Глава 29 · Интрига Викана

Родовое гнездо Вотых мало изменилось с того времени, когда Лирка имела честь гостить там после мятежа. Всё те же высокие кованые ворота, за которыми вырастал едва ли не дремучий лес. Могучие дубы стали ещё выше, а их кроны — гуще, берёзы раздались в стволах, рябин стало больше, то тут, то там в кустах шныряла невидимая глазу живность. Они с Виканом прошли через дверь рядом с воротами, обменявшись приветствиями с крепким седовласым привратником.

— Так короче, — заявил Викан и потащил Лирку прямо через лесистый парк.

Может, так было действительно короче, но парку придали столь явное сходство с лесом — а скорее всего, просто не мешали ему разрастаться, — что, напади неприятель, и сходу к дому пробраться бы не удалось. Вылезли они на подъездную дорожку — точнее, выдрались из цепких ежевичных кустов — все в паутине, листьях и с мелкими веточками в волосах и за шиворотом.

— Твою мать! — шарахнулся от них лысый крепкий оборотень.

— Фоший! — обрадовался Викан. — А мы к деду в гости.

— Могли б как нормальные гости по дорожке прийти, — проворчал домоправитель родового гнезда Вотых. — У нас ездовой ящерёнок из ангара убёг, я уж думал, это он. Поганец любит набрасываться, а повалив, топтаться. Прошлый раз ногу у меня уволок и где-то заныкал. Так и не нашли. Пришлось эту вытащить.

Оборотень махнул рукой на свою правую ногу. Ниже колена её заменяла лакированная деревяшка в виде когтистой львиной лапы.

— Ты её всё это время хранил⁈ — обрадовался Викан. — Мы с Леахашем думали, что выбросил давно.

— Так она мне велика была, — с досадой поморщился Фоший. — А теперь мне все остальные малы.

Господин Фоший действительно малость раздался и потяжелел. Но дородность его красила.

— Тебе идёт! — заверил Викан, старательно пряча улыбку.

— Только неудобная жуть, — пожаловался домоправитель. — Идите внутрь, а мы с ребятами продолжим искать эту крылатую сволочь. Так, стой! — уже сделавший шаг домоправитель резко остановился, всмотрелся в лицо Лирки и расплылся в благостной улыбке. — Да это ж госпожа Прожорливая Медведица!

— Здравствуйте, — Лирка смущённо опустила взгляд.

— Ох, похорошела! — Фоший залихватски подкрутил усы.

— Благодарю, господин.

— Не замужем? — домоправитель хитренько прищурился.

— У деда на неё, может, свои планы есть, — Викан поспешил закрыть Лирку грудью.

— Кто успел, тому и добыча! — развёл руками Фоший. — У меня внуки до сих пор не пожененные.

— У Вотых тоже полно холостых.

— Никак себе присмотрел? — домоправитель заинтересованно округлил глаза.

— Не себе, но присмотрел. Так что вытрите усы, уважаемый. Лирка, пошли.

— Госпожа, ни с чем не соглашайтесь! — крикнул вслед Фоший. — Эти стервецы вмиг охомутают! А в мире полно мужчин более интересных.

«Не нравится он мне», — проворчал Иррес.

В доме оказалось неожиданно шумно. Неожиданно для Лирки, Викан же глубокомысленно изрёк:

— Прям смотрины…

Насторожившись, женщина заподозрила, что оборотень тащит её в какую-то ловушку. Они миновали холл и прошли в гостиную, занятую большим числом сероволосых мужчин и куда более разнообразных в расцветке женщин. Шумно чему-то радуясь, они толпились вокруг… кажется, дивана. Порой шум прорезал строгий женский голос и присутствующие ненадолго почтительно умолкали, а потом опять всплёскивались разговорами. Появление Викана мало кого заинтересовало, а вот Лирку присутствовавшие мужчины окинули хищными пронизывающими взглядами. Сразу вспомнилось предупреждение господина Фошия, а Иррес, судя по внутренним ощущениям, ментально ощетинился.

«Волчары! Слюни подберите!»

— Викан, кто это с тобой?

