Глава 25

В воздухе протаяли Марнарр и Нейтраль. Моя тёмная «коллега» насмешливо посмотрела на бунтаря и промурлыкала, словно сытая кошка решила всласть поиграть с пойманной мышью, перед тем как съесть её:

– Дурачок! Какое счастье, что боги предпочли поручить тебе лишь роль символа власти рода Тахэт-Даш. Такой слабак совершенно не подходит для доли Хранителя Лиранта и мужа леди Аль! Ты не сможешь оспорить запрета двух печатей и слова богини равновесия, гадкий мальчишка. Твоя гордыня может стать началом не только твоего страшного конца! Из-за алчности Дилирры и её выкормышей у нас и возникли такие грандиозные проблемы!

– Ты тоже приложила ко всему этому, Марнарр.

– Да, но я оступилась из-за страсти, а ты в угоду своей чёрной душонке, полукровка! Когда в чьей-то сути присутствует слишком много тёмного, это не к добру. Хранительницы и их мужья сильно отличаются от всех остальных именно тем, что чёрное и белое находятся в них в вечном покое, покое вечного развития всех трёх Слоёв Реальности. Активные перемены возможны в Мирах Нейтрали, но прогресс и эволюция существуют лишь благодаря вечному соревнованию между Светом и Тьмой. Если ты не способен этого понять, то тебя следует сослать в Тёмную Реальность, откуда выползла твоя мать! В тебе слишком мало света, чтобы быть Главой рода Великих Хранителей Тахэт-Даш, – серебряная «лунная» печать нежно полыхнула, подтверждая, что вето наложено и со стороны Хранительницы Печатей рода Ва-Турнарр.

Мрачный Арк-Шанкр не мог оставаться в стороне. Иначе и его жители погибнут вместе со всеми остальными Мирами. В голосе Нейтрали не было гнева, только спокойная уверенность в том, что она должна усилить Печати Запрета своей Руной Рока:

– Я не могу позволить тебе в порыве гордыни уничтожить всё, что так дорого не только моему сердцу. У тебя есть время подумать, Рэнолл, и исправить, что ещё можно. Иначе гнев моих родителей будет страшен, когда обрушится на твою голову. Как и на всех, кто замешен в заговоре мятежного тёмного бога. Кем бы он ни оказался, мы найдём его. Ему не избежать суровой кары. Нет ни одного закона во всех трёх Слоях Реальности, который бы он не нарушил! Не вздумай и дальше плести свои грязные интриги, Рэнолл! Иначе уже ничто не спасёт тебя от сурового наказания.

– Глупцы, вы всё равно не сможете ничего сделать! Аль будет моей! Если бы не капризы богов, мне не пришлось бы предпринимать все эти усилия, чтобы получить её. Она должна был пройти через брачный ритуал именно со мной, а не с Дээном.

– Ты сам виноват, Рэнолл, – в голосе Нейтраль не было и тени осуждения. Она прекрасно понимала, что каждый волен сам выбирать между Светом и Тьмой и получать заслуженное воздаяние за свои ошибки и подвиги. – Ты, и правда, унаследовал от родителей всё самое худшее. Особенно жажду власти своей матери и стремление отца идти к своей цели любыми методами. Даже если они из числа запрещённых.

– Вы сами отняли у меня любимую женщину! Зачем было делать меня Главой рода Тахэт-Даш? – в чёрных глазах брюнета вспыхивали и гасли очень нехорошие багровые всполохи безудержного гнева.

– Ты совершенно не годишься для доли Хранителя Лиранта и Розы Миров Фэттари. А вот с ролью символа могущества прекрасно справишься.

– Если бы вы мне ещё и мою леди в жены отдали, мне бы не пришлось идти на такие жертвы, Нейтраль!

– Ты заблуждаешься, Рэнолл, – я позволила ноткам сожаления проскочить в спокойном голосе. – Мне дали право выбирать. Я им воспользовалась. Не твоя вина, что моё сердце покорил Дээн, а не ты. Отступись, пока твоя вина не доросла до того уровня, когда помилование уже станет невозможным. Дилирру уже никто не простит, в отличие от тебя. Остановись. Нельзя верить в то, что в своих интригах мятежный тёмный бог будет учитывать чьи-то интересы, кроме своих собственных.

