Глава 15 · Каменная дана

В комнату Лирка зашла с опасением, но облегчённо выдохнула, увидев из родичей помимо Нария только Вехну и Ёриха.

«Чего радуешься, идиотка? — вскинулся Иррес. — Его ж никто не остановит, если понадобится! На вас двоих управу только виларий имеет».

Нарий действительно выглядел ну очень злым. Лирка отчасти его понимала. Если бы что-то подобное выкинул кто-то другой из семьи, то разбираться как дане пришлось бы ей и она ух была бы зла. А тут на его плечи… Женщина сердито зыркнула на хайнеса, который успел усесться и теперь попивал что-то мутное, светло-коричневое.

«Наябедничал, хвыба! А нам теперь не только с ним разбираться, но и с семьёй!»

— Этот тут? — Ханён заглянул в комнату и с любопытством уставился на Сильнейшего.

— Я не «этот», а твой отец, — нахально отозвался Узээриш.

При виде мальчишки его глаза живо вспыхнули, и он с жадным удовольствием осмотрел встрёпанную голову птенца. Будто только из гнезда вылез. Сов внутри нежно заквохтал.

Щёки мальчика порозовели, глаза лихорадочно заблестели, но он сурово поджал губы и свёл брови, словно старался скрыть эмоции.

— Пока мама тебя не признает, и я признавать не буду, — пробурчал Ханён.

— Я признала, — мать строго на него посмотрела, и мальчик смешался под её взглядом. — Ханён, то, что вы не знали друг друга, моя вина. Он действительно твой отец, постарайся относиться к нему уважительно.

Сдавленно охнувший Ёрих потёр грудь напротив сердца и с тоской взглянул на пустые бутылки. Увы, хвалёная ежевичная настойка господина Юдриша быстро закончилась, но внести покой в душу не смогла: больно уж велико оказалось смятение.

Ханён закусил губу и насупился. А затем решительно выпалил:

— Пока дядя Иррес не признает! — и выскочил за дверь.

«А я никогда не признаю!» — дядя Иррес тут же показал, на чьей он стороне.

— Тёмные, как же на меня похож… — восторженно протянул Узээриш, глядя на закрытую дверь. — Будто я его сам воспитывал!

— И верь после этого, что нрав по крови не передаётся, — покачал головой Вехна, хотя сходства между хайнесом и Ханёном он даже в характере не усматривал.

— Не ожидал, что за меня заступишься, — Риш с лёгким изумлением посмотрел на Лирку.

— Раз всё раскрылось, я бы не хотела, чтобы Ханён держал на вас зло, — неохотно отозвалась та, сказав лишь часть правды.

От правящей семьи им с Ханёном теперь никуда не деться. И Ханёну же будет проще и легче, если он примет отца и отношения их станут тёплыми. Лирка бы не хотела, чтобы её сын жил в ненависти и непринятии.

— Отойдём, дорогая сестрица.

Лирка вздрогнула и так посмотрела на приближающегося Нария, что Риш невольно дёрнулся и едва не поднялся на ноги, чтобы вступиться за черноглазого галчонка, но вовремя напомнил себе, что перед ним самая коварная птаха в мире. Подхватив Лирку под локоть, Нарий утащил её в сторону гардеробной.

Хлопнув дверью, вредитель запалил светляк и надвинулся на женщину.

— Это правда? — одними губами спросил он.

Магичка раздражённо посмотрела на него. Она только что перед ними признала, что хайнес отец Ханёна. Что ему ещё нужно?

Нарий хлопнул себя по лбу и беззвучно заругался.

— Ты могла сказать хотя бы мне? — опять зашевелил он губами. В сиянии светляка его глаза жутковато отсвечивали зеленью. — Я в этих кругах с рождения кручусь, мы бы что-нибудь придумали уже тогда, когда я в город приехал. А сейчас у меня даже времени нет, чтобы сообразить и решить, что делать!

— Да чем бы ты помог⁈ — яростно зашевелила губами в ответ Лирка.

