Глава 20

— У меня к нему деловой интерес, — пробормотала я, набрасываясь на еду.

Баранина с брусникой оказалась именно такой, как он и обещал. Мясо было нежным, с легкой кислинкой ягоды и дымком углей, а лук между кусочками успел подкоптиться до карамельной сладости. Я съела порцию, прикрыв глаза, и потянулась за второй.

— То есть вы пришли на маскарад, чтобы вести дела?

— Угу, — ответила я, не переставая жевать.

Впрочем, мой спутник от меня не отставал. Он хмыкнул и выудил из горы вкусноты два кубика темного мяса с яблоками. Себе и мне.

Я откусила половину — и в первые секунды даже обрадовалась: сочно, сладко, с перчинкой. А потом перчинка догнала меня изнутри, разлилась от неба к щекам, прошила язык и ударила в виски.

Я упрямо откусила вторую половину. Остановиться было невозможно — за жаром шел удивительный вкус мяса, выдержанного в чем-то винном и пряном.

И тут мне стало по-настоящему жарко. Огонь пошел по щекам, затылку, груди.

— Ого… Кажется, я горю, — выдохнула я, хватая ртом воздух.

Мой спутник пожал плечами, съел свою порцию и даже бровью не повел.

— Немного остро.

— Немного? — я открыла рот и махала в него веером, и плевать, что на нас смотрят. А на нас прямо глазели.

Кавалер взял меня под локоть и спешно вывел на террасу, где было прохладнее.

Дворцовый парк стелился вниз широкими террасами, подсвеченными мягкими магическими фонарями. Гравийные дорожки вились между аккуратно подстриженными кустами, по низким клумбам белели какие-то зимние соцветия, серебристые от инея. Только мне все еще было жарко. Кавалер укрыл мне плечи камзолом и сказал:

— Ждите здесь, я принесу вам подходящий напиток.

Он скрылся в дверях, а я прошла чуть вперед, к небольшой композиции скульптур, среди которых был макет столицы и базара. Детальный, но превращенный в фонтан. Струя била со шпиля маяка, работали фонтаны на площадях, с журчанием текла река. Хотелось склониться и пить прямо из нее, так рот горел.

Чтобы отвлечься от пожара во рту, я присмотрелась к макету. Я узнала дворец, главные проспекты, парки. Взгляд сам нашел Зеленые ворота и дальше — Базар. Мою Бирюзовую я отыскала не сразу, но, когда отыскала, поморщилась.

На месте таверны и соседних домов стояли ровные прямоугольнички одинаковых лавок, построенных под одну линию. Скучно, как по линейке. Живая, кривая, настоящая улица превращалась в витрину.

Мне даже показалось, что я чувствую в этом дух Морлэйта. Буквально пахнет им. Я даже обернулась, не стоит ли он у меня за спиной, но нет.

Зато вернулся мой кавалер с высоким бокалом с белесым густым напитком, в который были всыпаны мелко нарезанные травы.

— Пейте.

Я осторожно сделала глоток. Напиток был прохладный, жирный, чуть кисловатый — что-то вроде кефира, только плотнее, с освежающим мятным оттенком.

— Ого. Это зелье? — я сделала второй глоток, уже смелее, чувствуя, как пожар внутри медленно отступает.

— Чтобы унять огонь от островного перца, нужно что-то очень жирное.

— Вы нарочно мне подсунули мясо, да? — буркнула я, но без обиды.

— Я не думал, что вы такая нежная. — Он мягко улыбнулся. — Прошу прощения. В следующий раз буду осторожнее.

Я допила до половины и перевела взгляд обратно на макет.

— Смотрю, вам интересна столица, — заметил он, проследив за моими глазами.

— Не столица, — честно призналась я. — Базар. Профессиональный интерес.

— И что же говорит ваш профессиональный интерес?

Я помолчала, обдумывая. Это был идеальный момент промолчать. Но я слишком много думала об этом последние дни, чтобы удержаться.

— Говорит, что кто-то хочет рассредоточить покупательские потоки. Создать второй центр притяжения, чтобы разгрузить главные улицы. Идея правильная.

— И что вы об этом думаете?

