Глава 7
— Попался!
Сердце Иве едва не разорвалось от ужаса, когда чья-то громадная ладонь зажала ее рот, а другая рука — перехватила поперек груди.
Но едва шепот Ларса был опознан, как пришла новая волна страха — слишком крепко парень прижал ее к себе, не почувствует ли он через многослойную одежду нехарактерные для мужской фигуры особенности «рельефа». Тут же Таурин словно бешеный забился в руках старшего соседа, вырываясь так словно от этого зависела его жизнь.
— Тише ты! — Зашипел Розолс, ослабляя хватку. — Будешь так дергаться — нас засечет поисковый маячок, он настроен на движение возле внешних стен академии. — И если куратор узнает о несанкционированной отлучке…
— Тогда зачем ты меня здесь схватил, — отпехивая от себя мужские руки, Иве отскочила в сторону. — Крадешься в ночи, пугаешь… Сам-то не опасаешься, что поймают на прогуле?
— Я крадусь? — Хмыкнул Ларс и не думая отступать от Таурина — он так и следовал за ним, короткими перебежками пробирающегося от каменных стен к кустам вдоль городской дороги. — Ты себя со стороны видел?
— Мои дела тебя не касаются! Чего привязался?
Не касаются — как же, Ларс только мысленно вздохнул.
— Ты дурень мелкий, сам найдешь себе проблем на голову. Считаешь мир состоит из одних добряков? Напади на тебя кто-то и отбиться не сможешь. При тебе и оружия нет. Впрочем, оно для тебя в любом случае бесполезно. Чего в узле своем таскаешь? — При этих словах Иве судорожно притиснул тюк к груди. — Думаешь, я не заметил твои регулярные отлучки по вечерам? А возвращаешься ты за полночь. И как только прознал про эту секретную дверцу в стене? Где магическую отмычку раздобыл?
— Что знаю двое — знают все, — буркнул в ответ мелкий нахал, намекая на слухи, которыми мир полнится. На самом же деле о секретном выходе ему сообщил отец с непосредственного согласия ректора — как об экстренной мере на случай разоблачения. — А отлучки?.. Я в лазарете по вечерам пропадаю! Вот только сегодня так…
— Угу, как же, — невидимый в темноте покивал своим мыслям Ларс, перебивая. — Только не дважды в неделю! В остальные дни — да, торчишь в лазарете на пару с этим ушастым недотепой… как там его? Поппе Торре! Вот и вопрос: где же ты пропадаешь в эти два дня?
— Ты что следишь за мной? — Таурин встал как вкопанный прямо посреди дороги.
— Дурень! — Розолс мигом столкнул его к обочине — в кусты. — К чему мне за тобой следить?
На самом деле Ларс не следил, но ответственно приглядывал за мелким приятелем, выполняя наказ императора. А уж с его регулярными отлучками — тут соседу стало и самому интересно выяснить куда это исчезает Иве поздними вечерами. Сегодняшняя прогулка была не единственной, когда он тихо следовал за недотепой-Таурином, как называли его многие однокурсники за совершенную неспособность сладить с наукой профессора Гармарра. А с недавних пор у Ларса появился и свой — личный — мотив приглядывать за неугомонным приятелем за стенами академии.
— Откуда тогда ты здесь взялся? — Иве продолжал нервно коситься на соседа, теребя в руках свой узел.
— Шел по своим делам, — белозубую ухмылку Розолса даже в темноте было невозможно не увидеть.
— Вот и иди!
— Так нам, кажется, по пути.
— С чего ты взял?
Розолс хитро прищурился.
— Вот поэтому и спрашиваю: куда направляешься?
— В город…
Голос Иве звучал немного сипло. Оно и понятно — Ларс про себя ухмыльнулся: он давно выяснил куда повадился сбегать мелкий. Выследил его еще в самый первый раз — неделю спустя после начала обучения. В местный дом развлечений!