— Я знаю все законы Салеи! Меня готовили как законника! — последнее Нарий прошипел. — Нашёл бы лазейку, придумал, как вытянуть тебя с дворцовой службы… Боги! Да мы могли бы сделать вид, что Ханён мой сын! Оба светлые, на заставе нас свести пытались. И никто бы здесь не стал дознаваться, что я приехал на заставу позже тебя. Им тут дела нет до одного из сыновей не самой влиятельной семьи!

— С ума сошёл⁈ — Лирка возмущённо вытаращилась на брата. — И что потом? Поженились бы⁈

— Нет закона, который требует женитьбы! Разобрались бы. Когда есть время подумать, можно придумать десятки или даже сотни вариантов решения. А ты этого времени нам не дала!

— Чем больше народа знает о тайне, тем больше вероятности, что о ней узнает кто-то ещё, — Нарию всё же удалось её пристыдить.

— Очень тебе помогло молчание! — брат насмешливо искривил губы. — Твой секрет вылез в разговоре хайнеса и Ханёна, которые ничего о нём не знали!

Лирка досадливо закусила губу.

— Кто ещё знал? Господин Руахаш?

— Он ничего не знал.

— Лирка, — Нарий зло посмотрел на неё, — нам сейчас нужно думать, как выйти из положения самым безболезненным образом. И мне нужно понимать, кто ещё знает историю рождения Ханёна.

Лирка выдержала небольшую паузу и неохотно прошептала:

— Он будет молчать.

— Значит, только он? — вкрадчиво уточнил Нарий.

Женщина кивнула.

— Будем надеяться, что он не успел рассказать родственникам.

— Он бы не стал…

— Лирка, — брат нетерпеливо перебил её, — если я догадался, что господин Руахаш знает, то господин Шерех тоже. А ему наверняка уже донесли столь интригующую весть, так что внука он должен был уже потрясти. Хайнес не хочет держать Ханёна в тайне. Наоборот, он хочет, чтобы влиятельные семьи узнали про него как можно быстрее, чтобы к тому времени, когда он объявит о нём официально, реакция была уже не такой острой.

Так быстро? У Лирки задрожали руки. Ей казалось, что она готова столкнуться со всем миром ради Ханёна, но сейчас испугалась, что не справится, не сможет его защитить.

— Мы не будем оставлять его одного, — Нарий заметил, как изменилось её лицо.

Да какой смысл, что они всегда будут рядом? Разве высокородных остановит присутствие представителя какого-то малоизвестного рода? А из них словом отбиться только Нарий и может. Остальные больше кулаками.

— Ты мне теперь скажи, — вредитель подался ближе, заглядывая Лирке в глаза, — хайнес действительно тебя замуж звал?

Женщина распахнула глаза и в молчании уставилась на брата. Тот всё и так понял.

— Серьёзно⁈ — изумился он. — И ты отказала⁈

Лирка опомнилась и сердито зыркнула.

— Да!

Нарий отшатнулся, будто она зубами у его носа щёлкнула.

— Я уже ревную, — донёсся из комнаты голос хайнеса.

— Ты удивительная, — прошипел Нарий напоследок и вышел.

«Почему прозвучало не как комплимент?» — капризно протянул Иррес.

Лирка задержалась, чтобы немного успокоиться, и вернулась, когда разговор в комнате возобновился.

— Думаю, всё самое основное мы уже обсудили, — сказал хайнес.

— Как-то мне до сих пор сомнительно… — Ёрих неуверенно повёл плечами.

— О, поверь, сомнительному доверяют даже больше, — Узээриш насмешливо прищурился.

— О чём вы? — напряглась Лирка.

И напряглась ещё сильнее, когда жёлтые глаза прошлись по её затянутой в мундир фигуре. Опустились до сапог и тут же вскинулись на её лицо. Ноздри хищно раздулись, а кончик языка коснулся верхней губы. Лирка поспешила опустить взгляд и как заворожённая уставилась на обнажённый живот, мышцы которого сразу же напряглись. И особенно ощутимо напряглись в нижней половине живота. Раздражённо фыркнув, женщина отвела глаза в сторону.