– Аль, я все равно найду способ, как вернуть тебя!

– Нет. Дээн – единственный, кто будет рядом со мной до моего последнего вздоха.

– Один раз у него уже было помрачение рассудка. В следующий раз ему может уже так не повезти. Тогда тебе придётся исполнить свой долг перед Лирантом!

Я тяжело вздохнула и не стала ничего говорить. Мы лишь обменялись с Марнарр и Нейтралью полными сожаления взглядами и разошлись по своим делам. Для начала надо было найти способ, как полностью вернуть Карнорра и Фэттари в подотчётные им Реальности. К сожалению, помочь они нам сейчас ничем не могли, благодаря некоторым нюансам колдовства. Ведь мятежник знал о Мироздании куда больше всех нас вместе взятых в Преддверии. Потом повседневные дела снова закрутили всех, точно осенний ветерок разноцветные листья во время листопада в родном для меня мире.

Больше всего раздражало осознание того, что наш скрытый враг с любопытством наблюдает за мной и ловко избегает ловушек. Даже тех, которые расставила на него Тагна. Слишком ясно понимала, что моему мужу все ещё угрожает опасность. Лишь в том случае, если он сойдёт с ума и нам не удастся спасти его рассудок, Рэнолл сможет на законных основаниях жениться на мне. Видимо, это для чего-то было надо его покровителю.

Только меня судьба Матери Новых Реалий совсем не прельщала. Даже в обмен на неизбежное в этом случае бессмертие и вечную молодость. Слишком уж кровавую и страшную жертву в этом случае пришлось бы принести. Да и подобные сделки с собственной совестью были противны моей сути.

Голос Тагны прозвучал устало. Похоже, и она уже приближалась к пределам своих титанических возможностей:

– Надо поскорее вернуть Карнорра и Фэттари туда, откуда их изгнал этот безголовый интриган! Иначе ситуация уже к концу месяца может пройти точку невозврата.

– Можно найти что-то полезное в «Изначальных Летописях»?

– Нет, Аль. Все прежние кризисы теперь кажутся детскими шалостями на фоне нового. Просить же помощи у Изначального можно только тогда, когда все, даже самые нестандартные меры, не возымеют нужного действия на события.

– Нам надо узнать, что не позволяет родителям Нейтрали вернуться в свои чертоги.

– Да. Только я не знаю, что это. Какие-то странные чары непонятной даже для меня природы.

Я задумалась, какая-то мысль не давала мне покоя уже несколько дней, но так и не желала, чтобы выловила её из бурного потока сознания. Разобраться в нём оказалось совсем непросто.

В дверь постучали, и я услышала голос Мирлана:

– Леди Аль, Салиарра просила передать вам копию «Книги Туманов». Мы вдвоём скопировали её в надежде, что вам может что-то пригодиться для разрешения патовой ситуации

Посмотрела на амулет, предупреждающий даже о тени опасности, но камень вспыхнул серебристым светом, а не тревожным багровым. Приняла подарок и вежливо поблагодарила за помощь. Потом бывший шарин торопливо ушёл, прекрасно понимая, что у меня сейчас нет свободного времени на дружеское общение.

Я уже целую неделю пыталась постичь скрытые знания в подаренном мне фолианте, но раз за разом терпела сокрушительное фиаско. Дээн попытался помочь, как и Талиарра. Увы, чутьё подсказывало, что тут есть часть ответов на наши вопросы. Как оказалось, нет необходимой базы знаний, чтобы их понять. Тут услышала тихий голос дяди моей лучшей подруги и компаньонки:

– Леди Аль, откуда у вас этот магический труд?

– Мирлан и Салиарра скопировали его для меня. То, что мне надо, тут есть, но я не смогу прочитать.

– Никто не сможет, кроме меня и Дилирры. Позвольте узнать, что вы ищете?

– Что мешает Фэттари и Карнорру вернуться в подотчётные им Слои Реальности? – с тяжёлым вздохом призналась молодая некромантка.

– Попробую помочь, – мужчина ласково улыбнулся племяннице.