Лирка поспешила подойти ближе к своему спутнику.

— А ну-ка? Лира̀н, отойди. Ба… — один из мужчин отошёл, и магичка оцепенела, столкнувшись со знакомыми жёлтыми глазами. — Да это же Лирка! Подруга Майяри, умотавшая к границе с Хоётором.

Господин Шидай вообще не изменился. Высоченный, с длинными мускулистыми ногами, широкими плечами и крепкими руками, он всё ещё волновал девичье воображение. Даже Лирка слегка смутилась, вызвав негодование Ирреса.

«Тебя то дети, то старики интересуют».

Старым господин Шидай ничуть не выглядел. Да и возраст меньше девятисот лет — это ещё не старость, а самая зрелость! В прошлом Лирка не так часто встречалась с лекарем, вырастившим и воспитавшим Ранхаша Вотого, но Майяри в письмах писала о нём очень много. Всё же господин Шидай жил вместе с ними и почитался в их доме за отца.

Мужчина держал на коленях годовалую девочку с серыми, лёгкими как пух волосиками и большими жёлтыми глазищами. Она быстро потеряла интерес к гостье и вновь потянулась к завязанному пышному банту на пояснице девочки лет десяти. Хорошенькая девочка, чем-то неуловимо похожая на господина Шидая. Такая же желтоглазая, только волосы не серые — в случае лекаря седые, — а светло-русые. До того момента, когда вошли Лирка и Викан, она явно с большим интересом рассматривала ребёнка на руках… господина Руахаша. Женщина растерянно уставилась на уставшего жреца. Тот слабо улыбнулся.

— Деда, покажи! — пятилетний мальчик с серебристыми вихрами и почти традиционными для Вотых жёлтыми глазами требовательно тянул жреца за рукав, тоже желая рассмотреть крошку Миану. — У-у-у, она ещё мельче Ава̀ны.

Услышав своё имя, девочка на руках господина Шидая издала неясный вскрик и с потешной торжественностью заявила:

— Я. Авана. Я.

Лирка сообразила, что видит перед собой детей Майяри: годовалую Авану, пятилетнего Хамѝна и десятилетнюю Ила̀ю, которая вообще-то дочь не Майяри, а господина Шидая.

— Что вы столпились как в зверинце?

Упоминание зверинца заставило Лирку вздрогнуть, а всех остальных — расступиться. Вперёд вышла уже очень-очень зрелая женщина, в которой магичка с трудом, но узнала госпожу Жадалу. С главной женщиной семьи Вотых она имела честь быть знакомой в свой прошлый визит в этот дом, но, занятая другими проблемами, плохо её запомнила.

— Это мать Мианы? — госпожа Жадала вскинула брови и вопросительно посмотрела на Руахаша.

— Нет, — Лирка вовремя вспомнила, что нельзя ни с чем соглашаться. — Я… тётя?

Неуверенность ответа вызвала на лицах присутствующих хитрые ухмылки. Господин Руахаш почему-то виновато посмотрел на Лирку.

— Мы ждали тебя ещё вчера, — госпожа Жадала укоризненно склонила голову набок.

— Простите, я не знала… — растерянно протянула Лирка.

— Бабушка, у неё вчера было много работы, а ночью она с хайнесом участвовала в облаве, — с радостной улыбкой выгородил её Викан.

— Это которая у Рышныев была? — с интересом спросил кто-то.

— Руахаш, с хайнесом ты на эту девочку спорил, а? Куда вы её заныкали?

Большое семейство вновь зашумело и загалдело. Лирке ещё не доводилось присутствовать при собрании такой большой семьи. Нет, в прошлый раз они, наверное, тоже были тут почти в полном составе, но Лирка в своём раздрае не обратила внимание.

— Подойди сюда, — госпожа Жадала требовательно её поманила и чуть ли не силой усадила между господином Руахашем и господином Шидаем. — Бери ребёнка на руки.

— Прости, — жрец сгрузил удивлённо хлопающую глазами Миану на колени Лирки, и та поспешила придержать ребёнка.

