Глава 20 Часть 2. главы 1-2
Глава 20. Награда нашла не героя
Староста Лопани Тимофей Тюрин, а также два становых пристава – Михаил Трут и Христофор Быстров с ужасом и неким благоговением рассматривали огромную голову враря, которую мы привезли и бросили на центральной площади села. Староста молчал, Трут хмыкал, а Быстров достал блокнот, раскрыл и попросил:
- Можно автограф? – и тут же добавил смущённо: - Для супруги-с. Очень просила.
Я молча написал пожелание многих лет и расписался. А Трут спросил у коллеги:
- А почему у Семёна Петровича? Быть может, гмур или тырк постарались?
- Что-то мне подсказывает… - сказал Христофор Романович.
- И правильно подсказывает, господин пристав! – пробасил Дырн, - Сам видел, как Семён Петрович одним!!! Одним выстрелом уложил враря!
К этому времени на площади собралась уже приличная толпа, и кто-то ахнул в ней. А староста перекрестился и повернулся к Ирине:
- Госпожа Трунова, на чьё имя я должен выдать наградные?
- На имя Семёна Петровича Пентюха, - улыбнулась девушка: - Дырн Арух Грызл сказал абсолютную правду: Семён Петрович одним выстрелом поразил враря.
В толпе повторно ахнули, а староста повторно перекрестился. Я решил прояснить ситуацию и совершенно искренне сказал:
- Я сделал это совершенно случайно!
- Так же, как застрелил Эдди и шамана! – продолжала веселиться Ирина.
- А шамана?.. – прошептал становой пристав Трут.
- Мы сами были свидетелями, - выпятил вперёд свою бородёнку Дырн.
- Но в Ведомостях…
- Я вас умоляю! – воскликнул второй пристав – Христофор Быстров, - С каких пор вы начали верить газетам?
И вновь потянулся за блокнотом. Я, чтобы не давать третий автограф, поспешно обратился к старосте:
- А можно разделить наградные на всех членов команды? Это было бы честно!
- А это как изволите, господин Пентюх! Но уже из своих наградных делитесь! – тут же выпалил староста, и добавил немного боязливо: - Извольте-с пройти в контору! Заполним формуляр, и тут же отправим письмо во Вронжск!
Мы всей компанией в сопровождении толпы проследовали в контору, и там староста долго рылся, чтобы найти нужный формуляр. Толпа, к счастью, осталась на улице, потому в помещении была наша команда, становые приставы и сам староста. Тимофей Иванович долго пыхтел над формуляром, водил карандашом правой рукой, а левой одновременно вытирал со лба пот. Наконец поднял глаза и простонал:
- Семён Петрович, не поможете? Наш писарь уехал, а я… не силён в составлении бумаг! Только надо позаковыристее, чтобы губернские чиновники прониклись! Чтобы минимум на страницу текста! И не больше двух страниц, иначе возвернут, а на меня штраф наложат! Две тысячи рублей не шутка-с. С меня шкуру спустят, ежели что не так!
Я тут же кивнул и подсел за стол. Быстро просмотрел формуляр, заполнил его и на секунду застыл перед графой «Объяснение лица, устранившего монстра». За два года я хорошо изучил здешнее делопроизводство. Да и, признаться, сам подкинул немало блестящих идей председателю земской управы. Подкинул из озорства, стебая местные канцеляризмы и щедро разбавляя их канцеляризмами моего мира. Но шутки мои и откровенное издевательство никто не заметил. Мало того! За два года несколько моих «инноваций» перекочевали благополучно в губернскую канцелярию. Иногда мне было за это стыдно, но поделать я с собой ничего не мог.
Вот и сейчас я думал недолго. Щёлкнул пальцами и принялся быстро писать:
«По дороге из Бирюля в Лопань на дорогу выскочил монстр под названием «врарь», вознамерившийся в своём злокознии убить команду изыскателей в составе гражданки Труновой И. В., гмура Дырна А. Г. и тырка Бобо Обебу, а также приданного им согласно распоряжению губернатора Вронжской губернии писаря земской управы Пентюха С. П.. В результате атаки монстра под названием «врарь» команде изыскателей, а также приданного им писаря пришлось применить холодное и огнестрельное оружие для защиты от нападения. В результате отражения нападения писарь земской управы Пентюх С. П. произвёл выстрел из винтовки «мосинка» серийный номер А3946 в направлении монстра под названием «врарь». Пуля калибра 7,62 миллиметра, вылетевшая из ствола винтовки «мосинка» с серийным номером А3946, пролетев по траектории под воздействием пороховых газов попала в глаз монстру под названием «врарь». От полученной травмы вследствие проникновения оной пули калибра 7,62 в черепную коробку монстра под названием «врарь», наступили летальные последствия для оного, выраженные в остановке сердца и окончательной смерти. Для подтверждения факта причинения тяжкого вреда здоровью, повлекшего по неосторожности смерть монстра под названием «врарь» от пули калибра 7,62 винтовки «мосинка» серийный номер А3946 команда изыскателей в составе: Труновой И.В., Дырна А. Г. и Бобо О. отрезала голову монстра и принесла в село Лопань. Сей факт подтверждаем:
Староста села Лопань Бирюльского уезда Вронжской губернии Тюрин Т. И.
