Глава 19. Бутылка и сумка

В ратушу я шла с самым боевым настроем. Кариэль молча косился на меня, но никак не комментировал мой воинственный вид. Набитая под завязку сумка оттягивала плечо, но я не собиралась с ней расставаться. Удивительно, как казавшаяся мне страшной и ненужной вещь превратилась в жизненно-важную, без которой я себя не представляла. Да, некрасивая и тяжелая, распухшая от кучи вещей и оттого еще более неудобная, но она странным образом придавала мне уверенности, заставляя сильнее сжимать ручку, чтобы не соскальзывала с плеча.

Ратуша встретила нас духотой и жужжащими мухами под потолком. Расположение кабинетов я помнила с прошлого раза, так что быстро нашла градоправителя.

Он сидел за своим заваленным бумагами столом еще более угрюмый и недовольный, чем обычно. Один из двух стульев для посетителей занимал высокий худой мужчина в форме стражи, полная противоположность невысокому и кругленькому градоправителю. Судя по знакам отличия – не рядовой.

– Нам подождать? – деловито поинтересовалась я.

– Проходите, – махнул рукой Томас Гудн.

Эльф подвинул мне стул, сам оставшись стоять.

Побуравив взглядом возвышающегося посреди небольшого кабинета эльфа, градоправитель с кряхтением поднялся и освободил от кучи бумаг табуретку, которую я не заметила за горой папок.

Посол кивнул в знак благодарности и уселся.

«Тук-тук». Кариэль на табуретке качнулся, но тут же выпрямился.

– Итак, значит, вы Злата Кручинич, – начал разговор страж, закинув ногу на ногу и сцепив длинные пальцы в замок.

Кроме роста в нем не имелось ничего выдающегося и запоминающегося. Абсолютно бесцветный, с редкими пшенично-русыми волосами этакого мышиного оттенка, светлыми, почти незаметными на лице бровями и ресницами, бледными бескровными губами. Разве что взгляд был острый и пронизывающий, под которым так и тянуло поежиться.

Так что я поставила сумку на колени, привычно прикрываясь ею ото всех проблем, и уверенно встретилась с серо-голубыми льдистыми глазами мужчины.

– А вы? – не постеснялась спросить я.

– А я – капитан отделения стражи Верхних Озерков, Олаф Вирас, – представился страж и, видимо, решил, что на этом с предисловиями покончено. – Томас рассказал, что вы ночью утверждали, будто дом подожгли.

Это тоже не звучало вопросом, но я кивнула.

– И на каком же, позвольте узнать, основании?

Судя по скепсису в голосе, капитан стражи тоже относился к той части Озерков, что считала виновным в пожаре эльфа. Во всяком случае, в поджог не верил.

– На основании того, что мы уже спали, когда начался пожар, – начала перечислять я. – Дом загорелся сразу и целиком, а еще я почувствовала слабый магический фон, так что природа огня была магической, а не естественной.

– А вы плиту после ужина выключили? – насмешливо поинтересовался Олаф Вирас.

Я на секунду задумалась, но тут же заявила:

– Да. Ко мне в гости заходила Эльза Бушта, она может это подтвердить.

Не знаю, правда, насколько тетушка Эльза обратила внимание на плиту и захочет ли она вообще что-то подтверждать, но имя уважаемой зельеварши сыграло мне на руку. Больше про плиту спрашивать не стали.

– Хорошо, а чем вы занимались в период с десяти вечера до полуночи? – Отступиться от версии нашей виновности страж не мог или не хотел.

– Эльфийским, – буркнула я.

Сосредоточиться на нем не получалось, но я честно старалась что-то изучать.

– Хорошо, а эльф?

– Откуда я знаю? Сидел у себя, тихо-мирно, ничего такого не делал, – тут же начала я защищать Кариэля. – Могу спросить у него.

– Не надо, – недовольно покачал головой страж. – Он подданный другого государства, да еще посол. Так что разговаривать с ним сможем только тогда, когда будет что предъявить.

