Глава 14

Чизкейк удался на славу, и Патрик почти весь съел. Я не стала возражать, тем более что из-за переживаний аппетита не было. За завтраком я только выпила чай с булочкой и постоянно бросала взгляды в сторону преподавательского стола, словно бы Уильям мог внезапно появиться в обеденном зале. Странно было видеть место ректора пустым. Без него Академия словно осиротела. Другие студенты тоже заметили его отсутствие и тихонько перешёптывались. До меня то и дело долетали обрывки их разговоров. Похоже, только я знала, что Уильям поехал к отцу. Остальные терялись в догадках и выдвигали самые невероятные версии. Я покосилась на Патрика, который тоже был в курсе поездки ректора. Я надеялась, что он будет держать язык за зубами. Завтрак и первые пары пролетели незаметно. Я старалась занять голову учёбой, чтобы не думать об Уильяме, но назойливые мысли постоянно возвращались. Похоже, пока он не вернётся, я не смогу успокоиться. По дороге на обед я заметила, что многие девушки как-то странно на меня поглядывают. Испугавшись, что испачкала лицо чернилами, я забежала в туалет и посмотрелась в зеркало. Странно, но с моим отражением всё было в порядке. Никаких пятен на лице или одежде, волосы не выбились из причёски и все пуговицы на блузке застёгнуты правильно. Почему же тогда все на меня смотрели? Неожиданно в туалет забежала девушка, с которой мы вместе сдавали экзамен. — Там твой Патрик совсем с катушек слетел! — воскликнула она. Я выбежала в коридор вслед за ней, даже не обратив внимание на то, что она назвала Патрика «моим». Завернув за угол, я увидела, как мой лучший друг впечатывает в стену парня с нашего факультета. К счастью, коменданта поблизости не было, но вокруг уже начала собираться толпа зевак. Нужно было остановить Патрика, пока мистер Питерсон не наказал его за драку. — Хватит! — завопила я, бросилась к Патрику и повисла на его руке, которой он схватил за шкирку несчастного боевика, — ты что творишь⁈ Он обернулся, тяжело дыша, его глаза сверкали гневом. — Этот гад распускает про нас грязные слухи! — прорычал Патрик. — Чего? — ахнула я и отступила. — Ничего я не распускал! — стал оправдываться парень, — об этом уже вся Академия говорит! Я почувствовала, как кровь отливает от лица. — Об этом? — тихо переспросила я. Парень боязливо покосился на Патрика, точнее, на его кулак, который тот уже занёс для удара. — Дай ему сказать, — попросила я. Патрик нехотя опустил руку и поставил парня на землю. — Вся Академия судачит, что ты и он… — Боевик осёкся, тщательно подбирая слова. — Ну, что вы не просто друзья. И что ты и с другими парнями тоже… Но это придумал не я, клянусь! — Добавил он, увидев, что мой лучший друг готов выйти из себя. — Нечего повторять глупости за всякими идиотами! — рявкнул Патрик, заставив парня испуганно съёжиться, — потому что это неправда! — Это он сказал гораздо громче, очевидно, обращаясь к толпе зевак. Те быстро поняли, что связываться с разъярённым оборотнем себе дороже, и поспешили смыться. Боевик, на которого набросился Патрик, тоже улизнул под шумок. Мы остались вдвоём. — Слухи распускает Меган, — уверенно сказала я. — Не будь она девушкой, я бы её по стенке размазал, — пригрозил Патрик. — Меган того не стоит, — отмахнулась я. — Но она пытается испортить твою репутацию! — возмутился Патрик. Честно говоря, сейчас меня интересовало мнение только одного человека, поэтому на слухи было глубоко наплевать. — Если не хочешь получить выговор от коменданта, лучше оставь всё как есть, — сказала я. — Но она же… — начал Патрик и осёкся, бросив взгляд мне за спину. Я обернулась, и моё сердце забилось чаще. В коридоре стоял Уильям. — Мне нужно поговорить с тобой. Прямо сейчас, — сказал он. Ледяной тон ректора и его строгий взгляд заставили меня побледнеть. — Я, пожалуй, пойду, — сказал Патрик и быстро смылся. — Что-то случилось? — тихо спросила