Становой пристав села Лопань Бирюльского уезда Вронжской губернии Трут М. Г.
Становой пристав села Лопань Бирюльского уезда Вронжской губернии Быстров Х. Р.»
Я перечитал и протянул бумагу старосте. Тот высунул от усердия язык и стал внимательно читать написанное. Просветлел лицом и сказал:
- А не зря вас председатель земской управы Игорь Фёдорович лучшим писарем зовут! – и размашисто подписал бумагу. Становые приставы, даже не вчитываясь в текст, также лихо подмахнули формуляр, а староста открыл сейф и вынул оттуда чек императорского банка. Вписал сумму, расписался и шлёпнул гербовую печать. Зачем-то подул на чек и осторожно протянул мне:
- Получите в любом отделении банка! Чек на ваше имя-с!
Я аккуратно взял чек на огромную для меня сумму и так же аккуратно свернул и положил в плечную сумку. А Ирина подмигнула мне и сказал:
- Ну что же, господа! Мы вынуждены распрощаться, так как дела, не терпящие отлагательств, требуют нашего дальнейшего путешествия!
На околицу села нас провожало чуть ли не всё население от мала до велика. Признаться, я чувствовал себя ещё более неловко, чем после совершенно дурацкой дуэли со стрелком Эдди Зениным. И там, и здесь я вовсе ничего такого не совершил, но людям свойственно обманываться. Причём, делают они это абсолютно осознанно и даже радостно. Но чек на две тысячи рублей как-то заставил меня молчать насчёт случайного выстрела. В конце концов, действительно после моего выстрела умер врарь, а уж как там и что произошло…
В общем, терзаниями совести я мучался недолго. Да и весёлые разговоры моих попутчиков быстро отвлекли от щекотливой темы. Так, во вполне благодушном настроении мы и ехали из Лопани в Разумное…
Часть 2. Хамид
Глава 1. О счастье…
В селе Разумное нас встретил мой уже, можно сказать, хороший знакомый – староста Корюх. И если в первый раз он отнёсся ко мне не так уж и уважительно, то сейчас просто расстилался. Когда жал руку – даже поклонился, сказал, что невероятно рад видеть и вообще село Разумное всегда будет в неоплатном долгу. Я покивал для вежливости и сел на крылечке конторы. А Ирина зашла со старостой внутрь и о чём-то долго там говорила с Владимиром Пантелеевичем. Я же решил расспросить тырка о своей Твари, которую он теперь упорно называл дмамедой.
- Бобо, - осторожно спросил я, закуривая папиросу: - А почему ты мою зверушку дмамедой кличешь?
- Потому что это – дмамеда, священное животное нашего народа, - тут же ответил Бобо, глянул на мою питомицу и сложил молитвенно руки: - А хранитель дмамеды – хамид нашего народа! Тоже священный, которому должен оказать помощь любой тырк, если только хамид попросит.
Я подавился папиросным дымом, закашлялся натужно и спросил:
- А если он глупость попросит?
- Хамид не попросит глупость! – решительно покачал рогатой головой Обеба, - Дмамеда выбирает в свои хранители тырка… или человека с чистыми помыслами и хорошей душой!
- А раньше хамидом был человек? – осторожно спросил я.
- Ты спроси, сколько вообще было хамидов у тырков, - хмыкнул Дырн, распрягший лошадей и присевший с нами рядом.
- И сколько же? – повернулся я к Бобо.
- Всего трое! – тырк даже три пальца растопырил, чтобы показать, - И их имена передаются из поколения в поколение!
