты спрашиваешь?

— Сумасшедшим сложно принять реальность такой, какая она есть, — добавил Атраш. — В их картину мира постоянно вкрадываются их собственные домыслы. Нелогичные, но они этого не видят и не понимают. Сами себе они могут объяснить и доказать то, что считают правильным, но их объяснения трезвому рассудком покажутся бредом. Идоара помешана на собственном предназначении. Она и чужие силы собирала с мыслью, что сможет использовать их, чтобы сделать мир прежним, хотя в нынешнем состоянии она этого не может. Она была разделена с собственным даром едва ли не одной из первых.

— Это Истаридан, что ли, так с ней поступил? — недоверчиво спросил Иррес.

— Никто, кроме него, не был на это способен, — сухо ответил Атраш. — Идоара могла только собирать силу, которая вырывалась на свободу после смерти духов. Или забирать то, что отдавали добровольно. Но после того, как Хозяин попался в её ловушку, она добралась до его хранилища и забрала всё то, что успел собрать он. Она даже не понимает… Нет, она не хочет понимать, что среди собранных им сил есть очень опасные, которые лучше вообще не выпускать. Они не могут после освобождения сразу слиться со своими прежними хозяевами и способны принести огромный вред. Сила того же Аххентара может погубить всё живое в Хоёторе. Хозяину пришлось после смерти Аххентара наложить ограничение на его силы, чтобы они не влились в потоки мира. А уже Идоара закрыла их в сферу.

— Эй, это ж получается, что если сейчас силу выпустят, то… — Мхян испуганно распахнул глаза.

— Обычно после смерти духа его сила отходит к миру. Но Аххентар сотни лет собирал в своём теле яд. Он очень мучился в своём безумии, — в голосе Атраша проскользнуло сожаление. — В какой-то момент ему вдруг показалось, что если Хоётор исчезнет, то станет хорошо. Нет, не совсем так. Если исчезнет Хоётор и все безумцы с ним.

— Серьёзно? — удивился Иррес. — Вообще этого не помню. Нет, я помню, что Аххентар совсем соображать перестал. Только и делал, что выл, а его жрец полностью забрал власть в свои руки. Жреческая семья потом после его смерти ещё пыталась удержаться на верхушке, но их всё же скинули. Слушай! — звёздчатые глаза подселенца изумлённо распахнулись. — А если Идоара сейчас вскроет его сферу, то сила её же и укокошит?

— Нет, — огорчил его Атраш. — Аххентар не успел накопить достаточно яда, чтобы тот мог убить всех бессмертных. Хоётор да, выжжет. Но только в случае, если найдётся ключ. А он давно утерян. Хозяин решил не хранить его у себя и отдал жрецу Аххентара.

— Жрецу⁈ Он уже тогда мозги потерял⁈ — у Ирреса аж шерсть дыбом встала.

— Именно жрец пришёл и рассказал о задумке своего Господин. Он не хотел, чтобы Хоётор погиб. И Хозяин отдал ключ ему. Он не мог тогда хранить его у себя, за ним постоянно охотились, — Атраш неприязненно посмотрел на Ирреса. — А семейство жреца потом уехало, и ключ вообще потерялся. Сейчас никто не знает, где он. Так что ни Идоаре, ни Хоётору сила Аххентара не угрожает.

— Я бы не надеялся на это, — оскалился подселенец. — Нет ничего более ужасающего, чем случай.

Атраш вздрогнул. Внимательно наблюдавшая за ним Лирка увидела, как распахнулись глаза духа. Казалось, тот был потрясён. Но довольно быстро взял себя в руки.

— Нам сюда, — раздался уверенный голос Викана.

— Стоять, — шикнул Узээриш, и Викан по давней привычке едва в струнку не вытянулся. — Не лезем в пекло первыми. Господин Исхедиар, не сопроводите ли?

— Мы идём первыми, — заявил До-рани-хи и действительно сунулся в коридор первым.