Вот это был момент — Ларс глазам своим не поверил, когда под покровом темноты Иве ловко сбежал из академии и, не теряя времени, едва добравшись до города прошмыгнул к местным девицам. Сказать, что Ларс испытал шок — это ничего не сказать. Конечно, он, бывало, в разговорах и болтал о таком, чтобы придать себе веса в глазах сверстников, но вот чтобы так… на самом деле. И с завидным постоянством!
А уж в простоватом, стеснительном и хилом сыне великого полководца, которого знал с детских лет, заподозрить любителя сладострастных утех ему бы и в голову не пришло! Вот уж тихушник.
— Так мы уже пришли, куда дальше?
— Мм… у меня тут дела, — словно вспомнив про время, Иве обернулся в направлении неприметной улицы — там-то и находилось известное всем заведение.
— Что ж, беги, — решив не смущать парня еще больше, отнимая его время, Ларс великодушно кивнул. — И я отправлюсь по своим. Главное — назад вернемся вместе? Жду тебя здесь через час?
По наблюдениям Розолса именно этого времени всегда хватало парню, чтобы нагуляться. Опять же не ему рассуждать об этом — сам он с женщиной был лишь однажды, и от испытанного тогда смущения и волнения мало что помнил.
— Х-хорошо, — нервно оглянувшись на извечного спутника своих детских невзгод, Иве мигом исчез в темноте.
Выждав совсем чуть-чуть, Ларс двинулся следом — ровно, чтобы успеть заметить, как невысокая худощавая фигурка соседа исчезнет за неприметной дверцей. Той самой дверцей, о которой студенты академии столько судачили, но открывали ли?..
Всякий раз незаметно сопровождая сюда Таурина его назначенный опекун пристраивался в потемках в небольшой нише между зданиями напротив и терпеливо дожидался возвращения Иве, чтобы так же незаметно сопроводить его назад. Тем более, на этой улице жизнь с приходом ночи только начиналась — не раз и не два он с интересом наблюдал посетителей заведения.
Но с недавних пор у Ларса в городе появилась и собственная цель: поиск прекрасного видения — девушки, что странным образом затронула его душу. При том, что и видел он ее лишь однажды — мимолетно в сумерках, но мысли о незнакомке будоражили его вновь и вновь. Впрочем, помнил он немного: волнующее прикосновение к телу, когда на минутку сжал ее талию, шелк скользнувших по лицу волос и их же аромат… Не густо.
С той ночи всякий раз отправляясь с Иве, он старательно искал свою незнакомку, мечтая всего лишь об одном шансе! О новой встрече.
Теперь он все свободное от сопровождения Таурина время рыскал по округе, надеясь, что она вновь неожиданно появится на его пути. О том, что их пути пересеклись ровнехонько напротив дома развлечений он старался не думать. Как и о том, что обязан жениться на одной из сестер Таурин — время в академии лишь отсрочка. Как же все сложно в его жизни!
Час промелькнул незаметно. Незнакомка не появилась ни на одной из ночных улиц и сегодня оставив Ларса с горьким привкусом разочарования. Спустя час, привычно перехватив Иве, парень молча под прикрытием темноты проследовал за ним до стен академии.
— Плохие новости? — Шепнул Таурин, едва они перебрались через магический рубикон — стену учебного заведения.
— А?
— Ты молчаливый такой, — неуверенно заметил Иве. — Вот и подумал — может плохое что-то случилось.
— Нет, все в порядке, — моментально подобрался Розолс.
На губах его появилась улыбка — он с детства привык скрывать истинные чувства. И так допустил слабину — рассказал одному сокурснику о встрече с незнакомкой, не хватало еще перед младшим соседом отчитываться.
— А какие у тебя были дела снаружи?
Ларс мысленно вздохнул от неудобной темы — нехарактерная Иве назойливость.
— А у тебя? — Оскалился он в ответ, намекая, что ему тоже есть чем ответить.
Таурин ожидаемо пожал плечами и промолчал.
Оба уже практически подошли к жилому корпусу первокурсников, когда на их пути выросла рослая фигура Аве Миллдона.
— Где бродите? Все веселье пропустили. Лучше бы вам сейчас быть подальше от этого места, — споро подхватив под руки, он поволок онемевших от удивления однокурсников в сторону.
