Глава шестнадцатая

Кирилл

В отделение реанимации, нас пустили после обхода и длительной беседы с врачом. Хорошо у отца есть страховка и его определили в хорошую больницу, правда, я всё равно перестраховался и подарил заведующему отделения «конверт». Позже узнал, что то же самое сделала и Лерка, чтобы нас беспрепятственно пускали. Хоть что-то есть между нами общее — любовь к отцу.

В палате было тихо и сумеречно: окна закрывали плотные жалюзи, мигали лампочки аппаратов. Отец медленно открыл глаза, услышав нас. Его бледного, изнеможённого и похудевшего лица, коснулась облегчённая улыбка.

— Мне нужно было раньше слечь с приступом, чтобы вы померились, — хрипло выдохнул он и слабо похлопал рядом с собой, чтобы я сел. Валерка устроилась на стуле, возле кровати.

— Не говори глупостей, — мягко упрекнул я и взял отца за руку. — Мы не ругались. Просто мелкие были.

— Я так рад видеть вас вместе. Вы такие красивые… — довольно произнёс он и прикрыл глаза. Мы с Валеркой переглянулись и синхронно вздохнули. — И не надейтесь, я не умру.

Мы усмехнулись, а Лерка закусила губу и быстро стёрла не прошеную слезу. Милая… Ранимая стала, мягче…

— Конечно, не умрёшь. С кем же нам Рождество встречать? — весело усмехнулся я, стараясь всячески разрядить обстановку и отвлечь отца.

— Мы без вас никак, — подключилась Рыжая.

— Так вы на каникулы останетесь? — искренне удивился отец.

— Это даже не обсуждается, — ответил я, мысленно вздыхая, уже понимая, на что подписываюсь. — Пока есть вероятность развития осложнений, я никуда не уеду. Вон, украсим с Валеркой дом, елку нарядим, индейку купим, а там и тебя из больницы выпустят, вместе и встретим новый год.

Рыжая на секунду удивилась, но быстро закивала головой и улыбнулась.

— И за подарками сходим, — и посмотрела на меня вопросительно.

— Сходим, — подтвердил я. Отцу этого хватило, чтобы поверить в «нерушимый» мир между нами и успокоиться.

— Миокарда — лучшее, что случалось со мной в жизни, — улыбнулся он, заставив нас смутиться.

— Мы постараемся приезжать чаще, не только на праздники, — пряча грусть, произнесла Рыжая, явно ощущая свою вину за случившееся. Осторожно взял её за руку и легонько сжал. Она задержала дыхание и благодарно улыбнулась за поддержку. Кто бы только знал, чего мне это стоило.

Одно прикосновение — и тысячи импульсов пронзили кожу. Стало невыносимо жарко и трудно дышать. Я держался на голом энтузиазме.

В палату вошла медсестра и сообщила, что больному сейчас поставят капельницу и ему нужно отдохнуть. Мы засобирались домой.

— Берегите себя, ладно, — попросил, прощаясь, отец.

— Обещаем, — произнесла Валерка, я кивнул и мы направились к лифту.

— Дома есть продукты или отец как обычно в забегаловках питается? — нажал на кнопку и отошёл к задней стенке кабины, словно желая отгородиться от моей спутницы. Её запах дурманит меня и не даёт покоя. Сложно сконцентрироваться.

— С каких пор, итальянские рестораны стали забегаловками? — усмехнулась Валерка и, словно нарочно, придвинулась ко мне. — Честно, я даже не знаю, что там есть. Насколько мне известно, Ирен давно уволилась.

Меня посетила догадка.

— Хочешь сказать, всё это время ты голодная ходишь? Неудивительно, что твоя кожа стала просвечивать.

Рыжая рассмеялась и посмотрела на своё отражение в хромированной поверхности.

— Нормальная кожа.

— Ага, — скептически хмыкнул и приготовился выйти. Лифт звякнул и дверь медленно отъехала в сторону. — Сначала в «забегаловку», Европейская вас утроит, мисс?

Валерка закатила глаза и легонько шлёпнула меня по плечу. Признаться, такая она — умиляет меня ещё больше.

— Меня устроят даже пельмени. Подумать не могла, что оказывается хочу есть.

Пришла моя очередь улыбаться.

— Знаешь, это идея. Если потерпишь, я приготовлю запечённые пельмени в духовке. Поверь, этот шедевр студенческой жизни ничуть не хуже болоньезе.