Бывший раттор Парноль расположил ладони над страницами и что-то запел, точнее зашипел. Точно у какого-то гремучника неожиданно прорезалось хорошее настроение, и он решил порадовать лес своим великолепным выступлением.

Незнакомые символы стали складываться во фразы, сияя голубоватым светом далёких звёзд и галактик. Потом родич жены Олана Тахэт-Даш велел мне записывать противоядие. Он произносил очень внятно, особо акцентируя моё внимание на паузах и ударениях.

– Вы одна не справитесь, нужны три дамы. Говорить надо одновременно Нейтраль, вам и Марнарр. Иначе ничего не получится. Главное, чтобы тут где-то не спрятались жрецы мятежного тёмного бога. Они могут спутать нам все карты. Это ещё хорошо, что им не удалось укрепиться в Преддверии посредством храма во славу своего повелителя.

Обе мои союзницы явились на мой зов сразу же. Только у богини равновесия были нехорошие предчувствия:

– Скорее всего, с первой попытки мы не преуспеем. Я чую присутствие трёх служителей того, кто всё это спланировал и ловко провернул. Отыскать их убежища будет совсем непросто. Аль, тебя будут пытаться выкрасть. Рэнолл нужен был заговорщику исключительно для того, чтобы как можно проще и быстрее заполучить тебя. Если это произойдёт, надежда для всего сущего угаснет навсегда.

– Давайте не будем зря расходовать драгоценное время. Его и так осталось преступно мало! – Сиятельная Марнарр остро чувствовала, как секунды утекают меж пальцев, точно драгоценные капли влаги в песок пустыни в жаркий полдень.

Мы были вынуждены согласиться, что любое промедление теперь неоправданно опасно.

Слова неведомого языка легко давались только Хранительнице Печатей рода Ва-Турнарр. Взгляд перламутровых глаз полыхал яростью хищной птицы, почти настигшей слишком долго ускользавшую от её когтей и клюва добычу.

Финальную фразу она дополнила хитрым речитативом:

– Уаммм, тарваль йекли тоакр! – потом слова превратились в тихое бормотание ночного ветра над пустошами.

Прислушавшись к чему-то в собственной душе, высшая мантарра точно прокаркала. Приятный голос осип и ломался от жуткого перенапряжения душевных и физических сил и врождённого дара.

– Клятва не даёт мне раскрыть имя того, кто столкнул меня на кривую дорожку по зову страсти. Но я клянусь, что сделаю всё, что в моих силах, чтобы его планы никогда не стали явью! – и она быстро начертала указательным пальцем знак «Рорка», что не давал детям Тёмных Реальностей не исполнить данное от всего сердца обещание. – С первого раза мы Паутину Фнаррарр не растопим. Это лёд из самого сердца Изначального Хаоса. Именно из него боги и создали всё, что так дорого всем нам.

Я потянулась к тёмным ниточкам плетений и испуганно вскрикнула: таким холодом и бесконечной тоской от них веяло.

– Осторожно, Аль. Не позволяй безысходности сломить твои волю и разум. Иначе ты попросту переродишься и станешь одной из Детей Неизбежности. Они не помнят прошлого и не ведают будущего, лишь грезят наяву и содрогаются от кошмаров.

– Можно им хоть чем-то помочь? – в моём сердце было столько сострадания, что это удивило даже саму меня.

– Да, они вспомнят, кем были, через пару месяцев после того, как лёд безумия растает под воздействием заклинания, что на такой сложный случай записано в «Книге Туманов». Только далеко не всякий может докопаться до истины и справиться с этой бедой. В одиночку такое деяние недоступно никому, даже Духам Печатей Арк-Шанкра и Лиранта.

Тяжело вздохнула, поняв, что мы сделали всего лишь полшага навстречу победе. Нам будут противодействовать, но иного пути не было. Как и твёрдых гарантий, что справимся со слишком сложной даже для бессмертных задачей. Дээну же придётся быть очень осторожным, чтобы заранее предчувствовать очередной период безумия и не попасться на глаза собственному брату, одержимому жаждой власти через обладание мной, как законной супругой.

