ГЛАВА 10

ГЛАВА 10.

Горло сушило так, что я мечтала проснуться у реки, перевалиться на бок и как следует напиться. Припала бы и не отпадала несколько минут, пока не утолила жажду.

Я приоткрыла глаз и встретилась взглядом с обеспокоенным Вупи, что то и дело крутил головой, разглядывая меня.

— Проснулась! Пернатая проснулась! — птица взлетела вверх к потолку и вылетела в окно, чтобы тут же влететь в соседнее. За дверью послышался шорох, возбужденный разговор, а потом в комнату вошел отец.

— Пернатая! Слава Великому Янусу, ты очнулась! — Дикий присел на кровать и смотрел на меня с таким раскаянием, словно готов был сигануть с лесного водопада на востоке прямо на камни. — Прости меня, дочь! Ты чуть не поплатилась жизнью за мою недальновидность.

— Папа, — прохрипела я, — Воды…

Уж очень пить хотелось! Просто невозможно, до головокружения!

— Да-да, конечно! — отец засуетился, налил воду из кувшина в пиалу, приподнял меня и поднес чашу к моим губам.

— Что случилось? — я не могла вспомнить последние моменты, сознание было спутано, словно в тумане. Вот я стою в центре пира в честь чужака, потом… Что же потом…

Вода словно рассеяла туман и прояснила сознание: я вспомнила драку, клык ягатана и свою рану. А также поступок чужака…

— Как торговец? — я посмотрела на свое перевязанное плечо.

— Пока не очнулся, — расстроено покачал головой Дикий. — Надеюсь, боги помилуют такого смелого воина. Его раны еще не зажили, а он решился на такой поступок.

— Он высосал яд? — вдруг, почудилось? Но тогда бы я не выжила…

— Этот сын Гор оказался достойным воином. Он не только принял вызов раненым, но и рискнул своей жизнью, чтобы спасти тебя.

— Но как мы не погибли? Это же яд ягатана…

— Дерек сказал, что поделил смерть пополам, и тем самым каждый из вас сократил жизнь вдвое, дочь моя. Мы теперь в огромном долгу перед чужаком!

— А Зубастый…

— Не говори мне про него!

Я вспомнила, как бывший жених оцепенел и прошептала:

— Папа, прошу, передумай насчет нашего брака с ним. Меня кинулся спасать чужак, а не жених. Разве это не о многом говорит?

— Зубастый хотел его заменить потом, но я не дал. Время — решающая вещь. Замешкался — и голова с плеч. Ему, как бойцу, не знать ли это? — отец сильно рассердился на своего любимчика, и это было непривычно видеть.

Я так привыкла, что любой поступок Зубастого Дикий прикрывает заботой о клане, что сейчас в растерянности хлопала глазами.

— Я могу навестить Дерека? — мне хотелось убедиться лично, что к нему относятся нормально. Я знала предвзятость Лесных к чужакам, поэтому не удивилась бы ничему.

— Сначала сама поправься, — отец внимательно посмотрел на меня, провел рукой по щеке и слегка ущипнул. — Где твой румянец? Светлолицая, как луна!

— Папа, ты можешь убедиться, что Зубастый не навредит Дереку?

Прокрасться на опушку леса для бывшего жениха ничего не стоит. Как и снять охрану на время.

Бедный Дерек! Мало того, что ранен, потом отравлен, так еще и топор Зубастого над головой занесен!

— Сын Гор в безопасности! Можешь не беспокоиться об этом, — вождь сжал мою коленку, гордо вскинув голову.

— Но, отец! Каждый воин Лесных будет горой стоять за Зубастого и не откажет, если тот захочет ночью тихо… — я представила, и мурашки страха побежали по коже.

Он лучший убийца клана, а еще, как показали последние события, готов идти по костям. Никаких принципов, когда дело касается чужаков!

— Торговец здесь, в нашем доме. Зубастый не посмеет и шагу ступить сюда. Особенно зная, как я зол на него! — голос вожака хрипел от гнева.