— Зря напросился, я не стану тебя отговаривать. Для меня сейчас шедевр, даже бутерброд с сыром, так что поехали в продуктовый, — Валерка по привычке села за руль и покосилась на меня.

— Заводи, — усмехнулся в ответ и пристегнул ремень. — С радостью проедусь в качестве пассажира.

— Ты пожалеешь о своём решении. Я до сих пор путаю право и лево и создаю аварийные ситуации на дорогах, — она осторожно выжала газ и выехала с больничной парковки, пропуская чёрный седан.

— Я не пожалею, — заверил и включил радио.

— Скажи, а ты, правда, останешься на Рождество? — внезапно спросила Рыжая, искоса поглядывая на меня.

Я сделал вид, что задумался.

— А ты думаешь, я обманул родного отца? — получилось немного иронично. — Я свинья, но не до такой степени, чтобы издеваться над больным человеком.

Валерке стало стыдно, это заметно по пунцовым щекам. Забавная.

— Знаешь, я очень хочу загладить свою вину… — шепнула она, а я вскинул бровь. — Не надо было вообще допускать той ситуации… Ну, ты понимаешь.

— Нет, — качнул головой, забавляясь. — Ну-ка, просвяти.

— Кирилл! — возмутилась Рыжая, улыбаясь. — Прекрасно знаешь, о чём я. Мне и так неловко, просто выслушай. — Я принял очень серьёзный вид: Валерка усмехнулась и покачала головой. — Я виновата перед тобой и считаю, что поступила подло, а думала, что поступаю правильно…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌— Подожди, — я просто не могу это слушать. Только не сейчас, когда страстно хочу… забрать у неё руль и больше никогда за него не пускать. — Ты извиняешься за то, что мне тогда было приятно. Я не жалею ни о чём, ни о той ночи, ни о твоём решении. Оно здорово повлияло на меня и сделало лучше. Я многого добился, многое понял, научился. Не извиняйся за то, что я теперь такой крутой, — игриво повёл бровями и подмигнул, чем рассмешил Рыжую. И это самый прекрасный смех из всех, что я слышал. Разве может девушка так смеяться, что у парня кровь начала бегать быстрее и в душе трепетало?

— Я рада, что ты приехал. И ты не представляешь, как я хочу узнать о тебе всё! — она сделала глубокий вдох: её пикантная грудь, обтянутая блузкой приподнялась и медленно опустилась, гипнотизируя меня. Во, дела-а… — Чем живёшь, как учишься, работаешь? Слушай, а может сходим в кино? А завтра махнём на рынок за новогодними украшениями? Тебе пойдёт красный колпак, — тараторила счастливая Валерка. Не знал, что она так умеет.

Я прочистил горло, приготовившись отвечать, но тут на панели завибрировал телефон и звонок переключился по блютусу на громкую связь. Девушка нажала ответить. Из динамика раздался мужской голос.

— Лера, ты обещала позвонить. Где ты вообще? Что-то случилось?

Рыжая скривилась и хлопнула себя по лбу, культурно выругавшись.

— Микки, прости. Я замоталась, так переживала за Родиона… Просто забыла. Прости-прости-прости. Я привезу тебе что-нибудь из Голливуда, хочешь?

— Привези мне себя на праздники, — недовольно произнёс неведомый Микки. Рыжая нахмурилась. Я тоже, но виду не показал. Просто мысленно сделал из Микки Минни…

— Милый, я сейчас за рулём и не могу говорить. Давай я тебе перезвоню?

Меня покоробило.

«Милый…», — что это за милый ещё. Хмырь какой-то.

— Только не забудь, — язвительно произнёс милый и отключился. Валерка облегчённо выдохнула и чуть не положила голову на руль: я вовремя успел сделать испуганное лицо, и она снова уставилась на дорогу. Мысленно, я перекрестился. Три раза.

— Я совсем забыла, — виновато пробормотала она, словно извиняясь передо мной за этот звонок. — У нас с Микки всё серьезно, он даже делал мне предложение, но я попросила не торопиться, но упрямец всё равно нацепил на меня кольцо. А я постоянно что-то забываю… Рассеянная до безобразия и не знаю, как с этим бороться.

Я хмыкнул и решил, не стоит говорить Валерке, что дело вовсе не в рассеяности. Просто она его не любит. Серьёзно у них… ага… А самого прямо-таки подбрасывает на месте от ревности.