Я прекрасно понимала, что Рэнолл будет из кожи вон лезть, лишь бы застать периоды помрачения рассудка моего мужа и заставить меня сделать его счастье полным. Только откуда ему было знать, что мятежному тёмному богу нет до его желаний совсем никакого дела? Он преследует только свои личные интересы. Ему тоже нужна Младшая леди рода Тахэт-Даш, чтобы создать новую Реальность. Все остальные могут навеки сгинуть. Он не прольёт по ним и скупой слезинки.

Только эта несчастная калека не сможет развиваться, а все населяющие Миры существа будут обречены на непрекращающиеся страдания. В том ужасном будущем не будет ни спасительной Нейтрали, ни ненавязчивой поддержки Фэттари и Карнорра. Магия туманов помогала влиять на события, но из-за законов равновесия, оно было совсем незначительным.

Ощутив беспокойство и щупальца чёрного колдовства, поспешила вернуться к мужу. Как раз стала свидетелем, как он, изо всех сил сопротивляясь и бросая на меня полные сожаления взгляды, скатывался в очередной период безумия. Нейтраль протаяла в полумраке нашей спальни и выдохнула:

– Аль, тебе придётся не разжимать объятий, пока чёрные ведьмы Проклятой Ангорриссы не истратят все свои силы. Как только колдовство ослабеет, твой лорд снова станет прежним. До этих пор ты не должна выпускать его за пределы этой комнаты. Я сделаю так, чтобы никто, кроме меня, не смог сюда попасть. Рэнолл не должен застукать вас в таком ужасном положении. Вряд ли, у них хватит колдовского запаса, чтобы продержать душу Хранителя в плену более трёх-четырёх часов. Главе своего рода в таких случаях говори, что перенапрягла дар. Тебе требуется полноценный отдых. Это твоё право никто не посмеет оспорить, даже этот глупец.

Поблагодарила богиню равновесия за дельный совет и присела рядом с теряющим человеческий облик мужем на диване. Обняла его так крепко, как смогла. Конечно, стараясь не причинить и малейшего дискомфорта.

– Аль, что нам теперь с этим всем делать? Не бросай меня, Аль! – сразу поняла, что в период безумия мятежный бог и его слуги мучают моего спутника жизни именно этим самым ужасным для него исходом происходящих событий.

Ласково улыбнулась и поцеловала Дээна, ласково прошептала:

– Никто другой мне и даром не нужен. Крепись. Как говорят в моём родном мире: самый страшный и чёрный час наступает именно перед рассветом. Мы будем бороться, любимый. Рэнолла этому сморчку без мозгов и чувства самосохранения удалось облапошить, но мы-то ещё не растеряли остатки мозгов, как он. Какое счастье, что мне не пришлось выйти замуж за него!

– Тогда бы тебе не нужно было так мучиться с интригами моего брата.

– Он не годится для роли Хранителя, – подтвердила наши самые страшные опасения Нейтраль. – Боритесь, иначе никто и ничто не уцелеет, кроме мятежника и Аль. Только она, в отличие от Марнарр, никогда не искала благосклонности этого бессмертного гордеца и эгоиста, – через вздох мы остались один на один со своей болью и страхом.

Только сдаваться никто из нас не собирался. Было жутко видеть, как во взгляде любимых изумрудных глаз мужа снова гаснут последние искры разума. Обняла его за плечи и прижалась всем телом к тёплому боку. Потом сосредоточила все усилия на том, чтобы успокоить своего супруга и не дать ему попасться на глаза своему брату в таком жалком состоянии.

На этот раз припадок продлился уже четыре часа. Мой дар сразу наябедничал, что с каждым разом такие периоды будут длиться все дольше и дольше. В конце этого месяца Дээн соскользнёт в Пучину безумия уже безвозвратно. И тут в моей голове снова прозвучал ненавистный голос:

– Аль, почему ты с отчаянием утопающего продолжаешь сопротивляться? Изначально ты и должна была стать супругой Рэнолла Тахэт-Даш.

– Потому что не должна позволить тебе разрушить всё, что дорого не только моему сердцу. Я не желаю быть матерью существ, которые будут приходить и уходить из узилища для своих душ вечно, обречённые на ужасные страдания. Жизнь без любви не стоит ничего, тёмный бог.