Глава 9

Следующие десять дней смазались в один поток напряжения, искушения и боли. Адели продолжала предаваться воспоминаниям о Бертране, выплескивая на меня столько эмоций, что нутро скручивало в узел. Я старалась держаться. С вежливой улыбкой уверяла, что в порядке, незаметно касалась платком висков, которые раз за разом покрывались испариной. Сжимала пальцы до судорог. К концу первой недели я даже наивно понадеялась, что сумела подавить внешние проявления альровой боли. Но нет. Даже если Адели не обращала внимание на мое состояние, Эдриан видел все.

Он стал частым гостем в малой усадьбе фон Ламерсов. Приходил спустя полчаса после меня, приветствовал тетю галантным поклоном и занимал одно из свободных кресел. Иногда Эдриан, будто позабыв о приличиях, вытягивался на диване. Закладывал руку за голову, прикрывал глаза и, казалось, засыпал. Но только я готова поклясться на силу альры, что он продолжал следить за нами. За мной.

Тяжелый взгляд ощущался щекоткой на коже, зудом между лопаток. Я практически чувствовала, как Эдриан рассматривает меня, подмечает испарину на висках, сжатые пальцы, напряженную осанку. И откуда-то точно знала: ему нравится видеть это — немое доказательство моих чувств. Того, что мне по-прежнему больно. Что я, как и он, не смогла оставить прошлое в прошлом.

Одиннадцатый день мало отличался от предыдущих десяти. Мы вновь разместились в гостиной. Я уже привычно устроилась у открытого окна, все еще надеясь, что врывающийся ветер остудит разгоряченное лицо. Перо с тихим скрипом выводило на бумаге слова. На секунду я залюбовалась.

Даже спустя столько лет, магия альров кажется мне чудом. Да и как иначе это назвать? Красные, синие, лиловые — чернила остаются такими только в баночках и на кончике пера. Но стоит им вывести последнюю черточку в строке — и цвет становится черным. И тогда не понять, каким оттенком написано каждое слово. Да это и неважно. Главное — эмоции, которые переживаешь, погружаясь в чтение.

— Бертран очень любил наше загородное поместье, — Адели с полуулыбкой качнула головой. — Даже не представляю, как вернуться в него одной. Хотя, возможно, рядом с вами мне будет легче.

— Рядом со мной?

Я оторвала взгляд от желтоватых страниц и нахмурилась. Адели посмотрела на меня с удивлением.

— Конечно. Я ведь говорила, что в честь дня рождения Бертрана устраиваю прием в поместье.

— Да, но при чем тут я?

— А вы думаете, я соглашусь взять с собой другую альру? К тому же на прием прибудут друзья и коллеги Бертрана, они наверняка с удовольствием поделятся парой историй.

Я растерялась. По правде сказать, альр редко берут в поездки. Наоборот — предпочитают делиться эмоциями по возвращении. А тут… Оказаться на приеме высокородных? Где-то за пределами обоих Бреттонов? И сколько времени я должна провести рядом с Адели?

— Все три дня, — ответила она, стоило мне озвучить последний вопрос. — Мы прибудем за день до приема. Я должна убедиться, что все мои пожелания учтены. Потом непосредственно торжество. И еще один день мы проведем в компании гостей, которые решат задержаться — а такие, я уверена, будут. Воспоминания, лейра Бейрин, порой имеют над нами больше власти, чем мы привыкли считать.

Три дня… Три полных дня?! Это ведь не четыре часа, которые я провожу здесь, записывая за Адели. Это равносильно круглосуточной работе. Работе, которая вспарывает мои чувства, как бритва! И ведь Эдриан наверняка будет там!

— Лейра Бейрин, вы побледнели? — Адели посмотрела на меня с беспокойством.

— Скорее всего, благородная лейра Бейрин испугалась реакции своего жениха на эту новость, — голос Эдриана прозвучал неожиданно. — Видишь ли, тетушка, некоторые лейры считают, что нам, тейрам, только дай повод забраться под юбку к незамужней девушке.

— Ох, Эдриан, не говори глупостей!

Адели поморщилась. Я же смотрела на него во все глаза и видела мрачное, ядовитое удовлетворение.

— В любом случае, — теперь Адели обращалась ко мне, — вы можете пригласить вашего жениха присоединиться. Если уж в этом действительно есть необходимость. Хотя, честно признаюсь, мне трудно поверить, что о высокородных ходит такой нелепый слух!

— Нет-нет, я уверена, в этом нет необходимости…

— Что же вы, лейра Бейрин? — Эдриан растянул губы в улыбке. — Не стоит смущаться. В загородном поместье фон Ламерсов найдется комната и для вас, и для вашего жениха. Или вы предпочитаете одну на двоих?

Я задохнулась от возмущения. Так открыто спросить, сплю ли я со своим женихом, — это наглость! И вообще, с каким женихом? С Олердом? Но я ведь не говорила, что мы помолвлены. Это какая-то чушь! Это…

Я посмотрела в глаза Эдриана.

Это ловушка. И я попалась в нее как дурочка. Хуже того — Эдриан это понял.

— Великие святые, Эдриан! Где твои манеры? Прошу простить моего племянника, лейра Бейрин. Не знаю, что на него нашло, но уверяю: он не имел в виду ничего дурного.

Усмешку удалось сдержать с трудом. Не имел? О нет, тейра Адели, вы ошибаетесь.

— Мы отбываем послезавтра в девять утра. Вам надо за полчаса до этого времени прибыть на канатную станцию Верхнего Бреттона. Там вас встретит Густав и доставит к поместью. Поэтому прошу, не опаздывайте.

— Разумеется, — я склонила голову. — А завтра мы продолжим работу?

— Нет, я буду занята. Мы встретимся уже в поместье. Да и вам наверняка нужен день на сборы.

На сборы? Скорее уж я потрачу этот день на уговоры Олерда сыграть роль моего жениха. Если Эдриан надеялся выудить у меня признание, что никакого жениха нет, — его ждет большое разочарование!