- Да уж, - я посмотрел на Тварь, и та, будто услышав меня, тут же подошла, легла и положила свою страшненькую голову мне на колени. Я принялся гладить зверюгу и понял, что всё больше и больше перестаю замечать уродство Твари. А ещё вспоминал, что читал об этих самых дмамедах, которых у нас называли горгонзолами. Помнил совершенно точно, что по легендам они совершенно иммунные к магии. Что неутомимы и бесстрашны. Но при этом необычайно жестоки и прожорливы. И вот ну совсем не вязалось это с моей милой и ласковой Тварью, которая спала у меня в ногах, ласкалась, как котёнок и была неотвязна, как хорошая верная собака.
Впрочем, долго поразмышлять мне не дали. Из конторы вместе со старостой вышла Ирина и весело сказала:
- Владимир Пантелеевич отдаёт нам во временное владение дом шамана, потому спать будем не на улице! – потом увидела распряжённых лошадей и сказала Дырну: - Запрягай, едем туда, там и расположимся на ночлег! А с утра приступим к работе!
Дырн застонал, но безропотно поднялся и пошёл запрягать лошадей в повозку. А девушка опять подмигнула мне и спросила:
- Прогуляемся до особняка пешком?
Я лишь молча кивнул, потому как иногда в её присутствии вовсе терял дар речи. Мы неспешно пошли к усадьбе шамана, Тварь неспешно семенила рядом с нами, а Ирина начала тихо рассказывать:
- Всё же, Семён, кое-какую способность ты приобрёл при переходе – это невероятную удачливость!
- Удачливость? – округлил я глаза, - Да мне постоянно не везёт!
- Да ладно? – улыбнулась девушка, - И в чём же?
Я чуть не ляпнул, что у меня ни разу девушки не было, да вовремя язык прикусил. Потом стал лихорадочно размышлять:
- Вот, отправили меня в командировку!
- И что? – Ирина посматривала на меня коротко, неспешно шагая по деревенской дороге вдоль бревенчатых домиков.
- И меня чуть не убили много раз!
- В том-то и дело, - кивнула девушка, - Чуть здесь главное слово. Ты должен был умереть в лесу, на болоте, в трактире, но выжил. Так?
- Так, - я посмотрел на Тварь.
- А с разбойниками? А с Эдди? А с дружками его и, наконец, шаманом? Я уж молчу про враря – тут мы все должны были умереть, но, на счастье, с нами оказался ты.
Меня аж в испарину бросило от мысли, что Ирина чувствует себя благодарной. Стало тепло-тепло, и я проговорил тихо:
- Но я не специально!
- А в том и дело, - девушка взяла меня под руку, и я обмер: - Специально и не получится. Потому просто будь самим собой и не обращай ни на что внимание! И тогда всё у тебя получится, чего бы ты ни захотел!
Огромный особняк мы быстро поделили между собой. Каждый взял себе по комнате и быстро там себе постелил. Во дворе шаманского дома Дырн развёл небольшой костёр и приготовил чудесный ужин. Мы поели, покурили, и долго разговаривали, глядя на мерцающие звёзды. А потом все разошлись по своим комнатам. Я долго ворочался на своей кровати, а потом решил – была не была! Встал, сам дурея от собственной смелости, и пошёл к двери. Тихо приоткрыл её, вышел в коридор и стал в темноте пробираться к комнате Ирины. Нашёл её дверь и осторожно тронул рукой. Дверь подалась легко, будто ждала моего появления. Я постоял немного и тихо зашёл в тёмную комнату, угадывая в темноте большую кровать, на которой легла девушка. Постоял немного, но храбрость совсем меня покинула. Я судорожно вздохнул и хотел повернуться, чтобы выйти, как услышал шелест простыней и тихий голос девушки:
- Сёма… ты?
- Я, - ответил я срывающимся голосом.
- Что-то забыл? – в голосе Ирины я услышал иронию, покраснел, благо, в темноте этого было не увидеть, и ответил сдавленным голосом:
- Хо-хотел спросить, во сколько завтра вставать…
Мне было безумно стыдно, но в то же время жар внизу живота пульсировал, не давай развернуться и выйти. Я ожидал, что девушка высмеет меня, но Ирина лишь сказала всё так же тихо:
- Иди… ко мне…
Я приблизился к кровати, не столько увидел, сколько почувствовал, как девушка подвинулась. Я тут же лёг рядом, повернувшись к ней, протянул руку, погладил плечо, зажмурил глаза и потянулся губами к лицу девушки. И мы стали целоваться. Долго, страстно. Я задыхался от счастья, от возбуждения и целовал, целовал такие милые губы. А потом… Ночь обрушилась на нас, вбирая стоны, движения и шорохи. И я познал настоящее счастье…
Проснулись мы поздно утром оттого, что в комнату кто-то сильно забарабанил. Мы рывком сели на кровати, и я невольно уставился на обнажённую девушку. Голая она была ещё великолепнее! Прекрасная грудь, плечи, шея. Я почувствовал, что вновь дико возбудился. Ирина посмотрела на меня, опустила взгляд ниже и лукаво улыбнулась. А потом спросила хриплым голосом:
- Кто там?