При взгляде на круглое розовое личико и ещё сильнее позеленевшие глаза нутро окатило тепло, и женщина осторожно ощупала окрепшие ручки и ножики. Девочка радостно улыбнулась, то ли узнав, то ли одобрив ласку. Лирка вспомнила ночь, когда малышка оказалась в её руках, завёрнутая лишь в материнский платок. Тогда ей было до горечи жаль ребёнка, оказавшегося в таком тяжёлом положении. Сейчас же девочка ничуть не напоминала дитя, за жизнь которого боялась его бедная мать. Одетая в роскошные одёжки, спокойная, сытая и радостная, она походила на долгожданного ребёнка богатого родовитого семейства.

— Будешь названной матерью, — тоном, не располагавшим к возражениям, заявила Жадала.

— Опасный статус, — господин Шидай подмигнул ей. — Можешь стать мачехой Ранхаша.

— У нас с господином Руахашем не такие отношения! — яростно возразила Лирка.

Но, глядя на лица присутствовавших, поняла, что ей никто особо не верит. И даже испугалась, вспомнив сотню раз слышанные заявления, что Вотые своего не упустят, что если они чего-то хотят, то получают, что от них не спрячешься и не убежишь… Видимо, сейчас благородные представители семьи Вотых были готовы поддержать эти слухи.

— Хватит её пугать, — госпожа Жадала строго, но всё-таки не так строго, как раньше, посмотрела на потомков. — Милая, мы в большом долгу у тебя. Благодаря твоим усилиям наш Руахаш стал отцом.

Боги, как двусмысленно это звучало…

— Рождение дочери в семье Вотых всегда большое событие.

— Ты станешь моей бабушкой? — Хамин, прищурившись, уставился на Лирку.

Та в отчаянии посмотрела на Викана, который делал вид, что парк за окном интересует его больше.

— О! — вскинув взгляд на возглас, Лирка едва ли не посерела, увидев того, для разговора с которым влезала в это логово. — Госпожа, какая удача, что вы заглянули. Можете уделить мне несколько минут?

— К-конечно, — девушка передала ребёнка господину Руахашу и торопливо зашагала к старому консеру.

Только они скрылись за дверью, и Шидай, заинтригованно изогнув брови, взглянул на Руахаша:

— Майяри-то за тебя порадуется, а вот поганец Мадиш ославит как извращенца, увлекающегося молоденькими девочками.

— Между мной и госпожой Лиркой нет романтических отношений, — терпеливо, но уже устало отозвался жрец.

Викан, пользуясь тем, что тот не видит, отчаянно замотал головой и под жадными взглядами родственников страстно поцеловал невидимую даму.

Господин Шерех галантно пропустил гостью в свой кабинет и, плотно прикрыв дверь, уселся напротив неё в кресле. Дружески улыбнулся, отчего Лирка только сильнее напряглась.

— Рад, что уважила старика и приехала поболтать. Слышал, во дворце много работы?

— Не больше, чем на границе.

От проникновенного взгляда было слегка не по себе.

— Майяри очень переживала за тебя, хорошо, что ты вернулась. И не одна.

Он Миану имеет в виду или Ханёна?

— Руахаш поделился со мной твоими опасениями насчёт малышки.

— Он рассказал всё? — напряглась женщина.

— Конечно. Но это не выйдет за пределы нашей семьи, — успокоил её господин Шерех. — Руахаш говорил, что ты хотела стать ей матерью.

— Увы, у меня не получилось.

— Детям порой требуется больше времени, чтобы принять новых родителей.

Лирка заподозрила, что Викан не поделился с дедом, какие именно отношения есть между ней и господином Руахашем.

— Простите, но подозреваю, что вы думаете, что я могу иметь виды на господина Руахаша, — прямо заявила женщина.