я. — Поговорим в другом месте, — бросил Уильям вместо ответа и зашагал по коридору. Мне не хотелось идти за ним. В глубине души я предчувствовала, что ничего хорошего меня не ждёт. Конечно, это было трусостью, но в голове мелькнула мысль: может лучше сбежать? Если мы не поговорим, то и плохих новостей я не узнаю. Глупо. От того, что я спрячу голову в песок, проблема не исчезнет. Что бы Уильям ни сказал, я должна выслушать его, глядя в глаза. — Флоренс! — позвал он, увидев, что я по-прежнему стояла на месте. — Иду! — отозвалась я и поспешила за ним. Уильям привёл меня в сад, который осенью был не менее прекрасен, чем летом: цветы на клумбах сменились яркими кронами деревьев, арки и лавочки оплетал багряный девичий виноград, а вдоль дорожек сияли магические огни. Но мне сейчас было не до любования красотами. Уильям провёл меня к берегу небольшого пруда, в котором плавали разноцветные карпы. Вокруг нас не было ни души, тишину нарушал только плеск воды. — С твоим отцом всё в порядке? — осторожно спросила я. Уильям повернулся ко мне. Сейчас он чем-то напоминал королевского офицера на параде: идеальная осанка, непроницаемое лицо и ни намёка на теплоту во взгляде. — Да, у него всё хорошо, — ответил Уильям. Я хотела подойти ближе, но он жестом меня остановил. — Нам надо расстаться, — сказал Уильям. Именно эти слова я больше всего на свете боялась услышать, и именно их произнёс ректор. Я вспомнила учебные поединки в тренировочном зале боевиков. Сейчас было ощущение, словно я пропустила удар, и меч вонзился прямо в моё сердце. — Почему? — тихо спросила я, а затем повысила голос, — если это из-за случая в душевой, то клянусь, между мной и Патриком ничего не было! Мы просто друзья! — А жаль, вы хорошо подходите друг другу. Тебе было бы лучше встречаться с ним, — бесстрастно заметил Уильям. Да что он такое говорит⁈ — Но я люблю тебя, а не его! — в отчаянии воскликнула я. Мне не хотелось признаваться в чувствах таким образом, но сейчас я уже не могла себя контролировать. — Прости, что так вышло, — сухо сказал Уильям, словно речь шла о пролитом на платье чае. Ректор развернулся и хотел было уйти, но я схватила его за руку. — Почему⁈ — почти прорычала я, — если ты решил меня бросить, то хотя бы объясни причину! Уильям внимательно на меня посмотрел. Я не знала, о чём он думал, но не собиралась сдаваться без боя. Пусть объяснит, что я сделала не так, и тогда у меня появится шанс это исправить. — Я принял обычную симпатию к привлекательной девушке за нечто большее, — сказал Уильям, — а когда увидел вас с Патриком, понял, что не испытываю к тебе настоящих чувств. Мир вокруг покачнулся. Как это не испытывает чувств? А поцелуи, свидание, подарки, взгляды — неужели это для него ничего не значило? — Прости, что ввёл тебя в заблуждение, — сказал Уильям и попытался убрать мою руку, но я только крепче вцепилась в его предплечье. — Дай мне шанс! — попросила я. — Что? — удивился Уильям. — Позволь доказать, что я достойна твоей любви! — выпалила я, наплевав на гордость. Мои чувства к Уильяму были настоящими и очень сильными, и я не могла его отпустить. — Пожалуйста! — прибавила я. Он на мгновение прикрыл глаза, словно хотел спрятать от меня свои эмоции. А когда снова открыл, его взгляд был холодным. — Не могу, — отрезал он, — мой отец подыскал мне подходящую невесту. В ближайшее время мы объявим о помолвке. Ещё один удар в сердце. У меня перехватило дыхание. Живот скрутило спазмом. В глазах потемнело от боли. На миг мне показалось, что я сейчас умру. — Но как же… — Голос сорвался, я не смогла договорить. Да и что я могла сказать? — Мне нужно идти, — холодно сообщил Уильям, — за время моего отсутствия накопилось много дел. Я убрала дрожащую руку с его предплечья. Силы резко покинули меня, и я готова была в любой момент упасть в обморок. Уильям же спокойно пошёл в сторону замка, но в последний миг