- Это я, Дырн! – пробухтел из-за двери гмур, - Завтрак готов давно!
- Иди, мы скоро выйдем! – сказала Ирина, повернулась ко мне и потянула меня на кровать…
К завтраку мы вышли не так уж, чтобы и совсем скоро, но вышли. Потому как зашли ещё в душ, и там тоже задержались. Потому, яичницу ели уже совсем холодную. Хорошо хоть, кофе Дырн нам подогрел.
Глава 2. Новое знакомство со старым земляком
Целую неделю мы копали землю за усадьбой шамана, искали всяческие артефакты, а вечером я тщательно записывал все найденные находки в большую тетрадь. Большей частью это были какие-то наконечники, полуржавые мечи и ножи, старинные монеты с непонятной надписью. Однажды мы нашли золотой медальон, и Ирина вместе с Дырном долго рассматривали его, о чём-то тихо разговаривая. Я, разглядывая кровавые мозоли на непривычных к копке руках, в это время лежал на траве, радуясь неожиданному отдыху. Покуривал папироску и думал, сколько же ещё продлятся работы. Но, даже несмотря на истерзанные руки, на постоянную боль во всех мышцах, я был счастлив. И готов был копать хоть всю свою жизнь, лишь бы так же засыпать и просыпаться каждый день вместе с Ириной. Но после находки золотого медальона раскопки, слава Богу, были приостановлены. Мы сделали перерыв на целый день. Отдыхали, дурачились и весело проводили время. А потом наше тяжёлое, но размеренное времяпрепровождение внезапно закончилось. И произошло это не по нашей вине.
Тварь отдыхала во дворе, и ночью я услышал странный шум. Я не придал этому значения, но с утра мы увидели во дворе шесть обезглавленных фигур в каких-то красных балахонах. А рядом сидела довольная Тварь и преданно поглядывала на меня своими вылупленными глазами. А Ирина и Дырн сделались вдруг очень-очень серьёзными, ушли в дом и о чём-то долго говорили. Мы в это время с Бобо копали могилы здесь же, во дворе. Вернее, не могилы, а одну большую братскую, так сказать. Бобо, благодаря огромной физической мощи, вполне себе заменял земной экскаватор, и буквально через полчаса вполне подходящая яма была готова. В это время из дома вышли и гмур с девушкой. Трупы быстро обыскали, а потом мы быстро свалили тела в яму, закидали землёй, и Ирина распорядилась:
- Собираем вещи! Возвращаемся во Вронжск!
А потом повернулась ко мне и грустно улыбнулась:
- Семён, мы должны здесь на время расстаться! – увидев, что я собираюсь возразить, девушка покачала головой и произнесла: - Так надо!
Я помолчал немного и спросил:
- Почему мне нельзя с вами?
Ирина тяжело вздохнула и ответила:
- На это есть причины, и ты о них узнаешь, клянусь! Но позже.
- И что мне делать?
- Отправляйся на почтовой карете в Бирюль.
Я посмотрел на деловито собирающих вещи в повозку Бобо и Дырна и проговорил:
- Я давно хотел тебе сказать… В общем, - я замялся, и выпалил: - Я тебя люблю! И хочу, чтобы ты была со мной.
Ирина порывисто поцеловала меня и проговорила:
- Я знаю, Сёма, я знаю! Но об этом тоже мы поговорим позже.
Видимо, лицо у меня изменилось, потому как девушка проговорила:
- Поверь, я сейчас пытаюсь тебя уберечь! И мне самой непросто. Но мы должны уехать! Одни! А ты пока отправляйся в Бирюль!
Я молча зашёл в дом, собрал свою сумку, вышел во двор и пошёл к конторе. В любом случае, почтовая карета подъезжает туда. Говорить не хотелось, вообще ничего не хотелось. Хотелось курить и молчать.