— О том, как родился Ханён, — наконец ответил на её вопрос Риш. — Конечно же, никто не должен заподозрить, что о сыне я ничего не знал, иначе кое-кому, — Лирка поёжилась, — не избежать обвинений. Казнить тебя всё равно не казнят, но я не хочу разбираться с обвинениями в пренебрежении законами Салеи. Мы всё обсудили и решили, что самое лучшее сообщить, что о ребёнке я знал с самого начала. Но так как жениться не захотел, мы с господином Руахашем подыскали тебе хорошего мужа и отправили подальше из столицы, чтобы никто не мог навредить ни тебе, ни ребёнку. А сейчас, когда сын подрос, вы вернулись, чтобы войти в семью…

— Я не вхожу, — поправила Лирка.

Ёрих и Вехна посмотрели на неё с ужасом. Как можно вообще сейчас хайнесу перечить? Он милость оказал, не стал наказывать за ложь и утайку, а она дерзит, хабалка! Риш тяжело посмотрел на магичку и поправился:

— Чтобы я мог представить сына. Кстати, хорошо, что я успел поучаствовать в судебном процессе с консером Шиндыем. Это говорит о моём личном интересе. О моём большом личном интересе.

Скользнувшая по губам мужчины улыбка напрягла Лирку. Она мигом вспомнила про бал и… другие случаи «личного интереса».

«Если думает, что загнал нас в ловушку, пусть утрёт нос! — надменно заявил Иррес. — Не бойся. Рядом с тобой существо не сравнимо более древнее, чем этот сопливый интриган! Мы его уделаем на раз!»

Господин Наэш только устало вздохнул.

— И огромном расположении к сыну! Так что немногие осмелятся испортить с ним отношения.

— Думаете, поверят? — нахмурился Нарий. — Многие прекрасно знают про инстинкты снежных сов.

— И многие их учитывают? — вскинул брови хайнес. — В высокородных семьях даже инстинкты подчинены должному. И большинство уверены, что в правящей семье так же.

Раздался стук в дверь.

— Сильнейший, я принёс ещё компота, — послышался голос Юдриша. — Уверен, госпожа Лиркаа захочет выпить холодненького с дороги.

— Я возьму, — Лирка сама направилась к двери.

— Свезло вам, что вы хайнес, — понизив голос, заметил Ёрих. — Нас бы она в таком настроении уже к стенке припёрла и за яйца взяла!

— Я был бы не против… — хмыкнул Узээриш.

Нарий обжёг его яростным взглядом, но смолчал, а Ёрих укоряюще покачал головой.

— Сплюньте! Так бы вам не понравилось.

Лирка вернулась с обёрнутым в полотенце кувшином.

— Жаль, что ты замуж идти отказалась, — Ёрих опасливо посмотрел на хайнеса.

Не очень-то они поверили, что он в самом деле звал их Лирку замуж, но ведь страсть как любопытно узнать, правда ли.

Лирка, к разочарованию Ёриха, даже головы не подняла, расчищая на столе место под кувшин. Но отреагировал хайнес.

— Моё предложение в силе, — не отрывая взгляда от лица женщины, сказал Риш. — Ещё два месяца я буду терпеливо ждать её согласия.

Локоть Лирки дёрнулся, и она едва не сшибла одну из пустых бутылок.

— Потом моё терпение иссякнет, — и Риш многозначительно прищурился.

«Может, за Руахаша ненадолго выскочить? — задумался Иррес. — Его всё равно покровитель обережёт».

«Тебе-то какая разница за кого выходить? — удивился господин Наэш. — Тебе ни один не нравится».

«С тобой я не разговариваю!»

Лирка налила в стакан компота и почтительно поднесла хайнесу.

— Вам нужно больше пить. Не забывайте о ране.

— Притворяешься, что не слышишь? — Риш склонил голову набок, но стакан взял и пригубил.

— Забочусь.

— В таком настроении? — не удержался Ёрих, и Лирка обожгла его упреждающим взглядом, мол, молчи. — Да что я сказал⁈ Обо мне ты в такой злобе заботилась, когда сама же мне случайно ребро сломала.

