Глава 42 · Мутная вдова

— Похорошел⁈ — взбешённо прорычал Иррес и рванул к мужчине с такой ярость, что дымные полосы дрогнули, и Лирку неумолимо потянуло из рук Риша наружу.

— Ты ополоумел⁈ — заорал Риш, упираясь коленом в подоконник и сжимая ахнувшую женщину почти до хруста. — Лирка сейчас изо окна вылетит! Господин Наэш!

Подселенец дрогнул и повернул башку в их сторону. Голубые дорожки в его глазах расширились, потеснили красные до узких полосок, и зверь с усилием, перебарывая сопротивление духа и дымных пут, шагнул ближе к башне.

— Иррес, — глухо прорычал господин Наэш, — возьми себя в руки. Лиркая выпадет и расшибётся. Не можешь — уступи мне, я… — зверь тряхнул головой и зарычал уже с другой интонацией: — Это он их проклял! Он! Вместе с Ссадашилием и Истариданом! Пусти меня, я должен поквитаться, я должен… Я жить не смогу, если… Если Лирка разобьётся, ты тоже жить не сможешь! — рявкнул бывший хайрена, опять занимая место. — Прошли тысячи и тысячи лет, пора отпустить ненависть и жить. Действительно жить!

— О, а ты там не один? — удивился черноволосый. Ярость подселенца его ничуть не смутила, он продолжал смотреть на взбешённого зверя с интересом, но без малейшего страха. — Какая у тебя всё-таки занимательная нынешняя форма существования.

А вот окружающих подселенец сумел и испугать, и смутить, и озадачить. Наверное, именно озадаченность и непонимание того, что же происходит, и удерживало служивых от атаки, а не приказ хавария. Прибывшие с хайнесом оборотни смотрели на развернувшуюся сцену напряжённо и мрачно, но за оружие не хватались, вмешиваться не пытались, ещё и драконов теснили назад, ближе к стенам, чтобы глупые ящеры не вздумали влезть. Большая часть прилетевших уже знали Ирреса. А те, кто не знал, были так впечатлены недавним быстрым перемещением до заставы, то не были готовы пережить удивление ещё раз.

— Я тебя, сволочь, сразу узнал! — Иррес больше не рвался вперёд, но всё его мощное тело дрожало, жаждало драки. — Не сразу, — сдал духа господин Наэш. — Тьфу, на тебя! Ты мне друг или этой твари⁈ Я его сразу узнал, как рассмотреть смог. Это же я, я! — глаза зверя распахнулись торжествующе и малость сумасшедше. — Я создал ему смертное тело с таким лицом!

— Правда? — изумился черноволосый и расплылся в улыбке. — Так мне стоит сказать спасибо тебе? Моей жене оно очень понравилось! Говорит, перед таким лицом, — он обхватил своё лицо ладонями, — сложно устоять.

Иррес не ответил. Замер с искривлённой мордой и настороженно прищурил глаза. Зачем-то принюхался, облизнулся и наконец соизволил уточнить:

— Ты Исхедиар?

— А ты разве меня не узнал? — черноволосый удивлённо вскинул брови. — Я думал, ты узнал меня. Упомянул Ссадашилия и Истаридана… За кого ты меня принял? — в голосе мужчины появились обиженные нотки.

— За Исхедиара и принял! — вновь взбесился Иррес и замолотил хвостом из стороны в сторону. — Я тебя даже в виде самого пропащего, дохлого огонька узнаю, козлина! Чтоб ты сдох ещё тысячу раз и чувствовал боль всю свою бессмертную жизнь.

— Так я и чувствую, — расплылся в безоблачной улыбке мужчина. — Не только боль, всё чувствую.

Оторопевший Иррес отступил, утягивая за собой ослабевшие путы.

Пока он ругался с давним врагом, Лирка и Риш успели спуститься из окна башни и добежать до них.

— Хватит, Иррес, — женщина безбоязненно приблизилась к подселенцу и прижалась к его груди.

— Прошу прощения, — извинился недовольный Риш перед черноволосым, — воспитанием нашего друга никто и никогда не занимался.

— О, да, у нас были неважные Родители, — легко пронял извинения мужчина, и дымные путы потянулись к нему, а через пару секунд и вовсе исчезли. В воздухе остался висеть только запах гари.

После упоминания Родителей Иррес словно половину гнева растерял. Он продолжал смотреть на черноволосого с ненавистью, но в глазах появлялось всё больше и больше непонимания.

— Всё хорошо, опускаем оружие, — приказал Риш. Увидев, что служивые не торопятся его слушать, повернулся к хаварию. — Дядька Гед.

