ГЛАВА 19

ГЛАВА 19.

— О, нет! Надо остановить Робкого! — я рванула с места, вмиг забралась на мост, но паренька и след простыл.

Юркие мальчишки клана, когда им надо, словно растворялись в воздухе — днем с факелом не найдешь!

Если он начнет трепать языком — беды не избежать! Отец запрет меня, а Воина убьет! Или еще что выкинет!

— Пернатая, стой! Я сам его поймаю! — Воин догнал меня, поставил лукошко с ягодами к моим ногам и исчез между кронами деревьев в паутине висячих мостов.

Дерек свернул налево, там, где располагался шатер для молитв старейшин клана, и я покачала головой в досаде — парень вряд ли туда побежит! А вот рассказать отцу-матери или друзьям шепнуть — запросто!

Я спрятала лукошко в пустую бочку у ближайшего дома и постучала по стене:

— Быстрая Лань, я оставлю ягоды в твоей бочке? — и, не дожидаясь ответа, умчалась в другую сторону, чтобы поймать Робкого.

С «постелью» шутки плохи! Папа точно не оценит и не поймет, а злые языки такими подробностями дополнят, что в жизни не отмоюсь!

Я осмотрела каждый закуток деревни, спросила у каждой стайки детей, но Робкий словно сквозь землю провалился. Когда стемнело, я вернулась в дом, но Воина все не было.

Может, Робкий оправдает свое имя и будет держать язык за зубами? Пока ничего не случилось, все идет своим чередом, отец с криками в дом не врывался. Может, пронесло?

Еще и Вупи весь день где-то носит! Как прознал, что я птиц работать заставляю, так опять бунтует! Видите ли, не переносит вид трудящихся птах!

В день, когда я иду на сбор ягод, его можно не ждать!

А как сейчас помогли бы шустрые крылья Вупи, как бы быстро я могла отыскать Робкого!

Скрипнула дверь отцовской комнаты, и я выбежала в зал.

— Ты вернулся? Нашел? — взволновано спросила я и столкнулась с удивленным взглядом отца.

— Что? Не меня ждала? Кхе-кхе, ну, прости, дочь… — вождь усмехнулся в кулак, хитро косясь на меня.

— Нет! — я замотала головой. — Ты не так понял!

— А где Воин?

Я замешкалась с ответом. С одной стороны, уже темнело и становилось тревожно — вдруг, с Дереком случилась беда. С другой стороны, я рисковала раскрыть истинную причину отсутствия мужчины.

— Не знаю, — в итоге, я так и не решилась на четкий ответ.

— Да? — отец всегда чувствовал, когда я врала, и сейчас скривил губы в насмешке. — Пусть так. Только помни, что Воин еще не знаком с лесом, не знает, где ловушки на живность стоят, и где реку переходить нельзя…

Я сглотнула комок страха. А ведь правда! Что, если с Дереком что-то случилось? Или его подкараулил Зубастый?!

— Папа, уже поздно. Наверное, надо послать мужчин на поиски, — я посмотрела в окно, чувствуя пробирающую влажность, что опускалась на лес. Пора закрывать ставни.

— Ничего не хочешь сказать, Пернатая? — уточнил вождь.

— Ничего, отец.

— Что ж, хорошо… — Вождь вышел из дома, бросив: — Пошли со мной, знаю я, где твой Воин.

— Знаешь? — я догнала Дикого, пытаясь подстроиться под его быстрый шаг.

— Да. За тобой пришел, думал, моя дочь не будет врать отцу, — вождь отвернулся, и я не могла понять его настрой, оттого переживала еще больше.

— Дерек в порядке?

Отец остановился и стукнул посохом о деревянный настил моста:

— Воин! Только так ты можешь обращаться к нему и упоминать в мыслях своих! У него теперь одно имя! — и, больше ничего не говоря, вождь отправился дальше.

Мы вышли за территорию поселения, глубже в лес, а потом я услышала голоса.

— Что там?

— Увидишь, — Дикий скупился на слова.

Мы пробрались сквозь бурелом и подошли к толпе Лесных, что разглядывали что-то наверху.