— Ночь на дворе, — ошарашенно просипел Иве, дергаясь в попытках не выронить из рук свой сверток.
— Что случилось? — Подошел к вопросу более существенно Ларс, на правах старосты потребовав разъяснений.
— Тоис… — многозначительным шепотом отозвался Аве, кивая через плечо, — и его кошмарный кот!
— Так мы от кота бежим? — Розолс резко встал на месте.
— Нет, там горг…, в смысле, куратор, — смятенно оглянувшись, прошептал один из близнецов. — Явилась разбираться!
— Ааа…
Иве и Ларс понятливо поспешили ускориться — попасть под горячую руку профессору Иволдон никто бы в здравом уме не пожелал. Троица почти перешла на бег пока не оказалась в милом прогулочном садике, примыкавшем к танцевальному залу. Привычно вскарабкавшись на облюбованный во время прогулов танцевальных занятий сук, первокурсники с облегчением выдохнули. Таурина, правда, пришлось затаскивать общими усилиями и сидеть он согласился только, обняв ствол дерева руками и ногами, но… его страх высоты уже никого не удивлял.
— Рассказывай! — Повелительно пожелал Ларс.
— Пришли мы, значит, с ужина, — вдохновленный аудиторией поспешил сообщить Аве, — а там… полный хаос.
— Где?
— В комнатах! Вся-вся одежда в лоскуты подрана! До последних подштанников. Даже парадную форму не пожалели.
— Проклятье! — Ларс подскочил на ветке. — Завтра же важное построение — наследный принц на смотр явится.
— О чем и речь, — закивал Аве. — Вот куратор и лютует. Тоиса едва взглядом не спалила.
— А это точно он?..
— Кот его постарался. Зверюга! Ни единой комнаты не пропустил — всем напакостил. Ардемал оправдывался, что просто посадил кота под домашний арест, а он выбрался и вот… нагадил.
— Уж лучше бы нагадил…
— И что профессор?
— Всех шить засадила!
— Оо… — Лицо Ларса вытянулось: как же так — мужчин и шить. — Спасибо, что не дал нам в это вляпаться.
— Н-но п-по-ч-чему м-маг-гией н-не вос-с-становили? — Простучал зубами вопрос Иве.
— Знаете же горгону, — вздохнул Аве. — У нее принцип: берем и делаем все сами-и-и! Парни пальцы себе иглами в кровь уже искололи. Кому не свезло попасть под ее гнев, конечно.
— Вот же дело, кот напакостил — а остальные шьют. Да и чего они нашьют то? Что-то я в результате не уверен.
— Ну… думаю форму нам заменят, а что шьют — то опять урок от куратора. Сердится она очень!
— Тогда пойдемте, — Ларс вздохнул и спрыгнул на землю. — Шить так уж всем, отсиживаться за чужими спинами не будем.
— Да? — Разочарованно протянул рыжий. — А я-то рассчитывал, услышу про деву ту опять. В городе был?
— Не видел ее больше, — отмахнулся Розолс, одновременно взглядом прося о молчании — Иве моментально насторожился при слове город.
Стянув Таурина вниз, трое немедленно понеслись назад — к казармам: знали бы — не убегали.
— Вот и подкрепление, — профессор Иволдон окинула припозднившихся подшефных прямо-таки сладчайшим взором. — Свежая кровь нужна — присоединяйтесь. Вдевайте нитки в иглы и вперед — все дружно шьем коту лоскутный коврик. К утру должен быть!
Множество несчастных и сонных взглядов сокурсников, отправленных в столовую, как настоящий дамский клуб по интересам, встретили их с надеждой: спать уже хотим. На общем фоне выделялся Тоис — белый и холодный от сдерживаемой ярости. Перед ним высилась самая большая гора лоскутов и мотков с нитками.
— Я шить не буду, — неожиданно провозгласил Таурин, заставив всех и Ларса в первую очередь оглянуться.
— И почему это? — Моментально с интересом подобралась куратор.
Глубже натянув на лоб неизменную кепку и ссутулившись больше обычного под множеством взглядов, Иве все же твердо признался:
— Мне лучше спицы дайте, я из этого кота меховой коврик свяжу!