— Исполнение никуда не годится, — отмахнулась я.

Очень не хотелось портить мыслями о Базаре и Морлэйте такой вечер.

— А не покажете мне местные растения? — я сменила тему. — Что у вас тут растет в столичных парках?

Он удивленно моргнул, но возражать не стал. Подал руку и повел вперед.

Дорожка увела нас чуть в сторону, под полог высоких деревьев. Здесь было тише, фонари реже, где-то в траве негромко пересвистывались сверчки. Воздух пах какой-то сладкой смолой и влажной землей.

Спутник остановил меня у огромного дерева с широкими, чуть опущенными листьями. Даже при мягком свете фонаря они отливали глубоким темно-зеленым с серебряной изнанкой.

— Бархатная ива, дотроньтесь до листьев, — предложил он.

— Я не дотянусь.

Он молча подхватил меня за талию — крепко, уверенно — и поднял, как пушинку. Я даже ахнуть не успела. Ладонь сама потянулась к ближайшему листу.

Лист оказался удивительно мягким, с тончайшим фиолетовым переливом, если провести по нему в одну сторону, и зеленым, если в другую.

— Очень красиво, — выдохнула я искренне.

Растения были моей страстью. Я тут же представила высокий холм, на котором стоит эта красота, в обрамлении больших серых валунов с изумрудным мхом. И маленький ключ, бьющий между корней.

— Когда ветер, они фантастически переливаются, — добавил кавалер. — Целая волна пробегает по кроне. Особенно красиво осенью.

Он опустил меня на землю, но не сразу. Секунду я еще висела в его руках, а потом мои туфли мягко коснулись дорожки. Его ладони задержались на моей талии на долю секунды дольше, чем следовало, но он сам отпустил меня. Похоже, что нехотя.

— Вы хороший рассказчик, — выдавила я, поправляя юбку и борясь со смущением.

— С вами приятно беседовать, — просто ответил он. — Показать вам снежные ели?

В этот момент над нами затрещали ветки, и с верхнего яруса тяжело сорвалась какая-то крупная птица. Она рухнула почти мне на голову, я вскрикнула и отшатнулась, но кавалер успел меня перехватить. Несколько секунд я была у него на руках, в уверенных сильных, но бережных объятьях, а потом он поставил меня на скамейку, а сам занялся птицей.

Она билась по земле, запутавшись в каких-то лентах.

Мой спутник наклонился, уверенно освободил ее, придерживая за тело так, чтобы она не повредила себе еще больше. Встал, держа птицу на руке. Это был небольшой золотистый сокол с красной лентой на лапе.

— Не надо здесь выискивать светлячков и букашек, — строго сказал он ей. — Лети на банкет для фамильяров. Там все то же самое, только безопасное.

Нечто, похожее на сокола, возмущенно каркнуло в ответ — с отчетливой человеческой интонацией, — расправил крылья и улетел в сторону зала с маскарадом.

Я стояла на скамье и хлопала глазами.

— Он не говорит?

— Нет, судя по всему, — усмехнулся кавалер, снова подхватил меня за талию и спустил на дорожку.

— А почему одни говорят, а другие нет?

Незнакомец посмотрел на меня, взял под руку и повел дальше.

— Когда этот мир был закрыт и маяка еще не построили, у старых семей были очень сильные фамильяры. Продолжение магии хозяев, их второй голос. Они не только говорили, но могли и сами колдовать. Потом мир наводнили попаданцы, маги других земель, путешественники. Браки с ними постепенно размывали кровь. Во многих семьях фамильяры поколение за поколением сначала потеряли собственную магию, потом перестали говорить, а у некоторых и вовсе исчезли.

— А у вас?

— В моем роду фамильяр достается только старшему наследнику.

— Получается, — медленно проговорила я, — если у кого-то говорящий фамильяр…

— То у человека очень сильная магия. И почти наверняка он аристократ чистой крови.

Меня как будто обдали ледяной водой. Мирошка. Десять лет, сирота из приюта, огненная магия. И Винсент, ворон, который огрызался на меня с первого дня.

Я постаралась, чтобы голос прозвучал ровно:

— А есть какое-то место, где таких способных детей учат магии?

