Глава 26

Свет ощутимо померк. Это на нас упала огромная тень дракона. Зейн заметил Мирошку и теперь пикировал прямо на него. Серебристый силуэт Сильвиана был высоко в небе, он не успевал угнаться за мощным и быстрым противником.

А черный шипастый дракон уже раскрыл пасть и выставил вперед острые когтистые лапы, чтобы непременно схватить мальчика.

Я инстинктивно бросилась к мальчику, скатываясь с баррикад и крича:

— Мирошка! Беги!

Но мальчик стоял на мостовой, завороженно смотря в разинутую пасть дракона. Люди с криками неслись в разные стороны, площадь стала пустой за секунды.

Мирошка был как мишень.

Еще секунда — и он бы схватил мальчика, но в последний момент получил мощный удар в бок, сбивший его с цели.

Зейна отшвырнуло в сторону, и когти его вспороли пустой воздух в шаге от Мирошки.

Это был Ардэл в драконьем облике. Зеленая чешуя отливала медью, а по краю каждой пластины пробегал золотистый отблеск. Вдоль хребта шел ровный гребень, без шипов и наростов, как у Зейна. А глаза остались теми же — янтарными, с золотой искрой в самой глубине зрачка. Я смотрела на этого дракона снизу и понимала, что увидь я его просто так в небе, все равно узнала бы в нем Ардэла.

Морлэйт был силен и прекрасен, но все равно был меньше Зейна. К счастью, сбитый с атаки дракон пронесся вперед, едва не зацепив крылом крыши, и ему пришлось резко набирать высоту, чтобы не напороться на шпили высоких домов Окружной.

Выигранных секунд хватило, чтобы я успела спуститься с баррикад, схватить оцепеневшего мальчика и встряхнуть.

— Очнись! Мирошка! Нужно бежать!

— Он что, правда ищет меня? — глаза мальчика были полны ужаса.

Может, он и был наследником рода и королем, но прямо сейчас это испуганный ребенок, которого предстоит спасти.

— Бежим!

Тем временем Ардэл развернулся и принялся поливать ярким огнем небо. Рыжее пламя хлынуло широко, сплошной завесой, так что на миг пропали и синева, и крыши, и сам Зейн — все потонуло в гудящем, словно турбина самолета, зареве. Жар докатился даже до нас, обдал лицо и вывел из оцепенения мальчика.

— Куда бежать-то?!

— Во дворец! Знаешь путь переулками?

Пока Ардэл успешно прикрывал нам отход, нужно было действовать, и быстро, пока у него в груди не кончилось пламя.

Мирошка схватил меня за руку, и мы опрометью вбежали в какую-то лавку, а оттуда почти насквозь на задний двор. Мальчик легко перемахнул за низенький забор и скрылся в небольшой арке, предназначенной для разгрузки телег.

Я подняла голову, с этой стороны было видно немного. Зейн вынырнул из зарева сбоку, разъяренный, и уже разворачивался, чтобы ударить по Ардэлу, но к этому моменту его уже настиг Сильвиан.

Белый дракон воспользовался отвлечением противника и вцепился ему когтями в спину между крыльями. Оба рухнули на землю с таким грохотом, что, кажется, трехэтажное каменное здание передо мной подпрыгнуло.

Что ж, похоже, Ардэл и Сильвиан неплохо справляются. Я с трудом оторвала взгляд от боя и кинулась в арку, где метался перепуганный Винсент.

Мирошка привалился к каменной кладке, несколько раз глубоко вздохнул, мотнул головой, сбрасывая оцепенение, и вдруг стал прежним — собранным, цепким мальчишкой, который знал на Базаре каждую щель.

— За мной! — скомандовал он уверенно. — Через продуктовые ряды короче!

И мы побежали.

За спиной у нас полыхало небо. Я не оглядывалась, но чувствовала спиной каждый удар — глухие раскаты драконьего рева, гул, от которого вздрагивала мостовая. Где-то там, в этом грохоте, остался Ардэл, один против древнего дракона, и единственное, чем я могла ему сейчас помочь, — увести мальчика как можно дальше и как можно быстрее.

Мы нырнули в продуктовые ряды.

Улицы опустели, на глаза попадались лишь редкие торговцы, которые наскоро собирали товар, чтобы спасти. Остальные, видимо, решили, что капуста и мешки с картошкой того не стоят.

Мирошка несся впереди, я держала его за руку, Винсент летел рядом. Вдалеке уже виднелись Зеленые ворота, и я почти поверила, что мы оторвались.

А потом послышался скрежет когтей по черепице, и на нас снова легла тень.

Я обернулась на бегу.

