Глава 28

Глава 28

Не спеша возвращаюсь домой из женской консультации. Будущие мамочки, сидящие в очереди к гинекологу, с интересом поглядывали на меня, там я была самая молодая и, пожалуй, самая измученная. Врач строго-настрого запретила мне работать. И желательно уже начать подготовку к прекрасному времени. Насколько оно может быть прекрасным, если я даже люльку не купила. Влад постоянно чем-то занят. Получается, что ни один из нас не готовится стать родителем.  Малышка больно пинает меня под ребро с правой стороны. Сильная девчонка. Глажу это место рукой, и чувствую выпирающую пяточку, радостно улыбаюсь. Конечно, я одна знаю, когда мой ребёнок в первый раз пошевелился, и под какую музыку она активно толкается. Только я… 

Парадокс состоит в том, что когда она слышит голос папочки, то замирает, несмотря на то, что все это время я чувствовала ее толчки. Возможно, это произошло после того случая, когда он ударил меня, но прошло достаточно времени и не думаю, что ребёнок чувствует такие вещи. 

Влад меня больше не трогает. Он дарит подарки, цветы и конфеты. Делает массаж ног и даже выходит на работу, оставляя меня дома одну. С ним стало так хорошо… И я верю, что он исполнит обещанное. 

Раздумывая над этим, вхожу в квартиру и останавливаюсь в дверях. Дома полным ходом идёт вечеринка. Пьяные парни и девушки. Некоторые из них танцуют в зале. Пока что это всё, что я вижу. Скидываю балетки и прохожу в комнату. Надеюсь, там никого нет, но как бы не так, на нашей кровати вальяжно развалилась девица и разговаривает по телефону. 

– Ну, когда ты уже придёшь? – томным голосом тянет она. – Я уже устала ждать. Я лежу на кровати, где ты меня и оставил. Народ тусит. Мне скучно, – поджимает губы и приоткрывает глаза. – Ты кто такая? – спрашивает меня она. 

– Ну, видимо, я здесь живу, – спокойно прохожу мимо неё, роюсь в шкафу в поисках чего-то удобного. 

– Не можешь ты здесь жить, это Влада квартира, – это лохматое недоразумение садится на моей кровати. 

– Нет, дорогая, эта квартира моей тёти. И, если вы сейчас все отсюда не свалите, я вызову милицию. Заодно срач за собой уберите. – перекидываю через руку вещи и с высоко поднятой головой прохожу мимо неё, направляясь в ванную. 

– Влад, тут какая-то овца нас выгоняет… – замолкает, слушая. – Я… Нет… Я… Да, я не сказала, что с тобой, – всё тише отвечает она. 

Закрываю дверь и сажусь на край ванны. Опустив голову, начинаю медленно дышать через нос. Я поняла с кем она разговаривала. И кто её привел сюда, и чем они занимались в нашей постели. Вопрос в том, что я собираюсь делать дальше. Ответ прост: ни-че-го. Я всё равно не смогу ему доказать очевидное. И какие перспективы? К маме бежать, поджав хвост? Так я всё просрала! Учёбу, практику, деньги, да ещё и с ребёнком.  Поднимаю голову и смотрю в зеркальное отражение, ненавижу такую себя, люто ненавижу. Язык засунула в задницу и помалкиваю. И разгребать всё приходится тоже мне. 

– Что же я наделала? – спрашиваю у себя, а в ответ на меня смотрит серое осунувшееся с синяками под глазами лицо и потухший взгляд. Не живой. 

– Какая тут к чёрту радость материнства. Бежать надо, и чем быстрей, тем лучше, – произношу вслух. – Бежать. 

Музыку не слышно, дверь то открывается, то закрывается. Гости моего дорогого супруга один за другим покидают квартиру. Дышать становится всё труднее, и я ведь понимаю, что всё закончится плохо. И по головке он меня не погладит.  Как я мечтаю полежать в ванне часок другой, с пеной и солью. Тело ломит, бок, на котором я постоянно сплю, кажется, онемел. Старательно тру себя мочалкой до появления красноты. Не могу понять, откуда во мне такое равнодушие, он привёл девку в квартиру, и тем более в нашу спальню, а у меня никаких эмоций. 

В дверь ванны начинают стучать. С каждым разом всё сильней и сильней. Делаю вид, что не слышу, продолжая стоять под льющимся душем. Оттягиваю неизбежное, не потому что мне противно, а потому, что боюсь. Впервые в жизни, боюсь человека, и не кого-то, а своего мужа. 

– Я сейчас выйду, – кричу достаточно громко, чтобы он услышал. 

Вытираюсь, надеваю спортивные штаны и топ. Не успеваю я открыть засов, как меня хватают за руку и тащат в спальню. 