— Есть, — взгляд моего спутника стал серьезнее. — А собственно, зачем вам это?

— У меня есть маленький подопечный. В нем очень сильная магия. Я думаю, ему нужно где-то учиться, но у него нет ни бумаг, ни титулов.

Незнакомец на секунду задумался, глядя куда-то поверх моей головы.

— Вообще, можно определить причастность к роду через тип фамильяра. Его не подделать, в отличие от документов.

— А какой у вашего знакомого фамильяр?

— Говорящий черный ворон, — ответила я, помедлив немного.

Честно говоря, я не знала, какой реакции ожидать. И не дождалась никакой. Мой загадочный спутник просто пожал плечами.

— Посмотрю в геральдических книгах. Только как мне сообщить ответ, ведь я даже не знаю свою очаровательную спутницу. Как ее найти?

Я замерла с полуулыбкой.

— А разве можно раскрывать личность до полуночи?

— У нас же деловой разговор, — мягко возразил он. — Впрочем, я был бы рад потанцевать с вами еще.

Камзол моего спутника был теплым, но тонким, а парк все-таки не предполагал долгих зимних прогулок в бальном платье.

— Я бы и сама не отказалась еще потанцевать. Честно говоря, я замерзла.

— Простите, я увлекся. Давайте поскорее возвращаться в зал.

Мы пошли обратно по той же дорожке. Сверчки уже смолкли, фонари светили ровнее. Мы почти поравнялись с круглой площадкой, где стоял макет, когда мой спутник вздохнул и остановился.

— Простите. Я понимаю, что это не к месту, но мне хотелось уточнить. Вы сказали, что с макетом что-то не так. Что именно?

Я улыбнулась, было приятно, что хоть кого-то в этом мире интересует мое профессиональное мнение. Я все же ландшафтный дизайнер, а не повар.

Мы подошли к макету. Я наклонилась над серебряной столицей, от которой поднимался легкий пар от теплой воды.

— Смотрите. Идея создать второй центр притяжения на Базаре правильная. Поток на главных улицах уже не справляется, это видно даже по ширине проходов. Но второй центр — это не лавки в ряд. Лавки уже есть на главных улицах. Если построить еще одну линию таких же, пусть и современных, люди в лучшем случае поинтересуются, а в худшем — просто не придут. Потому что ехать за тем же самым в новое место нет смысла. Особенно в такую даль.

Я провела пальцем над серебряной миниатюрой Рыжей.

— Вот здесь живая улица. Вот здесь улица оживающая, — я провела по Бирюзовой, — Между ними Горелая. Ее уже почти снесли и хотят застроить, а зря.

— Как зря? А что там нужно сделать тогда? — мой спутник скрестил руки на груди. Тон стал совсем другим — деловым, даже жестким.

— Аллею. Широкую, прогулочную, с фонарями и скамейками. С местными растениями и клумбами. Место, где можно просто ходить. Может быть, парк развлечений ближе к краю. Карусели, мелкие балаганы, уличные музыканты, горячий глинтвейн зимой, мороженое летом. Или вернисаж художников? Вот это и будет второй центр притяжения. Не «куда купить», а «куда сходить». Люди приходят за впечатлениями, а не за околготки. Потом уже можно сажать лавки по периметру.

— Парк? Да еще с бесплатным входом. Город не увидит возврата инвестиций в ближайшие десять лет.

— Город, это не лавки с арендной платой. Нужно создавать среду, микроклимат. А сносить старые здания на Бирюзовой, — добавила я, не удержавшись, — это вообще глупости в стиле Ардэла Морлэйта.

Мой спутник медленно повернул ко мне голову.

— Простите?

— Ну вот эти его идеи, что можно просто пройтись катком по исторической застройке и на пустыре построить ровные лавки. Это не градостроительство, это бездарность.

— Вам чем-то не угодил лично Морлэйт?

Я криво усмехнулась.

— Да. Он бесчестный человек, который как минимум, пытается меня убить.

Мой спутник замер, я увидела, как в серых глазах зрачок стал уже.

— Что, простите?! Убить?