— Здесь?! — я привстала на локтях от удивления. — На территории Лесных?

— Я должен предоставить все самое лучшее спасителю моей дочери! — вождь закрыл глаза, и я поняла, что это решение — одно из самых тяжелых в его жизни. — Сейчас я жалею, что сам не разделил с тобой яд на двоих. Но молодой сын Гор был быстр и смел. Я должен воздать ему честь!

Чужак на территории клана?! Вопреки всем заветам предков? Вождь лично велел пронести его через стену защитной магии?

— Это сон? — пробормотала я, кладя голову на подушку из ароматных трав.

Странно, пахнет, как в жизни! Разве во сне так чувствуешь запахи?

— Отдохни, Пернатая! — вождь подсыпал что-то в курильницу, и она задымилась фиолетовым. Дикий зажал нос и вышел, а я провалилась в мир красочных видений.

Проснусь, и пойму, что сон, а что явь!

Когда я проснулась в следующий раз, ставни были закрыты, а вокруг стояла чернильная темнота. Ночь, только сверчки не спят.

Я попробовала встать и удивилась ощущению полноты сил, словно восполнила энергию по самую макушку и больше не могла лежать. Осторожно встала на ноги и почувствовала слабость в мышцах. Размяла ноги, руки, шею, а потом тихонько направилась по стеночке к двери.

Дом вождя был самым большим среди построек Лесных. Моя личная комната — роскошь. Обычно дети спят все вместе или разделены по полу. Правда, стоит признать, что один ребенок в семье — это исключение.

Зато я точно знала, где искать торговца — в зале. Если уж его и разместили в доме, а не в моих снах, то именно там.

Я вышла в общую комнату, зажгла светильник у двери и осмотрела помещение. Никого!

— Причудилось… Приснилось… — пробормотала я, испытывая смешанные чувства. И поймала себя на том, что расстроилась.

— Ты что не спишь? — вдруг из кресла, сонно щурясь, поднялся вождь.

— Отец? — в руке дрогнул светильник. — Ты что тут делаешь?

— Я отдал Дереку свою комнату, а сам сторожу ваш покой. Как ты себя чувствуешь? Лучше? — вождь подошел ближе и приложил ладонь к моему лбу. — Слава Великому Янусу, твоя температура стала обычной.

— Меня лихорадило?

— Наоборот, ты была холодная, как камень, — вождь грустно вздохнул. Плечи мужчины медленно поднялись и резко опустились. — С твоего пробуждения прошло несколько дней. Даже чужак пришел в себя, а ты…

— Торговец очнулся? — я шагнула к комнате отца.

— Он спит. Проведаешь с утра, Пернатая! Навестим его вместе, я зайду за тобой. Поблагодаришь спасителя лично, а я спрошу кое-что важное.

— Хорошо, — я замешкалась, в голове роились мысли, словно пчелы возле сбитого улья. — Я пойду пока…

Я потушила светильник и зашла в свою комнату, с трудом переваривая новости. Так это правда! Вождь был так тронут поступком чужака, что не только пропустил его на территорию, но и выходил в собственном доме!

Что уж говорить: до утра я не сомкнула глаз и с первыми лучами рассвета распахнула ставни. Лесные просыпались, а лес наполнялся пением птиц.

— Пефнафтая! — Вупи влетел в окно с гроздью ягод в клюве. — Ты пфоснулась! Я как фнал, принеф тебе ягоды мокулы! Они быфтро вернут филу в мыфцы!

— Спасибо! — я от души поблагодарила птаху, подставила руку для приземления крохи и вляза гроздь из клювика. — Вупи, слетай на разведку!

— Вот так сразу! Не успела проснуться, уже на разведку? А поболтать? Рассказать, какого это, побывать на границе этого и того света?! — Вупи — тот еще мастер юмора. За словом под крыло не лез!

— Тебя видела там, — соврала я, зная, что впечатлительную птицу это перепугает и быстро отобьет желание колко шутить.