— Этот тот, что на вечеринке с тобой ругался? — уточнил для себя.

Рыжая рассмеялась.

— Нет! Тот сразу бросил меня. Сказал, что ему не нужна девчонка с таким чокнутым братом.

Мы переглянулись и усмехнулись.

— Прости, что я тогда тебя так назвала. Просто растерялась…

— Это ты прости меня. Я же разбил твоему парню нос.

— И избавил меня от придурка, — она улыбнулась: тепло, по доброму, как никогда не улыбалась мне. Меня вдруг охватило волнение и странное желание признаться Валерке, как сильно я мучился без неё, как скучал и не спал ночами, как много пил первые три месяца, пытаясь стереть воспоминания…

— Ты, правда, изменился, — пристально глядя мне в глаза произнесла Рыжая и отстегнула ремень. — А у самого девушка есть? — беззаботно спросила она, выходя из машины и, я понял, что у них с Микки действительно серьёзно…

* * *

На входе в гипермаркет мы взяли тележку, точнее Лерка пихнула её мне, а сам пошла уверенно вперёд, словно предводитель индейских апачей.

Я много раз ходил с Джесси за покупками, и, признаться, немного растерялся. Лера другая. Во всём. Не то, чтобы я сравнивал, но думал, походы с женщиной в магазин не могут сильно отличаться, но и тут Рыжая выделилась.

С Джесси процесс покупки товаров представлял собой настоящую семейную идиллию, лёгкую, непринуждённую прогулку. Мы решали всё вместе, вкусы полностью совпадали, она никогда не спорила и не спрашивала; а зачем я беру тот или иной товар. Теперь я понимаю, что девушка, скорее всего, подстраивалась под меня. Лерка же, не собиралась церемониться…

— … мы расстались. Наверно, — натянуто улыбнулся, очень стараясь казаться естественным. Только бы она не спросила о причине. Даже не знаю, что ответить.

— Ты вел себя плохо или она недостаточно хорошо тебя рассмотрела? — разглядывая пачку макарон по скидке, спросила Рыжая.

— Не помню, чтобы ты столько язвила и иронизировала, — с усмешкой заметил я. Валерка посмотрела на меня из-под строгих очков.

— Прости, не всегда могу себя контролировать. Почему-то с тобой вообще не получается, — призналась она.

— И не надо, — заверил и отобрал у неё пачку, чтобы вернуть на место. А сам взял другую. — Веди себя естественно. Мы же братья. Да, бро? — мне очень хотелось вывести Рыжую на эмоции, заметить хоть какую-то реакцию, указывающую, что её чувства ко мне не прошли. Если вообще были…

Но Валерка лишь скептически выгнула бровь и перевела взгляд на макароны.

— Почему ты взял эти, а мои выложил? Считаешь, эти будут вкуснее? Из одной-то муки?

— Эти спагетти — итальянские, предназначенные для приготовления пасты. Они хорошего сорта и у них приятный жёлтый цвет…

— Это краситель. Макароны должны быть в крапинку, — упрямилась соседка, впрочем, улыбаясь.

— У тебя лицо в крапинку от усердия, — не выдержал я и щелкнул девушку по носу. — Давай возьмём на ужин ножки куриные?

— Поверить не могу, что ты готовишь, — вздохнула она и кинула спагетти в тележку.

— А я — что ты не умеешь, — парировал в ответ, хитро улыбаясь. Мне очень хотелось обнять Рыжую, и я не понимаю, почему эти желания никуда не делись? А как же обида? А как же два года? Неужели ничего не изменилось?

— Зато я убираю и хорошо рисую. А в том году победила на региональных соревнованиях по бальным танцам. Точнее, я и Микки победили. Он тоже танцует. В клубе, собственно, и познакомились.

«О, опять этот Микки!»

Появилось внезапное желание всё бросить и вернуться домой, просто чтобы не чувствовать боль в груди.

— Но ему не сравниться с тобой, — с улыбкой добавила Рыжая, словно почувствовав моё настроение.

— Двусмысленная фраза, не находишь? — скрывая холод, заметил я.

Девушка растерянно моргнула и покраснела.

— Да. Прости. Давай просто не будет вообще затрагивать тему личной жизни? — здраво предложила она.

— Может, сливки к кофе возьмём? — поинтересовался я, делая вид, что жутко увлечён полками.