Я проследила за взглядами и ахнула. Воин болтался высоко в сетке-ловушке на зверя, а рядом, на ветке дерева-исполина завис Зубастый с ножом наготове.

— Отец… Вождь! Он же разобьется! Скажи Зубастому убрать нож и слезть.

— Погоди, дочь моя. Зубастый сказал, что у него есть доказательства измены Воина, он хочет раскрыть их при тебе и, с твоего позволения, отправить врага в ад, — по непроницаемому лицу отца я не могла понять, как он к этому относится. Верит ли Воину? Или Больше доверяет Зубастому?

— Давай свои доказательства, Зубастый, но помни, что если они окажутся ложными, ты в наказание неделю провисишь в клетке позора!

— Пернатая! — шикнул на меня отец, ставя на место. — Я тут единственный, кто может судить.

— Вождь, но разве это не минимальная мера наказания за такие выходки? — спросила я, зная, что отец может пощадить Зубастого.

— Хорошо, я согласен с дочерью, — кивнул вождь после нескольких секунд молчания. — А теперь слово тебе, Зубастый!

Я посмотрела на Воина. Он спокойно сидел в сетке и поглядывал на все без тени страха. А вот на Зубастого косился очень даже плотоядно. Кажется, эти двое стали кровными врагами.

— Вчера ночью Воин пробирался на опушку и выходил за территорию, чтобы встретиться с человеком! А сегодня он сделал это снова!

По рядам Лесных пронесся ропот. Все в ужасе косились на нас с отцом, ведь это мы были, в первую очередь, ответственны за нового члена клана.

Не может быть! Неужели, он предатель?!

Я вспомнила пустую кровать, приоткрытые ставни и задрала голову вверх.

— Что скажешь, Воин? — голос и тон вождя не изменился.

— Я выходил на дорогу, чтобы найти того, кто купит у меня товары с телеги, что спрятана на опушке.

Я вспомнила, как Зубастый настоял, что его вещи могут нести опасность и их необходимо бросить. Ему тогда никто не возразил. Не удивительно, что торговцу было жалко товар, пусть он уже и стал Лесным.

— Тебя мало кормят? Плохо лечат? Худо одевают? Зачем тебе деньги? Что тебе может дать продажа, но не может дать клан, Воин? — спросил вождь, стукнув посохом о землю.

— Вот что! Пернатая, лови! — Дерек просунул руку через квадрат сетки и кинул что-то маленькое.

Я не рассчитывала, что поймаю, но вещица полетела прямо мне в грудь, и я смогла перехватить ее в воздухе. Круглый шарик, мягкий, как мох.

— Что это? — я подняла голову вверх.

— Нажми на выпуклость! — прокричал Воин.

Шарик открылся ровно пополам, а там внутренним светом переливалось кольцо.

— О-о-о, — удивленно пронеслось по рядам Лесным.

— Вот такой подарок для девушки мне не найти во всем лесу! А я, как истинный торговец, не мог дать пропасть товару, особенно, когда хотел сделать приятное той, к кому тянется сердце.

Признание Воина вызвало всеобщее улюлюкание и полностью смутило меня. И без того завороженная невероятной красотой кольца, я совсем растаяла от публичного признания чувства. Как в песнях о любви, мужчина рисковал жизнью, чтобы порадовать возлюбленную.

— Вождь! — возмутился Зубастый. — Ты ему веришь? Даже если Воин продал товары, то это лишь доказывает, что он не принял наш клан! Что он не Лесной!

— Зубастый, ты своими глазами видел, как Воин походил через магическую пелену?

— ДА!

— А видел, как заходил?

— Видел!

— Значит ли это, что магия принимает Воина, Великий Янус принимает, один ты пропитался ненавистью и не желаешь ничего видеть?! — яростный тон отца нарастал, Лесные отступали, боясь попасть под горячую руку.

— Вождь! — Зубастый оскорблено дернулся, а потом занес нож над сетью.

— Зубастый! Не смей! — что есть мочи заорала я, чувствуя, как сердце почти остановилось от страха за Воина. — Я никогда не прощу тебя! Никогда!