обернулся и сказал: — Всё-таки попробуй дать шанс Патрику. Вы действительно хорошо подходите друг другу. Эта притворная забота ранила меня сильнее, чем новость о разрыве. Я больше не могла удержаться на ногах и тяжело осела на землю. Не знаю, сколько времени я просидела на берегу. Всё было как в тумане. Мысли исчезли, чувства словно сковал лёд. Я смотрела, как в воде лениво плавают карпы, и, кажется, готова была превратиться в статую. На Академию медленно опустились сумерки. Магические огни засияли ярче. Ко мне подошёл какой-то человек и что-то спросил. Я обернулась к нему, но не смогла расслышать ни слова. Нас словно разделяла непроницаемая стена. Человек ушёл, а я снова принялась смотреть на ровную гладь пруда, в которой отражался свет из окон замка. Когда совсем стемнело, я почувствовала, как кто-то набросил мне на плечи одеяло, а потом тёплая ладонь коснулась моего лба. В следующий миг чьи-то сильные руки подхватили меня и понесли прочь. Я не сопротивлялась. Мне было совершенно всё равно на то, что происходило вокруг. Поэтому я просто закрыла глаза и отключилась. Проснулась я ближе к полудню, когда помещение заливал яркий солнечный свет. Только находилась я не в своей комнате. Это было большое помещение со множеством узких кроватей, отделённых друг от друга белыми ширмами. Больничное крыло, догадалась я и попыталась сесть, но сил совсем не было. Стоило оторвать голову от подушки, как комната перед глазами начала раскачиваться и к горлу подкатила тошнота, вынуждая снова лечь. Как я оказалась здесь? Кажется, накануне меня кто-то сюда принёс. Как только я вспомнила про вчерашний день, вернулась боль. Уильям меня бросил. Сказал, что не любит. А ещё он собрался жениться на другой. Невыплаканные вчера слёзы внезапно хлынули из моих глаз. Я уткнулась в подушку и разрыдалась. Ко мне тут же прибежала пожилая целительница. — Очнулась, милая? — ласково спросила она, погладив меня по голове, — не плачь. Что бы ни случилось, не стоит так убиваться. Тем более, когда рядом есть такой надежный молодой человек. Я на мгновение оторвала голову от подушки и посмотрела на целительницу, хотя из-за слёз её облик расплывался перед глазами. — Парень твой всю ночь сидел рядом, только под утро удалось прогнать его на завтрак, — с улыбкой сказала целительница. Уильяма она бы никогда не назвала парнем, значит, речь могла идти только о Патрике. Я всхлипнула, чувствуя вину за то, что заставила друга волноваться. — Ничего-ничего, всё образуется! — воскликнула целительница, — из-за переживаний у тебя подскочила температура, но это мы быстро поправим, и уже завтра сможешь идти на занятия. — Спасибо, — произнесла я хриплым голосом. — Вот и хорошо. Успокаивайся, а я принесу тебе лекарство. — С этими словами целительница ушла, а я задумалась. Прийти на занятия, означало гарантированно столкнуться с Уильямом, я ведь училась на его факультете. Я представила, как он с непроницаемым лицом будет разговаривать со мной, делая вид, словно я обычная студентка, и поняла, что не выдержу этого. Нет, пока раны на моём сердце не заживут (если это вообще когда-нибудь произойдёт) я не хотела видеть Уильяма. Надо вернуться домой. Стоп. Я ведь изначально поступила сюда, чтобы найти свою родную мать. Я не могла уйти ни с чем. Значит, завтра же отправлюсь в архив, выясню всё, что нужно и покину Академию. Теперь мне не было смысла бояться встречи с комендантом или кем-то из преподавателей. Пусть ловят, наказывают и даже отчисляют. Мне всё равно. Я выполню свой план, а дальше будь что будет. Вскоре вернулась целительница с лекарством. Я послушно выпила горьковатый травяной настой и снова легла. Постепенно слабость уходила, и голова перестала кружиться. Я лежала, глядя в потолок, и обдумывала план проникновения в архив. Сначала я хотела сделать всё ночью, но потом поняла, что это не лучший вариант. Покидать спальни