Это было странно, но я как вспомнила, что Мирошка мог пострадать, так уже успокоиться не могла.

— Убить! Он скупает у людей землю за бесценок, а кто не продает — того выдавливает. За мной он установил слежку, это известный факт на всем Базаре. И было уже два покушения. Последнее — взрывчатка в моей печи.

— Чего?! — вырвалось у него так резко, что я вздрогнула, — С ума сошли?!

Он поднял руки к лицу и одним рывком сдернул маску.

Передо мной стоял Ардэл Морлэйт.

Я смотрела на него и не могла поверить. Серые глаза с золотой искрой, темные волосы, подбородок с тенью щетины — все это было мне знакомо весь вечер. Только теперь к ним прилагалось имя, которое я последние дни произносила исключительно с проклятиями.

— Ах, это ты!.. — вырвалось у меня. — Ну-ка посмотри мне в глаза, подлый ты чешуйчатый бюрократ.

Я сдернула с лица маску.

— Ах, это ты?!?! — воскликнул Морлэйт.

— Что, не получилось по-честному, решил, что все средства хороши?! — выпалила я, с вызовом смотря на дракона. Наш спор уже привлек к себе внимание. Через высокие стеклянные стены на террасу смотрели любопытствующие гости, они прислушивались, стараясь уловить больше деталей. Еще бы! Наверняка все любят скандалы на балу.

Морлэйт тоже заметил это, сделал шаг ко мне, оказавшись почти вплотную, и прошипел:

— Это вы преследуете меня, портите мою репутацию, выдумывая глупости. У вас нет ни одного доказательства, только слухи. Распускаете сплетни в газетах, только ничего у вас не выйдет. Прекратите уже привлекать к себе лишнее внимание.

— Боитесь внимания?! — я нарочно повысила голос. — У меня есть доказательства, что вы сначала доводите людей до черты, а потом скупаете их лавки за бесценок!

За стеклом кто-то из дам приподнялся на цыпочки. Морлэйт заметно побледнел, только не от страха, как я надеялась, а от ярости. Зрачки в серых глазах вытянулись в тонкую линию, отчего я невольно вздрогнула. Мне казалось, что еще секунда и он схватит меня и порвет на мелкие клочки, но вместо этого он склонился к моему уху и прорычал:

— Я подам на вас в суд за клевету, — его дыхание обдало меня жаром так, что на висках, казалось, выступил пот. — А когда вы его проиграете… а вы его проиграете… я снесу ваш бар. Всю Бирюзовую. Положу ровную мраморную плитку и поставлю аккуратные современные торговые домики.

У меня перехватило дыхание от злости. Я уже открыла рот, чтобы ответить что-нибудь достойное, когда за спиной Морлэйта послышался быстрый шорох юбок.

— Ох, боже мой, вот вы где! — на террасу выскочила Королева фей, с таким видом, будто искала меня полчаса. — Какое счастье, что вы ее нашли! Благодарю вас, лорд.

Королева фей быстро поклонилась, схватила меня за руку:

— Очень извиняюсь, — продолжила тараторить она, — но сейчас будет главный танец вечера. Незамужняя дама не может такое пропустить, а вы уже дважды танцевали, имейте совесть.

Пока Морлэйт подбирал слова, Королева фей буквально уволокла меня в бальный зал потому, как я вполне была готова остаться и продолжить выяснять отношения при всех.

Я даже попыталась отдернуть руку, но ее пальцы оказались неожиданно крепкими.

— Быстро, — прошипела она мне на ухо уже без улыбки, — пока тебя отсюда не выставили за… за все вот это сразу.

Она протащила меня мимо любопытных глаз, за колонной помогла снова надеть маску.

— Послушай, — шептала Королева фей. — Если бы я знала, кто ты на самом деле, я бы тебя ни на секунду одну не оставила. Клянусь! Кажется, мне везет на скандальных попаданок. Постарайся больше не привлекать к себе внимания.

— А то что? — спросила я. — Депортируют?

— О тебе напишет «Главный Сплетник», и тогда твоя жизнь уже не будет прежней.

— Все нормально будет, кому до меня есть дело? — выдавила я.