— Главное, пельмени, — усмехнулась Рыжая. — Так что насчёт кино? Сходим?

— Давай завтра? Сегодня устали сильно, перенервничали… — пояснил я. Валерка тепло улыбнулась.

— Так и сделаем, а сегодня достанем елку. Я уже представляю лицо Родиона, когда он домой вернётся…

— Ты сильно привязалась к нему, — заметил я и покатил тележку в молочный отдел.

— Разве могло быть по другому? — усмехнулась она и потащила в тележку жуткий творог. Мои глаза увеличились в размере.

— Женщина! — воскликнул я, испугав прохожих. — Лучше ничего не трогай. Смотри и учись, — хотел сказать, ты как вообще замуж собралась, но передумал. Не за меня ведь, чего переживать…

— Кир, ты преувеличиваешь. Это же просто творог, — она покрутила пачку и опустила в тележку.

— Это творожный продукт, — в ужасе произнёс я и выкинул пачку из тележки, рассмешив Рыжую. Она заливалась смехом и повисла у меня на руке. Я умилённо улыбался, стараясь не показывать, как действуют на меня её прикосновения.

У нас и дальше происходили шуточные баталии, пока мы, наконец, не покинули магазин.

— За руль сяду я, — отобрал ключи у опешившей девушки и сел в машину, блаженно выдохнув. — Не понимаю, как ты до сих пор её не разбила, — я тоже не старался притворяться и производить впечатление. В этом нет смысла. Поэтому, мне даже легче общаться с Валеркой, чем с любой другой девушкой, с которыми необходимо следить за языком и поступками.

— Я аккуратная, — хмыкнула Рыжая. — Аварии случаются по моей вине, но не с моим участием, — гордо ответила она.

— А давай на вечер суши закажем?

— Вок? Как раньше? — прищурилась Валерка. Думал откажется, а она наоборот радостно закивала. — Я бы и в «сони» с тобой сыграла.

— Да, ты не умеешь! — рассмеялся я, вспоминая тот единственный раз.

— Разве это имеет значение? — тихо спросила она, улыбаясь. Мне сразу расхотелось спорить и смеяться. Самое отвратительное в этой ситуации, что в моём случае ничего не изменилось.

Я вот смотрю на неё: в эти умиротворённые карамельные глаза, которые смотрят тепло, но дружески, и понимаю: я ни хочу видеть никого рядом. И так, видимо, будет всегда. Не знаю, может, есть в мире женщина способная изменить моё отношение к Рыжей, завоевать меня, но я не хочу сам. Не нужна другая. Нужна конкретно эта. Упрямая, рациональная, не умеющая водить и готовить, но с которой я чувствую себя самым счастливым человеком в мире.

Осталось убедить в этом Валерку. Тут главное не ошибиться и не торопиться. Медленными, осторожными шагами подбираться к ней, завоёвывать доверие, ненавязчиво «показать» себя. И Валерка сама бросит хмыря Микки, это только дело времени.

Она будет моя. Будет…

Лера

Всю дорогу я поражалась тому, как сильно изменился Кирилл и даже недавняя тревога и беспокойство за Родиона отступили на второй план.

Два года. Всего да, а передо мной совершенно другой человек. Он спокойный, как доктор психиатрического отделения: ужасное сравнение, но Кир именно такой и улыбка такая же.

«Всё будет хорошо. Мы вас вылечим, вы только таблеточки вот эти синенькие пейте…»

А может, у меня такое впечатление, что я сама всю дорогу настраивала себя увидеть вспыльчивого, заносчивого и эгоистичного мальчишку? А тут такой облом. Простой, открытый, добрый и весёлый парень, каких в Гарварде сотни! Признаться, я даже немного опешила, и мне захотелось хоть на минуту вернуть такого Кирилла.

Нет, я не против таких перемен. Сейчас мы, по крайней мере, общаемся. Но тогда… Ай, хватит терзать себя воспоминаниями. Девчонки и, правда, чокнутые, раз им нравятся плохие парни. Хорошо, что Кирилл изменился.

Раньше в нём было слишком много сногсшибательной харизмы: весёлые чёртики в глазах, властная манера поведения и своя индивидуальность. Теперь же он напоминает мне Микки. Что же, всё к лучшему.