— Не шути так! Нельзя! — Выпи обиженно задрал клюв, простоял так несколько секунд, а потом уточнил: — Что, чужака проведать? Посмотреть, проснулся ли?

— Да! — улыбнулась я, радуясь, что с птицей у нас просто идеальное понимание.

Стук в дверь прервал разговор.

— Пернатая, ты уже проснулась? — отец, скорее всего, услышал наше бормотание с Вупи.

— Да, отец, — я открыла дверь.

— Пошли, спаситель очнулся. Нужно решить вопрос, — вожак указал рукой, чтобы я следовала за ним.

— Вот и я не пригодился! — взмахнул крылышками довольный Вупи, перелетел мне на плечо и вцепился коготками.

Дверь в комнату вожака со скрипом открылась. Отец никогда не смазывал ее, чтобы узнать о приходе чужака даже глубокой ночью, когда сон крепко держит тебя в своих объятиях.

От скрипа Дерек подобрался на кровати.

— Доброе утро, сын Гор.

— Доброе утро, Дикий!

Дикий? — я метнула тревожный взгляд на отца, но тот и бровью не повел. Значит, сам разрешил к себе так обращаться?! Все звали его вождем! Даже мне за обращение «отец» на людях частенько попадало, но я, правда, не особо слушала. Но, чтобы чужие вот так запросто…

— Доброе утро, Дерек! — поприветствовала я мужчину. — Хорошо выглядишь!

Так странно было видеть торговца с других земель в постели отца. Паутины плетенных оберегов так резко контрастировали с ним, что я несколько долгих секунд рассматривала странное сочетание. Непривычно! Необычно! А еще очень экзотично!

Те самые ярко-голубые глаза теперь ничуть не противоречили лицу, к которому прилила кровь и напитала жизнью. Мертвенная бледность сошла, синева с губ испарилась, и теперь я с трудом подбирала слова, смущаясь. Чужак был так необычно красив! Пусть черты лица не были идеальными, где-то угловатыми, где-то чересчур резкими, но вместе с живыми глазами это все завораживало.

— Пернатая… — откашлялся отец, напоминая, зачем я сюда пришла.

Я низко поклонилась и поблагодарила:

— Дерек, сын Гор, спасибо тебе за спасение моей жизни!

— Я сделал то, что должен был, — немного растеряно сказал мужчина, спустил ноги с кровати и встал, ответно поклонившись. Он ничего не знал о наших обычаях, но пытался проявить уважение, вызвав одобрительное кряхтение со стороны отца.

— Ты не должен кланятся в ответ, просто прими благодарность от моей дочери, — сказал Дикий.

— Я принимаю твою благодарность, Пернатая, — Дерек так смешно облачил слова в официальную форму, что я улыбнулась.

— Дерек, сын Гор. Когда моя дочь полностью пришла в себя и поблагодарила тебя, я хочу тоже воздать должное твоей доблести и отваге. Я хочу спросить тебя, что ты предпочтешь в награду… — вождь хлопнул в ладоши и в комнату занесли огромный сундук с самоцветами: — …вот этот сундук сокровищ за жизнь моей дочери или…

Тут Дикий замялся, словно сомневался в минутном порыве, но все же решительно сказал:

— Или же стать одним из Лесных, частью нашего клана! Я готов принять тебя, как сына, обучать, наставлять, чтобы ты быстро привык к жизни в лесу. Что скажешь?

Я наблюдала с открытым ртом, краем сознания отмечая, что сокровища оставили торговца абсолютно равнодушным, а вот предложение стать одним из Лесных зажгло синее пламя в глазах.

Чужак опустился на одно колено, приложил руку к груди и горячо произнес, словно боялся, что вождь передумает:

— Я Дерек, сын Гор, с удовольствием приму наивысшую благодарность и стану вашим сыном и членом клана Лесных!

— Значит, так тому и быть! Завтра проведем обряд посвящения! — вождь стукнул посохом о гладкую поверхность пола, словно увековечивая слова.