– Какого хрена ты наделала? – орёт Влад. – Это моя вечеринка. Я выиграл игру, хотел оттянуться. Как и говорила моя мать, ты постоянно всё портишь в моей жизни. 

– Так и живи со своей мамочкой. Иди домой и поплачься ей в жилетку, какая я у тебя плохая супруга, – огрызаюсь в ответ, сама не ведая, откуда взялись силы. Он замахивается, но не бьёт. 

– Страх потеряла? Тогда поступим иначе, – начинает снимать с меня штаны и наклоняет над кроватью. – Исправим не законченное мной дело. Ты ведь моя законная жена, – ехидно произносит он. 

Он наклоняется ближе к моему уху, и я чувствую от него запах табака или травки. Вонючий и едкий, от которого меня тошнит. Влад держит меня одной рукой, больно придавливая к кровати. Ребёнок начинает толкаться, так как я упираюсь животом. Мокрым пальцем он проводит по анусу, и я застываю. 

– Ты этого не сделаешь, – тихо говорю ему. 

– Сделаю, и имею полное право, – он толкается вперёд смазанным, наверняка, слюной членом прямо в мою попку. Я кричу от боли и пытаюсь вырваться. Что-то внутри лопается, а он хрипит надо мной, проталкиваясь глубже, раздирая всё изнутри. Слёзы неудержимо скатываются, закусываю губы до крови. От боли, от обиды. 

– Видишь, как сладко, – наклоняется, целуя мою шею. 

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Отворачиваюсь, не хочу чувствовать на себе его грязные губы. Ещё два болезненных толчка, и он скатывается с меня. Отталкиваюсь от кровати, одной рукой придерживая разболевшийся живот, другой пытаюсь нащупать штаны и поднимаю их вверх. 

– Вот и эту дырочку мы освоили. Приятно, чёрт возьми, быть везде первым, – говорит он, лёжа с закрытыми глазами. – Согласна, жена? Куда побежишь? В суд? Милицию? Или к мамочке? – наглая ухмылка растягивается на его поганых губах. 

– Ненавижу тебя, – сквозь зубы произношу. – Не-на-ви-жу. 

– Да мне насрать. Я сам возьму и спрашивать не буду, – ложится удобней на кровати и делает вид, что спит. 

Ухожу в ванную, дрожащими руками смываю с себя его прикосновения. Всё болит и тонкой струйкой сочится кровь. Что мне делать? Куда бежать? Кому обратиться за помощью? Я со всеми разорвала отношения, растворившись в нем полностью. Что я наделала? 

Мне необходимо собрать его вещи и вышвырнуть за дверь, как когда-то я выгнала отца. Но не сейчас, не хочется ещё и по лицу получить, и ходить потом с синяком. 

Слышу звук шагов, и как открывается и закрывается входная дверь. Значит, пошёл дальше отдыхать. Может, даже к этой девке или в сауну трахать проституток. Полная апатия ко всему. Хорошо, что мы не живём половой жизнью. Не хватало ещё, чтобы он меня заразил, презервативами он принципиально не пользуется. 

Его семейка будет как обычно обливать меня грязью, а, возможно, придумает какое-нибудь нелепое обвинение, что это не его ребёнок или что-то похожее. Я освобожу их от этих переживаний. Ребёнок только мой. 

В такие моменты хочется кому-нибудь позвонить, поплакаться, но мне некому. Друзей я растеряла. От мамы я сама отстранилась. Не знаю, где были мои мозги. Хорошо хоть тётка не видит этих событий. Думаю, она бы ему оторвала голову за любой синяк на моем теле. 

Очень хочется набрать Димке, и сказать «да, ты был прав», но опять же это ничего не изменит. 

Вхожу в комнату и смотрю на перевёрнутые в шкафу вещи. Странно, там лежали документы на технику. Не понятно, зачем он прятал документы в шкафу. Наше свидетельство о браке и прочее. Тянусь и вижу, что не одного документа нет. Даже на «бошевский» утюг. Он что, думает, я ничего ему не отдам? Это так глупо и унизительно. При чём, я даже не соображаю почему. Никогда не думала, что он окажется таким мелочным. Уверена, до этого он бы не додумался, ему "вежливо подсказали", верней "подсказалА".

Беру телефон и нажимаю повтор последних исходящих звонков. 

– Смешно, – произношу вслух. – Позвонил маме, и она посоветовала забрать всё? Детский сад, честное слово! 

А с другой стороны, всё так и есть на самом деле. Но мне даже в голову не приходила такая абсурдная идея, как жаловаться маме, при каждой нашей ссоре. Злюсь ещё сильней. На него и на себя.  Ложусь спать в зале, предварительно прячу нож под подушку. Если он только прикоснётся ко мне ещё раз, я его убью. Мгновенно проваливаюсь в сон.