— Я отдавал приказ к атаке? — хаварий мрачно, из-под кустистых бровей окинул взглядом стены и служивых на ней.

Те замешкались, но всё же оставили оружие в покое. Сам хаварий тяжело подошёл к хайнесу, настороженно осматривая прибывших.

— Ты уж прости за неожиданный визит, второпях собирался, — Риш приобнял его за широкие плечи. — За одной птичкой, упорхнувшей без предупреждения, — и пронзил острым взглядом Лирку.

Иррес над её головой грозно зарычал. Он был не в том настроении, чтобы помнить, что совсем недавно он не хотел вредить хайнесу. Нет, тот опять был в статусе нежеланного ухажёра.

— А вот эта говорящая собака — её внутренний мир, — мстительно представил подселенца хайнес.

— Всё-таки подхватила какую-то дрянь в Хоёторе, — хаварий с досадой прицокнул.

— Да нет, — весело приподнял брови Риш. — Эту тварь она подхватила в Жаанидые и приехала сюда уже с ней.

— Столица ваша — хуже хоёторского Леса, — не растерялся Гед.

— Вообще беда, — не стал спорить хайнес. — Этого господина зовут Исхедиар. Благодаря ему мы смогли немного сократить путь и добраться к вам… хм-м-м… почти одновременно с моим приказом. Фальшивым приказом, да, Кая?

— Меня бесит твоя неразборчивость в методах и выборе помощников, — презрительно процедил Иррес.

— А не так давно был в восторге, — мило пропел Риш, осматриваясь. На его лице появилось беспокойство. — А где господин Мариш?

— Ты про того злого ребёнка? — наивной непосредственностью уточнил Исхедиар и обернулся.

Оборотни как по команде расступились. В тени, прислонившись спиной к стене и сложив руки на груди, стоял мрачный господин Мариш. Ещё более осунувшийся и потрёпанный, чем хайнес.

— Мариш? — хаварий напряжённо посмотрел на Риша, одним взглядом уточняя самое важное.

— Господин Мариш, — с улыбкой поправил хайнес. — Мы прибыли по очень важному делу, но не хотели бы обсуждать это здесь. Иррес, хватит! — зашипел он на утробно зарычавшего подселенца.

— Лапы не смей тянуть, — Иррес щёлкнул зубами, едва не прихватив протянутую к Лирке руку.

Ничуть не расстроенный Исхедиар, казалось, даже не заметил его покушения, широко раскрытыми глазами рассматривая Лирку. Ту и так потряхивало от всего произошедшего и от мыслей, что ещё может произойти, и она переживала, что Иррес всё же бросится в драку. Даже хотела насильно запереть его внутри себя, но не была уверена, что стоит показывать постороннему духу, что именно их с Ирресом связывает и как эта связь на него влияет.

— Какое красивое дитя, — зачарованно пробормотал Исхедиар. — Вот она похожа на моего ребёнка, правда душа мне незнакома. Но душа могла раньше не рождаться среди моих детей.

О чём он? Лирка сперва посмотрела на Ирреса, но тот глядел только на врага и страшно щерил зубы, и она вопрошающе взглянула на хайнеса.

— Лапы не тяни, не твоё! — огрызнулся Иррес.

— А если моё? Вдруг это дитя кого-то из моих детей. Некоторые из них очень бестолковые, — умилённая улыбка как-то не вязалась с не самой лестной характеристикой.

— В тебя пошли!

Какие дети? Лирка непонимающе смотрела на врага Ирреса, который не выглядел как враг, да и вёл себя слишком дружелюбно. Высокий, неплохо сложенный мужчина с чёрными волнистыми волосами до плеч. Ну, может быть, только волосами они и были похожи. Вроде красивый, но при взгляде на его хищное, хоть и радостное лицо брала оторопь и внутреннее чутьё вопило, что мужчина совсем чужой, непохожий ни на кого из тех смертных, кого Лирке довелось видеть. Ещё и глаза такие, тёмно-тёмно-синие, едва ли не чёрные, но с сероватым налётом, словно внутри них был заключён мир, в котором сейчас шёл дождь из пепла.

— Ну-ка…

Дымные путы вдруг вновь появились и стремительно, буквально в одно мгновение оплели Ирреса, а мужчина шагнул ближе и, ловко подхватив левую руку Лирки, лизнул ссадину на костяшке. Иррес, уже распахнувший пасть для рыка, онемел от негодования.

— Нет, всё же не моё дитя, — почти разочарованно протянул Исхедиар и отошёл.