И сказал это Олаф так уверенно, будто и не сомневался, что доказательства против Кариэля появятся.

– А вы как следует осмотрели место пожара? Я уверена, что огонь магический! А еще, кажется, я слышала звон стекла, словно нам что-то кинули в окно…

– Так кажется или слышали? – тут же уцепился за мою оговорку страж.

– Кажется, слышала. Я же спала!

– Спросите у эльфа, возможно, ответит точнее, – предложил градоправитель, до этого изучавший свои бумаги и как-то внешне не обращавший на нашу беседу внимания.

– Кариэль, ты не слышал звон стекла перед пожаром? – обратилась я к послу.

– Нет, – мгновенно отозвался он.

– Совсем ничего? – удивилась я.

У эльфов слух тоньше человеческого, он бы точно услышал.

– Абсолютно, – подтвердил Кариэль.

– Он не слышал, – перевела я, а Олаф пренебрежительно усмехнулся.

Видимо, правда показалось.

Других вопросов дознаватель не задал, попрощался и ушел, зато инициативу перехватил градоправитель. Томас Гудн, видимо, решил, что раз Алария платит за сгоревшее посольство, то его стоимость можно завысить вдвое, а уж вещей, перечисленных в перечне безвозвратно утраченного, хватило бы минимум на три таких дома. Мы с ним долго бились и торговались за каждую позицию, но все, как и всегда, испортил эльф.

– Где подписать? – спросил он, указывая на бумаги.

– Рано подписывать! – испугалась я.

Мы только начали приходить к какому-то соглашению!

– Не хочу терять на это время, – просто ответил посол, взял писчие инструменты и подставил красивую затейливую подпись.

Томас Гудн посмотрел на меня победителем и поспешно убрал бумаги в ящик.

– А что насчет нового жилья? – Я не собиралась так просто от него уходить.

– Так вы же сейчас где-то живете, – наморщил лоб градоправитель.

– Где-то живем, – подтвердила я. – А должны жить в нормальном доме.

– У нас в городе, по-вашему, целая улица пустых готовых домов?! – вскипел Томас Гудн. – Один-единственный был, и тот вы не уберегли!

– Да мы-то тут при чем? – я снова начала злиться.

Всех собак повесить пытаются! Интересно, Кариэль так спокоен, потому что он ничего не понимает или потому что он эльф?

– Да при том! – стукнул кулаком по столу градоправитель, но наткнулся взглядом на эльфа и несколько умерил свой пыл. – В общем, дома пока нет, если появится – сообщу.

– Понятно, все как с кухаркой, да? – не удержалась я.

– Если у вас других вопросов нет, то я вас больше не задерживаю, – сквозь зубы ответил градоправитель.

Я фыркнула и встала, посол поднялся и вышел следом за мной.

Вот и сходили в ратушу!

***

Кариэль, не ждавший многого от похода, к своему удивлению, неплохо провел время. Он заметил, насколько люди не заинтересованы в установлении истинных причин пожара. Только не понял: это умышленный саботаж или банальная лень и халатность? С людьми в этом вопросе всегда сложно, если бы так вели себя эльфы, Кариэль бы не сомневался, что они кого-то покрывают. А люди же чаще просто делают работу спустя рукава.

Да и в чем-то он градоправителя со стражем понимал. Объяви они, что это поджог, пришлось бы признавать покушение на эльфийского посла. А это тянет на международный скандал, который никому здесь не нужен. И никто его поднимать не станет. Более того, он и Кариэлю не на руку. Начнется полномасштабное расследование, и их преступник точно заляжет на дно. Поэтому пусть все думают, что случайность. Или делают вид, что так думают.

Его куда больше занимала судьба вытащенной вчера бутылки. Возможно, стоило захватить ее сразу? Но там была такая толпа и все на него глазели, кто-нибудь бы точно заметил.

Мастер поиска должен полагаться только на себя. Он сам, без стражи, во всем разберется.