— Дело говоришь! — С облегчением выдохнула профессор Иволдон. — Надо не смиряться с незаслуженным наказанием, а проучить виновника!
— Этого кота попробуй проучи, — вздохнул его хозяин.
— Он чуть что — к ректору мчится, — поддержал кто-то из задних рядов. — Пробовали уже его изловить. А ректор в нем души не чает. Не верит он, что это «чудо» может набедокурить. Может быть, если вы пожалуетесь…
— И не подумаю, — во все идеально-белоснежные зубы заулыбалась профессор. — Ректору жаловаться! Придумали тоже. Маленькие дети? Сами должны уметь с проблемами разбираться. А тут уж проблема — всего-то кот.
— Найду его и остригу! Будет лысый кот и белый пуховый коврик! — Клятвенно заверил куратора раздраженный кутерьмой Таурин, чем необычайно вдохновил сокурсников.
— Мы поможем, — немедленно подорвались они с огромным облегчением забросив попытки хотя бы вдеть нитку в иглу.
— А вот вас сиятельный лорд Ардемал, — сухо притормозила старая дева подскочившего со всеми Тоиса, — я попрошу остаться! Вы как его хозяин, допускающий подобные бесчинства виноваты вдвойне. Не пора ли заняться воспитанием питомца? Поэтому продолжите шить к утру лоскутный коврик. Мне!
Скрип зубов Тоиса навел всех на подозрение о магическом укреплении его зубных коронок — как бы иначе они выдержали подобное?!
Просочившись мимо всерьез вознамерившегося пересмотреть в гляделки разгневанного наследника рода Ардемал куратора, студенты перевели дыхание только выбравшись из столовой. И вот тут пришло понимание: а где искать кота?
— Затихарился где-то и спит себе.
— Швабра мохнатая, точно дрыхнет себе над ректорским камином.
— А может и вовсе сбежал на улицу по своим кошачьим делам?
И тут кого-то осенило:
— Раз искать бесполезно — надо его приманить! Пусть сам явится.
Идею моментально одобрили. Только как это сделать?
— А что привлечет внимание кота?
Все посмотрели друг на друга и дружно сообразили:
— Кошка!
Стоявший в стороне Таурин только вздохнул: у этих парней одни кошки на уме. Тихо отступив под общий гомон споров и обсуждений, он растворился в боковом коридоре. Почему-то Иве казалось, что мерзопакостный кот Ардемалов может быть только в одном месте — промышлять в академических кладовых!
Изодрать столько одежды — это непросто, уж точно ему потребуется подкрепиться. А зная Пушка, он и там разгуляется.
Ночь накануне приезда наследного принца точно вошла в историю академии сиятельных лордов. Группы от двух до пяти юношей с разной степенью ломкости голоса, бродящие по пустынным переходам и залам, и старательно подражающие кошачьему мяуканью…
— Мяу…
— Мяа-а-ау…
— Мьйаааа-уууу…
Неслось со всех сторон.
Шум в овеянной ночной тьмой обителью науки стоял просто кошмарный. Студенты старших курсов тщетно пытались укрыться под подушками в надежде спастись от завываний. Выходить из своих комнат, чтобы вмешаться в происходящее, им было запрещено.
А первокурсники… они вошли во вкус, изображая течных кошек на все лады, соревнуясь и перекрикивая друг друга. Даже ректор академии, обитавший в отдельной — удаленной от прочих зданий — башне все глубже пытался натянуть ночной колпак на глуховатые из-за возраста уши.
Профессор медицины спасся в лазарете, отгородившись от сошедшего с ума мира защитным инфекционным куполом. О счастье — выяснилось, что и звуки он не пропускает.
Мастер боевых искусств провел ночь на ристалище, старательно полируя свои клинки и укрепляя нервную систему. И только профессор Иволдон довольно хохотала, со стороны наблюдая за суматохой.