Зейн был на соседней улице, его яркие фиолетовые глаза с узкими зрачками светились пламенем изнутри. Дракон перегнулся через дом и следил за нами, поверх крыш, раздувая ноздри. Видимо, чувствовал запах.

Черепица крошилась под его лапами, сыпалась вниз. Он свесил голову, заглянул в уличный просвет и заметил нас.

— Мирошка, быстрее!

Мы рванули что есть сил в надежде, что укроемся за зеленой стеной и воротами, но Зейн, несмотря на свой размер, был проворен и стремителен.

— Придется напрямик! — крикнул Мирошка.

И правда, мы тратили драгоценное время на то, чтобы огибать лотки, ящики и другие препятствия. А Зейн уже пополз по крышам следом, не отрываясь, и я слышала скрежет его когтей все ближе.

Мирошка, не сбавляя хода, вскочил на низкий край прилавка, оттолкнулся и перемахнул через гору мерзлых тыкв на ту сторону. Я лезла следом и была вовсе не так ловка. Ударилась локтем.

Мы соскочили на той стороне и понеслись дальше. Мирошка уже взбирался на следующий прилавок. Мне чудом удавалось не отставать.

— Площадь! — выдохнул Мирошка. — Бежим с правой стороны!

Мы вылетели из продуктовых рядов на открытое место. Взяли левее, но зря.

В тесноте между прилавками Зейн не мог развернуться. На открытой площади он был королем положения. Я услышала за спиной, как он оттолкнулся от крыши, как хлопнули, разворачиваясь, огромные крылья, и обернулась.

Зейн поднялся над площадью, завис, запрокинул шипастую голову. В глубине его пасти заклокотал темно-фиолетовый огонь.

— Вниз! — заорала я.

Я толкнула Мирошку на землю, под прикрытие каменного приступка, упала сверху, и в ту же секунду Зейн ударил.

Струя черно-фиолетового пламени хлестнула по площади. Огонь прошел над нами. Винсент, не успевший укрыться, кувыркнулся в воздухе — фиолетовый росчерк ожег ему крыло, опалил перья, и ворон свалился в снег комком, хрипло, зло каркая.

— Винс! — раздался истошный крик Мирошки.

Зейн приготовился к новому залпу, и тут на него сверху рухнул Ардэл. Он придавил противника всем телом и впился в шею у самого основания черепа, чудом не напоровшись на шипы.

Зейн взвыл, замотал головой, забил крыльями, пытаясь сбросить. Два дракона, сцепившись, повалились на мостовую в десятке шагов от нас.

Ардэл явно смог ранить противника, но Зейн был старше и больше.

Древний дракон поддел Морлэйта под брюхо задней лапой, поднажал, изогнулся всем телом — и перебросил его через себя, как борец перебрасывает противника через бедро.

Ардэл пролетел до противоположного дома, врезался в него, тяжело рухнул на мостовую неподалеку от нас.

— Ардэл! — вскрикнула я.

Несколько прилавков занялись пламенем, Морлэйт кашлянул дымом и поднялся, тяжело припадая на переднюю лапу, поперек груди расходилась царапина, из которой на снег капала горячая драконья кровь.

— Ардэл!

Я поняла, что вид крови дракона вызывает у меня панику. Это было невыносимо, словно меня ранили, а не его.

Несмотря на рану, Ардэл встал между нами и Зейном, опустил голову, расправил крылья во всю ширь — закрыл нас собой.

Я обернулась — назад, туда, откуда мы прибежали, продуктовые ряды постепенно поглощал огонь.

Отступать было некуда.

Зейн перевел фиолетовый взгляд с Ардэла на меня, с меня — на Мирошку, прижавшегося к моему боку.

И я поняла, что сейчас на кону наши жизни и будущее Базара. Ардэл не отступит и будет биться до последнего.

Зейн шагнул вперед.

Ардэл бросился ему навстречу. Драконы сцепились посреди площади. Ардэл был ранен, и поток его огня ослаб. Зейн принимал пламя на черную чешую и почти не замечал его. А сам отвечал тяжело, с оттяжкой. Один удар лапой. Второй. Третьим ударом Зейн сбил Ардэла с лап, повалил на мостовую и наступил на крыло.

— Ардэл!!! — закричала я в отчаянии.

Зейн повернул голову ко мне и тут же получил хвостом по глазам от Ардэла. Морлэйт был слаб, но не беспомощен, он извернулся, вцепляясь в горло Зейна, но шея противника была слишком большой, чтобы ее просто перекусить.

Зейн набрал в грудь воздуха, чтобы излить потом фиолетового пламени на Ардэла, и в это мгновение Мирошка вырвал руку из моей ладони.