Кирилл вышел из машины, помог выйти мне и стал выгружать продукты из багажника. Я пошла в дом: в кармане пальто продолжал настойчиво вибрировать телефон.

— Алло, — раздеваясь, ответила на звонок и пропустила соседа с пакетами в руках.

— Ты обещала перезвонить, — раздался недовольный голос Микки.

— Не успела, — улыбнулась в ответ. — Только домой зашли. Пока продукты купили, пока на заправку заехали…

— Мы? Вас там много? — насторожился парень. Странно, не замечала за ним ревности.

— Я и Кирилл — сын Родиона, я тебе про него рассказывала, — сосед, услышав своё имя обернулся, но увидев, что я говорю по телефону — подмигнул и стал разбирать продукты. А раньше бы нахмурился, а потом бы ещё допрос с пристрастием устроил. Стыдно признаваться, но кажется, я просто извращенка и мне нравилось его поведение. А теперь парень сладкий стал, словно кленовый сироп. А может, это первое впечатление, или он специально для меня старается? Вряд ли. Кирилл никогда не притворялся.

— Ты не говорила, что он тоже приедет, — насторожился Микки.

Подавила вздох, запасаясь терпением. Он просто волнуется.

— Не мог не приехать, всё-таки Родион его отец, — мягко улыбнулась я. — Кстати… Хотела тебе сказать, что не приеду на Рождество.

Драматическая пауза и…

— Что?! — воскликнул парень, его обычно ровный голос надрывно дрогнул. — Ты обещала! Послушай, мы же договорились, что поедем к моим родителям, — сдерживаясь, процедил он.

Повелительные интонации в его голосе мне не понравились. Микки должен понимать, что я не развлекаться приехала и обстоятельства изменились.

— Меньше всего в такой ситуации я рассчитывала на давление с твоей стороны, — сухо заключила я.

Парень вздохнул.

— Ты не понимаешь, да?

Уже собралась подняться к себе, чтобы спросить, что именно я не понимаю, как мой телефон чудесным образом перекочевал в руки соседа.

— Микки привет! Это Кирилл. В данный момент Рыжая немного занята, не мог бы ты успокоиться и перезвонить ей завтра? — непринуждённо произнёс он и сбросил вызов. — Говорит, что сильно скучает, и ты можешь оставаться, сколько потребуется, — без тени ироничной улыбки произнёс он, поразив меня до глубины души, и вернул телефон. Выключенный. А сам вернулся в столовую.

Быстро разулась и бросилась вслед за парнем. Нет, я не злилась, но должна была кое-что прояснить.

— Зачем ты влез? — голос звучал с претензией. Ну, я просто не люблю, когда в мои дела вмешиваются. Особенно в личные разговоры. Мы выросли, и Кирилл потерял право везде совать свой нос.

— Спас тебя, не благодари, — лениво отмахнулся он и одарил меня очаровательной улыбкой. — Судя по твоему лицо и обрывкам фраз, что я услышал, парень говорил, что-то не очень умное и приятное.

Я даже растеряла весь воинственный настрой.

— Спасибо. Но больше так не делай. Я сама в состоянии разобраться, а своим поступком…

Кирилл не дал договорить и сунул в рот бутерброд с нежным творожным сыром и красной рыбой.

— Ну, как? — хитро поинтересовался он. И тут меня осенило! Кирилл не стал другим, он стал умнее и его дерзость, напористость и властность просто приняли новую форму, более изобретательную.

Я прожевала и улыбнулась.

— Вкусно. Готовим пельмени?

Парень странно смотрел мне в глаза, затем моргнул и отошел.

— Руки помой сначала и переоденься, — не глядя на меня произнёс он. Я постояла несколько секунд, размышляя, что на Кирилла нашло, но решила не вдаваться в подробности. Меньше знаешь — крепче спишь. Главное, мы общаемся нормально: он не курит, не пьёт, и не закатит грандиозную вечеринку века.

* * *

Когда спустилась, Кирилл уже ставил противень в духовку. Фартук Ирен смотрелся на нём забавно и даже мило. Парень никогда не стеснялся делать, что ему хочется и плевал, что подумают окружающие. Эта черта всегда в нём подкупала.

— Я рада, что у тебя всё наладилось, — искренне произнесла я, встав у парня за спиной. Он едва уловимо напрягся и повернулся, улыбаясь.

— Это ты про мои кулинарные способности?

Я усмехнулась и села на табуретку.