после отбоя было запрещено, мне снова пришлось бы прятаться от коменданта, а если бы меня поймали, то оправдаться я бы не смогла. Нет, лучше пойти в архив днём. Когда вокруг толпы студентов, никто не обратит на меня внимание. А если даже обнаружат, можно соврать, что я заблудилась. Я долго вглядывалась в трещинку на потолке. Издалека она напоминала маленький росток, который смог пробиться сквозь камень. Мне вдруг стало страшно. Я надеялась, что поиски матери спасут меня от боли из-за расставания с Уильямом, но могло получиться иначе. Вдруг это принесёт мне ещё больше страданий? Я представила, как приду к матери, а она с таким же холодным непроницаемым лицом, как у ректора, скажет, что я ей не нужна и не пустит на порог. Или ещё хуже: рассмеётся мне в лицо и заявит, что не раскаивается в своём поступке. А может, получится и так, что я вообще не найду сведений о матери. Да, одеяльце с эмблемой Академии — это серьёзная улика, но в жизни всякое бывает. Есть вероятность, пусть и небольшая, что мать специально завернула меня в чужое одеяльце, чтобы в случае чего ее не смогли найти. Я перевернулась набок, и в этот момент из-за ширмы показался Патрик. В руках он держал тарелку с пирожками, а в другой была большая кружка с чаем. — Вот, принёс тебе поесть, — смущённо сказал он, — а то ты со вчерашнего дня голодаешь. — Спасибо, — проговорила я и села. Моё самочувствие улучшилось, хотя аппетита по-прежнему не было. Но мне не хотелось отвергать заботу Патрика, поэтому я взяла пирожок с тарелки и начала жевать. Он оказался с яблочной начинкой. Патрик сел на край кровати. Было видно, что он хотел поговорить, но не решался. Наверное боялся меня расстроить. — Это ты вчера принёс меня сюда? — спросила я, отхлебнув чая. Благодаря согревающему заклинанию, он оставался горячим. Патрик кивнул. — Ректор нашёл меня и попросил приглядеть за тобой, — признался он. Я вздрогнула и почувствовала давящую боль в груди. Почему Уильям так со мной обошёлся? Если уж бросил, зачем проявлять заботу⁈ — Прости, не нужно было говорить, — сказал Патрик. — Нет, всё в порядке. И спасибо тебе! — искренне поблагодарила я. — Вы расстались, да? — спросил Патрик, — может, мне стоило поговорить с ним и объяснить, что тогда в душевой произошло недоразумение? — Отец нашёл Уильяму невесту. Они скоро поженятся. — Было ощущение, что эти слова произнесла не я, а кто-то другой. Патрик ахнул. — Но как же так⁈ — растерянно проговорил он. Я пожала плечами и сменила тему. — Ты иногда сбегаешь из замка по ночам, чтобы побродить в волчьем обличии? — уточнила я, — как тебе это удаётся? В смысле, все выходы из замка ведь закрывают. — А, это! — воскликнул Патрик. Кажется, он тоже почувствовал облегчение от смены темы. — У меня есть артефакт-отмычка. Он не очень сильный, но на то, чтобы открыть запасной выход его магии хватает. — Вот как, — протянула я, — а ты не мог бы ненадолго одолжить его мне? Патрик удивлённо на меня посмотрел. — Неужели ты собираешься сбежать из Академии из-за ректора? — спросил он. Вообще-то, именно так я намеревалась поступить, но Патрику об этом знать не обязательно. — Нет, я просто хочу кое-куда проникнуть, — уклончиво ответила я. — Планируешь забраться в кабинет ректора и в отместку устроить там погром? — усмехнулся Патрик. — Разве я похожа на мстительную девушку? — возмутилась я и добавила, — на самом деле, я хочу проникнуть в архив. Мне нужно поискать там кое-что. Во взгляде Патрика сверкнуло любопытство, но задавать вопросы он не стал. — Хорошо. Могу принести тебе артефакт прямо сейчас, — сказал он. — Не нужно. — Хранить подобный предмет в больничном крыле было опасно. Его и спрятать-то негде. — Целительница сказала, что уже завтра меня выпишут. Давай я зайду к тебе утром и заберу артефакт? — Отлично! — обрадовался Патрик. А я про себя подумала, что после встречи с ним сразу же отправлюсь в архив.