Зубастого трясло от злости — я видела даже отсюда, и не была уверена, что смогу остановить его. Но все же бывший жених растерял не весь разум. Мужчина засунул нож в ножны и прыгнул на соседнюю ветку, а потом дальше и дальше, скрываясь в сумерках.

— Опустите сеть, — приказал вождь.

Неожиданно из толпы высунулась любопытная мордашка Робкого, белозубая улыбка осветила лицо, а потом он засмеялся:

— Хи-хи, такое после постели дарят?

Вождь резко повернулся ко мне, выпучив глаза.

— Нет-нет, отец, это нет так!

— Я сам слышал, как Воин говорил об этом с Пернатой! — парень показал на меня пальцем. — Я бы не посмел соврать вождю!

Воин тем временем выбрался из клетки, отряхнулся, и опустился перед Диким на оба колена, склонив голову:

— Я Воин, сын Леса, прошу благословления на союз с вашей дочерью, Пернатой! Обещаю хранить ее, как собственные глаза, лелеять, как мать дитя, и любить, пока смерть не разлучит нас!

— Воин! — вскрикнула я, но Дерек взял мою руку и потянул вниз, заставляя опуститься перед отцом на колени.

Я смотрела на Воина, зажимая в руках кольцо, и не знала, что делать.

Он мне нравился — это правда. Но вот так сразу…

— Что скажешь, Пернатая? — спросил отец, пристально всматриваясь в мое лицо.

Если сейчас откажусь — смертельно оскорблю Воина, и он больше ко мне не подойдет! — от этой мысли стало больно дышать. И я нашла ответ: склонила голову и сказала:

— Я сделаю так, как велит отец.

Папа знал, что излишней покорностью я не страдала, оттого усмехнулся, покосился на Робкого и сказал:

— Ну раз так, то я благословляю ваш брак. Испытание силы Воин уже прошел, так что союз благословлен самими богами. Свадьбу сыграем через три дня!

— Так быстро? — не удержала я вопроса и почувствовала взгляд Воина.

— После слов Робкого мы не можем медлить, Пернатая, — тихо поддел меня Дикий, хмыкнув. Развернулся, приказал всем расходиться и дал наказ:

— Зубастого, как появится, в клетку позора на неделю!»

Но Зубастый не появился ни на следующий день, ни в день свадьбы.

Я нервничала до дрожи все три дня, но когда встала в ритуальной небесной одежде напротив Воина и увидела то, каким взглядом он смотрит на меня, отбросила все сомнения.

Наша история только начинается, и пусть я мало знаю этого мужчину, у меня есть еще целая жизнь, чтобы узнать его и полюбить еще сильнее.

Обмениваясь клятвами, повторяя слова любви и верности, мы не отрывали глаз друг от друга, словно не могли насмотреться. Воин постоянно шептал мне комплименты, а на пиру кормил с руки, на зависть всем женщинам клана. Он не боялся растерять мужества таким отношением к любимой, в отличие от других, и это делало его еще более достойным в моих глазах.

Даже отец выглядел довольным, смотря на нас с теплотой. И все свое отношение он выразил в одном единственном тосте:

— Когда у моей дочери так светятся глаза, то и в моем сердце светло! Воин, всегда поддерживай этот огонь любви! Не подведи!

— Обещаю, вождь, — поклонился Воин Дикому.

— Смотри у меня! — пригрозил Вупи, прячась за мной.

Ну, не сдержался, мой пернатый защитник! Сегодня ему простительно все, даже стыренный пакет печеньев!

А вечером мы отправились в домик молодоженов, что стоял на самом древнем дереве в лесу, что находился в стороне от поселения. Я так устала, что заснула в нашу брачную ночь, пока Воин закрывал ставни. Сквозь сон я слышала его ласковый смех, а потом укуталась в его теплых объятиях, сонно подумав, что сделала правильный выбор.

Дерек чувствовал меня, как никто другой и не стал торопиться с близостью.

В полдень мы вернулись в клан и застыли на краю поселения от шока. Даже невозмутимый Дерек, казалось, лишился дара речи…