— Нормально? — она коротко оглянулась через плечо и снова зашептала. — Дорогая, ты только что на королевском маскараде обвинила лорда-дракона Морлэйта в покушении на убийство. Лучше бы тебе спрятаться где-то и надеяться, что случится более интересный скандал.

— Пожалуй, я…

Я не успела договорить, кто-то мягко, но непреклонно перехватил мою свободную руку.

Я обернулась, все еще не придя в себя, и встретилась взглядом с высокой фигурой в черном камзоле. Его гепард следил за каждым моим движением, словно я была мышкой.

— Ой, нет-нет, — Королева фей попыталась снова потянуть меня за локоть, — мы как раз…

— Прошу прощения, — мягко и безупречно вежливо перебил ее незнакомец, — но я украду вашу подругу на танец.

Я даже пискнуть не успела, как оказалась в центре паркета. Оркестр заиграл торжественный вальс. Пары двинулись в танце, а мой новый партнер наклонился ко мне так, чтобы слышала только я:

— Кажется, пришло время нам с вами поговорить.

Высокий незнакомец уверенно повел меня в торжественном вальсе. Я скользила следом и пыталась взять под контроль сбившееся дыхание.

— Я не представился, — начал он негромко. — Михаэль Морлэйт. Старший брат Ардэла.

Я не сдержала громкого стона. Будто одного надменного дракона с угрозами мне недостаточно на этом балу. Дайте сразу двоих.

— Елена, — выдавила я. — Елена Стрижева.

Михаэль вел меня плавно, держал на дистанции и при этом умудрялся говорить вполголоса так, чтобы соседние пары не слышали, о чем мы говорим.

— Теперь, когда мы знакомы, перейдем к делу, — продолжил он. — Думаю, между нами тремя вышло некоторое недопонимание и виной этому я.

Он посмотрел на меня так, будто я должна все остальное прочесть между строк, но я наоборот окончательно растерялась и даже запуталась в собственных юбках.

— Простите…

— Видите ли, я занимаюсь покупкой земель, чтобы потом перепродавать их или сдавать в аренду. Узнав о планах брата на реконструкцию цветных улиц, я решил немного подсуетиться и выкупить то, что по моему опыту впоследствии поднимется в цене.

— Вы?! — у меня на ходу сбился шаг, и Михаэль мягко поправил меня в такте. — Это вы скупаете лавки на Бирюзовой?

В висках стучало. Все это время, когда мне говорили про циничного безжалостного Морлэйта, скупающего землю и лавки за гроши, они имели в виду этого Морлэйта?!

— А Ардэл? — удивленно спросила я, — Разве он не делает то же самое?

Михаэль глубоко вздохнул, видимо, разочарованный моим вопросом, затем сухо пояснил:

— Мой брат выкупает в пользу города ветхие лавки на деньги казны. Это совсем другое. На мой взгляд, это ближе к благотворительности. Владельцев можно было бы обложить штрафами за нарушение безопасности, отобрать лавки через суд. Это было бы намного дешевле, чем нянчиться с этим базарным балаганом, как мой брат.

Оркестр перешел на более плавную часть вальса. Михаэль развернул меня одним ровным движением, и я, пользуясь моментом, попыталась переварить услышанное. Получается, Ардэл не врал, когда говорил, что хочет как лучше?

— Ардэл всегда очень… опрятный в делах, — добавил Микаэль, — Поэтому я решил не ставить его в известность о своих планах. Он бы сказал, что это нечестно и может бросить тень на его репутацию.

— То есть, — уточнила я, — вы скупаете Бирюзовую за спиной брата?

— Я почти все скупил. Правда, сейчас часть сделок явно оспорят в суде. Благодаря вам, конечно.

Я вздрогнула, чувствуя в его словах скрытую угрозу. Внутри у меня все похолодело, и я поняла, что должна спросить прямо сейчас, пока он сам ведет этот разговор и не уклоняется.

— Так это вы хотите меня убить?

Микаэль посмотрел на меня сверху вниз с искренним удивлением.

— Убить? Что за глупости. Зачем мне вас убивать, если я могу вас купить?

— Чего?!