— А ну оставь его! — закричал Мирошка и двинулся к Зейну, сжав кулаки. — Слышишь?!

Я попыталась схватить мальчика, но тот вспыхнул. Буквально. Воздух вокруг Мирошки раскалился, а затем полыхнуло алое густое пламя.

Зейн застыл, замер с раскрытой пастью — и я увидела в его фиолетовых глазах смесь отвращения, ненависти и боли.

Зейн отдернул лапу с крыла Ардэла, но только лишь чтобы развернуться к мальчишке полностью и выпустить в него столп черно-фиолетового пламени.

Ардэл принял удар на крыло, заслонив Мирошку. А мальчик вскинул руки, и я не сразу поняла, что происходит.

За спиной Зейна, посреди площади, стоял старый фонтан с тонкой струйкой, бившей из верхней чаши. Мирошка потянул ладони к себе, и вода в фонтане откликнулась. По брусчатке пошли трещины, из которых вырывались струи воды, а затем и практически гейзер, который Мирошка направил прямо в раскрытую пасть дракона, отчего тот подавился огнем.

Древнего дракона выгнуло. Пламя и вода встретились у него в глотке, и Зейн захлебнулся — паром, шипением, тяжелым клокочущим кашлем. Его замотало, закорежило, фиолетовый огонь хлестал из пасти вкривь и вкось, не находя цели.

Ослепленный, задыхающийся Зейн в ярости махнул хвостом — наугад, широко, по всей площади.

И этот хвост нашел Винсента.

Шипастый конец ударил ворона на лету, смял, швырнул о брусчатку. Я услышала короткий жалкий хруст. Винсент упал на камни обугленным комком и забился — крылья его дергались, скребли по льду, а сам он уже не мог ни взлететь, ни подняться.

— Винс! — закричал Мирошка так, что у меня оборвалось внутри.

Мальчик тут же потерял контроль над водой, а пламя, окружающее его, посветлело. Мирошка бросился к ворону, рухнул рядом на колени, подхватил черное тельце в ладони. Винсент дергался, открывал клюв, но звука уже не было.

— Винс, Винс, не надо, — Мирошка прижимал его к груди, раскачивался, и голос у него срывался. — Ты не можешь, мы же договорились, ты обещал…

Я кинулась к ним, упала на колени рядом. Винсент в ладонях мальчика дрогнул последний раз, вытянулся — и затих. Опаленные перья, обмякшее крыло, неживая тяжесть в детских руках.

— Нет, — прошептала я.

Над площадью раскатился клокочущий рев. Зейн откашлялся. Древний дракон выпрямился, мотнул головой, стряхивая с морды воду и пар, и его фиолетовый взгляд медленно прошелся по нам — по мне, по Мирошке с мертвым вороном в руках. Я поняла, что он решил. Покончить со всем разом. С мальчиком и со мной, одним ударом.

Зейн набрал в грудь воздуха.

И между нами встал Ардэл.

Он успел заслонить нас собой — раненый, обожженный, уже еле держащийся на лапах. Черно-фиолетовое пламя ударило его в грудь, в крыло, и Ардэл взревел так, что у меня заложило уши. Он устоял одно мгновение. А потом тяжело рухнул на мостовую, и драконий облик потек с него, как тает воск под огнем, — чешуя, крылья, гребень уходили, и через секунду на холодные камни осел человек.

— Ардэл! — Я бросилась к нему, подхватила, перевернула. Спина у него почернела, плечо было страшным, и он дышал часто, рвано. — Ардэл, нет, нет, нет…

А Зейн уже снова набирал воздух для нового удара.

В эту секунду тело ворона вспыхнуло: темное пламя, глубокое, беззвучное, поднялось над ладонями Мирошки, мальчик отшатнулся, но руки не отдернул. Обугленные перья осыпались пеплом, а из этого пепла, из черного огня, медленно расправляя крылья, поднималась птица.

Винсент. И не Винсент.

Он стал больше. Крылья развернулись широкие, размашистые, по краю каждого пера бежал темный огонь — не обжигающий, ровный, как тлеющий уголь. Глаза горели тусклым багровым светом. Он поднялся над площадью на этих новых крыльях, и от взмаха по снегу пробежала волна темных искр.

Винсент развернулся в воздухе и со звенящим криком обрушился на Зейна. Мирошка яростно вторил ему, вспыхнул бордовым пламенем и ударил в противника столпом огня.

Я прижала Ардэла к себе, испуганно наблюдая за битвой. Мирошка был сильным, но не умел хорошенько управлять магией. Вряд ли он победит опытного дракона, но тут на горизонте появились крылатые фигуры.

По их цвету и структуре я поняла, что это кто-то из Морлэйтов. А еще справа стремительно приближался Кассиан.

