Глава шестая

Медсестра практически сразу пришла ко мне. Улыбчивая молодая девушка по имени Сара. Она взяла у меня кровь из вены, пробирок десять примерно. Всё время щебетала, о том, как нам повезло оказаться в этом прекрасном городе. Какие здесь милые и добрые люди. Странно, я таких здесь не заметила. Говорила о каком-то празднике на следующей недели. В общем её было невозможно переслушать. Также измерила мне давление и температуру. Расспросила про шрамы и болезни из детства.

– Почему вас так интересуют мои шрамы? – это первое, что я сказала с момента её прихода.

– Как бы это объяснить. Смотри, если тебя укусил не мертвый… ммм, в общем это стандартная процедура. – всю веселость с неё как рукой сняло.

– Кто бы сомневался, что ты мне скажешь хоть что-то.

– Вот это наша книга правил. Ознакомься. – передала мне томик листов на двести примерно.

– Много же у вас правил. – отвечаю я.

– Это очень серьезно. Только благодаря этим правилам мы живы и процветаем. – Собирает свои вещи в небольшой чемодан и встает в полный рост. – До завтра.

– Завтра ты опять придешь? – отложила "самую важную книгу" в сторону.

– Конечно. С результатами анализов. И каждый день буду мерить тебе давление и температуру. – говорит как само собой разумеющуюся вещь.

– А ты только ко мне приходишь или к другим прибывшим тоже? -интересуюсь.

– На мне вас трое. Но ты не переживай, я уделю максимальное время всем. – будто я об этом переживаю.

– Я не переживаю. – отворачиваюсь от неё к стене и закрываю глаза. Мне нужно подумать. – Сара? – оборачиваюсь обратно.

– Что? – уже стоит возле двери.

– У вас есть медицинский блок? Или что-то типа этого, где вы держите больных? – стараюсь выглядеть не особо заинтересованной.

– Конечно. – Разворачивается и стучит в дверь.

– А где он находится? – сердце ухает о ребра.

– В здании, что находится за этим сектором. Оно огромное, мимо, как говорится, не пройдешь. Выкрашено в голубой цвет, с эмблемой медицины на входной двери. – Показывает пальцем на кармашек в районе груди белого халата. Изображение красного креста в черном круге.

Открывается дверь, и Сара машет мне на прощание.

Она действительно приходила каждый день. И каждый раз брала кровь. Выпускали нас только в столовую. Три раза в день. Теперь у каждого была своя еда. С учетом нужных витаминов и минералов, согласно анализам. Помимо медсестры приходит Пейдж и опрашивает нас на знание их правил и законов. Она говорит, что я хуже всех продвигаюсь в обучении. День, ночь – все смешалось. Так прошло восемь дней. Из одной тюрьмы я попала в другую.

Мы с ребятами договорились вести себя тихо. По крайней мере до совета. Спросите почему его до сих пор не было? Нам говорят, что один из глав Черной Пантеры сейчас отсутствует. Все решения принимаются только в полном составе. Я не знаю, правда это или нет. Но терпение моё на исходе. С каждым днем нервы начинают сдавать. С каждым щелчком замка моей двери я вздрагиваю. Каждый день перед сном смотрю на фото и прошу маму потерпеть ещё. Ещё один день. И так каждый раз.

Саманта решила бежать со мной. Это она сказала мне вчера. Я не уверена, что хочу этого. Это будет моя ответственность. Возможно, здесь лучше, чем там, куда отправлюсь я. Стейси всё так же заигрывает с охранниками. Со всеми. Она говорит, что один да проколется. С Майклом я больше не разговаривала. Скажу больше, стараюсь даже не смотреть в его сторону. А когда все-таки нахожу его глазами, вижу одну и ту же картину. Он смотрит только в тарелку, даже после того, как она оказывается пуста. Он словно натянутая струна, одно движение и последует взрыв. Линкольн говорит, что Майкл отдалился от всех. Ни с кем не пытался заговорить все эти трапезы, не считая первой. Также не отвечает, если ему задают какие-то вопросы. Да, нет. И не более этого. Я знаю, что ему известно намного больше, чем нам. Ещё я знаю, что он ничего не скажет даже если спросить. А я уже пыталась.

Каждый день после вечерней трапезы я нахожу в тумбочке новый комплект одежды. Идентичный той, что сейчас на мне. И они пополняют запасы мыла и зубной пасты. Каждый день. И сегодня не исключение. Начинаю убеждаться, что вмятины на двери оставил предыдущий жилец. Пытаясь выбраться с этого порочного круга.

Вечер. Сижу на кровати и смотрю на фото. Это мой якорь. Чтобы я не забывала, зачем я здесь.