— И это тоже! — не стала лукавить. — Никогда бы не подумала, что ты готовишь, да ещё так виртуозно.

— Виртуозно я только сессию сдаю, а готовлю так, с охотки, — непринуждённо бросил он, словно это ничего не значит.

— Ты так ненавязчиво похвалил себя. Я в восхищении! А чему ты ещё научился?

Кирилл ехидно выгнул бровь и улыбнулся.

— Ну… могу жонглировать яйцами, хочешь покажу?

Я поджала губы и всё-таки рассмеялась.

— Не, яйцами не надо… — смущенно произнесла я.

— Извращенка, — хмыкнул парень и пожал плечам. Мол, как хочешь.

Я решила перевести тему в серьёзное русло.

— Родион говорил, ты работаешь, — я не знала, куда деть руки, как это обычно со мной бывало, и взяла чашку, чтобы её крутить. Кирилл усмехнулся и налил мне сок.

— Открыл маленький бизнес. А то как-то не комильфо: учусь в колледже бизнеса, а у самого ничего нет. Кофе продаю, — скромно улыбнулся он и включил кофеварку.

— Кофе? — удивилась я.

— Ага. Открыл маленькую баристу прямо рядом с нашим кампусом: «Возьми с собой. Кофе на любой вкус». Выгодное дело, хочу сказать.

Я разглядывала спину Кирилла, пытаясь понять, это мой сосед или не мой?

— Ещё интересуюсь вкладами, инвестициями, акциями и биржей. Знаешь, оказывается, я жутко ленивый, — он лукаво улыбнулся одним уголком губ и профессиональным движением залил в чашку тёплые сливки. Сразу стало понятно, что он и сам успел поработать баристой. — А ты? Какую область врачевания выбрала? Уже представляю тебя в белом халате, — усмехнулся он и тут же умолк, осознавая, как двусмысленно это прозвучало. Наши взгляды встретились и мы рассмеялись. — Я не то имел в виду, — торопливо добавил парень, но меня это уже не интересовало.

— Ага, как же! — хохотнула я. — Рассказывай сказки!

— Я серьёзно, — подурил Кирилл, деланно насупившись.

— Ага-ага, — подразнила я и тут же пожалела об этом.

Парень резко навис надо мной, уперев руки в стол и томно прошептал.

— Ну, раз ты настаиваешь… — он обвёл меня прищуренным взором и вызывающе закусил губу. Внезапная волна приятных мурашек, поразила меня, но я не успела ничего осмыслить, как Кирилл рассмеялся.

— Поверила?! Хах! Да я же пошутил, ты чего, Рыжая? — он отстранился и даже головой покачал, пока я недоумённо хлопала глазами и пыталась понять, отчего так стало жарко.

Сосед стал доставать продукты на салат, а я злиться на себя, потому что его «шутка» немного меня задела и совсем не понравилась. Но я девушка гордая…

Тряхнула головой и «тазом» подвинула Кирилла.

— Уступи место мастеру, покажу, как салаты готовить нужно, — с вызовом произнесла я и включила воду в мойке.

Парень усмехнулся и достал вторую разделочную доску.

— Давай вместе? — предложил он, улыбаясь. Я кивнула и взяла помидор. — Так на кого учишься?

— На детского врача. Не думаю, что смогу работать с людьми. Знаешь, я всё больше отстраняюсь ото всех. Не то, что мне тяжело в обществе, нет. Но с детками — реально проще. Они маленькие крошечки, за них хочется бороться, помочь, их любовь и благодарность безвозмездна и бескорыстна…

— Ты случайно не собралась завести с Микки детей? — Кирилл прищурился и даже перестал резать зелень. Я опешила и чуть не порезалась.

— Спятил? С чего вдруг? Мне, извините, всего двадцать, я сама ещё ребёнок!

Кирилл усмехнулся.

— Прости, ты просто с такой нежностью говорила о детях… Забей, ладно? Из тебя получится отличный врач. Я уверен.

— Я тоже уверена,… — хмыкнула в ответ, всё ещё находясь под впечатлением от такого абсурдного предположения, — что ты, как и раньше, не очень дружишь с головой.

Кирилл хохотнул и щелкнул меня по носу.

— Не отвлекайся, Рыжая. Салат не дремлет, — произнёс он и указал на помидоры.

— Будет тебе салат, — парировала и принялась нарезать овощи дальше.