— На самом деле? — удивился хайнес.

— Ага! Хотела разнять меня и… ещё там одного. И сломала тому руку, а мне вот ребро, — Ёрих погладил себя под левой подмышкой. — Силищи-то у неё немерено! Ты, Лирк, осторожнее, а то решим, что это ты хайнеса поранила и теперь вину заглаживаешь.

Ёрих хотел разрядить обстановку шуткой, но стакан в руках женщины треснул. Она тут же разжала пальцы, отряхивая осколки на стол, и суетливо зашарила взглядом в поисках другой посуды. Схватилась за тарелку с закуской, потом всё же взяла стакан Ёриха и налила компот туда. Через край.

— Это не она, — нарушил напряжённую тишину хайнес.

Мужчины посмотрели на него и поёжились под холодным взглядом. Лирка же вжала голову в плечи и не глядя протянула Нарию стакан. Тот молча принял его и залпом выпил, продолжая оторопело смотреть то на неё, то на хайнеса. Последний вёл себя весьма спокойно, но вот поведение Лирки, которая глаз от стола не отрывала, наводило на определённые мысли. Страшные мысли.

— Это не она, — с улыбкой повторил Узээриш.

И Нарий наконец посмотрел на него с теплотой.

— Так понимаю, вы к нашей сестре с самыми серьёзными намерениями? — осторожно спросил Вехна.

За всю беседу им ни разу не пришло в голову заподозрить хайнеса в излишней серьёзности в отношении Лирки. В благородстве, из-за которого тот сделал предложение, да. Но не в серьёзности чувств.

— Я имел несчастье в неё влюбиться. Да, Кая? — Риш посмотрел на Лирку.

Бутылка всё же полетела на пол. Побелевший Нарий присел. Ёрих распахнул рот и уставился на Вехну с таким видом, будто его озарило.

— Не стоит говорит об этом всем, — Лирка раздражённо посмотрела на Узээриша.

— А почему я должен молчать? — прищурился тот. — Я не раскрываю ничьи секреты, говорю только о своих собственных чувствах.

«Обозначает территорию, чтобы другие не совались», — уверенно заявил Иррес.

У Лирки тоже мелькнула такая мысль, но не задержалась. Она была не такого высокого мнения о себе, чтобы подозревать хайнеса в таких уловках.

«Вот ты отмахиваешься, а он на этом сыграет!» — предрёк дух.

— Ох, — Риш прикрыл глаза и устало потёр лоб, — что-то я так вымотался. В сон клонит… Но мы вроде всё обсудили, да-а-а-а? — он оглушительно зевнул и растерянно заморгал. — Да что ж так меня… — он с внезапным подозрением уставился на Лирку.

Та холодно посмотрела в ответ.

— Ах ты вредительница! — возмущённо протянул хайнес.

— Я ваш охранитель, — прохладно напомнила женщина и подступила к нему.

— Как посмела…

— С разрешения лекаря, — Лирка помогла ослабевшему хайнесу подняться и подвела его к кровати.

Ничего непонимающий Вехна торопливо уступил им место, и магичка осторожно уложила шипящего Сильнейшего на покрывало.

— Отдыхайте, — губы Лирки едва уловимо дрогнули в торжествующей ухмылке. — Я доставлю вас назад.

— Я тебе это… припомню… — едва выдохнул засыпающий Риш.

— Ты что, отравила его⁈ — испугался Ёрих.

— Совсем дурак? — разозлилась Лирка. — Это снотворное. У нас, охранителей, распоряжение от хайрена Иерхарида оберегать хайнеса, пока он не выздоровеет.

— Ты нам наливала из одного кувшина! — зашипел Нарий.

И Лирка холодно посмотрела на него через плечо.

— Тебе тоже стоит поспать, брат.

— Ах, ты… — Нарий приподнялся, тут же упал на стул и растерянно заморгал.

— Уложите его спать, — велела Лирка, заворачивая хайнеса в покрывало. — Я отвезу господина и вернусь. И только попробуйте, — она так остро посмотрела на Ёриха и Вехну, что те отступили, — что-то от меня утаить. И не надо мне врать, что он ничего особенного с вами не обсуждал.