Были еще двое, кого не коснулся этот балаган — Иве Таурин и привычно последовавший за ним Ларс Розолс. Эти двое и обнаружили пресытившегося всем от пищи до удовольствий и убежденного в своей неприкосновенности Пушка посреди корзины с мясной вырезкой! В самых секретных поварских кладовых академии.
— Как давно я мечтал это сделать!
Вот где пригодились ловкость и быстрота реакции Розолса. Иве бы никогда не перехватить осознавшего угрозу себе любимому питомца. Он молниеносно извернулся и взвился в воздух, намереваясь сбежать. Но отточенная многими тренировками рука Ларса сработала на опережение. Невидимой тенью взлетев вверх, ладонь юноши сжала меховой загривок.
— Кромсай! — Ларс произнес это с таким глубоким чувством, что Иве невольно прослезился.
Объективно, кот замучил уже всех! Как Тоис сосуществовал с ним в одном жилом пространстве оставалось загадкой. В этом, возможно, и крылась причина его извечно плохого настроения.
Впрочем, кот, даром что не понимал смысла человеческой речи, победную интонацию слов преследователей прочувствовал. И издал настолько громогласный, настолько душераздирающий вопль, что все группы, бродящих по коридорам первокурсников, застыли на месте от зависти.
— Вот кто-то выдал! — Дружно в восхищении зашептались они и бросились на все лады повторять. — Именно так и кричат кошки по весне!
Стены академии едва устояли из-за дружного стона ее прочих обитателей. И уж тем более, никем более в последовавшей вакханалии визгов не были услышаны призывные вопли кота, когда Иве подступилась к нему с ножницами!
Возможно, даже вероятно, что леди Ардемал не одобрила бы такой расправы. Но сейчас она была далеко — преспокойно спала себе в родовом замке. И возможно, явись она на утро в академию с визитом, то не опознала бы в «похудевшем» голокожем ушастом звере своего кота!
Но Пушок затаил обиду! И его хозяин, под неусыпным контролем профессора Иволдон истерзавший себе все пальцы, но в итоге сумевший все же сшить вместе два несчастных лоскута — тоже.
А вот Иве и Ларс вернувшись в свою комнату с трофеем — увесистым пучком белоснежной кошачьей шерсти, спали сладко. По возвращении все обнаружилось в целости и на положенных местах — удовлетворенная результатом куратор наконец-то позволила сработать восстановительной магии академии, вернув все в первоначальный вид.
Кроме кота, пальцев Тоиса и бессонной ночи для большинства!
— Аааа…
С криком захлопнув дверь, вознамерившийся отправиться на утреннее построение, Иве прямо в одежде кинулся обратно на кровать.
— Ты чего орешь? — Ларс в одних ночных штанах и с клинком наперевес немедленно буквально конденсировался из воздуха в его комнате.
— А ты почему голым расхаживаешь?! — При этом Таурин натянул на голову одеяло.
— Ты издеваешься? — Сосед в ярости дернул покрывало на себя, но мелкий вцепился в него не на шутку. — Как я должен расхаживать, если только что проснулся и шел умываться? И тут ты вопишь словно узрел рядом горгону! Голой!
— Ааа… не говори мне такого!!!
Иветта под одеялом задергалась.
— Вот и я о том же, сам бы завопил.
— Убирайся! — Голос Таурина прозвучал глухо, словно бы он уже давился смехом, представив себе эту картину. После бессонной ночи и не такое представишь! — Скоро построение. Сегодня же его наследный принц посетит в честь первого месяца обучения новых студентов академии. Все первокурсники будут на построении, хватит терять время.
— Уже пошел, — обиженно буркнул Ларс. Он то за приятеля испугался — это ж надо так кричать. — Кто ж виноват в этой задержке?!
И он развернулся с намерением удалиться, когда…
— Йооой… — шарахнулся парень в сторону, — что-о-о это?
Накануне после заслуженной и долгожданной расправы над Пушком оба вернулись поздно, в комнату соседа Ларс не заглядывал. А сейчас на крошечной тумбе в углу обнаружился прозрачный вазон, из которого вылезало нечто жутковатое — ворсистое, сияющее оранжевым светом и с выростами, подобными рожкам улитки и ростом с приличного такого зайца.