– Я хочу дойти до сгоревшего посольства, – сообщил он Злате и направился в нужную сторону.

Все-таки они уже не раз ходили этой дорогой, да и настроение было паршивее некуда.

Ночью он долго не мог заснуть, никак не получалось решить, что делать дальше.

Их пытались убить, не только «посла», а и его переводчицу тоже. Все же знали, что они живут в одном доме. И уйди Кариэль минувшей ночью чуть раньше…

Отсюда следовало, что лучше бы ему держаться от Златы подальше, но поможет ли это сейчас? Тот, кто все это затеял, наверняка будет подозревать ее в пособничестве. И вряд ли теперь оставит в покое.

При этом честно рассказать обо всем Злате Кариэль тоже не мог – она совершенно не умела притворяться. А выдать себя окончательно и также окончательно втянуть девушку в расследование эльф не имел права.

Оставалось отыгрывать роль посла и дальше и начинать искать преступника активнее. Ведь он Кариэля уже нашел.

И уснул эльф только под утро, решив держать Злату в поле зрения. Так он хотя бы сумеет ее защитить, если подобное повторится.

Дом сгорел до основания, алхимический огонь сожрал все, не пожалев ни бытовые артефакты (защищенные от пожара), ни утварь, купленную женой градоправителя. Обугленные головешки некогда толстых бревен внушали уважение к создателю зажигательной смеси. Кем бы он ни был, постарался на славу.

– И они утверждают, что это обычный пожар! – на человеческом возмутилась Злата.

Кариэль был с ней солидарен, нужно быть совсем слепым, чтобы понять: так дом сгореть не может. Впрочем, если грамотно все свалить на эльфийские ритуалы…

Эльф прислушался к ощущениям и безошибочно полез в колючие кусты шиповника. Надо же было из всех возможных мест забросить бутылку именно сюда!

– Кариэль? – позвала его Злата.

Даже не особенно удивилась, судя по голосу, видать, привыкла к его эксцентричным поступкам.

Сразу было видно, что не один он кидал в эти кусты мусор, нужная бутылка оказалась третьей. Эльф достал платок, чтобы не трогать улику рукой и не сбивать остатки чужой магии, и, не разворачиваясь, полез обратно.

Девушка наблюдала за ним, сложив руки на груди.

– Открой свою сумку, – негромко попросил Кариэль.

– Зачем?

– Надо. Пожалуйста. – Эльф бегал глазами по сторонам: кажется, никто не наблюдал.

Но мало ли.

Злата нехотя открыла сумку, но, увидев, что Кариэль собирается туда положить, скорее закрыла.

– Она же грязная! – громким шепотом возмутилась девушка.

– Это для дела. Потом объясню.

– Не влезет, – продолжала упираться она.

– Вот и проверим.

Кариэль потянул девушку на себя и, встав к ней совсем близко, засунул бутылку в сумку, преодолевая сопротивление других лежавших там вещей, и без того плотно утрамбованных. Влезла.

Женские сумки всегда называли безразмерными, и ты ж смотри, не врали!

Как ни странно, Злата не спешила отступать или отталкивать его. А Кариэль не хотел ее отпускать. Он до сих пор думал о том, что мог ее не спасти. И от этого становилось страшно.

Наверное, со стороны они смотрелись, как семейная пара, горюющая о потерянном доме. И эльфу действительно стало жаль сгоревшее жилище. Там было удивительно уютно, и дело не в утвари и шторах, а в…

Кариэль резко отстранился.

– Идем, нам нужно кое-что обсудить, – попросил он. – Где-нибудь наедине.

Не стоит забывать, зачем он здесь. Чем быстрее поймает неуловимого зельевара, тем быстрее вздохнет спокойно. И по поводу Златы в том числе.

***

«Наедине» нашлось в небольшой забегаловке, в первой половине дня пустой. Довольно молодая хозяйка, в такое время исполняющая роль и повара, и подавальщицы, поскорее принесла нам заказанное, приняла оплату и удалилась по своим делам, приказав двум любопытным мальчуганам «не высовываться и не мешать гостям кушать!» Сумка стояла на соседнем стуле как полноценная часть нашей с эльфом дружной компании, и я старалась на нее не коситься, но очень уж не терпелось узнать, зачем Кариэль засунул в нее мусор из кустов!