— Чего ты хлопаешь глазами⁈ — разъярённый Иррес уставился на Риша.

— Боги, да тише ты! — молила Лирка. Из-за его бешенного темперамента она не могла понять, что сама чувствует.

— Твою невесту облизывает другой мужик, а ты и рад делиться⁈ — продолжал орать дух. — Не нужен нам такой жених!

— Может мне ещё к тебе ревновать⁈ — огрызнулся Риш.

— Ко мне⁈ Да я ей как отец! Как брат, как дедушка… — Иррес задохнулся и умолк на секунду, а затем разразился уже более правдоподобным сравнением: — Как самый лучший друг!

— Эй, я женат! — оскорбился Исхедиар.

— Ты, лучший друг, мог бы отговорить свою дорогую подругу, чтобы она в неприятности не лезла!

— Да она от тебя сбежала! — распалялся Иррес.

— Умолкли все! — рявкнула Лирка.

Повисла напряжённая тишина. Иррес хотел было что-то сказать, но одного взгляда «лучшего друга» хватило, чтобы усмирить злость внутри. Риш раздражённо посмотрел на подселенца. Он-то предвкушал, как будет шипеть на виноватую Лирку, которая, может быть, усовестится до такой степени, что расщедрится на ласку. А злая она если только кого-нибудь соизволит сожрать!

— Сильнейший, господин Мариш, господин Исхедиар, — сдержанно, но очень холодно произнесла женщина, — думаю, вам стоит пройти с хаварием в его башню и поговорить. А ты, — она исподлобья уставилась на проглотившего язык Ирреса, — останешься со мной.

Хвост зверя пугливо дёрнулся.

— Ты тоже пойдёшь с нами, — не дал ей спуску Риш. — Твоему семейству ещё предстоит оправдаться за своевольный уход с предыдущего места службы. И не зыркай на меня! Я на тебя зол больше.

— Давай, Лирка, — хаварий мрачно на неё посмотрел. Всё же самовольный уход — проступок для военного очень серьёзный. А за Шхаелыми, по всей видимости, не один грех.

Женщина яростно раздула ноздри, но не оспорила приказ. Молча протянула в сторону Ирреса ладонь. А вот тот спорить посмел. Правда, очень нерешительно.

— Я могу посидеть и за дверью…

Чёрные глаза хищно сузились, и дух покорился своей судьбе и вошёл в её тело.

— Ого! — изумился господин Исхедиар. — Как… Но… Я не понимаю как⁈ Милое дитя, он сейчас в тебе? Поразительно! Как удобно… Я бы тоже так хотел.

— Господин, вы можете пойти с нами или прогуляться, — Риш подошёл и взял Лирку под локоть. Точнее, сжал пальцы на нём, чтобы сбежать не думала.

— Думаю, я хочу пойти с вами.

Риш надеялся на иной ответ, но спорить с могущественным духом не стал.

— Пойдёмте, — хаварий первым направился к лестнице.

Служивые проводили их взглядами в полном молчании. Шепотки взвились, когда начальник с гостями отошёл совсем далеко.

— Неужто сам хайнес?

— Да враки!

— Поди прозвище…

— А если обманул кто хавария?

Со второй стены спустился бородатый служивый. Точнее, едва не скатился, всё оборачивался вслед хаварию и гостям.

— Кажись, Тёмные глаза застили, — бородач обвёл товарищей ошарашенным взглядом. — Чудится мне, что мимо меня сейчас дарен Узээриш прошёл. Как есть он!

Единственный гостевой стул проигнорировали и настоящий хайнес, и Теневой. Первый вообще без стеснения сгрёб Лирку в охапку и подтащил к окошку, чтобы солнечный свет падал на её недовольное лицо. Та не сопротивлялась, но и особого расположения не демонстрировала. Стульчик занял самый странный гость, улыбающийся господин Исхедиар. Полы его одежд стекли вниз и расстелились вокруг стула подобно плотному чёрному туману.

— Слышь, хвыба, — Лирка всё же не выдержала и, вскинув голову, раздражённо прищурилась на Риша, — не суйся своим носом к нам за воротник.

— Будешь возмущаться, я его и не туда засуну, — огрызнулся Риш и, прикрыв от удовольствия глаза, провёл кончиком носа по шее женщины вверх, прямо по бьющейся жилке. — Ты мне своими разборками такой момент испортил, что я готов поступиться своими принципами и испортить тебе жизнь. Так что не выводи меня ещё сильнее.