— Огненный слизень, — одним глазком выглянув из-под одеяла покаянно признался Таурин.
— А почему он такой огромный?!
Конечно, Ларс прежде видел огненных слизней, но… размером с ноготок они смотрелись совершенно иначе!
— Ну… — под одеялом расстроенно засопели, — мне захотелось испробовать на нем одно средство… в общем он вырос! Но, — Иве заговорил более поспешно, — только этот! На остальных не пробовал. И потом он снова… уменьшится.
— Очень вырос! — Нервно икнул Ларс: такое узреть с утра пораньше — надо иметь стальные нервы. — А зачем вам слизни?
— Исследовали их на предмет практической пользы при работе с ранами. Слизь их с обеззараживающим эффектом.
— Брр… этот лазарет! Там все такие странные.
— Много ты понимаешь, — фыркнул Таурин. — Не всегда под рукой могут быть снадобья, а слизня легко найти в любых зарослях.
— То обычного слизня! А вот с этим, — Ларс опасливо ткнул на пытавшегося выбраться из вазона монстра, — я проживать рядом как-то опасаюсь. Это наша общая комната, чего ты вечно в ней устраиваешь? То вонь стоит от твоих варев, то вон монстры бегают… Повезло мне с соседом, ничего не скажешь!
— Ты же бесстрашный воин у нас, — обиделся Иве. — И, кажется, на построение спешил?
— Не думай, что я забуду об этом разговоре!
Пообещав расплату, Ларс осторожненько бочком пробрался мимо тумбочки с увеличенным слизнем и спешно скрылся в душе. На всякий случай с мечом — будет чем отбиваться от чудовищ.
Времени спорить не было — через несколько минут Таурин и Розолс в парадной форме академии вместе с другими кадетами уже стояли в приемном зале, поджидая появления важной персоны. Когда-то наследный принц тоже обучался в этих стенах.
— Не верится, что и он через все это прошел, — шепнул сонный Грен Боллис сокурсникам впереди.
— Тише! — одними губами шикнул стоявший справа от Иве Ларс.
— Уверен, это только слухи, — сухо обронил Тоис, в суматохе сборов оказавшийся слева от Таурина.
Выглядел он… бодрым, словно не просидел за шитьем до рассвета. Вот это умение собраться!
— Нет, — прошептал Ларс, несколько напрягшийся из-за такого близкого расположения Тоиса. — Брат рассказывал, что действительно он обучался в академии. Он первокурсником застал его выпускной год.
— Признаться, от этого места я всегда ожидал большего. Ходили слухи, что академия сиятельных лордов — уникальное место. Но как по мне, — Тоис обежал скучающим взором строгие интерьеры зала, выполненные в имперских цветах Индорга, — это сильное преувеличение.
— Мне отец рассказывал про академию, — не согласился Таурин. — Всегда говорил, что она — удивительный и безграничный мир. Ее создали маги во главе с первым императором. Есть пророчество: пока в стенах академии обучаются наследники сиятельных родов — империя не падет.
— Безграничный? — Фыркнул Тоис. — Вот как раз границы очень даже конкретные. И скромные! Думается мне, замок Ардемал и то больше.
С ответом ему никто не нашелся: все студенты до того, как вошли в арку ворот академии, слышали о ней только невероятное. И все ожидали чего-то большего, чем несколько башен, соединенных учебными корпусами и открытыми двориками.
— Возможно, мы еще недостаточно видели? — Неуверенно предположил Тор Мартот — один из студентов-лекарей, которого Таурин знал по общим занятиям в лазарете. — Или подразумевались знания, что здесь даются?
— Пустая шумиха… — Тоис не скрывал пренебрежения.
— Цыц! — На правах старосты оборвал разговоры Ларс. — Приготовьтесь! Делегация на подходе.
Немедленно все студенты первого курса приняли соответствующий моменту вид — неподвижно замерли в отточенной на тренировках по воинскому делу позах: плечо к плечу, одна ладонь на рукояти клинка, другая вдоль тела, лица в полоборота.