— Зачем так грубо, — посетовал старый консер. — Имеешь, не имеешь… Это ваше и только ваше дело…

— Не имею, — Лирка дерзко перебила его, едва сама не испугавшись своей смелости. — Господин Руахаш очень помог мне одиннадцать лет назад, когда у меня начались душевные проблемы после пережитого в Подземном городе. Он милосерден. Он был тем, кто поддержал мой брак и не оставил меня без помощи, когда я овдовела. Он был наставником моего мужа Весхалия. Наверное, господин Руахаш рассказывал вам, что от него отказалась его семья Шиндый…

Расчёт оказался верным. Господин Шерех ярко сверкнул глазами и заинтересованно подался вперёд. Лирка была уверена, что господин Руахаш, уважительно относящийся к чужим тайнам, ничего и никому не говорил о Весхалии. И сейчас она могла воспользоваться ошеломляющей новостью, чтобы развеять или ослабить слухи, которые начали формироваться вокруг неё и главного жреца Ваирака.

— Господин Руахаш просто оказывает помощь вдове своего ученика. Я не думала, что он так привяжется к Миане и что из-за этого мы окажемся в такой неоднозначной ситуации. Но я рада, что малышка обрела крепкую и любящую семью. Лично я не могу дать ей столько, сколько может дать семья Вотых…

— Ты вышла замуж за единственного наследника семьи Шиндый? — переспросил господин Шерех.

Лирка умолкла и попыталась изобразить растерянность.

— На тот момент он уже не был наследником. Вы… не знали? Господин Руахаш не говорил?

— Он трепетно хранит чужие тайны.

Старый консер по-новому взглянул на неё, с неприятным холодным блеском в глазах. Лирка почему-то решила, что подобный взор может предвещать неприятности.

— Твой сын из рода Шиндый?

— Нет, — Лирка разозлилась. — Он не Шиндый и никогда им не будет! Весхалий вошёл в мою семью, и если я… мы получим имя, то он будет моим наследником.

Оборотень задумчиво постучал пальцем по деревянному подлокотнику. Лирка занервничала ещё больше, и заметивший это консер виновато улыбнулся.

— Прости старика, — покаялся он, — я ничего такого не имел в виду. Конечно, Ханён только твой. Ты приводи его как-нибудь сюда… как-нибудь в ближайшее время.

Прозвучало так, словно в противном случае старик сам явится в гости. Страх поднялся в груди, но Лирка постаралась взять себя в руки. Не нужно вызывать подозрения. Она же ничего не скрывает, откровенно обо всём говорит. Боги! Лирку озарило. Может, он подозревает, что Ханён может быть сыном господина Руахаша⁈ Одна мысль об этом вызвала волну стыда и в то же время смущающее желание воспользоваться ошибкой консера и постараться удержать его в заблуждении подольше. Нет, это нечестно в отношении господина Руахаша. Он и так сделал для неё слишком много.

— Боюсь, если оборотни хайнеса заметят моего сына и проследят за ним, то господин Руахаш проиграет пари.

— Не волнуйся, в обученности подчинённые и друзья Вотых могут поспорить с оборотнями Сильнейшего, — снисходительно улыбнулся старый консер. — Тем более такой куш мы упускать не вправе.

Лирка непонимающе нахмурилась.

— Ты не знаешь, на что они спорили? — догадался Шерех. — И не стоит забивать этим голову.

Закрались подозрения, что, узнав, она усовестится и не захочет ставить хайнесу палки в колёса. Но в конце концов он сам поспорил, никто его не заставлял.

В гостиную они вернулись вместе.

— Лиран, — господин Шерех позвал одного из правнуков. — Проводи госпожу до Обиталища Тёмных, — по толпе родичей прокатилось ехидное хмыканье, — и проследи, чтобы за вами никто не увязался.

— Госпожа, — щеголеватый Лиран с аккуратно зачёсанными назад волосами отставил локоть, предлагая Лирке за него уцепиться, но женщина по военной привычке сложила руки за спиной.

— Уже? — госпожа Жадала недовольно уставилась на супруга. — Почему так быстро.

— Мы и так сильно напугали девочку, — шутливо отбился старый консер, — дайте отдышаться и почувствовать вкус свободы. А ты, Викан, пойдём-ка со мной.

Уже в кабинете Шерех проницательно посмотрел на внука и поинтересовался:

— Ты уже успел узнать госпожу Лирку?

— Совсем немного. Интересует, что между ней и дядей Руахашем?