На лице женщины появилось озадаченное выражение, быстро сменившееся прежним недовольством. У хавария аж на душе нехорошо стало. Будто одна маска сменила другую, без какого-либо перехода. Нет, он за Лиркой и раньше такое замечал, но вот теперь понимал причину.

Господин Мариш прошёл в кабинет последним и первым делом уставился на огромную карту, пришпиленную к стене за столом хавария. Бегло осмотрел границы Хоётора, отметил расположение заставы и перевёл тяжёлый взгляд на Лирку.

— Где Ёрдел?

— Мы пока никого не нашли, — призналась Лирка. — Господина Руахаша выбросило у самой границы, но он уехал раньше, чем мы добрались.

— Следы? — коротко спросил господин Мариш.

— Никаких.

Домоправитель выругался.

— Этот поганец либо вообще себя не проявит, либо проявит так, что заметят все, — выплюнул он.

— И благополучно скроется, — усмехнулся Риш.

— Заблудится, — процедил сквозь зубы Мариш. — Если вы думаете, что он тогда, закрыв вам все ходы во дворце, просто скрылся, как молчаливый герой древних легенд, то вы слишком высокого мнения об этом балбесе. Он из дворцового парка не мог выбраться, потому что пластину свою посеял.

— Надеюсь, в этот раз он ничего не потеряет, — напрягся хайнес, представив, как по Хоётору годами будет ходить невиданное бедствие. Ходить и ходить, искать дорогу домой.

Мариш многозначительно промолчал.

— Полагаю, что вы уже в курсе произошедшего? — Риш сперва посмотрел на хавария, потом на Лирку.

— Отчасти, — подтвердил господин Гед. — Вот думаю, где они мне соврали. Помимо, — он тяжело посмотрел на Лирку, — приказа.

— Не семейство, а банда, — проворчал Риш. — Одни разбойники! Давайте сюда приказ.

Тёмные! Лирка досадливо прикусила губу и прикинула, как бы взять на себя всю вину, чтобы хайнес поверил.

Хаварий тяжело протопал к схрону, порылся в нём и передал хайнесу приказ. Тот окинул его придирчивым взглядом и хмыкнул.

— Подделали, да? — печально уточнил хаварий.

Серьёзный проступок. Даже не проступок — преступление. Жаль отряд Хабдира. Гед хорошо понимал, почему они бросились к границе и на подделку приказа самого хайнеса пошли. Но благородные порывы закон не смягчали. Только если… Гед посмотрел на напряжённую Лирку и поиграл бровями. Та ощутимо растерялась и непонимающе захлопала глазами. Пользуясь тем, что хайнес не смотрит на них, хаварий кивнул на его спину, слегка пошевелил руками на уровне пояса, будто что-то поднимал… или обнимал, и сурово выпучил глаза на Лирку.

Та озадаченно почесала голову. Вот дурная! Гед едва удержался, чтобы не сплюнуть. Нет бы приласкать злого мужика, чтобы тот помягчел, а она нахохлилась как сыч и даже смотреть на него не хочет.

— Неплохо, — снизошёл до похвалы Риш, — но видно, что второпях делали. Вот, господин Мариш, оцените, с кем я породниться хочу, — и протянул приказ мрачному волку. — Им бы под вашим началом ходить. Хотя что я… Кое-кто ведь и ходил.

Хаварий вскинулся.

— Это я подделала приказ, — решительно заявила Лирка.

— Ничуть не сомневаюсь, что ты приняла в этом деятельное участие! Полагаю, что печать твоих золотых рук дело, а вот писал Нарий: чувствуется хорошая выучка. Вон как вензеля накрутил. Остальные соучаствовали, виларий руководил сим преступным деянием.

— И кто-то кровь на красные чернила дал, — Мариш прищурился на печать.

— Сильнейший, — Гед набрал в грудь побольше воздуха, — проступок, конечно, ужасный. Но отряд вилария Хабдира всегда был на хорошем счету, лучшие из лучших и не из зла…

— Ой, бросьте, — отмахнулся Риш. — Казнить я их не буду. Всё-таки я на их дану глаз положил. Но, когда решим здесь все дела, со службы попру.

— Ну, это правильно, — воспрял хаварий. — Не дело службу бросать по собственному почину, в армии должна быть строжайшая дисциплина! А сейчас что с ними прикажете делать?

— Пока решаем дела, пусть служат. У Вотых украли дочь, её отец Руахаш Вотый в Хоёторе, а это значит, что скоро сюда съедется всё волчье семейство, их друзья и союзники. Боюсь, — Риш нахмурился, — может случиться серьёзный конфликт.

— А замирить как-то?