Бум. Бум. Бум. Слышу глухие удары в коридоре. Бум. Бум. Треск электричества или что-то похожее на это. Тишина. Подхожу к двери и прислушиваюсь. Тишина. Шаги. Цокот каблуков. Пейдж. Гул голосов. Я их узнаю. Рой, Саманта, сестры. Их выпускают. Открывается моя дверь, и я почти выпадаю из комнаты.

– Прошел совет. Вам разрешено передвигаться по этажу и выходить на площадь, где стоит статуя Пантеры. Завтра вас представят главенствующим лицам нашего города. – Пейдж сообщает всё это, разворачивается и уходит. А я так и стою с открытым ртом.

Выхожу в коридор и смотрю на всех. Они растеряны, как и я. Саманта и Рой идут ко мне. Я возвращаюсь в комнату и сажусь на кровать. Кажется, это какая-то уловка. Столько времени держали нас взаперти и тут раз, и решили выпустить? Странно всё это.

– Дела плохи. Куда-то увели Линкольна. Все остальные здесь. Зачем они нас выпустили сейчас? Могли это сделать утром. Я не понимаю. – Саманту не остановить. Щеки раскраснелись, глаза лихорадочно бегают от меня к Рою.

– Ты решила бежать? – спрашивает Рой, он невозмутим.

– Да. – роняю ответ.

– Снова? – легкая улыбка скользит по его губам.

– Один раз вышло. Так что… – пожимаю плечами.

– Когда? – допытывается он.

– Не знаю. Сначала найду маму. А там посмотрим. Я ещё не решила.

– Ты когда-нибудь думала… что не найдешь её? – голос Сэм печален.

– Стараюсь об этом не думать. – беру Саманту за руку и сажу её рядом с собой. – Ты не обязана идти со мной и подвергать себя ещё большей опасности.

– Давай сначала найдем твою маму. А дальше посмотрим. Хорошо? – сжимает мою ладонь и поворачивается к Рою.

– Может выйдем на площадь? Осмотримся?

– Хорошая идея. Идем. Возможно, Линкольн там.

Покидаем мою комнату и выходим в пустой коридор. Мы не одни, кто решил выйти на улицу. Все двери открыты. Проходя мимо комнаты номер один, вижу Майкла. Он лежит на спине на кровати и смотрит в потолок.

– Ребят, идите, я вас догоню.

– Ты куда? – спрашивает Саманта, киваю головой в сторону Майкла. Она расплывается в улыбочке и играет бровями. – Ну, ну.

– Иди ты. – закатываю глаза и перешагиваю порог комнаты. Переступаю с ноги на ногу, не знаю с чего начать разговор. Но Майкл спасает меня от этого.

– Зачем пришла? – все так же смотрит в потолок.

– Пппривет? – неуверенно говорю.

– Это вопрос? – свешивает ноги с кровати и садится, смотря на меня. Пробегаю глазами по комнате – идентичная моей. – Выкладывай. Что тебе нужно?

– Помощь. Мне нужна твоя помощь. – три шага, и я стою перед ним. Ему приходится задрать голову, чтобы смотреть мне в глаза.

– Я тебе ничем не могу помочь. Всё что мог, я уже сделал. Вытащил тебя из Подземелья. Спас от не мертвых. Не бросил в лесу. Доставил сюда в целости и сохранности. На этом всё. Дальше ты сама по себе. – Смотрит в глаза, и его лицо опять ничего не выражает. Но я вижу синяки под его глазами. И вообще вид у него не очень.

– Ты что, вообще не спишь? Выглядишь так себе. – легкая улыбка касается его губ.

– Ты что переживаешь? Я польщён. – Сажусь на кровать рядом с ним. Моё бедро касается его, и я прожигаю это место взглядом.

– Помоги мне ответами. Ты знаешь гораздо больше всех нас вместе взятых.

– Зачем мне тебе помогать? – кладет руку возле моей буквально в миллиметре. Я чувствую тепло, что идет от него. Теперь не могу оторвать взгляд от его руки. Одно движение и я…

– Потому-что ты спасал меня не раз. – поднимаю взгляд на его лицо. – Даже когда этого не хотел. Ты хороший человек.

– Лесть. Не думал, что ты докатишься до этого. – кривит губы. – Задавай вопросы. Если смогу, то отвечу. Все равно это уже не имеет значение.

– Хорошо. Сколько ты прожил в Подземелье? – стараюсь понять по лицу правду он скажет мне или нет.

– Чуть меньше года.

– До этого?

– Здесь. – снова осматриваю комнату. – Не в буквальном смысле здесь. Я имею ввиду, в Черной Пантере.

– Ты хорошо знаешь Сенатора? – от воспоминания о нем сердце начинает колотиться как бешеное. Даже на расстоянии он внушает мне страх.