Лирка обвела застывших мужчин злым взглядом и присела перед постелью, чтобы взвалить хайнеса на спину. Ёрих и Вехна проводили её напряжёнными взглядами и переглянулись, когда она вышла в коридор.

— Ханён, мы уходим!

— Уже? — послышался голос господина Юдриша. — О, позвольте, я немного поддержу господина, а то, не дай боги, сползёт.

— Валить надо из дома, — заметил Ёрих. — Пока не вернулась.

— Давай к виларию, — решил Вехна. — Эх, сложная она девка… Может, — лекарь понизил голос, — и хорошо, если хайнес на ней женится. Мужик он упорный, нахальный, но не такой дурной, как заставные. Вдруг управится? А то когда мы её ещё замуж спровадим? И за кого? Сам же знаешь, какая она! Вспомни, что про неё на заставе говорили.

— Каменная баба, — легко припомнил Ёрих. — Да не, не управится. Она ж, если решила, корнями в землю уходит! И боги с ним, что хайнес…

— Плохо ты хайнесов знаешь. Слышал, прадед его едва ли не указом женился. Трепала ему нервы одна бабёнка. То к себе, то от себя. Тешилась вниманием, а с ответом-то не торопилась. Ну он братца её на нечистом деле подловил, да и выписал ему казнь. Как миленькая замуж за него пошла, лишь бы приказ в её ручки отдал!

— Ох ты ж! — испугался Ёрих. — Так нас ловить не переловить на нечистом!

За спином послышался глухой удар, и оборотни, вздрогнув, обернулись.

— Нарий!

— Я ещё не со всеми поздоровался, — ныл Ханён, топая за мамой. — Можно я останусь? Тут же дяди, они за мной присмотрят.

— Нет, — не дала добро мама.

— И право не стоит, милый, — поддакнул ей господин Юдриш.

Иначе хайнесова охрана дом в кольцо возьмёт, а господину Маришу вряд ли это понравится.

— Уже уходите? — в холле их поджидал упомянутый домоправитель.

И хайнеса он обозревал с видимым удовольствием.

— Мы надеялись, что вы задержитесь.

— Увы, Сильнейшему нужно много отдыхать, — мрачно отозвалась Лирка.

— И чего ты его так быстро забрала? — не успокаивался расстроенный Ханён.

— Господин всегда сетовал, что никто о нём не заботится. Видимо, боги услышали его молитвы, — домоправитель совершенно точно злорадствовал.

— Если бы моим отцом были вы, мама позаботилась бы и о вас, — Ханён нахально уставился на волка. — Мама, а почему моим отцом не стал господин Мариш?

Господин Юдриш поперхнулся кашлем.

Нахалёнок явно издевался. Лирка даже заподозрила, что сын обиделся на домоправителя за явное торжество над поверженным хайнесом. Но вопрос заставил и её оторопеть. Она столкнулась с пронзительным взглядом господина Мариша и неожиданно для себя окинула его оценивающим взором. От столь беспардонной наглости домоправитель несколько растерялся и обескураженно протянул:

— Не думаю, что это было бы возможно.

— А-а-а-а, — понимающе протянул Ханён и печально искривил губы. — Вы же уже старый. Вряд ли вы способны.

— Ханён!!! — ахнула Лирка, а господин Юдриш за её спиной заперхал так, словно удушье ему на грудь напало.

«Ха-ха-ха!!!» — взорвался хохотом Иррес.

«О, боги…» — застонал господин Наэш.

Домоправитель повернул голову и уставился на мальчишку с воистину змеиной улыбкой.

— О, кажется, я чую кровь Ийехаидыев!

— Викан!!!