Тут уже настала моя очередь удивляться. Микаэль с усмешкой пояснил:

— Зачем нам ссориться? Я готов инвестировать в ваш бизнес.

— Не понимаю…

— Я посоветовался с одной леди, чье мнение я очень уважаю. Она сказала, что пельменная в мире, где так много попаданцев с Земли, — идея гениальная и прибыльная. Моя дама теперь очень ждет вашего открытия.

Михаэль чуть улыбнулся, и от этой улыбки мне стало чуть спокойнее. Не то чтобы я была знатоком драконов, но что-то мне подсказывало, что он говорит правду. Да и вообще, судя по очереди на первую попытку открытия, бар будет востребован.

— Так что, госпожа Стрижева, — продолжил Микаэль, — с меня деньги и ресурсы. С вас — пельмени и еще кое-что. Спокойствие моего брата.

Танец заканчивался. Оркестр подбирался к финальному аккорду, и пары вокруг нас уже готовились к поклону.

— Я подумаю, — сказала я ровно. — Пришлите мне бумаги. С конкретными предложениями и суммами.

— Да, госпожа Стрижева. Бумаги будут у вас завтра к полудню.

Михаэль склонился в поклоне, точно по этикету. Я ответила легким реверансом, который, кажется, у меня впервые за вечер вышел сносно.

Мы остановились у края паркета. И в эту секунду по залу прошел легкий шум, гости начали оборачиваться к высоким дверям в торце зала. С двух сторон в зал торжественно ввезли длинный стол на колесах, накрытый белой скатертью. На нем, в свете магических огоньков, стояла многоярусная композиция из тончайших сахарных кружев, фруктов в карамели и крошечных пирожных. Десерты.

Рядом со столом, опираясь на белую трость со светящимся набалдашником, неторопливо шел невысокий мужчина в зеленом камзоле. Он что-то негромко говорил слугам, поправлял ленту на одном из блюд и улыбался.

Кондитер Ро.

По залу пронесся шепот, головы поворачивались к двум фигурам у самой середины паркета. Высокий мужчина с серебряными волосами и его рыжая партнерша в черном платье с алыми искрами.

Те самые, которые привлекли мое внимание своим страстным танцем в самом начале вечера.

— Первыми попробовать десерт приглашаются глава Совета, генерал северных земель, лорд-дракон Сильвиан и леди Алиса Левандовски, — торжественно произнес церемониймейстер.

Зал аплодировал. Сильвиан снял маску, под которой оказался роскошный красавец, подал руку своей даме, и они вдвоем подошли к столу. Ро лично выбрал для них одну из миниатюрных фарфоровых тарелочек, увенчанную крошечным пирожным в форме бутона. Леди Алиса с легкой улыбкой приняла десерт, поднесла к нему серебряную вилочку, аккуратно поддела бутон и неожиданно остановилась.

Мне не было толком ничего видно, но по залу прокатился шепот.

— Кольцо.

— Это кольцо.

— Он сделал предложение.

Зал восторженно ахнул и затих, ожидая реакции Алисы. Девушка медленно сняла маску, под ней оказалось очень красивое лицо, которое украшала легкая язвительная усмешка. Она подала тарелочку Сильвиану и тот, вздохнув, осторожно вынул кольцо и тщательно протер салфеткой.

Дамы перешептывались, мужчины хмурили брови, а я улыбнулась. Похоже, дракону попалась невеста с характером, которая не собиралась облизывать липкое кольцо и потом надевать его на палец.

Тем временем кондитер Ро начал отступать, пользуясь тем, что все смотрели на красивую пару, затаив дыхание.

— Я подумаю, — громко сказала девушка и язвительно улыбнулась дракону.

Я удивленно выдохнула, не думала, что у кого-то хватит сил сопротивляться такому красивому, решительно настроенному и явно влюбленному дракону. Однако лорд оказался тоже не так прост, он тихо рассмеялся, принимая ее ответ как новый вызов, и поднял бокал:

— За всех таинственных прекрасных дам, которые вдохновляют нас на новые подвиги!