Собственно, когда он полез в кусты, я даже не удивилась: чего-то такого и ожидала. Правда, думала, он полезет в дом, вернее – в то, что от него осталось. Но кусты так кусты. Видимо, природа эльфу ближе.

А вот то, что он вылезет не с пустыми руками, а с грязной бутылкой… Которую засунет мне в сумку…

Надеюсь, у него имелась веская причина!

Эльф задумчиво ел. Я уже поняла, что в любой непонятной ситуации он ест. Мне же кусок в горло не лез.

– Так что с бутылкой? – понизив голос, пусть мы и сидели одни в небольшом зале, не выдержала я.

– Это одна из тех бутылок, которыми нам подожгли дом, – между ложками борща со свекольной ботвой отозвался Кариэль.

– Подожгли?! – взвилась я. — Что значит подожгли?!

– Бутылку с горючей жидкостью кинули в окно. – Эльф словно и не понимал причину моей ярости.

– В окно, значит, кинули, да? – Я на всякий случай отложила вилку, а то больно соблазн велик.

– И в дверь, – скрупулезно уточнил посол.

– А что же ты тогда в ратуше сказал, что ничего не слышал?

Меня просто распирало от злости! Я защищаю эльфийское посольство, словно родной дом, а он мне палки в колеса ставит!

– Потому что тогда пришлось бы начинать полноценное расследование. Мне пришлось бы извещать Аларию о покушении. И все достигнутые договоренности были бы перечеркнуты, – спокойно пояснил Кариэль.

Звучало логично, и все равно злило, что меня выставили дурой в ратуше. К тому же покушение…

– Но не лучше ли будет рассказать страже? Ведь покушение – это правда серьезно.

– Мы попробуем справиться сами, – со свойственной ему самоуверенностью заявил посол.

И поскольку в сложных местоимениях я так и не разобралась (а конспекты, увы, сгорели, так что теперь и не разберусь), то решила уточнить:

– Мы – это ты и я?

– Именно, – подтвердил Кариэль и отодвинул тарелку.

– Каким же образом?

– Мы изучим состав жидкости в бутылке и попробуем понять, кто мог ее изготовить.

– Мы?

– Ты, – мило улыбнулся Кариэль.

Вообще, выглядел он как-то необычно, словно после пожара в нем что-то изменилось. Пропала привычная дурашливость, уступив место серьезности и собранности.

– На глаз? Или на запах?

Этот эльф вообще понимает, что такое зельеварение и алхимия? Без оборудования я почти ни на что не способна. А оборудование нам взять неоткуда, разве что Лумье обнести – у Эльзы стояло все самое простенькое, не для подобных экспериментов.

– Ты умеешь проводить полноценные анализы? – таким тоном спросил Кариэль, словно всерьез сомневался в ответе.

– Разумеется, умею! Я же зельевар!

Но если состав сложный и работал опытный алхимик с высшим образованием и куда большим уровнем дара, чем у меня, то вряд ли анализ выйдет точным…

И это тоже пришлось объяснять эльфу. Да, я давно смирилась с тем, что не тяну на великую магессу, но все равно почувствовала себя немного ущербной. Будь у нас крутое оборудование и специальные реагенты, они бы компенсировали мои скромные возможности.

– Я поддержу тебя магически, – заявил посол.

– Эм… – О таком я раньше только слышала.

Для магической поддержки нужна прорва сил. А еще отточенный навык передачи магии.

– Не переживай, я могу и умею, – несколько уязвленно закончил Кариэль, увидев недоверие на моем лице.

– Если умеешь… – протянула я, не то чтобы сомневаясь.

Но все-таки сомневалась. Умение довольно специфическое.

Эльф насупился, но ничего не ответил.