В Бирюль я приехал к вечеру, в земскую управу заходить даже не стал, сразу пошёл к себе в квартиру. Тварь молча шла рядом и тихонько поскуливала, чувствуя моё настроение. А почти рядом со своим домом я столкнулся с земляком – в прямом смысле этого слова – таким же, как и я попаданцем с земли, Романом Залимовым. Только ему, в отличие от меня, повезло намного больше. Роман получил магическую силу, а вместе с ней и дворянский титул. Я пытался подружиться с ним, но Роману Валерьевичу, как здесь его уважительно величали, обычный писарь земской управы без способностей оказался неинтересен. Потому на все попытки поговорить о старом мире он отделывался всегда дежурными фразами. Но тут вдруг широко заулыбался и сам шагнул навстречу, протягивая свою худую руку:
- Семён! Как я рад тебя видеть!
Я пожал узкую ладонь мага и с удивлением уставился на вытянутое, остроносое лицо земляка. А маг продолжал дружелюбно говорить, приобняв меня за плечо:
- После выхода последних Ведомостей весь Бирюль о тебе говорит! Убить враря! В одиночку! Это, конечно, нужно очень постараться!
- Случайно получилось, - пробормотал я, с тоской поглядывая на дверь в свою квартиру, до которой оставалось всего-то шагов пятьдесят. После расставания с Ириной очень хотелось упасть на кровать и просто ни о чём не думать. Но Залимов не собирался меня отпускать. Всё так же стискивая мою ладонь в своей, маг заговорил горячо:
- Пойдём в бар зайдём! Или, может, ко мне?
- Я только приехал, - наверное, жалобно произнёс я, - Хотел отдохнуть.
- Успеешь! – решительно ответил земляк и махнул рукой: - А давай-ка ко мне!
И решительно меня повёл по улице. Жил маг в самом престижном квартале Бирюля – практически в центре. И если я ютился в двух комнатах с небольшой кухней, которые я арендовал у местного купца, то Роман свой дом получил в дар от государства. Хотя, с его заработком, вполне мог купить такой же за пару-тройку лет. Маги-целители здесь очень даже ценились. Потому как могли лечить всё – от огнестрельных ранений до сифилиса. И смертельных болезней тут, кстати, не было. Это в нашем мире всё лекарства изобретали, химией пичкали. А тут маги в этом плане намного дальше шагнули. И если по технике да оружию в моём новом мире был максимум девятнадцатый век, то по лечению – даже не двадцать первый, а двадцать третий. Местные маги даже зубы новые выращивали и могли человека омолодить. Единственный минус, такое лечение здесь стоило невероятно дорого и не каждому по карману было. Зато богатые люди здесь до двухсот, а то и трёхсот лет жили. Имели возможность.
Дошагали мы с Залимовым до его особняка, и маг решительно стукнул в дверь. Открыла молодая девушка, служанка. Я даже помнил, что зовут её Мила. Твари я приказал ждать меня на улице, а сам зашёл с Залимовым внутрь. Земляк провёл меня в столовую, и по-барски распорядился накрыть стол на две персоны. Девушка быстро захлопотала – поставила на стол тарелки, рюмки, чашки. Принесла большую миску с картошкой жареной, ещё одну миску с салатом и третью – с мясом.
- Я тут как дома кушаю, - довольно произнёс Залимов, достал папиросу и закурил. Я глянул на него и тоже достал папиросы. Маг тут же подвинул пепельницу на середину стола и принялся накладывать себе на тарелку картошку и мясо. А потом продолжил: - Дома ещё привык – два три блюда, но одна тарелка. А не как здесь – всё по разным тарелкам дворяне накладывают. Сиди, ковыряйся со всех сторон!
Я закурил, покивал и спросил осторожно:
- А ты сам откуда? Где жил?
- Из Москвы, - Залимов аппетитно зачавкал, и я вдруг понял, что чертовски проголодался. Тоже наложи себе еды и принялся есть. А маг спросил: - А ты откуда?
- Я вообще из села, - я махнул неопределённо вилкой: - Центральное Черноземье.
Залимов уточнять не стал, лишь кивнул понятливо и спросил:
- Ну, как устроился здесь? В земской управе, слышал? У Игоря Фёдоровича?
Я кивнул молча, продолжая есть.
- А я вначале думал, что ты размазня, - продолжал разглагольствовать маг. А потом вдруг слышу – на дуэли лучшего стрелка убил. С шаманом расправился. Бандитов в лесу уничтожил. Но когда про враря услышал – сразу понял – ох, непрост Семён Пентюх! Ох, не прост! Спецназ?
Я отчаянно помотал головой и проговорил с набитым ртом:
- Да случайно всё вышло.
- Не хочешь говорить – не говори! – поднял руки и благодушно улыбнулся маг, - У каждого из нас свои секреты! И я свои тоже никому не выдаю!
Потом повернул голову к двери и крикнул повелительно:
- Мила, водочки нам принеси!