Четверо драконов против одного!

Зейн тоже понял, что окружен, и сложил крылья за спиной.

— Мальчишке все равно конец! — прокатился по Базару его хриплый драконий голос. — Он проклят. Проклята корона. Обреченный король. Лучше погибнуть в бою, чем так.

С этими словами Зейн бросился на Мирошку, оставляя тыл открытым. Последний рывок, в котором кто-то должен победить, а кто-то проиграть.

Зейн явно был готов погибнуть, но забрать мальчика с собой. Но Мирошка не отступил.

Храбрый мальчик в алом зареве. Он поднял обе ладони навстречу несущемуся дракону, но не чтобы закрыться. Он целился.

— Я тебя не боюсь, — голос Мирошки снова ударил по площади тяжелым драконьим эхом. — Я ничего не боюсь.

Алое пламя сорвалось с его ладоней, и в ту же секунду сверху, сложив крылья, в Зейна стрелой врезался Винсент, пробивая дракону крыло насквозь и ударяя клювом в грудь.

Зейна повело вбок. Алый столб Мирошки догнал его, ударил точно в место, где Винсент оставил следы от клюва. Зейн рухнул на мостовую, тут же попытался подняться, но сверху на него приземлились Морлэйты.

Они навалились на Зейна всем весом, прижали крылья, прижали шею к камням, оплели. Дракон тут же перестал сопротивляться, замер, и его фиолетовые глаза впились в мальчика.

— Запомни этот день, наследник, — прохрипел он. — Ты еще пожалеешь, что не дал мне тебя убить.

— Уведите его, — раздался сорванный голос.

Через площадь, припадая на ногу, прижимая к боку окровавленную руку, шел Сильвиан. Рука висела вдоль тела мертвой плетью.

— В Северную башню. Под печати, — он остановился над поверженным Зейном, посмотрел на него сверху вниз. — Жаль, что ты не на нашей стороне.

Драконы медленно начали обретать человеческое обличие, но я за этим уже не наблюдала. На моих коленях лежал Ардэл, смотрел на меня с глупой улыбкой, а с кончиков губ гипнотически медленно стекала струйка крови.

Я быстро смахнула с лица слезы и наклонилась к нему:

— Ардэл. Ты… как ты? Что…

— Надо было взять у твоей бабушки топорик, — усмехнулся он уголком губ. — Пригодился бы.

Я горько всхлипнула.

— Не смей, — прошептала я. — Не сейчас шутить.

— Зануда, — Ардэл сжал мою руку. — Мне хватило пяти минут без тебя там, у стола, чтобы понять: не представляю, как жить без споров с тобой.

— Ты ранен! — я еще раз окинула его взглядом, у меня вся одежда пропиталась драконьей кровью. — Не время для романтики…

— Самое время, — он поморщился, приподнимаясь на локте. — Если не сейчас…

— Я тоже без тебя не хочу, — всхлипнула я, крепко сжимая его руку. — Не смогу…

Над нами раздался сухой язвительный голос:

— Какая трогательная сцена. Я почти прослезился.

Сильвиан стоял рядом, держась за окровавленную руку, и смотрел на нас с насмешливым прищуром.

— Вынужден прервать. Морлэйт, прекрати изображать умирающего, тебе не идет. Помяли, спалили краешек — до свадьбы заживет. Елена, мальчик отказывается идти без тебя, так что…

— Я его не оставлю!

Я смахнула слезы, обернулась к Ардэлу, тот посмотрел на меня, на Сильвиана и вздохнул.

— Иди. Нужно завершить начатое. Я справлюсь, отлежусь немного, подожду лекаря.

— Ты что, правда не умираешь? — переспросила я.

— Не планировал.

Я так перенервничала, что не могла определить, шутит он или серьезно. Ардэл умирает и не хочет, чтобы я это видела, или все не так плохо. Я еще раз посмотрела на его бледное лицо:

— У тебя кровь изо рта идет!

— Язык прикусил, — ответил Ардэл.

— Потому что он у тебя слишком длинный, — тут же ответила я. — И ты не умеешь держать его за зубами.

Ардэл коротко рассмеялся и тут же скривился, схватившись за бок.

— Иди уже! А то добьешь.

Я неуверенно отпустила его руку, поднялась, и ко мне тут же подбежал Мирошка, крепко обнимая.

— Лена! Он куда-то хочет меня вести! Почему он говорит о какой-то короне?

Я прижала мальчика к себе, поцеловала в макушку и сказала:

— Все будет хорошо! Мы разберемся во всем вместе.

Сильвиан подтолкнул нас обоих в сторону дворца:

— Разговаривайте на ходу, пожалуйста.