– Достаточно. – уклончивый ответ.

– Ты работаешь на него? – теперь сердце замирает. Это важно для меня. Знать, что он не на той стороне.

– Нет. – отвечает он.

– Как появились не мертвые? – миллион вопросов крутится в голове. Хочу задать их все, но не понимаю, с чего начать.

– Ну этого точно не знает никто. Самая популярная версия – это попытка мировых держав прийти к единоправной власти. Был создан вирус. Биологическое оружие, направленное на уничтожение людей. Что-то вышло из-под контроля, и этот вирус попал в мир. Заражена была вся планета. Просто кто-то подвержен его воздействию больше, кто-то меньше. Те, кому не повезло превратились в не мертвых. Остальные же не изменились. Люди собирались группами, чтобы выжить и противостоять не мертвым. Так отстроились города. В местах типа этого, в тюрьмах, на закрытых станциях. Там, где уже была какая-то защита от внешнего мира.

– А не популярные версии? – от того, что он начал мне что-то рассказывать, ладони покрылись потом. Обтираю их о штаны и жду следующих ответов.

– Инопланетяне, проклятие, кто-то вообще думает, что та жизнь – это всего лишь сон и не более того. И ещё куча других.

– Что думаешь ты? – смотрю на Майкла. На его профиль и любуюсь им, пока он не переводит взгляд на меня.

– Я склоняюсь к самой популярной версии. Но знаю одно – истину мы не узнаем никогда. – поднимает бровь. – Да и в НЛО особо не верю.

– Другие города. Ты о них говорил. Где они и как далеко от Черной Пантеры? – молчит и пристально всматривается в моё лицо.

– Город, что я отметил на твоей карте – это Крест. В основном там живут верующие люди. Они готовы дать пристанище всем беженцам. Ещё один большой город поблизости – Хелл. Но туда бы я не советовал идти. Остальные намного дальше, я о них мало что знаю.

– Почему? Почему не советуешь идти в Хелл?

– Там не очень рады чужакам. Хоть это и большой город, все-таки он меньше Пантеры. Основной свод правил составлялся здесь, позже распространялся по городам партнерам. И только у Хелл приоритет – их правила и никакие другие. Точнее их вожака. И скорее всего, если ты когда-то туда попадёшь, то станешь рабыней.

– Я и так рабыня. – сказала тихо, но он услышал.

– Поверь мне, быть рабом в Хелл – это ужасно. Всё что было до, покажется тебе раем.

– Поняла. Другие города?

– Это самые ближайшие. Остальные входят в другой союз, с ними связи нет. Нет наших шпионов. Практически ничего не известно. Есть маленькие общины. Их не так много, но в основном это скитальцы, что ищут в этом мире свое место. Чаще всего они пополняют ряды не мертвых. – вполне серьезно отвечает он.

– Ты знаешь, где моя мама? – смотрю в упор на него и в уголке глаза скапливается слеза.

– Нет. Я её никогда не видел. – Черт. Точно. Достаю фото и подаю Майклу. Какая же я дура, раньше не могла додуматься до этого.

– Вот она. Сейчас, конечно, она не так сильно на себя похожа, но всё-таки… – на его лице шок. Глаза бегают с фото на меня и обратно. – Что? Ты видел её?

– Никогда в жизни её не видел. Кто это? – показывает пальцем на моего отца. При виде его у меня появляется слабая улыбка.

– Мой отец. Правда, я его не помню. Знаю только одно – он лучший человек на этом свете. Так всегда мама говорила. Пока была в себе, конечно. Я даже не знаю, жив ли он.

– Джей? – поднимаю взгляд от фото. – У меня для тебя две новости. Он жив. И он – худший человек на этом свете.

****************

После этих слов мы ругались. Сильно. Громко. С кучей оскорблений, с моей стороны. Да как он может так говорить о человеке, которого совсем не знает. Он ошибается. Это совпадение. Просто похожие люди. Я вылетела из его комнаты пулей и убежала к себе. В слезах. Я понимаю, что я держалась за облик великолепного человека годами. С детского времени приписывала ему самые лучшие качества. А Майкл всё разрушил. Мой карточный домик рухнул под его ногами. И собрать его я больше не в силах. Рыдания сотрясали меня, пока я не провалилась в сон. Сон, где Майкл стрелял в моего отца и при этом улыбался… Просыпалась дважды. Это не помогало. Только прикрываю веки, сразу вижу, как Майкл бросает нож в сердце моего отца. В следующий раз Майкл в роли не мертвого, разгрызает ему шею. И каждый раз я стою и наблюдаю за этим, не мешая ему, не препятствуя. Бездействую и молчу.