Мимо рядов неспешно, повторяя приветствия, продвигались принц, глава академии и преподаватели. И вот когда процессия оказалась почти напротив Таурина, парень вдруг ощутил мощный толчок в спину. Тоис! Он и сегодня не удержался от небольшой пакости своему самому нелюбимому сокурснику. Или это месть за случившееся ночью?
Все это молнией промелькнуло в голове наследника рода Таурин, когда его тело сильнейшей инерцией устремилось вперед — прямо под ноги наследному принцу. И быть бы конфузу, но… стремительным движением, так словно бы ожидал чего-то подобного Розолс стиснул плечо Иве.
Хватка Ларса оказалась впечатляющей — ему пришлось приложить все силы, чтобы при минимуме движений, не привлекая внимания суетой, удержать соседа от падения.
«Верно, у парня останутся синяки от моих пальцев», — подумал он с облегчением переводя дух, когда Иве все же удержался на ногах.
Взгляд, который он послал Тоису поверх макушки Таурина, был преисполнен холодного бешенства. Ответный взор Ардемала нес в себе невинное недоумение, разве что в самой его глубине виднелись искорки разочарования.
Но и сам Таурин мигом сообразил по чьей вине едва не опозорился. Мысль о мести созрела мгновенно! Не зря из-за возмущений Ларса он прихватил с собой каменную коробочку с огненными слизнями, намереваясь перед уроком занести их в лазарет.
Не рой другому яму — истина на все времена!
Осторожно выудить из кармана временное местообитания слизней оказалось минутным делом, приоткрыть им путь к свободе и приложить к куртке стоявшего рядом Тоиса тоже… Высокая процессия уже прошла мимо, поэтому фокус всеобщего внимания сместился — на шевеления Таурина никто не обратил внимания.
А дальше… Иве пришлось положиться на судьбу и любознательность своего объекта изучения. Минуты потекли особенно медленно. Как было бы удачно, если бы слизень проявил себя именно сейчас — во время церемонии приветствия. Если это случится позже — во время занятий, эффект будет не тем.
— Цените каждый день, проведенный в академии сиятельных лордов. Вы никогда не забудете эти годы, то что узнали за этими стенами, то чему научились, — приветственное обращение принца уже близилось к концу, а слизень и не думал себя проявлять. — Только академия позволит вам расширить горизонты, шагнув за границы возможного, найти друзей на всю жизнь, что там — прожить множество жизней!
Воодушевленный монолог члена императорской семьи прервала волна шепотков и вскриков. Через миг они зазвучали громче:
— Дым! Дым!
— Задымление…
— Пожар!!!
Вот оно! Таурин приободрился: глупая живность все же соизволила послужить на его благо. Прежде чем он успел додумать этот приятный вывод, стоявший рядом Тоис Ардемал взвился вверх, подпрыгнув на месте. Он ощутил обжигающий жар тлеющих брюк, сообразив, что сам является причиной едкого дыма.
— Спасите! — Инстинктивно вскрикнул он, выскочив из строя.
Тут же несчастного окатило водой с нескольких сторон — это преподаватели и даже сам ректор использовали резервы собственной силы, чтобы переместить воду из близлежащих фонтанов. Как итог моментального реагирования — студен избежал ожогов, но промок насквозь.
— Огненный слизень? — Диагностировала причину беды первой подоспевшая к нему профессор Иволдон. — Не стоит ли вам ограничить число проблемных питомцев?
Последнее она добавила уже многозначительнее и тише, обращаясь к Тоису, но все стоявшие неподалеку студенты ее расслышали. Добавьте к этому всеобщее внимание, недостойный конфуз в присутствии имперской персоны и пострадавшую гордость наследника Ардемалов — скрип зубов Тоиса услышали все. И вновь оценили их прочность — вон он признак истинного отпрыска древнего рода!
Только Ларс бросил на невозмутимую физиономию Таурина задумчивый взгляд: огненный слизень? Все же очевидно! Впрочем, он понимал мелкого — намерения временного владельца уже известного на весь жилой корпус кота были очевидны. Он заслужил свой позор и порицание от преподавателя.