— Из волчьего логова стащили волчонка, — покачал головой хайнес. — Если произойдёт конфликт, я сам выступлю союзником Вотых. Ещё пропал мой главный маг, господин Ёрдел. А он, — Риш посмотрел на Теневого хайнеса, — преемник господина Мариша и родственник тех же Вотых.

— Важная птица, — сдержанно оценил Гед.

Принимать у себя на заставе Теневого хайнеса он не хотел. В памяти ещё были свежи рассказы о восстаниях, которые тот устраивал. Да он города захватывал! Но раз настоящий хайнес вроде как ему доверяет…

— И очень опасная птица, — добавил Риш. — Но в то же время он…

— … бестолковый, — сквозь зубы процедил Мариш.

— Вы сегодня необычайно к нему ласковы, — не удержался Узээриш. — Ну и наш Мхян пропал. А если вспомнить, из какой семьи он происходит, то он может стать для Хоётора самым страшным кошмаром, — пошутил хайнес.

— Боюсь, живыми они не выйдут, — высказал опасения хаварий. — Много больно времени прошло.

— Чуть больше недели, — Риш улыбнулся в ответ на непонимающий взгляд хавария. — У нашей даны Лиркаа есть очень хорошие связи в высших сферах, — и закатил глаза к потолку.

— У тебя теперь тоже есть, — улыбнулся господин Исхедиар. — Я с удовольствием помогу такому воспитанному и вежливому ребёнку. Ты немного похож на меня. Я так же использовал всё, чтобы найти свою Жену.

— Да кто за тебя по… — с ненавистью зашипела Лирка и сама себе захлопнула рот рукой. Несколько секунд она боролась с Ирресом, а затем всё же рискнула отнять ладонь и обратиться к хаварию: — Если решение по нашему отряду вынесено, могу я идти?

— Сбежать от меня решила? — разозлился Риш.

— Никуда я не сбегу, — Лирка раздражённо на него посмотрела. — Ханён у вас. Куда мне бежать? Если я останусь, Иррес нахамит всем.

— Без меня ты теперь никуда не пойдёшь!

— Вам тоже нужно отдохнуть. Вы сами сказали, — женщина немного смутилась, — что грязный. Искупаться бы вам, поесть и отдохнуть. Потом бы решали дела.

— Моё единственное дело здесь — это ты! Я из-за тебя сюда сорвался!

— Вы всё равно сюда собирались! — огрызнулась магичка.

— Без тебя! — зарычал в ответ Риш.

— Я член вашей личной охраны, — напомнила Лирка. — Куда бы без меня полетели?

— Приказал бы сидеть во дворце!

— Приказывать мне может господин Аризей, а не вы! Слышь, хвыба, не зли её. Это мы с Наэшем внутри неё сидим, а не ты. Испоганишь ей настроение ещё больше — я тут такое устрою…

— Дурдом, — фыркнул Мариш и развернулся к двери.

Хаварий смущённо кашлянул.

— Сильнейший, вам бы правда с дороги отдохнуть.

Риш глубоко вдохнул, выдохнул и велел Лирке:

— Помоги господину Маришу и его оборотням расположиться. Ты с их порядками уже знакома, правишься лучше. И даже не думай слинять!

Женщина мигом выскользнула за дверь.

— Господин Исхедиар, вы…

— Думаю, я ещё немного побуду с вами, — дух встал, его одежды вновь стали похожи именно на одежды. — Меня очень заинтересовал тот рыжий ребёнок. Но мне хотелось бы к нему присмотреться. Породивший его дух отцом быть не может, а родителя ему найти нужно. Или же… Ну это на крайний случай, — немного пугающе улыбнувшись, Исхедиар тоже пошёл на выход, оставив хайнеса и хавария наедине.

— Ну что? Ко мне на постой? — уточнил хаварий.

— Нет, дай мне отчёт с последними донесениями о положении на границе, — Риш устало потёр глаза. — Хочу понимать, куда мы приехали. А жить я буду у Лирки.

— Прилично ли? — усомнился хаварий. — Хоть вы её невестой зовёте, всё ж пока не жена.

Риш пристально посмотрел на него и тихо спросил:

— Ханёна же знаете?

— Сына Лиркиного? — напрягся Гед.

— Он не только её сын, но и мой.

Смертельная бледность залила лицо хавария. Он вовремя прикусил язык и не спросил, как давно дарен о своём отцовстве знает. Нет, лучше не спрашивать, лучше не ворошить!

— Да, у Лирки вам спокойнее будет, — согласился хаварий.

Вот всегда он знал, что с этой девкой что-то не так!