Почти задремавший парень сонно вскинулся, приподнимаясь на траве, и уставился на бегущую Рияду. В душе колыхнулась радость, разбавляя тоску, от которой Викан нещадно маялся в храме. Нет, занятий здесь было множество, но привыкший к постоянному общению оборотень остро переживал нехватку новостей. Жизнь тут текла неспешно, почти замирая, и Викану казалось, что его медленно затягивает болото. А с появлением Рияды даже в этом тусклом месте время начинало нестись вскачь. Девушка приносила с собой суету, которая следовала за ней по пятам, и события стремительно сменяли друг друга. Из-за чего жрецы не очень любили, когда Викана навещала невеста.

— Ты привязала дракона? — тут же спросил оборотень. Всё же ящер чаще всего наводил шум в храме.

— Он будет сидеть на месте, — отмахнулась девушка, плюхаясь рядом с ним на траву.

На порозовевших щеках золотом горели веснушки, и Викан на пару секунд отвлёкся на них, совсем упустив из виду горящие нетерпением глаза.

— Ты не представляешь, что произошло! — ликующе протянула Рияда.

— О, — приободрился оборотень. — Порадуй меня.

— Ты не порадуешься, — ехидно прищурилась девушка. — Ты взвоешь, когда узнаешь, какое веселье пропустил!

— Да ладно? — расстроился Викан. — Что-то в семье? Не томи.

— Даже не попробуешь угадать? Это не совсем в семье, но близко. Ну угадай! — взмолилась девчонка, и Викану захотелось её порадовать.

— М-м-м… Вианиша?

— Пф-ф-ф, — презрительно фыркнула Рияда. — Я же говорю: ты не представляешь! Ты не представляешь, что Вианиша опять что-то учудила?

— У меня нет настроения…

— У тебя его несколько дней нет. Найди! — капризно искривила губы девушка. — Хватит тухнуть. Давай, у тебя ещё две попытки. Готова дракона заложить, что тебе понравится!

Уже серьёзно! Со своего обожаемого дракона Рияда пылинки сдувала. Избаловала ящера просто ужас!

— Майяри?

— Близко!

— Хм-м-м, — Викан немного заинтересовался. — Ранхаш?

— Мимо! Это про твоего обожаемого дарена, господина Руахаша, госпожу Лиркаа и её сына!

— Интригующее сочетание, — оценил парень, садясь. — И? Что там?

— Сын госпожи Лиркаа от дарена, — звенящим от ликования шёпотом протянула Рияда. — А господин Руахаш знал и покрывал её!

Рот Викана распахнулся так широко, что хрустнула челюсть. Глаза расширились, и он уставился на невесту с рыбьим изумлением. Как пучеглазый окунь на вытянувшего его рыбака.

— Что? — просипел он.

— Госпожа Лирка затяжелела от дарена Узээриша, выскочила замуж и уехала, а твой дядя помог ей скрыться, — Рияда поиграла бровями. — А, как тебе?

— Не может… — оторопевший Викан осёкся.

Боги, он ведь знал больше всех и ничего, ничего не заподозрил!

— А-а-а-а! — заорал он и, вскочив на ноги, заметался. — Я же… О, боги! Но… Как так… Нет! Тёмные!

Рияда наслаждалась метаниями жениха и терпеливо ждала вопросов.

— Я ведь видел Ханёна, знал о… Но как дарен… Нет!

— Да! — торжествующе протянула развалившаяся на траве девушка. — Мама говорит, чтобы я не болтала об этом. Типа, там должны официальную версию сказать. Это прямо в доме госпожи Майяри произошло, дарен же там от раны лечится. Скандал был жуткий. Говорят, госпожа Лиркаа от страха едва на месте не умерла.

— Ещё и в доме Майяри…

А он там постоянно ошивается и мог видеть, если бы не сидел тут! Викан зарычал от досады. Его дарен обзавёлся сыном, а он, Викан, узнал об этом позже всех и упустил шанс поздравить от души!

Тёмные, он так больше не может. Он свихнётся здесь!

— Рияда, — Викан зловеще улыбнулся невесте, — дозволяю себя украсть.

— М-м-м, — девчонка заинтригованно вскинула брови. — И в какую сторону?

— К Гава-Ыйским болотам, моя хорошая!

Рияда ослепительно улыбнулась, сморщив усыпанный веснушками носик.

— Как пожелает мой обожаемый жених.