Зал снова зашумел, официанты спешно раздавали напитки тем, у кого были пустые руки, к десертам начала выстраиваться очередь, а я поспешила за кондитером Ро, который собирался скрыться в боковой двери в стене.

Я обогнула толпу зрителей, сжавшуюся вокруг Сильвиана и Алисы, и догнала Ро уже у самой двери.

— Простите, — выдохнула я. — Мастер Ро, мне нужно с вами поговорить.

Он не обернулся, рукой нащупал ручку двери.

— Я не делюсь рецептами, — буркнул он устало. — Прошу вас, все через моего помощника, у него записан список заказов.

— Я не за рецептами.

— Я не принимаю на работу.

— Мне не нужна работа, мне нужна ваша помощь!

Я сдернула серебряную маску. Ро обернулся и замер:

— Елена? — выдохнул он, и его лицо побелело. — Боже мой, Елена. Как ты здесь?.. Этого не может быть.

— Я Елена, но не та, — быстро сказала я. — Вы работали с моей бабушкой.

Он смотрел на меня долго и в его глазах постепенно удивление сменилось пониманием.

— Внучка, — повторил он тихо. — А она?

— Жива, — ответила я на повисший между строк вопрос.

Кондитер Ро облегченно выдохнул, а затем взял меня под руку и протолкнул в дверь, ведя по узкому коридору.

— Идемте, поговорим на кухне.

Ро провел меня к лестнице, которая уходила вниз. Через минуту мы оказались в просторной кухне с высоким сводчатым потолком, и я невольно остановилась на пороге.

Кухня жила своей жизнью. По воздуху, на уровне моих глаз, неторопливо плыл противень с золотистыми меренгами, выруливая между балок. Чуть выше висел тазик с растопленным шоколадом, из которого тянулась тонкая струйка прямо в подставленную форму. Всем этим кулинарным полетом дирижировала чуть полноватая девушка с внушительным бюстом и яркими зелеными волосами.

У дальней стены стоял огромный шкаф с тремя дверцами, из открытого створа которого вырывался легкий пар. Туда поварята складывали грязные тарелки, и я успела заметить, что внутри шкафа фарфор отделяется от остатков еды, а еда падает в нижний ящик.

— Как Лена? Что она рассказывала обо мне?

— Ничего не рассказывала! В том-то и дело. С ней все хорошо, — я поспешила его успокоить. — Жива, здорова, печет пироги, ругается с соседями. Ро, мне нужна ваша помощь. Я попала сюда через ее стол. Скажите, что вы умеете им пользоваться!

Кондитер потер подбородок.

— Если она смогла восстановить стол, думаю, мы сможем активировать его здесь. Только он должен накопить достаточно энергии. И там есть рычажок, который блокирует энергию. И руны, которые задают точку, куда вы перемещаетесь. Но я так и не вспомню точно, нужно видеть стол. Я приду к вам завтра вечером.

— Завтра?! Ой, спасибо! Спасибо! — я схватила его за руку и потрясла с благодарностью. — Вы буквально вселили в меня надежду! Новое дыхание открылось.

Кондитер улыбнулся:

— Я буду так рад видеть вашу бабушку, да и вас тоже.

— Спасибо огромное! А здесь есть выход на улицу? — спохватилась я.

— А вы что, не хотите вернуться на маскарад, попробовать мои десерты, посмотреть фейерверк, потанцевать?

— Натанцевалась на год вперед, — хмуро сказала я.

— Что ж, тогда идите по коридору до конца, там будет выход во двор к каретам. У вас есть жетончик?

— Да, а зачем он, кстати?

— Потрете его, и кучер почувствует, где вы, и подгонит экипаж. Ах, и вот еще, — Ро сунул мне в руки коробку, перевязанную алой лентой, — попробуете мой десерт дома.

Я снова поблагодарила кондитера и поспешила покинуть маскарад через черный ход. Выдохнула я, только оказавшись в карете.

Безумный день.

Я откинулась на спинку кресла и поняла, что на мне все еще камзол Ардэла Морлэйта.

— Вот черт, опять!

Я была в таком шоке, что как он надел его на меня в саду, так я все это время ходила. Да что говорить, я ноги в кровь стерла, а почувствовала только сейчас.