— И это тоже, но девочка утверждает, что их соединяют лишь дружеские отношения. Тем более она всё же была замужем…

— Ты знал, что она была замужем за Весхалием Шиндыем? — Викан явно хотел поразить деда, но тот лишь хмыкнул.

— Пару минут назад узнал. Но… — Шерех нахмурился и продолжать не стал.

— Оказывается, он всё это время жил в пригороде Жаанидыя из-за больших проблем со здоровьем. Его родители скрывали это и отлучили от рода, когда он сбежал, потому что боялись, что ложь вскроется. Даже не пожелали предоставить лекарство, когда он умирал.

К досаде Викана, дед слушал его рассеяно. Слегка удивлённо вскинул брови, лишь когда внук упомянул про лекарство.

— Ребуш и Ахиша никогда не понимали, что такое семья, — поморщился старый консер. — Поэтому род Шиндый и не сможет занять прочное положение среди консеров. Их внутренние связи слишком слабые, они не могут быть поддержкой друг другу. Что уж тут говорить о поддержке трону. А вот эта девочка понимает. Знаешь, — по сухим губам скользнула немного пугающая улыбка, — она напоминает меня.

— Да упаси боги! — не удержался Викан.

— Я тоже хотел семью, тоже хотел имя. Я ведь был безродным, когда родился. Только она не такая решительная. Жаль, что между ней и Руахашем ничего нет. Хотя мальчик… — Шерех вновь задумался, словно пытался решить для себя какую-то загадку.

— Мне кажется, между ней и дядей всё не так однозначно, — Викан понизил голос. — Может, раньше они и относились друг к другу по-дружески, но прошло много времени. Я заметил, как они иногда переглядываются так по-особенному… Но, деда, ты же знаешь дядю. Он считает, что не достоин счастья, да и Лирка очень молода в его глазах. А Лирка девушка скромная, она явно думает, что главный жрец Ваирака из рода Вотых — птица не её полёта.

— Да? — вот это старого консера заинтересовало больше, чем рассказ о Весхалии. — Молодые всегда такие нерешительные. Думаешь, стоит помочь и подтолкнуть?

— Безусловно! — заверил Викан. — Уверен, даже хайнес нам с радостью поможет.

Господин Лиран оказался оборотнем очень галантным и жутко болтливым. Впрочем, вымотанной морально Лирке последнее показалось достоинством, потому что сама она поддерживать разговор не могла. Оборотень привёл её к тайному лазу, но вот его самого внутрь не пустили. Посмеивающийся караульный придержал полог из вьюнов для Лирки, а Вотому велел идти в обход, через ворота. Мол, их семейство и так обнаглело, целый день с визитами ходят. Травяной отравы на них не напасёшься! Не дожидаясь, до чего дойдут препирающиеся оборотни, магичка потопала дальше.

— Мама? — Ханён сперва недоверчиво распахнул глаза, а затем с радостным визгом бросился к ней.

Нежность затопила грудь, когда Лирка сжала в объятиях крепкое и упругое тело сына, вдохнула запах его волос и услышала его заполошное дыхание. Все тревоги отпустили, и она позволила себе поверить, что со всем справится.

— Мама, дядя Ёрих и дядя Нарий приехали!

— Что?

— Они сперва пришли в храм Ваирака, там их отправили на службу Мхяна и дедушки Онта, а Мхян их уже сюда привёл, — счастливо затараторил Ханён. — Они опять не разговаривают друг с другом, видать, поссорились. Дядя Ёрих привёз мне деревянного коня, а Миане какую-то тряпичную куклу. Я не понял, что это за зверь… О! А ещё я видел у соседей огромную зверюгу! — мальчик задохнулся от восторга.

— Ты зачем туда пошёл? — мама строго на него посмотрела.

— Там хозяев всё равно нет, — Ханён забегал глазами. — И на меня никто не ругался.

— Тебя ещё и поймали?

— Нет, — обиженно надулся мальчик: как мама могла так подумать? — Я сам рассказал госпоже Лоэзии и даже проводил её посмотреть.

Тёмные!

«Молодец, Ханён!» — заржал наконец-то вылезший Иррес.